Постановление от 16 октября 2025 г. по делу № А23-4374/2024

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***> e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-4374/2024

20АП-2398/2025 резолютивная часть постановления объявлена 15.10.2025 постановление изготовлено в полном объеме 17.10.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Воронцова И.Ю., судей Егураевой Н.В. и Устинова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Петруниной А.О., при участии в судебном заседании: от прокуратуры Калужской области – представителя ФИО1 (доверенность от 07.08.2025), от министерства культуры и туризма Калужской области – представителя ФИО2 (доверенность от 25.02.2025), от ГБУК Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» – представителя ФИО3 (доверенность от 05.12.2024), от ООО «ИКЦ «Раритет» – представителя ФИО4 (доверенность от 28.08.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу прокуратуры Калужской области в защиту интересов неопределенного круга лиц, интересов Калужской области в лице министерства культуры и туризма Калужской области на решение Арбитражного суда Калужской области от 11.04.2025 по делу № А23-4374/2024,

УСТАНОВИЛ:

прокуратура Калужской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) в защиту интересов неопределенного круга лиц, интересов Калужской области в лице Министерства культуры и туризма Калужской области (далее истец, прокуратура, ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилась в Арбитражный суд Калужской области с иском к государственному бюджетному учреждению культуры Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» (далее ответчик 1, учреждение, ГБУК КО «КМИИ», ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной

ответственностью «Инженерно-коммерческий центр «Раритет» (далее ответчик 2, общество, ООО «ИКЦ «Раритет», ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании недействительными (ничтожными) государственные контракты: № 132 от 24.05.2023 на приобретение выставочных конструкций двухстороннего обзора стоимостью 396 000 руб. (выставочные конструкции В2250 Д1350 Ш200 в количестве 2 штук); № 133 от 24.05.2023 на приобретение выставочных конструкций стоимостью 574 824 руб. (выставочные конструкции двухстороннего обзора В 2250 Д1500 Ш200 в количестве 3 штук), заключенных между ГБУК КО «КМИИ» и ООО «ИКЦ «Раритет» и применении последствий недействительности ничтожных сделок.

К участию в рассмотрении настоящего спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: министерство культуры и туризма Калужской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), управление Федеральной антимонопольной службы по Калужской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), министерство культуры Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Решением Арбитражного суда Калужской области от 11.04.2025 по настоящему делу в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, прокуратура (далее также заявитель) обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой о его отмене, ссылаясь на то, что действия ответчика привели к необоснованному сокращению числа участников закупки, что прямо запрещено законом. По мнению заявителя, представленное заключение специалиста ООО «Центр экспертиз и оценки» не отвечает требованиям относимости и допустимости и не могло быть положено в основу принятого судебного акта. Апеллянт считает, вывод суда о том, что неоднократное приобретение одноименных товаров у единственного поставщика не нарушает требований законодательства о контрактной системе нельзя признать обоснованным. Полагает, что в результате заключения между ответчиками договоров как с единственным поставщиком ООО «ИКЦ «Раритет» получило доступ к оказанию услуг без участия в какой-либо конкурентной борьбе, чем было поставлено в преимущественное положение с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность. Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель прокуратуры в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Представители ответчиков и министерства культуры и туризма Калужской области возражали против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах

на нее, просили оставить обжалуемое решение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в апелляционный суд представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения сведений о времени и месте судебного разбирательства на официальном Интернет-сайте Двадцатого арбитражного апелляционного суда и в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" Федеральных арбитражных судов Российской Федерации, апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие на основании статей 156, 266 АПК РФ.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте Двадцатого арбитражного апелляционного суда (www.20aas.arbitr.ru) и на сайте (www.arbitr.ru) в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, прокуратурой города Калуги проведена проверка исполнения требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в деятельности ГБУК КО «КМИИ» и ООО «ИКЦ «Раритет».

По результатам проверки установлено, что в рамках реализации национального проекта «Культура» директором ГБУК КО «КМИИ» 24.05.2023 на основании пункта 5 части 1 ст. 93 Федерального закона № 44-ФЗ заключены государственные контракты с ООО «Инженерно-коммерческий центр «Раритет» на приобретение выставочных конструкций: № 132 на приобретение выставочных конструкций двухстороннего обзора стоимостью 396 000 руб. (выставочные конструкции В2250 Д1350 Ш200 в количестве 2 штук по цене 198 000 руб., всего - 396 000 руб.), срок поставки - 60 календарных дней с момента подписания договора; № 133 на приобретение выставочных конструкций стоимостью 574 824 руб. (выставочные конструкции двухстороннего обзора В 2250 Д1500 Ш200 в количестве 3 штук по цене 191 608 руб., всего - 574 824 руб.), срок поставки - 60 календарных дней с момента подписания договора.

Указанные контракты заключены на основании пункта 5 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее по тексту - Закон № 44-ФЗ), то есть на сумму менее 600 000 рублей.

При этом общая сумма по двум контрактам составила 970 824 рублей.

По мнению истца, анализ вышеуказанных контрактов свидетельствует о наличии признаков искусственного дробления заказа в целях уклонения от конкурентных процедур, а именно: все закупки произведены у одного и того же поставщика ООО «Раритет» в один и тот же день - 24.05.2023, имеют единый предмет (выставочная конструкция) и срок поставки.

Заключение с одним поставщиком двух контрактов с идентичными условиями, предметом которых является выполнение работ в отношении одного приобретателя направлено на формальное соблюдение ограничения, предусмотренного пунктом 5 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

По данному факту постановлением УФАС по Калужской области от 31.10.2024 директор ГБУК КО «КМИИ» ФИО5 привлечена к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.7.29 КоАП РФ.

Прокуратура, ссылаясь на то, что в результате заключения между ответчиками контрактов как с единственным поставщиком, последний получил доступ к оказанию услуг по максимально возможной цене без участия в какой-либо конкурентной борьбе, без подачи предложений о снижении цены договора, тем самым был поставлен в преимущественное положение с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность, что привело к ограничению конкуренции, в частности, к необоснованному сокращению числа участников закупки, что прямо запрещено законом, обратилась с настоящим иском в суд в порядке ст. 52 АПК РФ.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 12, 167, 168, 525, 527 ГК РФ, положениями Закона № 44-ФЗ, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований. При этом суд исходил из того, что предметами спорных закупок являлись различные по своей природе товары, которые не являются идентичными или однородными, у них различные основные, технические, качественные и эксплуатационные характеристики, что не позволяет ими выполнять одни и те же функции и (или) быть коммерчески взаимозаменяемыми. При совершении указанных сделок лимиты совокупного годового объема закупок не превышены. Доказательств, свидетельствующих о наличии между сторонами антиконкурентного

соглашения и общей воли, направленной на нарушение публичных интересов и (или) прав и законных интересов третьих лиц, не имеется.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В соответствии с ч. 3 ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

В силу абзаца 2 ч. 1 ст. 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пунктах 73 - 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В данном случае требования Прокурора о признании контрактов недействительными (ничтожными) мотивированы нарушением при их заключении требований Закона N 44-ФЗ.

Закон N 44-ФЗ регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (ст. 1 данного Закона).

Согласно п. 8 ст. 3 Закона N 44-ФЗ под государственным или муниципальным контрактом понимается гражданско-правовой договор, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества) и который заключен от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

В силу ст. 6 Закона N 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

Согласно частям 1 и 2 ст. 8 Закона N 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем). Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг. Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок, операторами электронных площадок, операторами специализированных электронных площадок любых действий, которые противоречат требованиям указанного Закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

В соответствии с частями 1 и 2 ст. 24 Закона N 44-ФЗ заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя). Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений.

Заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 указанного Закона. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Согласно сложившейся судебной практике и разъяснениям, содержащимся в п. 18 Обзора от 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона N 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов

открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

В рассматриваемом случае закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки, а, следовательно, применение такого метода закупок должно осуществляться исключительно в случаях, установленных законом.

Случаи, когда возможно осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) без использования конкурентных способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей), предусмотрены ст. 93 Закона N 44-ФЗ.

Закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в случае осуществления закупки товара, работы или услуги на сумму, не превышающую шестисот тысяч рублей (п. 4 ч. 1 ст. 93 Закона N 44-ФЗ). При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании настоящего пункта, не должен превышать два миллиона рублей или не должен превышать десять процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем пятьдесят миллионов рублей.

Согласно частям 13 - 17 ст. 22 Закона N 44-ФЗ идентичными товарами, работами, услугами признаются товары, работы, услуги, имеющие одинаковые характерные для них основные признаки. При определении идентичности товаров незначительные различия во внешнем виде таких товаров могут не учитываться. При определении идентичности работ, услуг учитываются характеристики подрядчика, исполнителя, их деловая репутация на рынке.

Однородными товарами признаются товары, которые, не являясь идентичными, имеют сходные характеристики и состоят из схожих компонентов, что позволяет им выполнять одни и те же функции и (или) быть коммерчески взаимозаменяемыми. При определении однородности товаров учитываются их качество, репутация на рынке, страна происхождения.

Однородными работами, услугами признаются работы, услуги, которые, не являясь идентичными, имеют сходные характеристики, что позволяет им быть коммерчески и (или) функционально взаимозаменяемыми. При определении однородности работ, услуг учитываются их качество, репутация на рынке, а также вид работ, услуг, их объем, уникальность и коммерческая взаимозаменяемость.

Определение идентичности и однородности товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, сопоставимости коммерческих и (или) финансовых условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг может

осуществляться в соответствии с методическими рекомендациями, предусмотренными частью 20 настоящей статьи.

В силу ч. 20 ст. 22 Закона N 44-ФЗ методические рекомендации по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), устанавливаются федеральным органом исполнительной власти по регулированию контрактной системы в сфере закупок.

В соответствии с п. 3.5.2 Методических рекомендаций по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), утвержденных приказом Минэкономразвития России от 02.10.2013 N 567, идентичными признаются работы, услуги, обладающие одинаковыми характерными для них основными признаками (качественными характеристиками), в том числе реализуемые с использованием одинаковых методик, технологий, подходов, выполняемые (оказываемые) подрядчиками, исполнителями с сопоставимой квалификацией.

Как установлено судебной коллегией, все закупки произведены у одного и того же поставщика - ООО «ИКЦ «Раритет», сделки совершены в один и тот же день - 24.05.2023, направлены на достижение единой цели, их предметом являются одноименные товары (выставочные конструкции) и имеют единый срок поставки.

Таким образом, анализ вышеуказанных контрактов свидетельствует о наличии признаков искусственного дробления заказа в целях уклонения от конкурентных процедур.

При этом отличие поставленных товаров по габаритным параметрам не свидетельствуют об отсутствии факта дробления закупки, поскольку выставочные конструкции приобретались заказчиком для единой хозяйственной цели – осуществление экспозиционно-выставочной деятельности.

Установка поставленного товара в различные экспозиционные залы само по себе не свидетельствует о необходимости заключения двух самостоятельных контрактов.

Исходя из пояснений ГБУК КО «КМИИ» мотивом дробления закупки послужило не различие в технических, качественных и эксплуатационных характеристиках товаров, а необходимостью сокращения сроков поставки, что в свою очередь свидетельствует об умышленном ограничении количества участников закупки.

Ввиду изложенного, представленное ответчиком 2 заключение специалиста ООО «Центр экспертиз и оценки» не является относимым и допустимым доказательством, поскольку его выводы не могут повлиять на оценку законности совершенных сделок.

Более того, следует обратить внимание на то, что заключение составлено специалистом, квалификация которого не позволяет сделать однозначный вывод о возможности проведения им исследований относительно предмета закупки - выставочных конструкций, приобретаемых для целей музейной деятельности, поскольку в рассматриваемом случае на разрешение специалиста поставлены вопросы, имеющие узкопрофильный характер ввиду специфики учреждения культуры.

Исходя из представленных документов об образовании и повышении квалификации специалиста ООО «Центр экспертиз и оценки» ФИО6 не усматривается, что он обладает специальными познаниями в данной области.

Кроме того, специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.

При таких обстоятельствах представленное заключение специалиста не отвечает требованиям относимости и допустимости, в связи с чем, данное доказательство не могло быть положено в основу принятого судебного акта.

При этом важно отметить, что оценка исследованным в ходе рассмотрения дела обстоятельствам уже дана уполномоченным антимонопольным органом.

Так, постановлением УФАС по Калужской области от 31.10.2024 контрактный управляющий ГБУК КО «КМИИ» ФИО5 привлечена к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.7.29 КоАП РФ. Указанное постановление в установленном порядке не обжаловано.

Антимонопольным органом установлен факт искусственного дробления заказа в целях уклонения от конкурентных процедур, а именно: сделки совершены в один день и направлены на достижение единой цели, их предметом являются одноименные товары - выставочные конструкции. Фактически государственным заказчиком организована единая закупка на поставку товаров, которая искусственно раздроблена на несколько этапов в целях уклонения от установленной законом конкурентной процедуры.

При рассмотрении дела приведенные доводы истца доказательственно не опровергнуты, в связи с чем, вывод суда первой инстанции о том, что неоднократное приобретение одноименных товаров у единственного поставщика не нарушает требований законодательства о контрактной системе нельзя признать обоснованным.

В результате заключения между ответчиками контрактов как с единственным поставщиком ООО «ИКЦ «Раритет» получило доступ к оказанию услуг без участия в какой-либо конкурентной борьбе, чем было поставлено в преимущественное положение с иными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность.

Возможность согласования выполнения работ без соблюдения требований Федерального закона № 44-ФЗ открывает возможность для недобросовестных подрядчиков и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выгоды в обход Федерального закона № 44-ФЗ, поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия, вопреки доводам ответчиков, приходит к выводу о том, что оспариваемые контракты образуют единую сделку, искусственно раздробленную и оформленную двумя самостоятельными государственными контрактами, сумма по каждому из которых не превышает предусмотренного Федеральным законом N 44-ФЗ ограничения (600 000 рублей).

Указанное обстоятельство свидетельствует о намерении сторон уйти от формального соблюдения указанного выше ограничения, предусмотренного Федеральным законом N 44-ФЗ, а в итоге - от соблюдения предусмотренных названным Законом конкурентных процедур.

Согласно абз. третьему преамбулы Обзора от 28.06.2017, особенности заключения, изменения, расторжения государственных (муниципальных) контрактов, их исполнения и ответственности за неисполнение и ненадлежащее исполнение установлены Законом N 44-ФЗ в целях развития добросовестной конкуренции, обеспечения гласности и прозрачности закупки, предотвращения коррупции и других злоупотреблений.

В силу ч. 1 ст. 2 Закона N 44-ФЗ законодательство о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях ГК РФ, при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями ГК РФ, а при отсутствии специальных норм - непосредственно нормами ГК РФ (абз. четвертый преамбулы Обзора от 28.06.2017).

Исходя из ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 75 постановления Пленума N 25 посягающей на публичные интересы является в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 18 Обзора от 28.06.2017, заключенный с нарушением требований Закона N 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение

принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц контракт является ничтожным.

Таким образом, контракты, при заключении которых допущено нарушение законодательства о закупках, являются ничтожными в силу ч. 2 ст. 8 Закона N 44-ФЗ и п. 2 ст. 168 ГК РФ.

Указанные контракты исполнены, поставки выполнены и оплачены заказчиком поставщику в общей сумме 970 824 руб.

С учетом недействительности (ничтожности) сделки, совершенной без проведения конкурентных процедур путем искусственного дробления предмета сделки, и исходя из положений ст. 167 ГК РФ, согласно которым недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, суд апелляционной инстанции считает необходимым исходить из правовых позиций высших судебных инстанций, сформулированных на случай поставки товаров в отсутствие контракта.

Из разъяснений, данных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), следует, что поставка товара, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд, в отсутствие государственного или муниципального контракта, не порождают у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления, за исключением случаев, когда законодательство предусматривает возможность размещения государственного или муниципального заказа у единственного поставщика.

В соответствии с п. 20 Обзора от 28.06.2017, по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Признание контракта ничтожной сделкой свидетельствует о поставки обществом товаров в отсутствие государственного контракта (п. 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

Из вышеизложенного следует, что надлежащее исполнение условий контракта (поставка товаров) в отсутствие надлежащим образом заключенного государственного (муниципального) контракта не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные заказчиком денежные средства поставщику являются неосновательным обогащением последнего и подлежат возврату заказчику.

Иной подход допускал бы поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных или муниципальных нужд в обход норм Закона N 44-ФЗ (статья 10 ГК РФ).

Доказательств того, что стороны заключили контракты на поставку товаров с соблюдением конкурентных процедур в соответствии с порядком, установленным Законом N 44-ФЗ, а также, что поставки товаров носили неотложный характер или выполнялись в целях предотвращения чрезвычайных ситуаций в материалы дела не представлено.

При этом, являясь профессиональным участником соответствующих правоотношений, ООО «ИКЦ «Раритет» в силу презумпции правосознания не могло не понимать, что контракты заключены вопреки предписаниям Федерального закона N 44-ФЗ, а, следовательно, поставка товаров осуществляется в отсутствие законного основания (заключенного в установленной процедуре единого контракта).

Поведение поставщика, заведомо заключившего ничтожную сделку с целью обхода Закона N 44-ФЗ, знавшего о невозможности возврата товара и настаивающего на оставлении за ним полученной по ничтожной сделке платы в порядке реституции, недопустимо (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

Действия в обход закона влекут отказ в защите принадлежащего лицу права (ст. 10 ГК РФ).

Поставляя товары в отсутствие надлежащим образом заключенного государственного контракта, подлежащего заключению в соответствии с Законом N 44-ФЗ, общество, как профессиональный участник экономических отношений, не могло не знать, что поставка товаров осуществляется им при очевидном отсутствии обязательства. То обстоятельство, что общество поставило товар, не дает оснований для получения им за них оплаты.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия отмечает, что применение реституционных последствий в виде возврата обществом суммы неосновательного обогащения, равной стоимости поставленных товаров, будет направлено на преодоление установленного законом запрета на получение денежных средств, полученных по сделкам, совершенным в обход закона (п. 4 ст. 1109 ГК РФ).

При предложенном ответчиками ином толковании закона для недобросовестного исполнителя нивелируются неблагоприятные последствия, создается ситуация, позволяющая игнорировать предписания закона о порядке совершения сделок.

На основании вышеизложенного, оценив обстоятельства дела и представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд

апелляционной инстанции признает спорные контракты ничтожными, как нарушающими положения Закона N 44-ФЗ и приходит к выводу о том, что в отсутствие государственных контрактов на поставку товаров, заключенных в соответствии с Законом N 44-ФЗ, фактическая поставка таких товаров не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные учреждением обществу денежные средства являются неосновательным обогащением и подлежат возврату заказчику, а поставленный заказчику товар подлежит возврату поставщику.

При таких обстоятельствах решение Арбитражного суда Калужской области от 11.04.2025 по делу № А23-4374/2024 подлежит отмене, а исковые требования - удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В связи с удовлетворением иска в соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ 36 000 руб. государственной пошлины подлежит взысканию с ответчиков в доход федерального бюджета по 18 000 руб. с каждого, в том числе по 3 000 руб. госпошлины за рассмотрение иска и 15 000 руб. госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 11.04.2025 по делу № А23-4374/2024 отменить. Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительными (ничтожными) муниципальные контракты: № 132 от 24.05.2023 на приобретение выставочных конструкций двухстороннего обзора стоимостью 396 000 руб. (выставочные конструкции В2250 Д1350 Ш200 в количестве 2 штук) и № 133 от 24.05.2023 на приобретение выставочных конструкций стоимостью 574 824 руб. (выставочные конструкции двухстороннего обзора В2250 Д1500 Ш200 в количестве 3 штук), заключенные между государственным бюджетным учреждением культуры Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» и обществом с ограниченной ответственностью «Инженерно-коммерческий центр «Раритет».

Применить последствия недействительности ничтожной сделки, обязав общество с ограниченной ответственностью «Инженерно-коммерческий центр «Раритет» возвратить государственному бюджетному учреждению культуры Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» денежные средства в размере 970 824 руб., а государственное бюджетное учреждение культуры Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Инженерно-коммерческий центр «Раритет» выставочные конструкции двухстороннего обзора В2250 Д1350 Ш200 в количестве 2 штук и выставочные конструкции двухстороннего обзора двухстороннего обзора В2250 Д1500 Ш200 в количестве 3 штук.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инженерно-коммерческий центр «Раритет» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 41 770 руб. 50 коп.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения культуры Калужской области «Калужский музей изобразительных искусств» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 41 770 руб. 50 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья И.Ю. Воронцов

Судьи Н.В. Егураева В.А. Устинов