Решение от 29 апреля 2020 г. по делу № А35-10186/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Курск

29 апреля 2020 годаа

Дело № А35-10186/2017

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 16.03.2020.

Полный текст решения изготовлен 29.04.2020.

Арбитражный суд Курской области в составе председательствующего судьи Лымаря Д.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 16.03.2020 в помещении арбитражного суда Курской области по адресу: <...>, дело по заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Строймонолит» к

Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску

о признании недействительным решения Инспекции

В заседании участвуют представители:

от заявителя: ФИО2 – конкурсный управляющий, решение арбитражного суда от 23.06.2016; ФИО3 – по пост. доверенности от 01.02.2020;

от ответчика: ФИО4 – по пост. доверенности от 24.12.2019;

Общество с ограниченной ответственностью «Строймонолит» (далее - ООО «Строймонолит») обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску №20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

При подаче заявления Общество с ограниченной ответственностью «Строймонолит» также ходатайствовало о применении обеспечительных мер в виде приостановления решения №20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», ссылаясь на возможность затруднения исполнения судебного акта и причинение заявителю значительного ущерба.

Определением суда от 20.11.2017 в удовлетворении заявления Общества с ограниченной ответственностью «Строймонолит» о принятии обеспечительных мер в виде приостановления решения №20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» было отказано.

Как следует из поступившего заявления, ООО «Строймонолит» не согласилось с оспариваемым решением в полном объеме, а именно заявитель выражал несогласие с доводами Инспекции, касающимися занижения налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2015 год и не исчисления налога на прибыль в размере 7145804 руб. в результате невключения в состав внереализационных доходов суммы кредиторской задолженности с истекшим сроком давности в общей сумме 35729016,95 рублей, ссылаясь на то, что обязательства по векселям были новированы и основания для списания задолженности отсутствовали.

Кроме того, Общество по доначислениям по эпизоду с ООО «СП Даймонд» ссылалось на то, что размер арендной платы первоначально был уменьшен с 300000 руб. до 100000 руб., а впоследствии, согласно условиям соглашения от 25.08.215 о расторжении договора аренды недвижимого имущества, указанный договор был расторгнут с 25.08.2015, следовательно, арендные правоотношения между Обществом и ООО «СП Даймонд» с указанной календарной даты отсутствовали.

Налоговый орган в письменных отзывах требования Общества не признал, ссылаясь на то, что Инспекция обоснованно пришла к выводу о том, что Обществом представлены документы, свидетельствующие о формальном документообороте с ООО СП «Даймонд» по сдаче в аренду в 2014-2015 годах объекта недвижимости, а также о невключении в состав внереализационных доходов при исчислении налога на прибыль организаций за 2015 год суммы кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности, в связи с этим полагая решение в оспариваемой части законным и обоснованным.

Выслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц. участвующих в деле, и изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее:

Общество с ограниченной ответственностью «Строймонолит» (зарегистрировано в качестве юридического лица 17.01.2007 за ОГРН <***>, ИНН <***>, расположено по адресу: 305004, <...>).

Решением Арбитражного суда Курской области от 23.06.2016 по делу A35-4745/2016 ООО «Строймонолит» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Как усматривается из материалов дела, на основании решения заместителя начальника ИФНС России по г. Курску ФИО5. от 26.05.2016 года № 20-10/152/117 «О проведении выездной налоговой проверки» в период с 26.05.2016 по 13.12.2016 была проведена выездная налоговая проверка ООО «Строймонолит». Проверяемый период – с 01.01.2013 по 31.03.2016.

По результатам проведенной проверки был составлен Акт налоговой проверки от 13.02.2017 №20-10/14.

На основании представленных налогоплательщиком возражений налоговым органом были проведены дополнительные мероприятия налогового контроля.

По результатам рассмотрения налоговой проверки, возражений ООО «Строймонолит», материалов дополнительных мероприятий налогового контроля решением ИФНС России по г. Курску было № 20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» Обществу, с учетом внесения в него изменений решением № 20-10/57 от 21.07.2017 (т.3, л.д.96-97), было доначислено:

771205,00 руб. налога на прибыль в федеральный бюджет, 113919,69 руб. пени за просрочку его уплаты, 77120,40 руб. штрафа на основании п.1 ст.122 НК РФ по указанному налогу;

6940842,00 руб. налога на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации, 1025284,10 руб. пени за просрочку его уплаты, 694084,00 руб. штрафа на основании п.1 ст.122 НК РФ по указанному налогу;

2285526,37 руб. налога на добавленную стоимость, 333464,35 руб. пени за просрочку его уплаты, 228552,00 руб. штрафа на основании п.1 ст.122 НК РФ по указанному налогу;

26273,00 руб. налога на доходы физических лиц, 27639,51 руб. пени за просрочку его уплаты, 2627,00 руб. штрафа на основании ст.123 НК РФ по указанному налогу (п.3.1 указанного решения в редакции решения № 20-10/57 от 21.07.2017),

а также предложено уменьшить необоснованные убытки за 2015 год в сумме 618104,00 руб. (пп. «в» п.3.2 решения).

ООО «Строймонолит» оспорило решение ИФНС России по г. Курску № 20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к налоговой ответственности» путем подачи апелляционной жалобы в вышестоящий налоговый орган. Решением УФНС России по Курской области №338 от 23.08.2017 апелляционная жалоба ООО «Строймонолит» была оставлена без удовлетворения, а оспариваемое решение – без изменения.

Таким образом, досудебный порядок урегулирования спора в отношении всех заявленных требований Обществом соблюден.

Не согласившись с решением ИФНС России по г. Курску № 20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к налоговой ответственности», ООО «Строймонолит» обратилось в арбитражный суд Курской области с настоящим заявлением, оспорив указанное решение в полном объеме.

Требования заявителя арбитражный суд полагает подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Основанием для принятия оспариваемого решения в части оспариваемых доначислений по налогу на добавленную стоимость явились выводы Инспекции по эпизодам, касающимся финансово-хозяйственной деятельности ООО «Строймонолит», а именно:

По налогу на добавленную стоимость:

- выводы о неподтвержденных документально налогоплательщиком налоговых вычетах по представленным 28.09.2016 уточненным декларациям за 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1 и 3 кварталы 2015 года, 1 квартал 2016 года (непредставление подтверждающих изменение суммы вычетов документов по требованию № 20-10/152/117/2 от 05.12.2016, с.11-15 оспариваемого решения) – доначислен НДС в сумме 1664648 руб. 00 коп, 313470,36 руб. пеней, 166464,00 штрафа на основании ст.122 НК РФ;

- выводы о занижении выручки от сдачи налогоплательщиком имущества в аренду ООО СП «Даймонд» в периоде с 2 квартала 2014 по 4 квартал 2015 года (с.15-17 оспариваемого решения) – доначислен НДС в размере 620878,37 руб., 39685,38 руб. пени, 62088,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ.

По налогу на прибыль:

- выводы о занижении налога на прибыль по операциям от сдачи имущества в аренду ООО СП «Даймонд» в 2014-2015 г.г. (с.5-8 оспариваемого решения) – доначислен налог на прибыль организаций в сумме 566243,00 руб, 15790,00 руб. пени, 56623,40 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ;

- выводы о невключении налогоплательщиком в состав внереализационных доходов за 2015 год сумм кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности по взаимоотношениям с ООО «Атлантис», ДСК ДСИ, ООО «Инжстрой», КБ ОБР (<...> оспариваемого решения) – доначислен налог на прибыль организаций в сумме 7145889,00 руб., 1116865,00 р. пеней, 714581,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ.

По налогу на доходы физических лиц:

- выводы о неуплате в проверяемом периоде (2013-2016 годы) удержанного, но не перечисленного в бюджет налога на доходы физических лиц (с.17-19 оспариваемого решения) – доначислено 26273,00 руб. налога на доходы физических лиц, 27639,51 руб. пени за просрочку его уплаты, и 2627,00 руб. штрафа на основании ст.123 НК РФ.

При оценке правомерности и обоснованности вынесения оспариваемого решения судом установлено следующее.

Ссылки заявителя на выход инспекции за пределы предусмотренного п.4 ст.89 НК РФ, отклоняются судом.

В соответствии с указанной нормой Налогового кодекса РФ, в рамках выездной налоговой проверки может быть проверен период, не превышающий трех календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Решение о проведении выездной налоговой проверки № 20-10/152/117 вынесено 26.05.2016, следовательно, проверяемые периоды, исчисляемые в соответствии с п.4 ст.89 НК РФ, включают в себя 2013, 2014, 2015 и период с 01.01.2016 по 31.03.2016, доводы заявителя основаны на неверном толковании положений ст.89 НК РФ.

По доначислениям налога на добавленную стоимость в связи с неподтверждением налоговых вычетов по уточненным налоговым декларациям (п.2.2.1 оспариваемого решения, с.10-15):

В соответствии со статьей 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги, представлять в установленном порядке в налоговый орган по месту учета налоговые декларации (расчеты), если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах.

В соответствии со статьей 143 НК РФ, плательщиками налога на добавленную стоимость являются российские индивидуальные предприниматели.

Согласно ст.171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

В соответствии с п.1 ст.171 НК РФ, вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ.

В статье 172 НК РФ определен порядок применения налоговых вычетов. Налоговые вычеты, предусмотренные ст.171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

Как видно из положений статей 171 и 172 НК РФ, для применения налогового вычета по НДС необходимо выполнить ряд условий: товары (работы, услуги) приобретаются для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения; имеются оформленные надлежащим образом счета-фактуры; товары (работы, услуги) приняты на учет, имеются соответствующие первичные документы.

Налогоплательщики обязаны вести книгу покупок и книгу продаж в соответствии с п.3 ст.169 НК РФ.

Как следует из п. 1 Правил ведения книги покупок, применяемой при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 N 1137, книга покупок предназначена для регистрации счетов-фактур (в том числе корректировочных, исправленных), выставленных продавцами, в целях определения суммы налога на добавленную стоимость, предъявляемой к вычету (возмещению).

Однако в силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав и при наличии соответствующих первичных документов.

Кроме того, в п. 1 ст. 169 НК РФ указано, что документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав сумм налога к вычету, является счет-фактура.

Как следует из материалов дела и оспариваемого решения, ООО «Строймонолит» дополнительно к ранее представленным первичным декларациям по налогу на добавленную стоимость за проверяемый период были представлены уточненные декларации. Даты представления, отраженные в первичных и уточненных декларациях сумм НДС, сведения о выявленных проверкой расхождениях отражены в таблицах, содержащихся на с.10-14 оспариваемого решения, и подтверждены материалами дела.

Вместе с тем, в ходе выездной налоговой проверки на основании анализа представленных налогоплательщиком книг продаж и покупок за 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1 и 3 кварталы 2015 года, 1 квартал 2016 года при их сопоставлении с данными, указанными налогоплательщиком в уточненных декларациях от 28.09.2016 за эти периоды, были выявлены следующие расхождения:

По данным книг продаж и покупок за 2 квартал 2014 года реализация заявлена в сумме 549152,00 рублей, по представленной 28.09.2016 года уточненной декларации реализация заявлена в сумме 294916,00 руб., а сумма вычета увеличена и заявлена в сумме 52113,00 руб.;

По данным книг продаж и покупок за 3 квартал 2014 года реализация заявлена в сумме 294915,00 рублей, по представленной 28.09.2016 года уточненной декларации реализация заявлена в сумме 281357,00 руб., а сумма вычета увеличена и заявлена в сумме 46123,0 руб.;

По данным книг продаж и покупок за 4 квартал 2014 года реализация заявлена в сумме 294915,00 рублей, по представленной 28.09.2016 года уточненной декларации реализация заявлена в сумме 308474,00 руб., а сумма вычета увеличена и заявлена в сумме 51039,00 руб.

По данным книг продаж и покупок за 1 квартал 2015 года реализация заявлена в сумме 692523,00 рублей, по представленной 28.09.2016 года уточненной декларации реализация заявлена в сумме 294915,00 руб.

По представленной 28.09.2016 года уточненной декларации за 3 квартал 2015 года реализация увеличена и заявлена в сумме 12300201,00 руб., а сумма вычета заявлена в сумме 2158231,00 руб., тогда как в книге покупок, представленной в ходе выездной налоговой проверки, подтвержденная сумма заявленного вычета составила 731959,79 руб.

В ходе проведения выездной налоговой проверки не представлены книги продаж и покупок за 1 квартал 2016 года.

Для выяснения обоснованности сведений, отраженных в представленных 28.09.2016 уточненных декларациях за 2 квартал 2014, 3 квартал 2014, 4 квартал 2014, 1 квартал 2015, 3 квартал 2015, 1 квартал 2016 года ИФНС России по г.Курску налогоплательщику было направлено требование № 20-10/152/117/2 от 05.12.2016 года о представлении подтверждающих документов. Вместе с тем, подтверждающих документов (в том числе – книг продаж, книг покупок, счетов-фактур), а также дополнительных пояснений налогоплательщиком не было представлено, в силу чего в нарушение п.1 ст.171, п.3 ст.169 НК РФ сумма заявленных в указанных налоговых периодах налоговых вычетов не подтверждена и не обоснована.

Таким образом, по данному эпизоду выводы о неподтвержденных документально налогоплательщиком налоговых вычетах по представленным 28.09.2016 уточненным декларациям за 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1 и 3 кварталы 2015 года, 1 квартал 2016 года (непредставление подтверждающих изменение суммы вычетов документов по требованию № 20-10/152/117/2 от 05.12.2016, с.11-15 оспариваемого решения), по итогам которых был доначислен НДС в сумме 1664648 руб. 00 коп, 313470,36 руб. пеней, 166464,00 штрафа на основании ст.122 НК РФ, являютс правильными и документально подтвержденными. Суд отмечает, что, оспаривая решение Инспекции в полном объеме, вместе с тем налогоплательщик ни в заявлении, ни в ходе рассмотрения спора, не привел никаких оснований и документов, опровергающих выводы налогового органа и доначисления по данному эпизоду, по существу их не оспаривая.

По доначислениям налога на добавленную стоимость, налога на прибыль по эпизоду с ООО «СП «Даймонд» (п.2.2.2 оспариваемого решения, с.15-17; п.2.1.1 оспариваемого решения, <...>):

Между ООО «Строймонолит» (арендодателем) и ООО «СП Даймонд», ИНН <***> (арендатором) был заключен договор аренды недвижимого имцщества № 2 от 25.07.2013 (т.2, л.д.84-86), согласно которому ООО «Строймонолит» передал ООО «СП Даймонд» во временное владение и пользование недвижимое имущество: нежилое здание площадью 1262,7 кв. м., инвентарный номер: 38:401:002:000327550, литер А, этажность 5, подземная этажность 1, кадастровый номер: 46/46-01/041/2008-42, расположенное по адресу: г. Курск, у. Верхняя Луговая, д.65. Размер арендной платы – 694485,00 руб. в месяц. Срок действия договора – 5 лет (с 25.07.2013 по 25.07.2018 (п.7.2), с возможностью его продления (п.5.2 договора); в Росреестре договор был зарегистрирован 04.09.2013.

В соответствии с актом приема-передачи от 25.07.2013 ООО СП «Даймонд» приняло от Общества указанное недвижимое имущество.

Между сторонами договора было заключено дополнительное соглашение № 1 от 01.08.2013 (т.2, л.д.96, 150), согласно которому арендатор был освобожден с 25.07.2013 по 31.12.2013 от арендной платы, а с 01.01.2014 арендная плата была установлена в размере 300000 руб. в месяц.

31.12.2013 между ООО «Строймонолит» и ООО «СП Даймонд» было заключено дополнительное соглашение № 2 (т.2, л.д.97, 152), согласно которому размер арендной платы с 01.01.2014 был установлен в размере 100000 руб. в месяц.

В материалах дела также имеется договор аренды недвижимого имущества от 14.01.2014 (т.2, л.д.88-90, т.3, л.д.1-3), согласно которому арендодатель (ООО «Строймонолит») передает, а арендатор (ООО СП «Даймонд») принимает указанное выше недвижимое имущество, находящееся по адресу: <...>; при этом пунктом 3.1 данного договора установлена арендная плата в размере 300000 руб. в месяц. Срок действия договора – с 14.01.2014 по 14.12.2014 (п.7.2), с возможностью его дальнейшего продления (п.5.2 договора). Передача имущества подтверждена актом приема-передачи от 14.01.2014 (т.2, л.д.91).

Анализируя данный договор и книги продаж Общества за 2014-2015 год, Инспекция пришла к выводу о том, что ООО «Строймонолит» было обязано ежемесячно выставлять в адрес ООО «СП Даймонд» счет-фактуру и акт выполненных работ по арендным платежам, с отражением реализации для исчисления налога на прибыль, отражением в книге продаж и исчислением НДС.

Вместе с тем, по мнению Инспекции, ООО «Строймонолит» необоснованно не в полном объеме отражало реализацию, в связи с чем не полностью производило исчисление и уплату НДС в указанных периодах:

реализация за 1 квартал 2014 года отражена в полном объеме (3 месяца х 300000 руб.);

во 2 квартале 2014 – за апрель и май 2014: по 300000 р.,

не отражены: июнь 2014 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.);

в 3 квартале 2014 – только за сентябрь 2014;

не отражены:

июль 2014 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.)

август 2014 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.);

в 4 квартале 2014 – только за декабрь 2014

не отражены:

октябрь 2014 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.)

ноябрь 2014 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.);

в 1 квартале 2015 – за март 2015

не отражены:

январь 2015 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.)

февраль 2015 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.);

во 2 квартале 2015 – за июнь 2015 129800,00 р. (в т.ч. НДС 19800,00 р.)

не отражены:

апрель 2015 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.)

май 2015 – 300000,00 р. (реализация 254237,28 р. + НДС 45762,71 р.)

июнь 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 144238,00 р. + НДС 25962,84 р.);

в 3 квартале 2015 – июль, август, сентябрь 2015 – отражена реализация по 100000,00 руб. не отражены:

июль 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.)

август 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.)

сентябрь 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.)

в 4 квартале 2015 – октябрь, ноябрь, декабрь 2015 – отражена реализация по 100000,00 руб. не отражены:

октябрь 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.)

ноябрь 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.)

декабрь 2015 – 300000 р. (дополнительно реализация 169491,52 р. + НДС 30508,47 р.).

Расчет доначислений НДС по данному эпизоду отражен на с.15-16 оспариваемого решения, всего по данному эпизоду было доначислено 620878,37 руб. НДС, 39685 руб.38 коп. пени за просрочку его уплаты, 62088,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на добавленную стоимость.

Поскольку поступления от сдачи имущества в аренду являются также объектом налогообложения налогом на прибыль, налогоплательщику по данному эпизоду было также доначислено 566243,00 руб. налога на прибыль, 15790,00 руб. пеней за просрочку его уплаты и 56623,40 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль.

Налогоплательщик в возражениях на акт проверки ссылался на изменение договоров аренды вышеуказанными дополнительными соглашениями, а также на расторжение договора аренды № 2 от 25.07.2013 на основании дополнительного соглашения № 2 от 27.08.2015 (т.2, л.д.94, 153), в связи с чем полагал доначисления по указанному эпизоду необоснованными.

УФНС по Курской области в ходе апелляционного обжалования, ссылаясь на наличие двух противоречащих друг другу договоров (договора № 2 от 25.07.2013 и договора б/н от 14.01.2014), полагало, что данные документы свидетельствуют о формальном документообороте, а предмет аренды находился у ООО «СП Даймонд» в фактическом пользовании с 25.07.2013 по декабрь 2015 года включительно, в связи с чем .

Оценивая доводы сторон по указанному эпизоду, суд принимает во внимание, что несмотря на то, что дополнительным соглашением № 2 от 31.12.2013 ООО «Строймонолит» и ООО «СП Даймонд» установили размер арендной платы с 01.01.2014 по 100000 руб. в месяц, с 14.01.2014 эти же стороны заключили новый договор аренды на тот же самый объект недвижимости (т.2, л.д.88-90), согласно которому размер арендной платы составил 300000 руб. в месяц.

Поскольку в данном случае имела место сделка между теми же сторонами, о том же предмете, на новых условиях, суд применяет к указанным правоотношениям правила ст.414 ГК РФ, в связи с чем полагает действие ранее заключенного сторонами договора № 2 от 25.07.2013, на сохранение которого ссылается Инспекция, прекращенным с 14.01.2014 в связи с новацией арендного обязательства сторонами путем заключения нового договора. При этом последующее заключение сторонами соглашения от 23.08.2015 о расторжении договора № 2 от 25.07.2013 не имеет правового значения, поскольку данный договор уже утратил силу. С учетом указанного, судом также отклоняются ссылки налогового органа на формальность документооборота налогоплательщика.

Доказательства, на которые ссылается налоговый орган (записи в книге продаж ООО СП «Даймонд» о реализации в части аренды, отсутствие заявлений ООО «СП Даймонд» об изменении фактического местонахождения, размещенные на сайте ООО «СП Даймонд» в сети «Интернет» фотографий, подтверждающих, по мнению Инспекции, осуществление деятельности ООО «СП Даймонд» в спорном здании по адресу: <...>, не отвечают критериям допустимости доказательств, с необходимой степенью достоверности не подтверждают обстоятельства, на которые ссылается Инспекция, поскольку могут быть расценены лишь в качестве косвенных доказательств, предполагающих лишь некоторую степень вероятности, в силу чего выводы Инспекции носят предположительный характер и надлежащими, отвечающими критериям достоверности и допустимости, доказательствами не подтверждены. При этом ни книга покупок, ни книга продаж не являются первичными документами, служащими для учета соответствующих операций, поскольку они фактически являются регистрами налогового учета, данные которых формируются на основании первичных документов. Вместе с тем, первичных документов, подтверждающих позицию налогового органа, Инспекцией в ходе проверки не добыто; напротив, представленные налогоплательщиком первичные документы (договоры, дополнительные соглашения, акта приема-передачи) опровергают выводы Инспекции. Публикация на сайте ООО «СП Даймонд» фотографий, указывающих на проведение в спорном здании мероприятий, не исключает возмрожности их осуществления ООО «СП Даймонд» на основании иных договоров (например, субаренды, пользования), заключенных с новым арендатором; при этом, обязанность доказывания, которая в силу положений ч.1 ст.65, ч.5 ст.200 АПК РФ лежит на налоговом органе, им не выполнена. Для подтверждения доводов о фактическом осуществлении деятельности ООО СП «Даймонд» в арендованном здании после окончания действия договора аренды № 2 от 25.07.2013 налоговый орган руководствовался не первичными документами, подтверждающими факт осуществления деятельности в указанные даты, а информацией, содержащейся на официальном сайте ООО СП «Даймонд», а именно из размещенных отчетных фотографий о проведенных мероприятиях, которые не могут являться надлежащими доказательствами наличия арендных правоотношении между контрагентами после расторжения договора аренды либо его прекращения по иным основаниям.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что вменение получения в 3 и 4 кварталах 2015 дохода от арендной платы в связи с использованием спорного здания основываются на не подтвержденных первичными документами сведениях (из книги продаж и из отчетных фотографий с мероприятий на сайте в сети «Интернет»), что само по себе не может служить доказательством осуществления деятельности ООО СП «Даймонд» в арендованном помещении в 3 и 4 кварталах 2015 года.

Вместе с тем, отклоняются судом также и ссылки налогоплательщика на заключение к договору № 2 от 25.07.2013 дополнительного соглашения № 2 от 31.12.2013, согласно которому арендная плата с 01.01.2014 была установлена в размере 100000 руб., поскольку и сам договор № 2 от 25.07.2013, и дополнительные соглашения к нему утратили силу в связи с новацией арендных обязательств путем заключения нового договора от 14.01.2014 о том же предмете. Согласно условиям нового договора от 14.01.2014, размер арендной платы составил 300000 руб. в месяц; при этом поскольку после истечения срока действия договора (с 14.01.2014 по 14.12.2014) стороны продолжили арендные правоотношения без возражений, в силу п.5.2 договора он продолжил свое действие и на 2015 год.

В связи с этим произведенные Инспекцией доначисления налога на добавленную стоимость и налога на прибыль за 2014 год и 1-2 кварталы 2015 года, исходя из размера арендной платы 300000 руб., являются правильными, поскольку налогоплательщиком, в нарушение ст.ст.39, 146, 154, 247, 248, 252, 271 НК РФ, в данных периодах была занижена налогооблагаемая база по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, 01.09.2015 ООО «Строймонолит» заключил договор аренды № 1 (т.2, л.д.155-157) на тот же самый объект недвижимости с иным лицом – ООО «Даймонд Люкс» (ИНН <***>). Имущество передано ООО «Даймонд Люкс» по акту приема-передачи от 01.09.2015 (т.2, л.д.160), договор № 1 от 1.09.2015 заключен на срок с 01.09.2015 по 31.07.2020, зарегистрирован в Росреестре 20.10.2015, а передаваемое имущество обременено ипотекой, согласно дополнительному соглашению № 1 от 01.09.2015 (т.2, л.д.158). Согласно п.3.1 договора, сумма арендной платы составила 100000 руб. в месяц.

Как следует из материалов дела, с указанной даты налогоплательщик отражал реализацию от арендных платежей в сумме 100000 руб. ежемесячно, и правильно исчислял и уплачивал с указанных сумм НДС и налог на прибыль.

В связи с этим произведенные Инспекцией доначисления по данному эпизоду за 3 и 4 кварталы 2015 года по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль, а также вывод Инспекции об обязании налогоплательщика уменьшить убытки по налогу на прибыль за 2015 год на 618104,00 руб., являются необоснованными, а решение в указанной части подлежит признанию недействительным.

В приведенном на с.16 оспариваемого решения расчете доначислений по налогу на добавленную стоимость за 3 и 4 кварталы 2015 года при определении итоговой суммы недоимки Инспекцией допущена арифметическая ошибка на 0 руб. 54 коп., однако при определении сумм доначисленной недоимки по налогу на добавленную стоимость, подлежащей признанию недействительной (183050,40 руб.), суд исходит из размера фактических доначислений, отраженных в п.3.1 резолютивной части оспариваемого решения (с учетом его изменения решением № 20-10/57 от 21.07.2017):

2285526,37 руб. (общая сумма доначисленного проверкой НДС) – 1664648,00 руб. (НДС по эпизоду с необоснованными налоговыми вычетами) – 437827,97 руб. (обоснованно начисленный НДС за 2014, 1-2 кварталы 2015 года) = 183050,40 р. – сумма необоснованно доначисленного НДС а 3 и 4 кварталы 2015 года. С учетом этого, а также представленных Инспекцией расчетов, сумма необоснованно начисленный пеней по НДС в данной части составила 11700,24 руб., а санкций на основании ст.122 НК РФ по налогу на добавленную стоимость – 18305,08 руб.

По аналогичным основаниям, как основанные на оценке одних и тех же фактических обстоятельств подлежат признанию недействительными и доначисления налога на прибыль за 2015 год: 31200,00 руб. налога на прибыль в федеральный бюджет, 820 руб. 00 коп. пени за просрочку его уплаты, 3120,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в федеральный бюджет; 280806,00 руб. налога на прибыль в бюджет субъекта РФ, 7540,00 руб. пени за просрочку его уплаты, 28080,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта РФ, а также подлежащие уменьшению на 618104,00 руб. убытки за 2015 год.

По эпизоду с доначислением налога на прибыль по невключению в состав внереализационных доходов за 2015 год сумм подлежащей списанию кредиторской задолженности (п.2.1.2 оспариваемого решения, <...>):

В соответствии со ст.246 НК РФ ООО «Строймонолит» является плательщиком налога на прибыль организаций.

В соответствии со статьей 23 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы. Пунктом 1 статьи 52 НК РФ установлено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

В соответствии со ст.247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, прибылью признаются: полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

В соответствии со ст. 248 НК РФ к доходам относятся: доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (товары определяются в соответствии с п.3 ст.38 НК РФ) и внереализационные доходы.

При определении доходов из них исключаются суммы налогов, предъявленные в соответствии с настоящим Кодексом налогоплательщиком покупателю (приобретателю) товаров (работ, услуг, имущественных прав). Доходы определяются на основании первичных документов и других документов, подтверждающих полученные налогоплательщиком доходы, и документов налогового учета.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 248 НК РФ к доходам в целях налогообложения прибыли относятся внереализационные доходы.

В соответствии с пунктом 18 статьи 250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям.

Согласно пункту 8 Положения по бухгалтерскому учету «Доходы организации» ПБУ 9/99, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 06.05.1999 № 32н внереализационными доходами является сумма кредиторской и депонентской задолженности, по которым истек срок исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 271 ГК РФ в целях настоящей главы доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 настоящей статьи.

Положения ст. 250 НК РФ предусматривают обязанность налогоплательщика отнести суммы кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, в состав внереализационных доходов в год истечения срока исковой давности.

Как усматривается из оспариваемого решения, налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки сделан вывод о необоснованном невключении ООО «Строймонолит» в состав внереализационных доходов сумм кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности в общей сумме 35729019,95 руб., в том числе – по операциям с ООО «Атлантис» (32301286,49 руб.), ДСК ДСИ (1068917,00 руб.), Инжстрой (1319816,46 руб.), ООО КБ «Объединенный банк развития» (в решении указан как КБ ОБР) (1039000,00 руб.), выявленных по результатам инвентаризации.

По итогам проверки оспариваемым решением налогоплательщику по данному эпизоду было доначислено 714576,00 налога на прибыль в федеральный бюджет, 104828,00 руб. пени за просрочку его уплаты, 71458,00 руб. штрафа на основании ст.122 по налогу на прибыль в ФБ; 6431313,00 руб. налога на прибыль в бюджет субъекта РФ, 1012037,00 руб. пени за просрочку его уплаты, 643123,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта РФ.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекция истребовала у налогоплательщика информацию и документы по возникновению данной задолженности:

- вручено уведомление № 20-10/152/117 от 26.05.2016 о необходимости ознакомления с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов;

- в адрес налогоплательщика направлено требование № 20-10/152/117 от 06.06.2016 (документы представлены частично, не в полном объеме);

- направлено требование № 20-10/152/117/2 от 20.06.2016 о представлении копий документов (в период с 31.05.2016 по 29.06.2016 Обществом были представлены оригиналы документов для проверки);

- в адрес конкурсного управляющего направлено требование № 20-10/152/117/2 от 30.08.2016 (документы по требованию не представлены).

В ходе выездной налоговой проверки налогоплательщик в письменных возражениях на акт проверки от 22.05.2017 (т.2, л.д.126-129) в отношении эпизода с ООО «Атлантис» сослался на новацию обязательств, представив копии договоров купли-продажи векселей, копии соглашений о новации, копию акта сверки задолженности. Письмом от 31.05.2017 (т.2, л.д.71) налогоплательщик дополнительно представил копию кредитного договора с ООО КБ «Объединенный банк развития» от 20.10.2010 и выписки по счету банка (т.2, л.д.73-83). Иных документов, в том числе – с апелляционной жалобой в УФНС по Курской области на оспариваемое решение, налогоплательщик налоговому органу не представлял; подлинные векселя, договоры новации налогоплательщик в распоряжение налогового органа не представлял.

Налоговый орган в ходе рассмотрения настоящего спора полагал доводы налогоплательщика о новации вексельного обязательства документально не подтвержденными, и, указывая на имеющиеся в представленных налогоплательщиком документах противоречия, пришел к выводу об отсутствии реальности сделок, оформленных по договорам новации. В связи с этим Инспекция пришла к выводу, что Обществом не доказана обоснованность невключения в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности как по вексельным обязательствам (ООО «Атлантис»), так и по обязательствам из договоров займа и иным (ДСК ДСИ, Инжстрой, КБ ОБР), срок исковой давности по которой истек.

Суд отмечает, что, оспаривая решение Инспекции в полном объеме, вместе с тем налогоплательщик ни в заявлении, ни в ходе рассмотрения спора, не привел никаких оснований и документов, опровергающих выводы налогового органа и доначисления по данному эпизоду в части доначислений по ДСК ДСИ, Инжстрой (с.8-9 решения), то есть оспаривая эти доначисления в составе всех доначислений по решению, по существу против них не возразил и их по существу не оспорил, не опроверг.

С учетом приведенных выше оснований, доначисления налога на прибыль и соответствующих сумм пеней и налоговых санкций на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль по контрагентам ДСК ДСИ и Инжстрой, согласно представленным Инспекцией уточненным расчетам, являются обоснованными и документально подтвержденными.

В отношении доначислений налога на прибыль по контрагенту ООО КБ «Объединенный банк развития» (в решении указан как КБ ОБР, (<...> оспариваемого решения, т.1, л.д.85), суд принимает во внимание следующее.

Представленными в ходе выездной налоговой проверки и апелляционного обжалования доказательствами (соглашением б/н от 23.07.2013 о прекращении Договора о кредитной линии № 109/2008-КЛ от 09.10.2008, Кредитного договора № <***> от 20.10.2010 и Договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 16.02.2011 (т.2, л.д.72), выпиской по счету Общества в ООО КБ «Объединенный банк развития» (т.2, л.д.76-83) подтверждается, что общая сумма погашенной задолженности по указанным в соглашении от 23.07.2013 трем кредитным договорам образует вменяемую налогоплательщику сумму задолженности, которую налоговый орган полагал подлежащей списанию и отнесению к внереализационным доходам с обложением налогом на прибыль. Таким образом, налогоплательщик доказал, у него отсутствовали основания для списания задолженности перед КБ ОБР (поскольку она была погашена) и отнесения ее к внереализационным доходам в 2015 году.

Следовательно, оспариваемое решение в части доначисления за 2015 год по эпизоду с КБ ОБР:

недоимки по налогу на прибыль в федеральный бюджет – 20780,00 руб., пени за просрочку его уплаты – 3000,00 руб., штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в федеральный бюджет – 2078,00 р.;

недоимки по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации – 187020,00 руб., пени за просрочку его уплаты – 29800,00 руб., штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации – 18702,00 р., подлежит признанию недействительным.

Относительно доводов сторон по доначислениям налога на прибыль по эпизоду с ООО «Атлантис», суд принимает во внимание следующее.

В ходе проведения проверки установлено, что налогоплательщик имел взаимоотношения с контрагентом ООО «Атлантис», который являлся для ООО «Строймонолит» покупателем (договоры поставки и первичные документы не представлены). Данная задолженность выявлена в ходе проведения Обществом 31.12.2015 инвентаризации дебиторской и кредиторской задолженности. В оборотно-сальдовой ведомости по счету 76.5 «Расчеты с дебиторами и кредиторами» по состоянию на 01.01.2013 года данная задолженность числится в сумме 32301286,49 руб., то есть у ООО «Строймонолит» возникла кредиторская задолженность на 01.01.2013, которая числилась на балансе организации не оплаченной по состоянию на 31.12.2015. По состоянию на 31.12.2015 данная задолженность не погашена.

Как следует из материалов дела, между ООО «Строймонолит» (Продавец) и ООО «Атлантис» (Покупатель) был заключен договор купли-продажи № 03022012 от 03.02.2012 (т.1, л.д.46-47), согласно которому ООО «Строймонолит» передало ООО «Атлантис» собственные простые векселя в количестве 3 штук на сумму 7383000,00 руб. Переданные Обществом векселя №№ 1853, 1854, 1855 были выпущены 03.02.2012 со сроком погашения - «по предъявлении, но не ранее 03.02.2014».

Также между ООО «Строймонолит» (Продавец) и ООО «Атлантис» (Покупатель) был заключен договор купли-продажи № 15022012 от 15.02.2012 (т.1, л.д.36-37), согласно которому ООО «Строймонолит» передало ООО «Атлантис» собственные простые векселя в количестве 5 штук на сумму 18763540,00 руб. Переданные Обществом векселя №№ 0001856, 0001857, 0001858, 0001859, 0001860 были выпущены 15.02.2012 со сроком погашения - «по предъявлении, но не ранее 14.02.2014». Векселя были переданы Продавцом Покупателю по акту приемки-передачи от 15.02.2012.

Также между ООО «Строймонолит» (Продавец) и ООО «Атлантис» (Покупатель) был заключен договор купли-продажи № 17022012 от 17.02.2012 (т.1, л.д.41-42), согласно которому ООО «Строймонолит» передало ООО «Атлантис» собственные простые векселя в количестве 3 штук на сумму 6154746,49 руб. Переданные Обществом векселя №№ 0019514, 0019515, 0019516 были выпущены 17.02.2012 со сроком погашения - «по предъявлении, но не ранее 17.02.2014».

В соответствии с условиями указанных договоров, Продавец (ООО «Строймонолит») обязуется обеспечить поставку векселей с надлежащим образом оформленными индоссаментами в день поступления денежных средств на расчетный счет Продавца; в свою очередь, Покупатель (ООО «Атлантис») обязан в сроки не позднее 03.02.2012, 15.02.2012 и 17.02.2012 соответственно перечислить на счет Продавца денежные средства.

Векселя по указанным договорам были переданы Продавцом Покупателю по акту приемки-передачи соответственно от 03.02.2012, 15.02.2012, от 17.02.2012.

Налогоплательщик ссылался на то, что 31.01.2015 между ООО «Атлантис» (Сторона-1) и ООО «Строймонолит» (Сторона-2) были заключены три соглашения о новации договоров купли-продажи векселей в заемное обязательство (далее – спорные соглашения о новации):

№ 31012015/1 от 31.10.2015 (т.1, л.д.39) – о новации обязательства из договора купли-продажи № 15022012 от 15.02.2012 на сумму 18763540,00 руб. – в заемное обязательство (договор займа с процентной ставкой 12%);

№ 31012015/2 от 31.10.2015 (т.1, л.д.44) – о новации обязательства из договора купли-продажи № 17022012 от 17.02.2012 на сумму 6154746,49 руб. – в заемное обязательство (договор займа с процентной ставкой 12%);

№ 31012015/3 от 31.10.2015 – о новации обязательства из договора купли-продажи № 03022012 от 03.02.2012 на сумму 7383000,00 руб. – в заемное обязательство (договор займа с процентной ставкой 12%).

Первоначально копии указанных соглашений налогоплательщик представил Инспекции с письменными возражениями на акт налоговой проверки от 22.05.2017 (т.2, л.д.126-129); впоследствии копии соглашений были представлены налогоплательщиком в суд 30.10.2017 вместе с заявлением об оспаривании решения Инспекции.

В рамках рассмотрения настоящего спора, ООО «Строймонолит» 05.07.2018 представило в суд подлинные доказательства: соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, которые были приобщены к материалам дела (т.5, л.д.135-138).

Согласно пояснениям представителей заявителя, подлинные векселя у сторон сделки не сохранились и ни налоговому органу, ни суду не могут быть представлены ни в оригиналах, ни в виде копий. Данные о содержании векселей возможно установить только из договоров купли-продажи и п.2 соглашений о новации.

Заявитель в обоснование заявленного требования о признании недействительным решения №20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», ссылался на то, что данные соглашения о новации являются доказательствами того, что денежные средства, поступившие от ООО «Атлантис», не включаются в налогооблагаемую базу при исчислении налога на прибыль организаций, поскольку, по мнению заявителя, подтверждают, что спорная кредиторская задолженность не подлежала списанию и отнесению в силу этого к внереализационным доходам Общества, облагаемым налогом на прибыль.

Инспекция, ссылаясь на выявленные проверкой противоречия в первичных и учетных документах Общества (неотражение в бухгалтерской отчетности Общества 32301286,49 руб. спорной задолженности в составе долгосрочных заемных средств, несмотря на новацию, по утверждению налогоплательщика, вексельных обязательств в заемные; неотражение в данных Общества сведений об изменении кредитора при реорганизации 20.01.2016 ООО «Атлантис» путем его присоединения к ООО «Клеопатра», наличие у ООО «Клеопатра» признаков организации-однодневки; отсутствие каких-либо признаков взаимодействия налогоплательщика и ООО «Клеопатра» по вопросу погашения долга), полагала указанные обстоятельства свидетельствующими об отсутствии реальности сделок, оформленных спорными соглашениями о новации, а само соглашения полагала сфальсифицированными, предположительно путем более позднего их составления и подписания, нежели даты, в них указанные.

В связи с этим Инспекция в отношении спорных соглашений о новации 30.08.2018 в порядке ст.161 АПК РФ подала заявление о фальсификации заявителем доказательств:

соглашения о новации № 31012015/1 от 31.10.2015 (т.1, л.д.39) обязательства из договора купли-продажи № 15022012 от 15.02.2012 на сумму 18763540,00 руб.;

соглашения о новации № 31012015/2 от 31.10.2015 (т.1, л.д.44) обязательства из договора купли-продажи № 17022012 от 17.02.2012 на сумму 6154746,49 руб.;

соглашения о новации № 31012015/3 от 31.10.2015 обязательства из договора купли-продажи № 03022012 от 03.02.2012 на сумму 7383000,00 руб.,

и об исключении указанных документов из состава доказательств в случае установления факта их фальсификации (т.4, л.д.30-31).

Судом сторонам были разъяснены правовые последствия подачи заявления о фальсификации доказательств. Заявитель не выразил согласия на исключение оспариваемых доказательств из состава доказательств по делу, в связи с чем суд в ходе рассмотрения спора производит их оценку, а также рассмотрение заявления о фальсификации данных доказательств по существу.

С целью проверки заявления о фальсификации доказательств по настоящему делу ИФНС России по г. Курску также было заявлено ходатайство о назначении по делу судебно-технической экспертизы спорных доказательств (трех соглашений о новации) для установления давности их изготовления, производство которой ответчик просил поручить Воронежскому региональному центру судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Представители заявителя против назначения экспертизы указанных документов возражали, ссылаясь на недопустимость ее проведения судом при условии того, что она ранее не была назначена налоговыми органами в ходе налоговой проверки и апелляционного обжалования.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, в возражениях на акт налоговой проверки, полученных налоговым органом 22.05.2017, заявитель ссылался на наличие заключенных соглашений о новации от 31.01.2015, приложил их копии, однако подлинные документы в распоряжение налогового органа не представлялись. При этом заявитель ссылался на невозможность представления налоговому органу иных, помимо представленных, документов, по причине обыска и изъятия документов у ООО «Строймонолит» следственными органами. Вместе с тем, данные обстоятельства не нашли подтверждения в материалах дела, поскольку соглашения о новации в ходе обыска и изъятия не изымались (т.3, л.д.118-119). Ссылки заявителя на представление налоговому органу подлинных соглашений о новации также не нашли своего подтверждения и опровергаются имеющимися в деле доказательствами. В связи с этим налоговый орган в рамках проведения дополнительных мероприятий налогового контроля был лишен возможности своевременно исследовать подлинные документы (соглашения о новации от 31.01.2015) и назначить проведение каких-либо экспертиз по ним.

Как следует из определения Арбитражного суда Курской области от 28.06.2018 по делу № А35-4745/2015, в рамках рассмотрения дела о банкротстве ООО «Строймонолит» оригиналы соглашений о новации были представлены конкурсным управляющим на обозрение суда в судебном заседании 28.06.2018, однако к материалам указанного дела не приобщались и были возвращены конкурсному управляющему.

В рамках рассмотрения дела № А35-10186/2017 подлинные соглашения о новации от 31.01.2015 были представлены в судебном заседании 05.07.2018 и приобщены к материалам указанного дела. В силу этого, ответчик обратился 30.08.2018 с заявлением о фальсификации указанных доказательств.

В рассматриваемой ситуации непредставление подлинных соглашений о новации налоговому органу в ходе налоговой проверки, дополнительных мероприятий налогового контроля, апелляционного обжалования явилось следствием бездействия самого налогоплательщика, в силу чего ссылки заявителя на недопустимость восполнения в ходе рассмотрения спора по делу № А35-10186/2017 неполноты собранных налоговым органом доказательств отклоняются судом как неосновательные. Экспертиза подлинных доказательств, представленных заявителем только в ходе рассмотрения спора, направлена на оценку обстоятельств, имеющих существенное значение для дела и входящих в круг доказывания по делу; при этом испрашиваемая налоговым органом экспертиза необходима для разрешения по существу заявления о фальсификации доказательств.

Определением суда от 25.02.2019 (т.5, л.д.112-116) по делу была назначена судебная комиссионная техническая экспертиза реквизитов и материалов документов с целью установления фактического времени изготовления соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, заключенных ООО «Строймонолит» с ООО «Атлантис». Производство экспертизы было поручено комиссии экспертов Федерального бюджетного учреждения «Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России» (364006, <...>), на разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1. В какой период времени были изготовлены соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, заключенные ООО «Строймонолит» с ООО «Атлантис»?

2. Соответствует ли период времени нанесения оттисков печати ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис» на соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, датам, указанным соответственно в них?

3. В какой период времени на соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 были нанесены оттиски печати ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис»?

4. Соответствует ли время нанесения подписей должностных лиц ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис» на соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, датам, указанным в реквизитах соглашений?

5. Имеют ли соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 признаки искусственного старения, агрессивного или иного воздействия, осуществленного в целях искусственного старения, повреждения, либо невозможности определения периода их фактического изготовления?

6. В какой период времени печатный текст соглашений № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 был напечатан и соответствует ли период времени, в который были напечатаны соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, датам, указанным в реквизитах соглашений?

7. Соответствует ли содержание веществ, позволяющих определить давность изготовления документа, в соглашениях № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, датам, указанным в реквизитах соглашений; если нет, то какому периоду времени оно соответствует?

Согласно заключению комиссии экспертов № 2053/2-3 от 04.04.2019 (т.5, л.д.126-135), установить, в какой период времени были изготовлены соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 (далее – исследуемые спорные соглашения), то есть установить давность их изготовления, не представилось возможным (вопросы № 1 и № 7); установить, соответствует ли период времени нанесения оттисков печати ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис» на исследуемые спорные соглашения, указанным в них датам, не представилось возможным (вопрос № 2); установить, в какой период времени на исследуемые спорные соглашения были нанесены оттиски печатей, не представилось возможным (вопрос № 3); установить время нанесения подписей должностных лиц (вопрос № 4), в какой период времени печатный текст исследуемых спорных соглашений бы напечатан и соответствует ли период времени, в который были напечатаны соглашения, датам, указанным в реквизитах соглашений (вопрос № 6), не представилось возможным.

Вместе с тем, эксперты пришли к выводам, что представленные на исследование спорные соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 имеют признаки, свидетельствующие о факте агрессивного свето-термического воздействия на документы, которое влияет на изменение свойств реквизитов документов (<...> заключения, т.5, л.д.128, 130-131). Эксперты указали также, что данные признаки не свойственны естественному хранению документов и естественному световому воздействию на документы.

Не согласившись с выводами экспертов, заявитель 12.09.2019 ходатайствовал о назначении повторной судебной экспертизы (т.5, л.д.55-56), ссылаясь на то, что заключение экспертов является противоречивым. По ходатайству ответчика судом был вызван эксперт для дачи пояснений по экспертизе в порядке ч.3 ст.86 АПК РФ.

В судебном заседании 18.07.2019 при использовании видеоконференц-связи порядке ч.3 ст.86 АПК РФ государственный эксперт ФИО6, участвовавшая в проведении экспертизы, дала необходимые пояснения по экспертному заключению; при этом эксперт дал исчерпывающие ответы на вопросы суда и дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, что подтверждается аудиозаписью заседания. Согласно пояснениям эксперта, по результатам спектрофотометических исследований исследованные документы не имеют характерных признаков изменения спектра (желтых частей спектра), свойственных процессам естественного старения под воздействием солнечного света, однако имеют характерные признаки, свойственные процессам агрессивного свето-термического воздействия, не свойственным обычным условиям хранения документов и естественного светового воздействия (серая часть спектра при отсутствии желтой). Помимо этого, имеются иные указанные в заключении признаки, позволившие экспертам прийти к обоснованному, непротиворечивому и подтвержденному выводу о факте агрессивного свето-термического воздействия на исследуемые документы.

Оценивая материалы заключения экспертизы, иные имеющиеся в деле доказательства, доводы сторон, дополнительные пояснения эксперта, полученные в порядке ч.3 ст.86 АПК РФ, суд пришел к выводу о том, что проведенная на основании определения суда от 25.02.2019 комиссионная судебно-техническая экспертиза документов, по результатам которой составлено заключение № 2053/2-3 от 04.04.2019, является обоснованной, произведена в соответствии с установленными методиками, противоречий и неполноты экспертизы не имеется. При таких условиях основания для назначения повторной экспертизы отсутствуют, в связи с чем протокольным определением от 16.03.2020 в удовлетворении ходатайства заявителя о назначении по делу повторной судебной экспертизы было отказано.

Основания и порядок исключения конкретного доказательства из состава доказательств по делу установлены ст.161 АПК РФ и только применительно к процедуре рассмотрения заявления стороны о фальсификации доказательств: доказательство исключается из состава доказательств по делу либо с согласия лица, его представившего, до рассмотрения заявления о фальсификации по существу (п.1 ч.1 ст.161 АПК РФ), либо судом после проверки заявления о фальсификации по существу и признания доказательства сфальсифицированным (п.3 ч.1 ст.161, ч.2 ст.161 АПК РФ, с учетом процессуальной аналогии применительно к п.2 ч.1 ст.161 АПК РФ).

Положения ст.67 АПК РФ содержат правило об отказе в принятии и приобщении к материалам дела доказательств, не отвечающих критерию относимости. Вместе с тем, спорные соглашения от 31.01.2015, исходя из их содержания и предмета доказывания в настоящем споре, отвечает критерию относимости к предмету спора, являются значимыми для рассмотрения спора доказательствами, при этом заявитель в порядке п.2 ч.1 ст.161 АПК РФ не выражал согласия на исключение оспариваемых доказательств из числа доказательств по делу и настаивал на их подлинности и соответствии критериям доказательств.

В указанном случае, при наличии оснований полагать доказательства сфальсифицированными, суд признает их таковыми и исключает их из числа доказательств по делу (ч.2 ст.161), при отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства о фальсификации доказательств – такие доказательства подлежат оценке по общим правилам главы 7 АПК РФ, в том числе – по критериям их допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

В качестве основания заявления о фальсификации спорных соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 Инспекция ссылалась на установление в рамках проверки обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у ООО «Строймонолит» реальных заключенных соглашений о новации, а также об отсутствии у него краткосрочных либо долгосрочных обязательств по выплате заемных средств, возникших на основании спорных соглашений о новации.

Рассматривая заявление Инспекции о фальсификации спорных доказательств (соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015), суд принимает во внимание следующее.

Закрепление в арбитражно-процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательств, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства (определение Конституционного Суда Российской Федерации № 560-О-О от 22.03.2012). Сфальсифицированный (подложный) документ не обладает признаками доказательства, не подлежит оценке как самостоятельное доказательство либо в совокупности с иными доказательствами, и не может быть положен в основу судебного акта (ст.ст.67, 68, 71 АПК РФ).

Статьей 161 АПК РФ предусмотрена обязанность суда принять предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств в случае возражений лица, представившего доказательство, против его исключения из числа доказательств. Так, суд может предложить лицу, которое обвиняют в фальсификации доказательства, представить дополнительные доказательства, подтверждающие либо достоверность оспариваемого доказательства, либо наличие (отсутствие) фактов, в подтверждение которых представлено спорное доказательство.

Системное толкование указанных выше норм закона позволяет прийти к выводу, что, проверяя заявление о фальсификации, суд фактически проводит проверку в отношении конкретного лица, а именно – лица, участвующего в деле или его представителя, представившего спорные доказательства, а не по факту достоверности доказательства. При этом суд не лишен возможности оценить представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, с учетом положений ст.71 АПК РФ.

При проверке заявления о фальсификации заявитель отказался исключать оспариваемые доказательства (соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015) из состава доказательств по делу.

Представленные заявителем оригиналы соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 были подвергнуты судебной комиссионной технической экспертизе, которая не смогла ответить на вопросы о давности изготовления оспариваемых документов, однако установила, что данные документы подвергались агрессивному свето-термического воздействию, которое влияет на изменение свойств реквизитов документов.

Поскольку агрессивное свето-термическое воздействие, как правило, применяется для искусственного старения документов, в отношении оспариваемых соглашений о новации имеется вероятность, что соглашения подверглись искусственному состариванию, в результате которого скрыто несоответствие реальной даты изготовления соглашений указанным в них сведениям о дате их составления. То есть имеется определенная степень вероятности, что оспариваемые соглашения в действительности были составлены позднее указанной в них дат.

Вместе с тем, нельзя исключить и возможность агрессивного свето-термического воздействия по тем или иным причинам и на документ, соответствующий указанной в нем дате. Следовательно, возможность несоответствия давности документа указанной в нем дате носит не бесспорный, а вероятностный характер и не является безусловно доказанной; установленный экспертизой факт агрессивного воздействия на доказательства является лишь косвенным доказательством, с абсолютной достоверностью не свидетельствующим о том, что давность изготовления исследуемых документов не соответствовала указанным в них датам.

При этом несоответствия давности изготовления документов указанным в них датам экспертизой не установлено, эксперты вывода о несоответствии давности изготовления документов указанным в них датах не сделали.

Под фальсификацией доказательства в арбитражном деле следует понимать сознательное искажение представляемых доказательств, которое может быть выполнено путём подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл документа, являющийся доказательством по рассматриваемому в арбитражном суде делу, а также искусственное создание отсутствующего доказательства по делу (фабрикация). Субъективная сторона фальсификации доказательств может быть только в форме прямого умысла. Субъекты фальсификации доказательств – участвующие в рассматриваемом арбитражным судом деле лица, представившие доказательства.

Сам по себе факт агрессивного воздействия на спорные доказательства не доказывает со 100% вероятностью, что давность их изготовления не соответствует указанным в них датам, но указывает на возможность наличия такой вероятности. Конкретные обстоятельства оказания на оспариваемые доказательства агрессивного воздействия ни экспертами в ходе экспертизы, ни судом в ходе рассмотрения спора не установлены.

Какие-либо доказательства совершения представителями заявителя ООО «Строймонолит» - конкурсным управляющим Общества ФИО2, представителем Общества по доверенности ФИО3 - умышленных действий по фальсификации (сознательному искажению) спорных доказательств – соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 – не установлены и в распоряжении суда отсутствуют.

В силу этого, а также у учетом того, что вывод о фальсификации доказательств не может строиться на вероятностных предположениях, наличие в действиях представителей заявителя ООО «Строймонолит» - конкурсного управляющего Общества ФИО2, представителя Общества по доверенности ФИО3 признаков фальсификации доказательств применительно к ее пониманию как совершенного с прямым умыслом сознательного искажения соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений, нельзя признать установленным и доказанным.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют достаточные и безусловные основания полагать спорные доказательства сфальсифицированными применительно к положениям ст.161 АПК РФ, ст.303 УК РФ.

С учетом указанного, протокольным определением от 16.03.2020 суд отказал в удовлетворении заявления Инспекции о фальсификации доказательств и в исключении по этим основаниям оспариваемых Инспекцией доказательств – соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, из состава доказательств по делу.

С учетом указанного, суд производит оценку оспариваемых соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 по правилам ст.71 АПК РФ, в их совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами.

Вместе с тем, производя оценку спорных доказательств (соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015) по правилам ст.71 АПК РФ, в их совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, суд, с учетом установленного экспертизой факта оказания на спорные доказательства агрессивного свето-термического воздействия, приходит к выводу о том, что спорные доказательства (соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015), как подвергавшиеся агрессивному свето-термическому воздействию, одним из последствий которого может являться искусственное «состаривание» документа, не могут достоверно свидетельствовать о действительной дате их составления. Следовательно, указанные соглашения как доказательства по делу не отвечают критериям достоверности доказательств.

Помимо этого, доводы заявителя о новации вексельных правоотношений, основывающиеся на представленных в качестве доказательств вышеуказанных соглашениях, вступают в противоречия с иными собранными в ходе проверки и рассмотрения спора доказательствами, а также с установленными по делу обстоятельствами.

Так, спорная задолженность Общества в размере 32301286,49 руб. по состоянию на 01.01.2013 перед ООО «Атлантис» была выявлена в ходе проведения инвентаризации дебиторской и кредиторской задолженности 31.12.2015.

Первоначально на требования Инспекции первичные документы, подтверждающие основания возникновения кредиторской задолженности в сумме более 33 миллионов рублей, не были представлены; первая информация о наличии договоров купли-продажи векселей и последующих соглашений о новации вексельных обязательств в заемные была раскрыта налогоплательщиком перед Инспекцией только с возражениями на акт проверки (вх. от 22.05.2017, т.2, л.д.126-129).

Как следует из материалов проверки, ООО «Атлантис» (ИНН <***>) было зарегистрировано 19.05.2011 по адресу: <...> (является адресом массовой регистрации), руководителем являлся ФИО7, который, в свою очередь, является массовым руководителем и учредителем. ООО «Атлантис» прекратило деятельность 20.01.2016 в результате присоединения к ООО «Клеопатра» (ИНН <***>), руководителем которого также является ФИО7

13.06.2017 в отношении ООО «Клеопатра» в ЕГРЮЛ внесена запись о том, что сведения о последнем местонахождении Общества (127576, <...>) недостоверны, а 13.01.2019 ООО «Клеопатра» исключена из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

Согласно представленным заявителем договорам купли продажи векселей, ООО «Атлантис» приобрело у налогоплательщика простые векселя с условием их оплаты в период с 03.02.2012 по 17.02.2012. Согласно выпискам с расчетного счета ООО «Строймонолит», открытого в ООО КБ «Объединенный банк развития», подтверждено поступление денежных средств от ООО «Атлантис»: 03.02.2012 – в сумме 7383000,00 руб., 15.02.2012 – 18763540,00 руб., 17.02.2012 – 6154746,49 руб.

Налогоплательщик ссылался на то, что между ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис» заключены соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, согласно которым обязательства по выданным налогоплательщиком векселям новированы в заемные (договор займа с процентной ставкой 12%)

Ссылаясь на совершение действий по новации собственных векселей, заявитель утверждал, что основания для списания кредиторской задолженности в 2015 году отсутствовали, поскольку задолженность не являлась просроченной.

При этом срок возврата займов в указанных соглашениях о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 не установлен, что является условием, явно обременительным для стороны заимодавца.

При этом при таких условиях договоров займа в силу ст.810 ГК РФ сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, что, в свою очередь, является условием, явно обременительным для заемщика, которому необходимо собрать значительную сумму денежных средств в короткий срок.

При этом суд также обращает внимание на то, что в новированных договорах займа на значительную сумму (более 32 миллионов рублей) не предусмотрены как сроки займа, так и ни ответственность сторон, ни условия изменения процентной ставки в случае инфляции, ни меры обеспечения обязательств сторон, что позволяет оценивать такие условия как явно и существенно отличающиеся от условий обычно заключаемых договоров займа между юридическими лицами на сопоставимые суммы. Дополнительных соглашений к новированным обязательствам стороны не заключали, при этом ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе рассмотрения спора в суде не установлено обстоятельств, что стороны спорных сделок предпринимали меры к истребованию займа (со стороны заимодавца) либо по возврату займа (со стороны заемщика). Данные действия не объясняются экономической или какой либо иной разумной целесообразностью, указывают на «искусственность» договоров, согласованность действий сторон, направленность на документальное оформление искусственного продления срока действия существовавшей ранее кредиторской задолженности, с тем, чтобы не списывать ее как безнадежную к взысканию, не относить к внереализационным доходам по налогу на прибыль.

В подтверждение этого, в представленных налогоплательщиком документах имеются противоречия, указывающие на несоответствие документов действительному содержанию экономических операций.

Бухгалтерская отчетность должна давать достоверное и полное представление об имущественном и финансовом положении организации, о его изменениях, а также о финансовых результатах деятельности.

Согласно положению статьи 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» организации перед составлением годовой бухгалтерской отчетности для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Результаты инвентаризации подлежат своевременной регистрации на счетах бухгалтерского учета без каких-либо пропусков и изъятий. Аналогичное требование к срокам проведения инвентаризации предусмотрено п.27 Положения по ведению бухгалтерского учета, утвержденного Приказом Минфина РФ № 34н от 29.07.1998 «Об утверждении Положения по бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации».

Вместе с тем, согласно данным бухгалтерской отчетности, представленной заявителем в налоговый орган, включая бухгалтерский баланс за 2015 год, представленный 28.03.2016, сумма долгосрочных заемных обязательств Общества с 01.01.2010 по 01.01.2015 не изменялась, а по состоянию на 01.01.2016 составила 0 руб.

Следовательно, заемные средства ООО «Атлантис» в размере более 32 млн. руб. ни в в составе долгосрочных, ни в составе краткосрочных заемных обязательств в бухгалтерской отчетности ООО «Строймонолит», зафиксированной поверкой, отражены не были, что было установлено налоговым органом в ходе налоговой проверки. Такое же положение в бухгалтерской отчетности Общества сохранялось и на момент принятия оспариваемого решения (02.06.2017).

Не была она отражена и в уточненной бухгалтерской отчетности Общества по состоянию на 01.01.2015, 01.01.2016, представленной после возбуждения дела о банкротстве ООО «Строймонолит». В соответствии с уточненными данными бухгалтерской отчетности по состоянию на 01.01.2016 никакие сделки, в результате которых могли бы возникнуть заемные обязательства, Обществом в 2015 году не заключались.

Последующие, после выявления нарушения налоговым органом, изменения Обществом бухгалтерской отчетности, которые заявитель расценивает как доказательства своей позиции о действительности спорных сделок новации, оцениваются судом критически как попытку искусственного создания видимости реальности хозяйственных операций. Налогоплательщик не представил убедительных пояснений, по какой причине данные хозяйственные операции не были отражены в бухгалтерском учете Общества ранее.

Кроме того, с момента присоединения ООО «Атлантис» к ООО «Клеопатра» (20.01.2016) в бухгалтерском учете ООО «Строймонолит» в бухгалтерском учете Общества путем соответствующих записей необходимо было произвести замену кредитора на ООО «Клеопатра», однако никаких записей на момент окончания проверки и принятия оспариваемого решения налогового органа у Общества об этом не имелось. Помимо этого, Обществом ни в ходе проверки, ни в ходе апелляционного обжалования в УФНС по Курской области не представлено никаких доказательств существования деловой переписки после 31.01.2015 по вопросу займов между ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис» либо ООО «Клеопатра».

Представленные налогоплательщиком в суд апелляционной инстанции по делу № А35-4745/2016 о банкротстве дополнительные доказательства (бухгалтерский баланс должника по состоянию на 31.12.2017, с расшифровкой кредиторской задолженности, содержащий сведения о наличии задолженности перед ООО «Клеопатра» в размере 32301286,49 руб., акты сверки по состоянию на 25.12.2015, на 01.01.2017, на 23.04.2018) не представлялись налоговому органу ни в ходе выездной налоговой проверки, ни с возражениями на акт проверки, ни с апелляционной жалобой на решение; данные доводы налогоплательщика не отражены в апелляционной жалобе и не являлись предметом досудебного обжалования в УФНС. При этом суд обращает внимание, что бухгалтерский баланс на 31.12.2017 и расшифровка кредиторской задолженности были представлены в суд в рамках дела № А35-10186/2017 только 05.07.2018 (т.4, л.д.2, 11-14), а акты сверки по состоянию на 25.12.2015, на 01.01.2017, на 23.04.2018, на которые имеется ссылка в постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2018, в дело № А35-10186/2017 не представлялись, поскольку существовала возможность подвергнуть их экспертизе подлинности наряду с оспоренными Инспекцией соглашениями о новации. Указанное суд расценивает как недобросовестное процессуальное поведение заявителя.

Кроме того, как следует из представленных налогоплательщиком документов и пояснений, денежные средства, полученные от ООО «Атлантис» в качестве оплаты по договорам купли-продажи векселей, ООО «Строймонолит» направило на погашение кредитных обязательств перед ООО КБ «Объединенный банк Развитие», то есть распорядилось данными денежными средствами по своему усмотрению.

При этом опрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 18.07.2019 ФИО8, являвшаяся директором ООО «Строймонолит» с 2007 года до момента передачи полномочий по управлению Обществом конкурсному управляющему ФИО2 в рамках дела о банкротстве Общества № А35-4745/2016, затруднилась назвать основания возникновения кредиторской задолженности Общества в сумме более 32 миллионов рублей перед ООО «Атлантис», впоследствии указав, что ООО «Атлантис» уплатило за ООО «Строймонолит» кредит.

С учетом обоснованного выше несоответствия оспариваемых Инспекцией соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 критериям достоверности доказательств, а также неподтверждения доводов налогоплательщика в указанной части иными, отвечающими критериям достоверности, допустимости, достаточности доказательствами, суд приходит к выводу о том, что факт новации вышеуказанных вексельных обязательств, на который ссылается заявитель как на основание своих требований, доводов и возражений, не доказан заявителем, не нашел свое подтверждения в иных материалах дела и, напротив, опровергается иными имеющимися в деле доказательствами.

Ссылки заявителя на преюдициальное, по его мнению, выводы судов первой и апелляционной инстанции по делу № А35-4745/2916 относительно оценки сделок ООО «Строймонолит» отклоняются судом по следующим основаниям.

Как следует из представленных заявителем документов, а также из судебных актов, содержащихся в системе «Картотека арбитражных дел» на сайте https://kad.arbitr.ru в сети Интернет, в рамках рассмотрения Арбитражным судом Курской области дела № А35-4745/2016 о признании ООО «Строймонолит» несостоятельным (банкротом) определением от 28.06.2018 признаны требования ООО «Монолит» в размере 32301286,49 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Строймонолит», имущества должника (п.4 ст.142 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)»).

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2018 (т.5, л.д.83-90) в удовлетворении апелляционной жалобы ФНС России в лице УФНС России по Курской области на указанное определение было отказано, определение Арбитражного суда Курской области от 28.06.2018 по делу № А35-4745/2016 оставлено без изменения.

Заявитель ссылался на то, что в рамках настоящих судебных актов судами установлены обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, в том числе – дана оценка действительности сделок новации от 31.01.2015 между ООО «Строймонолит» и ООО «Атлантис».

В соответствии с ч.2 ст.69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Состав лиц, участвовавших в рассмотрении дела о банкротстве № А35-4745/2016, не идентичен составу лиц, участвующих в рассматриваемом настоящем налоговом споре. ИФНС России по г. Курску, являющаяся ответчиком по настоящему делу, лицом, участвующим в деле № А35-4745/2016, не являлась, свои процессуальные права, в том числе – заявить возражения по поводу действительности сделки, заявить процессуальные ходатайства, представить доказательства – возможности не имела.

Кроме того, как следует из правовой позиции, изложенной в ряде Постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (№ 13988/06 от 03.04.2007, № 11974/06 от 17.06.2007, № 18357/13 от 10.06.2014, № 3318/11 от 25.07.2011), определений Верховного Суда Российской Федерации (№ 306-КГ18-19998 от 13.03.2019, № 304-КГ18-15768 от 29.01.2019, № 305-ЭС15-16362 от 29.03.2016), положения ч.2 ст.69 АПК РФ касаются лишь вопроса освобождения от доказывания обстоятельств дела, а не их правовой квалификации, которая может быть различной и зависит в том числе от характера конкретного спора; при этом арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений.

Рассматриваемый в деле № А35-10186/17 спор является налоговым спором, который касается правовой оценки законности доначисления налогов, пеней, санкций, в том числе – путем правовой оценки юридической действительности сделок налогоплательщика, влияющих на исчисление налогов и налогооблагаемую базу, при этом при рассмотрении указанного спора применяются не правила искогового производства или рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве), а правила главы 24 АПК РФ с установленными специальными доказательственными презумпциями, объемом прав и обязанностей сторон.

Возможные ссылки заявителя на абзац 4 п.28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» к рассматриваемой ситуации неприменимы, поскольку данные разъяснения касаются требований о взыскании долга по денежным обязательствам или обязательным платежам, заявляемых в порядке ст.ст.212-215 АПК РФ, и не касается правовой оценки действительности сделок.

Помимо этого, в силу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 п.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 57 от 23.07.2009 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС15-16362 от 29.03.2016, в случае, если при рассмотрении нового дела сторона представляет доказательства, подтверждающие, что обстоятельствам может быть дана иная оценка, суд должен исследовать эти доказательства и доводы стороны.

Как усматривается из судебных актов по делу № А35-4745/2016, при разрешении в первой инстанции вопроса о включении требований в реестр кредиторов в судебном заседании 28.06.2018 судом исследовались копии спорных соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 и обозревались оригиналы соглашений, однако, несмотря на возражения ФНС России относительно их достоверности и юридической действительности, подлинные соглашения к материалам дела не приобщались, судебная экспертиза указанных соглашений на предмет давности их изготовления не проводилась, данные доказательства были расценены судом как достоверные и достаточные.

Вместе с тем, суды первой и апелляционной инстанции в деле № А35-4745/2016 при оценке доказательств не располагали той совокупностью доказательств, которая была собрана налоговым органом в ходе налоговой проверки, при этом, как отмечено ранее, часть доказательств (а именно – акты сверки по состоянию на 25.12.2015, на 01.01.2017, на 23.04.2018) не была раскрыта заявителем в деле № А35-10186/2017, но была представлена в дело № А35-4745/2016, что суд расценивает как недобросовестное процессуальное поведение заявителя.

Наряду с этим, в рассматриваемом настоящем деле № А35-10186/2017 по результатам описанной выше судебной технической экспертизы заключением комиссии экспертов № 2053/2-3 от 04.04.2019 было установлено, что представленные на исследование спорные соглашения № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 имеют признаки, свидетельствующие о факте агрессивного свето-термического воздействия на документы, которое влияет на изменение свойств реквизитов документов (<...> заключения, т.5, л.д.128, 130-131). Эксперты указали также, что данные признаки не свойственны естественному хранению документов и естественному световому воздействию на документы.

Данное обстоятельство не было известно судам первой и апелляционной инстанции по делу № А35-4745/2016 при оценке спорных соглашений о новации как юридически действительных (определение суда первой инстанции вынесено 28.06.2018, постановление суда апелляционной инстанции – 21.12.2018, а результаты экспертизы по делу № А35-10186/2017 получены 18.04.2019), однако, если бы оно было известно на момент принятия указанных актов в рамках дела № А35-4745/2016, оно имело бы существенное значение для правовой оценки как самих доказательств (соглашений о новации), так и вытекающих из них сделок.

Учитывая указанное, суд в рамках иного, налогового спора, по приведенным выше основаниям, с учетом всех имеющихся в деле № А35-10186/2017 обстоятельств и доказательств, не связан выводами судов в деле о банкротстве относительно правовой оценки сделок Общества, в том числе – спорной сделки новации вексельных обязательств в заемные (соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015), в силу чего вправе дать самостоятельную оценку доказательствам. Ссылки заявителя на судебные акты по гражданско-правовым спорам о включении требований к Обществу в реестр требований кредиторов общества подлежат отклонению, поскольку оценка налоговых последствий совершенных во исполнение сделок финансово-хозяйственных операций и решение вопроса о реальности (отсутствии реальности) их осуществления для целей налогообложения производятся в порядке, предусмотренном налоговым законодательством. Данная правовая позиция подтверждена определением Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ17-23569 от 09.02.2019. В связи с этим ссылки заявителя на судебные акты по делу № А35-4745/2016 нельзя признать обоснованными.

При таких условиях, оценивая имеющиеся в деле № А35-10186/2017 доказательства в их системной взаимосвязи и совокупности, соглашения о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015, как уже отмечено ранее, признаны судом не отвечающими критерию достоверности доказательств.

С учетом недостоверности соглашений о новации № 31012015/1 от 31.01.2015, № 31012015/2 от 31.01.2015, № 31012015/3 от 31.01.2015 как доказательств, и следовательно, недоказанности обстоятельств, на наличие которых заявитель ссылался, представив спорные доказательства, прочие доводы сторон (в том числе – о порядке исчисления срока исковой давности с учетом срока и порядка погашения векселей,) не имеют правового значения.

Принимая во внимание указанное, оспариваемое решение в части доначислений налога на прибыль по контрагенту ООО «Атлантис» (646021,00 руб. налога на прибыль в федеральный бюджет, 95382,00 руб. пени за просрочку его уплаты, 64603,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в федеральный бюджет; 5814231,00 руб. налога на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации, 920549,00 руб. пени за просрочку его уплаты, 581424,00 руб. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации) является законным и обоснованным, а требования заявителя в данной части не подлежат удовлетворению.

В отношении доначислений по налогу на доходы физических лиц суд отмечает следующее.

В 2013, 2014, 2015 годах, 1 квартале 2016 года ООО «Строймонолит» являлось налоговым агентом по налогу на доходы физических лиц. На начало проверяемого периода, по данным налогового агента - ООО «Строймонолит», его задолженность по уплате в бюджет налога на доходы физических лиц составляет 47288 руб., что подтверждается данными счетов 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда», 68.1 «Расчеты с бюджетом по налогу на доходы физических лиц», карточки расчетов с бюджетом системы электронной обработки данных ИФНС России по г. Курску.

Пунктом 3 ст.24 НК РФ предусмотрена обязанность налоговых агентов правильно и своевременно исчислять, удерживать из средств, выплаченных налогоплательщикам и перечислять в бюджет соответствующие налоги. В нарушение п.6 ст.226 НК РФ ООО «Строймонолит» налог на доходы физических лиц в бюджет за проверяемый период перечисляло несвоевременно и не в полном объеме, чем не выполнило свои обязанности, возложенные на него ст.24 НК РФ.

На окончание проверяемого периода задолженность по уплате в бюджет налога на доходы физических лиц ООО «Строймонолит» составила 73561 руб., в том числе за проверяемый период 26273 руб. (73561 руб.- (47288 руб.- 0,00 руб.))

Данное нарушение подтверждается документами за 2013 год -1 кв. 2016 год по счетам 51 «Расчетный счет», 5 «Касса», 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда», 68.1 «Расчеты с бюджетом по налогу на доходы физических лиц», расчетными ведомостями, карточкой расчетов с бюджетом по налогу на доходы физических лиц ООО «Строймонолит», справкам о доходах и удержанном налоге на доходы физических лиц работников по форме 2-НДФЛ за 2013, 2014, 2015 представленными в ИФНС России по г. Курску, данными карточки «Расчеты с бюджетом» по налогу на доходы физических лиц системы электронной обработки данных ИФНС России по г. Курску ООО «Строймонолит».

Согласно справкам о доходах и удержанном налоге на доходы физических лиц работников по форме 2-НДФЛ налог на доходы физических лиц исчислен и удержан с налогоплательщиков в полном объеме. Долга за налогоплательщиками по налогу на доходы физических лиц перед налоговым агентом нет. Однако, перечисление налога на доходы физических лиц в бюджет ООО «Строймонолит» не производило. Все доходы выплачивались физическим лицам за вычетом сумм налога на доходы физических лиц, подлежащих уплате в бюджет. Фактически налоговый агент взял на себя обязанность по удержанию налога, что подтверждается справкам о доходах и удержанном налоге на доходы физических лиц работников по форме 2-НДФЛ, данными счета 51 «Расчетный счет».

В проверяемом периоде заработная плата работникам ООО «Строймонолит» выплачивалась путем перечисления денежных средств на банковские пластиковые карты, наличными денежными средствами из кассы предприятия, полученными с расчетных счетов в кредитных организациях за вычетом сумм налога на доходы физических лиц, подлежащих уплате в бюджет, что подтверждается счетом 50 «Касса», движением денежных средств по счету 51 «Расчетный счет». В проверяемом периоде на расчетные счета Общества поступала выручка и списывалась на хозяйственные расходы (на оплату по договорам, за услуги, услуги связи, услуги банка), что подтверждается сведениями о движении денежных средств по расчетному счету, полученными из кредитных организаций. Следовательно, ООО «Строймонолит» имело реальную возможность исполнить обязанности налогового агента по перечислению налога на доходы физических лиц в бюджет.

Суд отмечает, что, оспаривая решение Инспекции в полном объеме, вместе с тем налогоплательщик ни в заявлении, ни в ходе рассмотрения спора не привел никаких оснований и документов, опровергающих выводы налогового органа и доначисления по данному эпизоду в части доначислений НДФЛ, пени и штрафа по ст.123 НК РФ (с.17-20 решения), то есть оспаривая эти доначисления в составе всех доначислений по решению, по существу против них налогоплательщик не возражал и их по существу не оспорил, не опроверг.

С учетом указанного, проверяемым решением налогоплательщику обоснованно доначислено 26723,00 руб. налога на доходы физических лиц, 27639,51 руб. пени за просрочку его уплаты и 2627,00 руб. 00 коп. штрафа на основании ст.123 НК РФ.

С учетом установленных обстоятельств, а также принимая во внимание, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что уточненные требования ООО «Строймонолит» подлежат частичному удовлетворению путем признания оспариваемого решения решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску № 20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», с учетом его изменения решением № 20-10/57 от 21.07.2017, недействительным в части:

доначисления 183050 руб. 40 коп. налога на добавленную стоимость, 11700 руб. 24 коп. пени за просрочку его уплаты, 18305 руб. 08 коп. штрафа на основании п.1 ст.122 НК РФ по налогу на добавленную стоимость;

доначисления 51980 руб. 00 коп. налога на прибыль в федеральный бюджет, 38202 руб. 00 коп. пени за просрочку его уплаты, 5198 руб. 40 коп. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в федеральный бюджет;

доначисления 467826 руб. 00 коп. налога на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации, 37340 руб. 00 коп. пени за просрочку его уплаты, 46782 руб. 00 коп. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации (п.3.1 решения);

уменьшения убытка по налогу на прибыль за 2015 год на 618104 руб. 00 коп. (п.3.2 решения).

В оставшейся части уточненных требования удовлетворению не подлежат.

Согласно ч.4. ст.201 АПК РФ в резолютивной части решения о признании ненормативного правового акта недействительным также должно содержаться указание на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Принимая во внимание положения ч.1 ст.110 АПК РФ, а также результаты рассмотрения дела, судебные расходы в сумме 3000 руб. 00 коп., понесенные заявителем на уплату государственной пошлины за рассмотрение заявления, подлежат отнесению на налоговый орган.

Расходы, понесенные ответчиком на оплату назначенной по его ходатайству судебной экспертизы суд считает подлежащими распределению пропорционально размеру удовлетворенных требований, поскольку по результатам назначенной по ходатайству ответчика судебной экспертизы был доказан факт агрессивного свето-термического воздействия на представленные истцом доказательства, а сами доказательства в силу этого были признаны судом недостоверными, сумма доначислений в оспариваемой по этому эпизоду части была признана обоснованной.

Общая сумма оспариваемых налогоплательщиком доначислений составляла 12539765,02 руб. (100%), удовлетворено требований (признано недействительными доначислений) на 826001,72 р. (6,6 %).

Из состава внесенной ответчиком на депозит суда суммы (91942,00 руб.) фактически понесено ответчиком расходов на сумму 54037,00 руб. (45572,00 руб. – перечислено в оплату экспертизы, 8465,00 руб. – перечислено за оплату явки эксперта по вызову в суд), 37905,00 руб. – подлежат возврату налоговому органу после вступления решения в законную силу как излишне перечисленные.

Из состава фактически понесенных ответчиком расходов 54037,00 р. х 6,6% = 3566,44 р. – подлежат отнесению на ответчика. Указанные расходы уже были оплачены ответчиком.

В оставшейся части, пропорциональной сумме доначислений, в оспаривании которой заявителю отказано (54037,00 – 3566,44 = 50470,56 р.), понесенные ответчиком фактические расходы по оплате экспертизы, результаты которой были оценены в пользу ответчика, подлежат взысканию с заявителя в пользу ответчика.

Руководствуясь статьями 17, 29, 110, 167-170, 176, 200-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Требования Общества с ограниченной ответственностью «Строймонолит» к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску удовлетворить частично.

Признать решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску № 20-10/52 от 02.06.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», с учетом его изменения решением № 20-10/57 от 21.07.2017, недействительным в части:

доначисления 183050 руб. 40 коп. налога на добавленную стоимость, 11700 руб. 24 коп. пени за просрочку его уплаты, 18305 руб. 08 коп. штрафа на основании п.1 ст.122 НК РФ по налогу на добавленную стоимость;

доначисления 51980 руб. 00 коп. налога на прибыль в федеральный бюджет, 38202 руб. 00 коп. пени за просрочку его уплаты, 5198 руб. 40 коп. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в федеральный бюджет;

доначисления 467826 руб. 00 коп. налога на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации, 37340 руб. 00 коп. пени за просрочку его уплаты, 46782 руб. 00 коп. штрафа на основании ст.122 НК РФ по налогу на прибыль в бюджет субъекта Российской Федерации (п.3.1 решения);

уменьшения убытка по налогу на прибыль за 2015 год на 618104 руб. 00 коп. (п.3.2 решения).

В удовлетворении оставшейся части требований отказать.

Оспариваемое решение проверено на соответствие Налоговому кодексу Российской Федерации, Гражданскому кодексу Российской Федерации.

В порядке п.3 ч.4 ст.201 АПК РФ обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по г. Курску устранить допущенные нарушения прав заявителя.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску (305007, <...>, зарегистрирована в качестве юридического лица 27.12.2004 за ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ООО «Строймонолит» (305004, <...>, зарегистрировано в качестве юридического лица 17.01.2007 за ОГРН <***>, ИНН <***>) 3000 руб. 00 коп. судебных расходов на оплату госпошлины.

Взыскать с ООО «Строймонолит» (305004, <...>, зарегистрировано в качестве юридического лица 17.01.2007 за ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Курску (305007, <...>, зарегистрирована в качестве юридического лица 27.12.2004 за ОГРН <***>, ИНН <***>) 50470 руб. 56 коп. понесенных ответчиком судебных расходов на оплату судебной экспертизы.

Возвратить Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Курску с депозитного счета Арбитражного суда Курской области 37905 руб. 00 коп. денежных средств, излишне внесенных на депозит Арбитражного суда Курской области по платежному поручению № 192240 от 12.02.2019 за проведение судебной экспертизы, после вступления решения в законную силу.

Данное решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, через Арбитражный суд Курской области.

Судья Д.В. Лымарь