Постановление от 17 мая 2021 г. по делу № А60-36622/2020




СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-4706/2021-ГК
г. Пермь
17 мая 2021 года
Дело № А60-36622/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 мая 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Бородулиной М.В., Лихачевой А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Коржевой В.А.,

при участии в судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» https://kad.arbitr.ru/:

от истца, акционерного общества «Облкоммуэнерго»: Палабугина Д.В. по доверенности от 29.09.2020,

в отсутствие представителей ответчика, извещенного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, муниципального образования Кушвинского городского округа в лице Комитета по управлению муниципальным имуществом Кушвинского городского округа,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 17 февраля 2021 года

по делу № А60-36622/2020

по иску акционерного общества «Облкоммуэнерго» (ИНН 6671028735, ОГРН 1156658098266)

к муниципальному образованию Кушвинского городского округа в лице Комитета по управлению муниципальным имуществом Кушвинского городского округа (ИНН 6620010786, ОГРН 1069620000504)

о взыскании долга по договору об осуществлении технологического присоединения, пени,

установил:

Акционерное общество «Облкоммуэнерго» (далее – АО «Облкоммуэнерго») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о взыскании с Комитета по управлению муниципальным имуществом Кушвинского Городского округа (далее – КУМИ КГО) долга по договору от 20.09.2017 № 1811-17-34-Д об осуществлении технологического присоединения в сумме 262 649 руб. 40 коп., неустойки за период 03.07.2019 по 02.07.2020 в размере 429 897 руб. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2021 исковые требования удовлетворены.

Ответчик с принятым по делу решением не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить его полностью, принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая решение суда, заявитель жалобы ссылается на необходимость применения при расчетах ставки НДС в размере 18 %, учитывая, что дополнительное соглашение по увеличению цены контракта в связи с изменением ставки НДС до 20% между сторонами не заключено; об отсутствии лимитов бюджетных обязательств на срок исполнения контракта истец был уведомлен информационными письмами ответчика № 854 от 06.06.2019, № 927 от 26.06.2019, № 1269 от 26.08.2019. По расчетам ответчика в рассматриваемом случае подлежала взысканию задолженность в сумме 254 797 руб. 40 коп. с учетом НДС 18 %. Ответчик не вправе был произвести оплату на основании представленных истцом документов, так как указанные в них суммы превышали остатки лимитов бюджетных обязательств и предельных объемов финансирования ответчика и не соответствовали утвержденной бюджетной смете ответчика как бюджетного учреждения.

Апеллянт считает, что оснований для начисления неустойки не имелось, заявил о ее снижении в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ее явной несоразмерностью последствиям нарушения денежного обязательства.

Истец, возражая на доводы апелляционной жалобы, направил отзыв.

В судебном заседании представитель истца, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого решения, просил оставить его без изменения по изложенным в отзыве основаниям, в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции, между обществом «Облкоммунэнерго» (сетевая организация) и Комитетом по управлению муниципальным имуществом Кушвинского Городского округа (заявитель) заключен договор от 20.09.2017 № 1118-16-34-Д об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, в соответствии с условиями которого сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя вводного устройства здания газовой котельной, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства объектов электросетевого хозяйства, а заявитель обязался оплатить расходы на технологическое присоединение (пункт 1 договора).

Согласно пункту 10 данного договора стоимость технологического присоединения составляет 463 268 руб., в том числе НДС 18 % в сумме 70 886 руб.

В связи с тем, что согласно подпункту «в» пункта 3 статьи 1 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах» от 03.08.2018 № 303-ФЗ с 01.01.2019 в пункт 3 статьи 164 Налогового кодекса Российской Федерации внесены изменения, по которым налогообложение производится по налоговой ставке 20 % в случаях, не указанных в пунктах 1, 2 и 4 настоящей статьи, истец направил в адрес ответчика проект дополнительного соглашения № 1, в котором учел названные изменения ставки НДС. Пунктом 2 дополнительного соглашения был изменен общий размер платы, который составил 471 120 руб., в том числе НДС 20 % в сумме 78 520 руб.

Между тем, указанное дополнительное соглашение сторонами в установленном порядке не подписано.

Истец также уведомил ответчика о выполнении своей части технических условий письмом от 17.01.2019 № 70.

Ответчик произвел частичную оплату по договору в сумме 208 470 руб. 60 коп.

Наличие неоплаченной задолженности в сумме 262 649 руб. 40 коп. послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 310, 330, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходил из того, что факт технологического присоединения к электрическим сетям подтвержден материалами дела, доказательства оплаты ответчиком не представлены.

Из материалов дела усматривается, что факт осуществления технологического присоединения ответчиком не отрицается.

Разногласия сторон возникли в связи с определением ставки налога на добавленную стоимость при определении стоимости оказанных услуг.

Аналогичные доводы ответчик приводит в своей апелляционной жалобе, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и подлежат отклонению по следующим основаниям.

На основании Федерального закона от 03.08.2018 № 303-ФЗ в отношении услуг, оказанных после 01.01.2019, ставка НДС установлена в размере 20 %.

Пунктом 4 статьи 5 Федерального закона от 03.08.2018 № 303-ФЗ предусмотрено, что налоговая ставка по НДС в размере 20 % применяется в отношении товаров (работ, услуг), имущественных прав, отгруженных (выполненных, оказанных), переданных начиная с 01.01.2019.

При этом исключений по товарам (работам, услугам), имущественным правам, реализуемым по договорам, заключенным до вступления в силу Федерального закона от 03.08.2018 № 303-ФЗ, и имеющим длящийся характер с переходом на 2019 год и последующие годы, указанным Федеральным законом не предусмотрено. Также вышеназванный Закон не предусматривает исключений в отношении товаров (работ, услуг), реализуемых в рамках государственных и муниципальных контрактов

Следовательно, в отношении товаров (работ, услуг), имущественных прав, реализуемых (выполненных, оказанных) начиная с 01.01.2019, применяется налоговая ставка по НДС в размере 20 %, независимо от даты и условий заключения договоров на реализацию указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав.

При этом на основании пункта 1 статьи 168 Кодекса продавец дополнительно к цене отгружаемых начиная с 01.01.2019 товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав сумму налога, исчисленную по налоговой ставке в размере 20 %.

В этой связи внесение изменений в договор в части изменения размера ставки НДС не требуется. Вместе с тем, стороны договора вправе уточнить порядок расчетов и стоимость реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав в связи с изменением налоговой ставки по НДС. Также необходимо учитывать, что изменение налоговой ставки не изменяет для налогоплательщика порядок и момент определения налоговой базы по НДС.

Исходя из принципа зеркальности, покупатель, оплачивая поставщику стоимость товаров (работ, услуг) с начисленным НДС вправе получить оплаченный налог в виде вычета в том же размере. Таким образом, вне зависимости от примененной ставки НДС, ответчик возместит из бюджета ровно ту сумму НДС, какую уплатил продавцу.

В силу положений статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации налог на добавленную стоимость – это налог, который уплачивается конечным потребителем; бюджет в результате многостадийной уплаты НДС в процессе производства и обмена объектов налогообложения не может получить сумму большую, чем сумма НДС, уплаченная в составе цены конечным потребителем своему продавцу.

В рассматриваемом случае, если контрагент (ответчик) не производит доплату 2% налога, истец, исполняя публичную обязанность, оплатит НДС в бюджет в большем размере, чем получит от своего контрагента, что не соответствует природе НДС как косвенного налога. Недоплата разницы в ставках НДС со стороны покупателя в адрес поставщика, учитывая, что поставщиком сумма НДС в бюджет уплачивается в конечном итоге по ставке 20%, фактически приводит к потере косвенного характера НДС, тогда как данный налог должен уплачиваться в полном объеме за счет средств покупателя.

Таким образом, требования истца о доплате ответчиком разницы НДС, возникшей в связи с введением с 01.01.2019 законодательно установленной ставки НДС в размере 20 %, не зависит от наличия, либо отсутствия между сторонами дополнительного соглашения к договору, в связи с чем соответствующие доводы относительно того, что изменение цены договора зависит от наличия заключенного соглашения сторон, в рассматриваемом случае правового значения не имеют. Поскольку уведомление о готовности со стороны ответчика поступило в 2019 году, следовательно, момент реализации состоялся в 2019 году, что предполагает применение при расчетах ставки НДС в размере 20 %.

При изложенных обстоятельствах несостоятельными признаются доводы апелляционной жалобы о том, что несвоевременное направление актов выполненных работ и счетов на оплату со стороны истца послужило увеличению ставки НДС. Письмом от 24.07.2019 № 01-14/09/и-2780 в адрес ответчика были направлены счета на оплату №№ 1957 и 1958 от 23.07.2019, ответчику также направлялась досудебная претензия от 02.06.2020 № 01-01-10/09/И-1686, ответ на которую не последовал.

С учетом изложенного, поскольку размер задолженности подтвержден материалами дела, требование истца о взыскании задолженности в сумме 262 649 руб. 40 коп. (с учетом НДС 20 %) является законным и обоснованным.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки в сумме 429 897 руб. за период с 03.07.2019 по 02.07.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно статье 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

В силу пункта 17 договора предусмотрено, что сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 процента от указанного общего размера платы за каждый день просрочки. При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществлений мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

Ссылки заявителя жалобы на необоснованность взыскания неустойки отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду доказанности истцом нарушения ответчиком договорных обязательств (пункт 17 договора).

Согласно пункту 16(6) Правил технологического присоединения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861) срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению считается нарушенным заявителем в случае, если заявитель не направил в адрес сетевой организации уведомление о выполнении им мероприятий, в том числе уведомление об устранении замечаний, полученных по результатам проверки выполнения технических условий.

В пункте 11 технических условий, являющихся неотъемлемой частью приложения к договору № № 1811-17-34Д от 20.09.2017, указаны мероприятия, которые должен выполнить со своей стороны заявитель.

В соответствии с пунктом 5 договора № 1811-17-34-Д от 20.09.2017 срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения настоящего договора (т.е. не позднее 20.03.2018).

02.04.2018 в адрес истца со стороны ответчика был представлен проект энергоснабжения объекта.

10.05.2018 было подготовлено и направлено в адрес ответчика отрицательное заключение по результатам проектной документации.

В письме № 725 от 14.06.2018 ответчиком была рассчитана неустойка в связи с тем, что работы со стороны АО «Облкоммунэнерго» не были выполнены в срок.

Однако по состоянию на 23.07.2018 замечания со стороны ответчика исправлены не были, уведомления о готовности к проверке выполнения технических условий в отношении своих объектов со стороны ответчика не поступало, в связи с чем у АО «Облкоммунэнерго» отсутствовала возможность произвести завершение процедуры технологического присоединения. Данные обстоятельства отражены в письме от 23.07.2018 № 01-11/И-381. Таким образом, поскольку выполнение работ со стороны сетевой организации напрямую зависит от ответчика, начисление неустойки в письме № 725 произведено правомерно.

23.07.2018 АО «Облкоммунэнерго» уведомило ответчика о полном выполнении обязанностей по договору № 1811-17-34Д от 20.09.2017.

Уведомление о готовности выполнения мероприятий, указанных в пункте 11 Технических условий, со стороны ответчика в адрес истца было направлено 18.01.2019, то есть по истечении сроков, предусмотренных пунктом 5 договора, о чем имеется отметка о получении за входящим номером (письмо ответчика от 17.01.2019 № 70), то есть спустя полгода после направления ответчику уведомления со стороны истца.

Таким образом, несвоевременным направлением уведомления о готовности со стороны ответчика послужило несвоевременное осуществление мероприятий, указанных в пункте 11 Технических условий.

Согласно абзацу 3 подпункта «в» пункта 16 Правил № 861 при нарушении сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению уплачивается неустойка, равная 0,25 процента от указанного общего размера платы за каждый день просрочки, при этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

Таким образом, представленное истцом в материалы дела уведомление ответчика от 18.01.2019 является доказательством нарушения сроков осуществления мероприятий по договору № 1811-17-34Д от 20.09.2017, в связи с чем применение судом первой инстанции расчета неустойки на основании пункта 17 договора является правомерным и обоснованным.

Расчет неустойки, представленный ответчиком, не может являться правомерным, поскольку рассчитан исходя из суммы неисполненных обязательств, в то время как пункт 17 договора предусматривает расчет неустойки исходя из общего размера платы за каждый день просрочки.

Таким образом, произведённая ответчиком частичная оплата задолженности не может повлиять на общий размер платы по договору и никак не изменяет пункт 17 вышеуказанного договора.

Поскольку обязательства сторон предусмотрены заключенным договором об осуществлении технологического присоединения № 1811-17-34Д от 20.09.2017, то ссылка ответчика на определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2016 по делу № А40-125377/2015 признается несостоятельной, учитывая иные обстоятельства относительно существа спора.

На основании вышеизложенного, представленный ответчиком расчет не является обоснованным, противоречит согласованным сторонами условиям об ответственности за допущенное нарушение сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению, абзацу 3 подпункта «в» пункта 16 Правил № 861.

По расчету истца сумма пени составила 429 897 руб. за период с 03.07.2019 по 02.07.2020. Представленный истцом расчет проверен судами первой и апелляционной инстанции, признан верным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, приведенный АО «Облкоммунэнерго» период начисления неустойки является правомерным и обоснованным.

Так, начало периода просрочки определено истцом в соответствии с правилами статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 03.07.2019 – по истечении 15 дней со дня подписания акта о технологическом присоединении (17.06.2019), где 17.06.2019 – дата получения ответчиком акта об осуществлении технологического присоединения, о чем имеется соответствующая отметка на акте.

При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определённый в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

В связи с чем, 02.07.2020 – конечная дата начисления неустойки.

Таким образом, период неустойки, указанный ответчиком в апелляционной жалобе с 02.09.2020 по 31.08.2020 является противоречащим условиям заключенного договора № 1811-17-34Д от 20.09.2017.

Доводы ответчика о том, что неустойка должна рассчитываться на основании пункта 18 договора и статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, признаются необоснованными и подлежащими отклонению на основании следующего.

Акт об осуществлении технологического присоединения был получен ответчиком 17.06.2019, о чем имеется отметка на данном акте. Таким образом, с указанной даты возникает обязанность Ответчика по оплате услуг в полном объеме. Данный акт ответчик оставил без подписания в связи с несогласием со стоимостью оказанных услуг, однако факт осуществления технологического присоединения ответчиком не оспаривается.

Пунктом 16(6) Правил № 861 также предусмотрено, что срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению (в случае если техническими условиями предусмотрен поэтапный ввод в работу энергопринимающих устройств – мероприятий, предусмотренных очередным этапом) считается нарушенным заявителем при наступлении хотя бы одного из следующих обстоятельств: а) заявитель не направил в адрес сетевой организации уведомление о выполнении им мероприятий, предусмотренных техническими условиями, в том числе уведомление об устранении замечаний, полученных по результатам проверки выполнения технических условий; б) заявитель уклоняется от проведения проверки выполнения технических условий, в том числе от проведения повторного осмотра энергопринимающего устройства после доставки сетевой организации направленного заявителем уведомления об устранении замечаний, выявленных в результате проверки выполнения технических условий; в) заявитель не устранил замечания, выявленные в результате проведения проверки выполнения технических условий; г) заявитель ненадлежащим образом исполнил обязательства по внесению платы за технологическое присоединение.

В пункте 17 договора предусмотрено, что сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 % от указанного общего размера платы за каждый день просрочки.

При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определённый в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

Данное условие является существенным для этого вида договора и предусмотрено императивной нормой Правил № 861.

Так, в частности, в соответствии с пунктом 16(6) Правил № 861 срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению считается нарушенным заявителем, в том числе, если заявитель ненадлежащим образом исполнил обязательства по внесению платы за технологическое присоединение.

Таким образом, законодатель отождествляет ненадлежащее внесение платы заявителем и нарушение им срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению, в связи с чем не имеет значения факт отсутствия в технических условиях условия об оплате. Правовых оснований снований для расчета процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

При таких обстоятельствах требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для снижения неустойки судом апелляционной инстанции не установлено.

Статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Как следует из пункта 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из пунктов 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.). При этом при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Заключая договор (подписывая спецификацию), ответчик согласился на их условия, в том числе касающиеся сроков оплаты стоимости оказанных услуг и его ответственности за нарушение обязательств по договору.

В силу пункта 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В отсутствие соответствующего обоснования и доказательств, суд апелляционной инстанции не установил оснований для снижения неустойки, рассчитанной в соответствии с условиями заключенного сторонами договора.

В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, недопустимым является уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований.

Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны свободны в определении условий договора, и ответчик, заключая договор, был осведомлен о размере ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Доказательств нарушения принципа свободы договора при заключении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 1811-17-34-Д от 20.09.2017 ответчиком не представлено. Разногласий по размеру неустойки для заявителя либо основаниям их применения у сторон при заключении договора не имелось, в связи с чем, ответчик должен был предвидеть возможные последствия нарушения обязательства по своевременной оплате оказанных истцом услуг.

Проанализировав условия пункта 17 договора по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что стороны согласовали определение размера неустойки исходя из общего размера платы за технологическое присоединение по настоящему договору.

Ссылка апеллянта на неправильное определение размера неустойки: от общей суммы договора, а не от неисполненной своевременно его части, отклоняется, поскольку противоречит условиям обязательства (пункт 17 договора). Данное условие было сформулировано в связи с действующей на момент заключения договора редакцией третьего абзаца подпункта «в» пункта 16 Правил № 861. Данным пунктом указанных Правил № 861 и, соответственно, пунктом 17 договора установлена равная ответственность для обеих сторон на случай просрочки исполнения своих обязательств, преимуществ какой-либо стороне не установлено.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что неустойка в данной сумме соответствует принципу соразмерности (нарушенным правам второй стороны) и не является чрезмерной.

Довод апеллянта об отсутствии у истца негативных последствий (ущерба) вследствие несвоевременного исполнения ответчиком обязательств, компенсация которых соответствовала бы применимой неустойке, не является безусловным основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Судом апелляционной инстанции также учтено, что ответчик является коммерческой организацией (статья 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), осуществляет предпринимательскую деятельность, которой согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Суд апелляционной инстанции не находит экстраординарных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости снижения неустойки.

Наличие каких-либо исключительных обстоятельств для снижения договорной неустойки, исходя из обстоятельств спора и представленных доказательств, не имеется, иного ответчиком не доказано (статьи 71, 65, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 17 февраля 2021 года по делу № А60-36622/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Н.А. Гребенкина



Судьи


М.В. Бородулина



А.Н. Лихачева