Решение от 20 октября 2023 г. по делу № А63-15447/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-15447/2022
г. Ставрополь
20 октября 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 октября 2023 года.

Решение изготовлено в полном объеме 20 октября 2023 года.


Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Кузьминой М.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Репиной А.Н., рассмотрев исковое заявление акционерного общества «Росгеология», г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>,

к департаменту по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, ОГРН <***>, ИНН <***>,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, федеральное государственное бюджетное учреждение «Всероссийский научно-исследовательский геологический нефтяной институт», г. Москва,

о признании недействительным решения департамента по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, от 08.09.2022 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта № 03-18-УВС от 18.09.2018, расторжении государственного контракта № 03-18-УВС от 18.09.2018 в связи с существенным изменением обстоятельств, взыскании государственной пошлины 12 000 руб.,

при участии в судебном заседании представителей истца ФИО1 по доверенности от 31.03.2021 № 42, ФИО2 по доверенности от 21.09.2021 №119, представителей ответчика ФИО3 по доверенности от 12.12.2022 № 29, ФИО4 по доверенности от 08.06.2023 № 01-04-28/1411, представителей третьего лица ФИО5 по доверенности от 09.01.2023 № 2, ФИО6 по доверенности от 11.10.2023 № 169,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Росгеология» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с иском к департаменту по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу о признании незаконным решения от 08.09.2022 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 18.09.2018 № 03-18-УВС.

Определением от 27.09.2022 исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 31.10.2022.

Согласно определению заместителя председателя Арбитражного суда Ставропольского края от 31.10.2022, дело № А63-15447/2022, находящееся в производстве судьи Волошиной Л.Н., было передано на рассмотрение судье Кузьминой М.Н.

Определением от 29.11.2022 приняты уточненные исковые требования, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФГБУ «Всероссийский научно-исследовательский геологический нефтяной институт», г. Москва.

Определением от 27.03.2023 производство по делу приостановлено в связи с назначением судебной экспертизы, производство которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уфимский государственный нефтяной технический университет», г. Уфа: ФИО7, ФИО8 Срок экспертизы установлен до 31.05.2023.

Определением от 31 мая 2023 года производство по делу было возобновлено.

Определением от 14.06.2023 срока проведения экспертизы продлен до 23.08.2023.

Определением от 23.08.2023 производство по делу возобновлено.

Представители истца в судебном заседании поддержали исковые требования.

Представители ответчика считали заявленные требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению. Обратились с ходатайством о вызове экспертов в судебное заседание, представили вопросы экспертам.

Представители третьего лица поддержали доводы ответчика.

Представители истца считали ходатайство ответчика о вызове экспертов в судебное заседание не подлежащим удовлетворению, так как экспертное заключение мотивировано, логично и в полной мере содержит ответы на поставленные судом вопросы, а ходатайство ответчика сводится к несогласию с выводами экспертов.

Рассмотрев ходатайство ответчика о вызове экспертов в судебное заседание, суд признает его не подлежащим удовлетворению.

Изучив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Из представленных в материалы дела документов судом установлено, что между Департаментом по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу (далее – ответчик, Заказчик) и Акционерным обществом «Росгеология» (далее - Истец, Подрядчик) заключен государственный контракт № 03-18-УВС от 18.09.2018 на выполнение работ по строительству параметрической скважины № 1 Чумпаловская по объекту «Бурение параметрической скважины Чумпаловская 1 глубиной 6250 м (второй этап бурения)».

Согласно пункту 1.2 контракта работы выполняются в соответствии с Техническим (Геологическим) заданием, календарным планом выполнения работ и утвержденной заказчиком проектной документацией.

Календарным планом выполнения работ установлено, что работы по объекту выполняются подрядчиком в период с III квартала 2018 года по IV квартал 2020 года.

Письмом от 08.09.2022 с исх. № 01-04-14/1653 заказчиком в адрес подрядчика направлено решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 08.09.2022, полученное истцом 09.09.2022 .

Обосновывая односторонний отказ от исполнения контракта, ответчик сослался на пункт 9.2 контракта, который предусматривает возможность одностороннего отказа стороны контракта от его исполнения в соответствии с гражданским законодательством, а также на пункт 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец считал, что отказ от контракта по указанным обстоятельствам противоречит фактическим обстоятельствам, так как подрядчик своевременно приступил к исполнению обязательств по контракту, надлежаще выполнил значительный объем работы. Невозможность завершения работ была вызвана обстоятельствами, не зависящими от подрядчика - неоднократными геологическими осложнениями, о чем было известно заказчику, который указаний о приостановлении работ и возражений относительно проведения необходимых работ по устранению последствий геологических осложнений не заявлял.

В обоснование доводов истец указал, что своевременно приступил к исполнению обязательств по контракту и выполнил работы на общую сумму 876 543 440 руб. следующие работы: бурение скважины до глубины 5453 м; крепление скважины обсадной колонной Ø219/245 мм; проведение комплексов ГТИ и ГИС; оперативная интерпретация данных ГТИ и ГИС; проводка скважины с систематическим геологическим и технологическим контролем и координацией различных работ и исследований в ней, предусмотренных проектом; лабораторно-аналитические исследования; детальные лабораторно-аналитические исследования керна; транспортировка керна и шлама, создание эталонной коллекции; формирование массива информации; подготовка информационных геологических отчетов – квартальных и годовых.

Выполненный объем работ был принят заказчиком без замечаний, что подтверждается актами № 1 от 25.06.2019, № 2 от 28.06.2019, № 3 от 30.09.2019, № 4 от 25.12.2019, № 1 от 06.07.2020, № 1 от 24.05.2021, № 2 от 12.11.2020, № 3 от 25.12.2020.

При выполнении оставшегося объема работ возникли непредвиденные обстоятельства геологического характера, выразившиеся в газоводопроявлении (далее – ГНВП), которые были зафиксированы в акте б/н от 20.10.2019, подписанном, в том числе, независимым экспертом-супервайзером, приставленным для контроля всего процесса со стороны самого Заказчика – ведущим инженером по буровым работам ФГБУ «ВНИГНИ» ФИО9.

Пунктом 4.8 контракта также установлено, что заказчик обязан обеспечить систематический контроль за ходом и качеством работ по контракту с целью предотвращения неоправданных затрат, а подрядчик обязан своевременно предоставлять достоверную информацию о ходе исполнения своих обязательств, в том числе о сложностях, возникающих при исполнении контракта.

Руководствуясь положениями закона и контракта, подрядчик письмом от 22.10.2019 (исх. № 08-01-02-5301/ВП) уведомил заказчика и ФГБУ «ВНИГНИ» о возникновении геологического осложнения на объекте. 29.10.2019 комиссией был составлен акт об окончании газоводопроявления, длившегося с 19.10.2019 по 29.10.2019, и о необходимости начала работ по ликвидации прихвата бурового инструмента.

Протоколом заседания Научно-технического Совета Кавказнедра № 16.01.2020 от 03.07.2020 вышеуказанный инцидент признан геологическим осложнением, при этом для рассмотрения заказчиком вопроса компенсации расходов на ликвидацию геологического осложнения и его последствий Подрядчику рекомендовано обратиться в независимую экспертную организацию для оценки действий персонала буровой бригады при ликвидации ГНВП.

В соответствии с полученными рекомендациями подрядчик обратился в АО «Усинскгеонефть» для проведения соответствующей экспертизы (обращение в данную организацию было согласовано с Кавказнедра – письмо Кавказнедра от 17.11.2020 исх. № 01-03-20/1350).

Согласно заключению, подготовленному экспертами на основании материалов, предоставленных для исследования, отраслевых норм и правил, действующих в нефтяной и газовой отрасли, действия персонала буровой бригады ФИО10 № 1, при ликвидации ГНВП в период с 19.10.2019 по 29.10.2019, были своевременными и соответствовали нормативным документам. Данные действия позволили не допустить неконтролируемый выброс (фонтанирование) и его последствия, заглушить скважину и ликвидировать ГНВП.

26 ноября 2020 года по результатам второго заседания Научно-технического Совета Кавказнедра, на котором была представлена экспертиза АО «Усинскгеонефть», комиссия установила, что геологическое осложнение началось 19.10.2019, а закончилось – 15.05.2020. Комиссия также подтвердила, что работы на скважине, проводившиеся в период с 30.10.2019 по 15.05.2020, были направлены на ликвидацию прихвата бурильного инструмента, причиной которого послужило осложнение геологического характера (протокол № 39.02.20 от 26.11.2020).

В соответствии с Техническим (Геологическим) заданием (Приложение № 1 к контракту) основной целью выполнения работ по контракту является уточнение геологического строения зоны сочленения Терско-Каспийского краевого прогиба с Ногайской ступенью, оценка перспектив нефтегазоносности отложений осадочного чехла.

Достижение указанной цели не представлялось возможным без работ, проведенных подрядчиком по ликвидации геологического осложнения, возникшего по причинам, не зависящим от действий самого подрядчика.

Согласно пункту 1.2 контракта подрядчик обязан выполнять работы в соответствии с проектной документацией, а согласно Разделу 3.13 Книги 3 Проектной документации при производстве геологоразведочных работ должен недопустить/предупредить возникновение открытых газовых и нефтяных фонтанов, а в случае возникновения - осуществить их ликвидацию.

02 июня 2021 года между подрядчиком и буровым субподрядчиком АО «НПЦ «Недра» подписан акт выполненных работ, согласно которому АО «НПЦ «Недра» выполнило работы по ликвидации геологического осложнения и его последствий на сумму 162 804 879 руб. 06 коп.

Указанные обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Ставропольского края от 27.06.2022 по делу № А63-11130/2021, оставленным без изменения постановлениями Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2022, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.03.2023.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 07.06.2023 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ отказано.

В последующем при производстве работ произошло иное геологическое осложнение: при бурении сплошным забоем случился провал, произошло резкое снижение нагрузки на долото с 6 до 0 т и снижение давления на стояке манифольда с 200 атм. до 142 атм. при производительности бурового насоса 16 л/с, зафиксирована полная потеря циркуляции.

Таким образом, 16.12.2020 зафиксировано геологическое осложнение, заключающееся в поглощении промывочной жидкости, о чем был составлен акт о начале геологического осложнения, подписанный, в том числе, независимым экспертом-супервайзером, приставленным для контроля всего процесса со стороны заказчика – ведущим инженером по буровым работам ФГБУ «ВНИГНИ» ФИО9.

Ввиду случившегося осложнения в Кавказнедра было направлено уведомление о возникновении геологического осложнения и невозможности продолжения выполнения работ до устранения его последствий (Исх. № 08-01-02-6487-АА от 23.12.2020) с приложением акта и плана работ.

В протоколе Кавказнедра о приемке результатов выполненных работ № 09.01.21 от 18.05.2021 указано, что «Отставание в выполнении календарного плана произошло вследствие аварии с потерей подвижности КНБК при забое 5453 м., произошедшей 31.12.2020. В течение первого квартала 2021 года выполнялись аварийные работы, и скважина находится в простое в ожидании и завоза бурильного инструмента (СБТ) с левой резьбой и аварийного инструмента».

Ввиду возникших очередных геологических осложнений протоколом совещания в Роснедра № 03-18/49-пр от 19.03.2021 принято решение: в срок до 25.03.2021 АО «Росгео» направить в Кавказнедра и ФГБУ «ВНИГНИ» для рассмотрения и согласования план мероприятий по ликвидации инцидента; АО «Росгео» в срок до 01.04.2021 представить предложения по организации и выполнения работ по бурению скважины до проектной глубины, в т.ч. предусматривающих изменение технологических решений, с оценкой сроков завершения работ по объекту.

АО «Росгео» неоднократно направляло планы работ на ликвидацию геологического осложнения от 20.12.2020 и от 27.12.2020, что подтверждается перепиской между сторонами: письмо от 31.03.2021 № 01-01-01-14-1372-АА с предложением к программе аварийных работ ФГБУ «ВНИГНИ»; письмо об изменении сроков устранения геологического осложнения от 01.06.2021 № 01-01-01-2368; письмо от 21.07.2021 № 01-01-01-14-3077-АА о сроках проведения работ и предупреждение о консервации скважины.

Согласно ответу Кавказнедра от 02.08.2021 (исх. № 01-02-47/1018) во ФГБУ «ВНИГНИ» предоставлен проект программы аварийных работ для дальнейшего согласования.

Истец считал, что поскольку в процессе бурения скважины выявлено значительное расхождение между фактическим геологическим разрезом и проектным (наличие зон несовместимости по бурению в интервале 5130-5453 м.), завершение работ в предусмотренном объеме и сроки является невозможным.

С целью предупреждения рисков открытого фонтанирования в период вынужденной приостановки работ, в соответствии с п. 1584 Федеральных норм и правил в нефтяной и газовой промышленности, объект был введен в консервацию до уточнения проектных показателей и утверждения нового (измененного) рабочего проекта производства буровых работ.

В период с 23.11.2021 по 01.02.2022 в скважине проведены работы согласно мероприятиям и плану работ на установку цементных мостов.

Работы по контракту приостановлены с 01.02.2022, о чем АО «Росгео» уведомило заказчика письмом от 18.04.2022 (исх.№ 01-01-01/14/1448/АА).

АО «Росгео» в письмах от 12.01.2022, 10.02.2022 (исх. № 01-01/14/72/АА, № 01-01-01/14/487/АА) обратилось в Кавказнедра с предложениями рассмотреть ориентировочную стоимость работ и согласовать разработку проектной документации, а также заключить новый контракт для выполнения работ по скважине до проектного забоя 6250 м. в фактических геологических условиях.

В протоколе от 26.04.2022 Федерального агентства по недропользованию указано, что с учетом фактического технического (аварийного) состояния скважины завершение работ по объекту «Бурение параметрической скважины Чумпаловская 1 глубиной 6250 м (второй этап бурения до глубины 6250м) следует считать нецелесообразным.

В письме Кавказнедра от 16.08.2022 № 01-04-14/1486, к которому был приложен проект соглашения о расторжении контракта, указано на наличие оснований для расторжения контракта по соглашению сторон.

В ответ на данное предложение АО «Росгео направило заказчику письмо от 31.08.2022 № 01-01-01/14/3209/АА с приложением проекта соглашения о расторжении контракта с корректировкой условий в части возмещения стоимости дополнительно выполненных работ и взыскания штрафных санкций.

09 сентября 2022 года заказчик направил в АО «Росгео» решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 08.09.2022 со ссылкой на допущенную просрочку со стороны подрядчика.

Пунктом 10.6 контракта установлено, что все споры, связанные с контрактом, рассматриваются Арбитражным судом по месту нахождения заказчика.

Считая отказ от государственного контракта не соответствующим требованиям законодательства, истец обратился с иском в суд.

Оценивая правомерность заявленных требований, суд первой инстанции исходит из следующего.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В силу п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

При рассмотрении данного дела судом установлено, что между сторонами возникли правоотношения, регулируемые параграфом 1 главы 37 ГК РФ - договором подряда.

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Работы по договору подряда должны быть выполнены в соответствии с условиями договора или требованиями, которые обычно предъявляются к работам соответствующего рода (п. 1 ст. 721 ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами.

Пунктом 2 статьи 763 ГК РФ предусмотрено, что по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Пунктом 1 статьи 766 ГК РФ предусмотрено, что государственный или муниципальный контракт должен содержать условия об объеме и стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств сторон.

В соответствии с нормами пункта 2 статьи 702 и статьи 708 ГК РФ начальный и конечный срок выполнения работ является существенным условием договора подряда.

Под государственным (муниципальным) контрактом понимается договор, заключенный заказчиком от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд, который заключается в порядке, предусмотренном ГК РФ и федеральными законами.

Во всех случаях размещение заказа осуществляется путем проведения торгов, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

(далее - Закон № 44-ФЗ) регулируются отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (пункт 1 статьи 1 названного Закона).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (п.2 ст. 71 АПК РФ).

Исследовав обстоятельства дела и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Согласно статье 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Заявляя о нарушении срока выполнения отдельных видов работ, заказчик не принял во внимание причины их нарушения, вызванные установленными фактами возникновения геологических осложнений, имеющими существенный срок ликвидации и принятие подрядчиком исчерпывающих мер для их устранения и продолжения выполнения работ.

Материалами дела подтверждается, что подрядчиком предпринимались необходимые и разумные меры для исполнения контракта, заказчику сообщалось о невозможности выполнения работ в соответствии с условиями контракта без внесения в него изменений.

Так, по делу № А63-11130/2021 АО «Росгеология» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Департаменту по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу о взыскании 162 804 879 руб. 06 коп. стоимости работ по ликвидации геологического осложнения и его последствий, 200 тыс. руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решением суда 27.06.2022, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 14.10.2022, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.03.2023 исковые требования удовлетворены.

Суды исходили из того, что в процессе выполнения работ по контракту возникла необходимость выполнения работ, носящих безотлагательный характер в силу аварийности возникшей на объекте ситуации (геологическое осложнение в виде газоводопроявления) и необходимости недопущения еще более негативных последствий, поэтому подрядчик обоснованно выполнил спорные работы. В связи с фактическим выполнением спорных работ и представлением доказательств размера расходов на ликвидацию последствий геологического осложнения, суды посчитали требования обоснованными и удовлетворили иск.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 07.06.2023 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ отказано.

По смыслу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также упоминаемым в актах Конституционного Суда Российской Федерации принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда РФ от 05.02.2007 № 2-П).

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 17.01.2017 № 36-КГ16-26 указал, что правом оспаривать обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными постановлениями, обладают только лица, которые не участвовали в рассмотрении соответствующего дела. Оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, в том числе путем предъявления новых исков, запрещается.

Таким образом, решением суда, вступившим в законную силу, подтвержден факт геологического осложнения, правомерность действий сотрудников истца по ликвидации геологического осложнения и стоимость работ по его устранению.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 12 пункта 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, следует учитывать специфику отношений, складывающихся в сфере строительства, которая уже в силу своего существа создает возможность выявления в ходе исполнения обязательства дополнительных работ и в связи с этим обуславливает приоритетную необходимость применения норм статьи 743 ГК РФ наряду с положениями Закона № 44-ФЗ.

С учетом положений статьи 8, части 5 статьи 24 Закона № 44-ФЗ увеличение объема работ по государственному (муниципальному) контракту, в том числе, когда такое увеличение превышает 10% от цены или объема, предусмотренных контрактом, допустимо исключительно в случае, если их невыполнение грозит годности и прочности результата выполняемой работы. К дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком также могут быть отнесены исключительно те работы, которые, исходя из имеющейся информации на момент подготовки документации и заключения контракта объективно не могли быть учтены в технической документации, но должны быть произведены, поскольку без их выполнения подрядчик не может приступать к другим работам или продолжать уже начатые, либо ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного контрактом результата.

Судебными актами по делу № А63-11130/2021 установлено, что спорные работы, выполненные обществом, являлись необходимыми для обеспечения годности и прочности результата работ; доказательств того, что подрядчиком фактически выполнены самостоятельные по отношению к заключенному контракту работы, не представлено. При этом отсутствовали основания полагать, что выполнение работ в сложившейся ситуации иным лицом было бы возможно без увеличения их стоимости.

По смыслу пункта 5 статьи 720 ГК РФ при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу объема и качества выполненной работы или их причин допустимым доказательством соответствующих обстоятельств является заключение эксперта; иные доказательства могут лишь свидетельствовать о наличии между сторонами соответствующего спора.

Пунктом 3 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» установлено, что в силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

Определением от 27.03.2023 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уфимский государственный нефтяной технический университет, г. Уфа: ФИО7, ФИО8, ФИО11. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Имеется ли расхождение между проектными и фактическими геологическими условиями скважины? Если имеется - в чем оно заключается.

2) Что послужило причиной потери подвижности (прихвата) компоновки низа бурильной колонны (КНБК) на скважине при бурении на глубине 5 453 м?

Было ли допущено АО «Росгеология» при производстве работ отклонение от проектных решений в части снижения производительности буровых насосов, уменьшения интенсивности («ограничение») расхода бурового раствора при бурении.

Если было, то привело ли это к недостаточной промывке и зашламованию ствола скважины?

При установлении недостаточной промывки и зашломавании скважины стало ли это причиной заклинки бурильного инструмента, компоновки низа бурильной колонны при бурении в интервале 5 450 - 5 453 м?

Привели ли действия подрядчика по созданию предельных комбинированных нагрузок натяжения, растяжения и крутящего момента к слому бурильной колонны?

Были ли технологически верными решения подрядчика - АО «Росгеология» в части применения соответствующих типоразмеров бурильного инструмента и компоновки низа бурильной колонны?

3) Позволят ли существующие в проектно-сметной документации технико-технологические решения довести скважину до проектной глубины при фактических геологических условиях, при необходимости внесения изменений (дополнений) с учетом фактических геологических условий?

По результатам экспертного исследования представлены следующие ответы:

По первому вопросу.

Параметры стратиграфического строения разреза носят общий характер без выявления и нацеливания исполнителей работ на конкретные особенности, которые могут возникнуть на отдельных интервалах при проводке ствола скважины.

В проекте зоны возможных поглощений приурочены интервалу (5900м-6250м). В действительности на интервале 5339,61м-5453м получено 6 поглощений, которые можно классифицировать, как катастрофические.

Согласно проектной документации в интервале 5020 м-6250м значится постоянная величина градиента пластового давления 1.85 МПа/м. В действительности же изменение градиента пластового давления с глубиной скважины описывается степенной зависимостью, которая была учтена подрядчиком при выполнении работ, что объективно потребовало экстренного изменения плотности бурового раствора.

По второму вопросу.

Геологическое осложнение (геологические факторы) являются причиной потери подвижности (прихвата) компоновки низа бурильной колонны (КНБК) на скважине ФИО10-1 при бурении на глубине 5453 метра.

Подсолевые отложения осадочного бассейна J3 в скважине Чумпаловсая ПС-1 (в интервале 5447,5-5453 м) представлены карбонатными пластами с аномальными параметрами. Изначально, в пластах, залегающих непосредственно под каменной солью, создается аномальное поровое давление под действием уплотняющих сил. При наличии тектонической активности региона, образования разломов избыточные поровые давления способствуют формированию развитой сети трещин на данных участках пород. В данном случае это: крутые углы наклона залегания, перемятость горных пород; высокая первичная трещиноватость, хрупкости и низкая скелетная прочность; наличие значительной трещиноватой динамически активной емкости горных пород.

Обилие зон поглощений на небольшом интервале и обратная фильтрация бурового раствора из пласта является следствием и прямым доказательством наличия значительной трещиноватой динамически активной емкости горных пород.

Совокупность производственно-технологических факторов неотъемлемо сопутствующих процессу строительства скважины - СПО, запуски буровых насосов, закачки и продавки кольматирующих пачек для ликвидации поглощений и обратные выходы бурового раствора приводили к знакопеременным гидро - динамическим воздействиям на слабосцементированные, трещиноватые и непрочные горные породы и способствовали постепенному снижению сил их сцепления и развитию усталостных явлений.

31 декабря 2020 года произошло преодоление пониженного порога деформации, что привело к объемной мгновенной сдвижке массива горных пород в призабойной зоне, и как следствие - сдавливание КНБК по геологическим причинам ввиду высокой трещиноватости интервала (осложнения геологического характера).

При таких объемных разрушениях в известняке появляются и распространяются значительных размеров вторичные трещины, которые приводят к разломам, внутри- и межпластовым смещениям и подвижкой блоков с возможной потерей ствола

Произошло заклинивание КНБК массивом горных пород с потерей подвижности КНБК и невозможностью, как вращения, так и поступательного движения бурильной колонны с сохранением циркуляции бурового раствора.

В действительности на интервалах бурения 5449,71м-5450,71м и 5450,71 м-5453м допущено отклонение от проектных решений в части снижения производительности насосов, уменьшения интенсивности («ограничение») расхода бурового раствора. Величина расхода бурового раствора отличалась от проектных значений (производительность буровых насосов 5л/с на первом участке и 7л/с на втором вместо минимально допустимых 8л/с). Как видно, из проведенных экспертами расчетов, эти отклонения не имели негативных последствий для скважины, ни в качественном, ни в количественном отношении. Данные значения расходов бурового раствора 5л/с и 7л/с превосходили количественно в два и более раза минимально необходимого в 2,6 л/с.

Следовательно, режима недостаточной промывки допущено не было, и шлам в процессе бурения полностью убирался с забоя и транспортировался или в зону поглощения или на поверхность. Изменение режима промывки скважины не создавало никакой угрозы для зашламования ствола скважины. Причиной потери подвижности (заклинки) КНБК не может быть изменение расхода бурового раствора в стволе скважины. Причиной заклинки бурильного инструмента, компоновки низа бурильной колонны при бурении в интервале 5450-5453 м явились геологические факторы.

Анализ проведенных работ показал, что действия подрядчика после получения потери подвижности КНБК соответствовали стандартным общепринятым подходам по ликвидации потери подвижности бурильной колонны (заклинки).

Набор действий, предпринятых подрядчиком, заключался в приемах освобождения бурильной колонны путем приложения разносторонних, знакопеременных нагрузок (натяжение, кручение), а также ударов создаваемых ЯССом (элемент КНБК для освобождения от прихвата) с постепенным увеличением интервалов нагрузок в пределах паспортных ограничений. Подрядчиком своевременно и правильно был определен (классифицирован) характер потери подвижности инструмента - заклинка и применен верный алгоритм действий для его ликвидации. Исследование прикладываемых нагрузок к бурильной колонне в момент проведения работ по ликвидации потери подвижности свидетельствует о отсутствии превышений допустимых паспортных характеристик бурильных труб, что подтверждено результатами численного моделирования. Исходя из выше изложенного, действия подрядчика не могли привести к слому бурильной колонны.

Компоновки бурильных труб, КНБК в проектном решении выполнены с соблюдением всех положений «Правила промышленной безопасности в нефтяной и газовой промышленности», Приказа №352 Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 14 июня 2016 года и отраслевых стандартов. Все буровое оборудование, заложенное в проектном решении на строительство скважины ФИО10-1, соответствуют стандартам мирового уровня, в компоновках последовательно выполнены все требования отраслевых стандартов, направленные на безопасное и безаварийное строительство скважины. Фактическое оборудование (бурильная колонна и элементы КНБК), применяемое при бурении на глубине 5453 м соответствовали проектным решениям. Проектное решение является технологически верным, но недостаточность геологической информации не позволили специалистам предусмотреть все возможные варианты поведения скважины при вскрытии массивов горных пород бурением.

Исходя из вышеизложенного решения подрядчика - АО «Росгеология» в части применения соответствующих типоразмеров бурильного инструмента и компоновки низа бурильной колонны являются технологически верными.

По третьему вопросу.

При фактических геологических условиях существующие в проектно-сметной документации технико-технологические решения не позволяют довести скважину до проектной глубины 6250 м. При внесении дополнений в проект новых данных, полученных о горно-геологических особенностях разреза данного участка при бурении интервала 4850-5453 м и проведения оценки рисков разломной тектоники на интервале 5453-6250 м, а также использовании современных достижений в технологии строительства скважин в сложных горно-геологических условиях (таких как системы позволяющие контролировать и оперативно регулировать забойные условия проводки скважины) при фактических геологических условиях задача становится технически решаемой.

Исследования в рамках судебной экспертизы являются объективными, полными, всесторонними, что соответствует требованиям статей 4, 8, 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В заключении изложена достаточная информация, доказывающая сделанные выводы в части ответов, что соответствует требованиям проверяемости и однозначности результатов экспертизы. Выводы эксперта обоснованы и не вызывают сомнений в верности и точности.

Статьей 64 АПК РФ установлено, что экспертное заключение относится к доказательствам по делу и оценивается судами наравне со всеми представленными по делу доказательствами по правилам статьи 71 Кодекса, в том числе как допустимое доказательство.

Возражение ответчика на заключение экспертизы фактически сводится к несогласию с представленными экспертными выводами.

Доводы ответчика и третьего лица об отсутствии в экспертном заключении анализа технологических причин, приведших к нарушению сроков выполнения работ, и невозможности их завершения, исследовании лишь геологических факторов не могут быть приняты судом.

Экспертами рассмотрены причины снижения производительности работ, сделан соответствующий расчет, что подробно отражено на страницах 35-45 заключения.

Согласно части 2 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2021 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обуславливает самостоятельность эксперта в выборе методов экспертного исследования.

Доказательств, свидетельствующих о том, что заключение экспертов содержит недостоверные выводы, а также доказательств того, что выбранные экспертами способы и методы оценки привели к неправильным выводам, не представлено.

Судом рассмотрено ходатайство ответчика о вызове экспертов в судебное заседание и признано не подлежащим удовлетворению.

Согласно части 3 статьи 86 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

Ввиду полноты и мотивированности ответов экспертов ФИО7, ФИО8, ФИО11 на поставленные судом вопросы в заключении № 047-93/47 от 22.08.2023 суд не усматривает необходимости вывоза экспертов в судебное заседание, в связи с чем в удовлетворении ходатайства истца о вызове экспертов отказывает, о чем вынесено протокольное определение (протокол судебного заседания от 17.10.2023).

При этом суд учитывает, что результаты опроса экспертов не являются самостоятельным доказательством искомого юридического факта, поскольку в ходе опроса эксперты не сообщают новые сведения о фактах, а лишь уточняют те, которые были указаны ими в заключении. В процессе опроса экспертам не могут быть заданы новые вопросы, которые не были предметом экспертизы, они не вправе формулировать новые выводы. Опрос экспертов предназначен лишь для уточнения и разъяснения хода экспертного исследования и тех выводов, к которым пришли эксперты.

Вопросы перед экспертами были сформулированы судом, исходя из обстоятельств, входящих в предмет доказывания по иску.

В то же время, в представленных ответчиком вопросах экспертам содержатся как вопросы, ответы на которые даны в экспертном заключении, так и вопросы, которые не были признаны судом существенными для разрешения спора и не ставились перед экспертами.

Противоречий и неясностей в выводах экспертов не имеется, в исследовательской части заключения экспертизы содержится описание геологических особенностей исследуемого объекта и фактических условий проведения работ, проведен их анализ.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно положениям пункта 2 статьи 405 ГК РФ, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и потребовать возмещения убытков.

В соответствии с частью 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было установлено контрактом.

В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 3 статьи 450 ГК РФ).

В силу с положений пункта 2 статьи 453 ГК РФ, при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

В то же время, в соответствии с ч. 4 ст. 450.1 ГК РФ РФ сторона, которой кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно части 2 статьи 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Положения пункту 2 статьи 450 ГК РФ, устанавливающие критерий существенности нарушения условий контракта в отношении судебного порядка его расторжения, должны применяться по аналогии и к случаям одностороннего отказа от исполнения контракта. Иной подход противоречит принципам добросовестности, разумности, справедливости и соразмерности.

Изложенное соответствует правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», согласно которой при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Статьями 6, 12 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что одними из принципов контрактной системы являются принципы ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок. Соблюдение указанных принципов в ходе исполнения контракта предполагает определенную стабильность отношений заказчика с подрядчиком (поставщиком, исполнителем), степень которой выше, нежели стабильность отношений между сторонами обычного гражданско-правового договора. Это обусловлено тем, что использование такого института, как отказ от исполнения договора применительно к государственным (муниципальным) контрактам повлечет за собой необходимость осуществления процедуры новой закупки. Это, в свою очередь, связано с дополнительными расходами за счет бюджетных средств, процедурными, временными затратами.

Произвольное либо формальное использование названного института может привести к тому, что государственные (муниципальные) нужды не будут удовлетворены в течение длительного времени. Отказ от исполнения контракта может считаться обоснованным в том случае, если имеются достаточные основания полагать, что прекращение отношений с данным подрядчиком (поставщиком, исполнителем) будет способствовать более эффективному достижению результата обеспечения тех государственных (муниципальных) нужд, для которых и проводилась соответствующая закупка.

Отказ Департамента от исполнения контракта был совершен заказчиком после уведомления его подрядчиком о причинах, по которым невозможно выполнение работ и об отсутствии возможности получить ожидаемый качественный результат выполнения работ с учетом обнаруженных обстоятельств.

Частью 1 статьи 718 ГК РФ установлено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 716 ГК РФ, в разумный срок не заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование, техническую документацию или переданную для переработки (обработки) вещь, не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков.

Материалами дела и выводами судебной экспертизы подтверждается, что выполнение работ в объеме и порядке, установленном проектной документацией невозможно, следовательно, исковые требования истца о признании недействительным решение департамента по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, от 08.09.2022 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта № 03-18-УВС от 18.09.2018 подлежит удовлетворению.

Кроме того суд приходит к выводу, что имеются основания для расторжения государственного контракта № 03-18-УВС от 18.09.2018 в связи с существенным изменением обстоятельств.

Расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств представляет собой самостоятельный случай прекращения договорных обязательств. В таком случае существенное значение приобретает цель, которой предопределяется прекращение договорного обязательства, а именно: восстановление баланса интересов сторон договора, существенным образом нарушенного в силу непредвиденного изменения внешних обстоятельств, не зависящих от их воли. При этом конкретные явления, события, факты, которые могут признаваться существенным изменением обстоятельств применительно к конкретным условиям, определяет суд.

Согласно пункту 2 статьи 451 ГК РФ для того, чтобы какое-либо изменение обстоятельств, связанных с конкретным договором, было отнесено к категории существенных и тем самым достаточных для расторжения договора на основании решения суда, требуется наличие одновременно четырех условий.

Предполагается, что стороны в момент заключения договора исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; изменение обстоятельств должно быть вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; исполнение договора при наличии существенно изменившихся обстоятельств без соответствующего изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона, то есть сторона, обратившаяся в суд с требованием о расторжении договора.

По государственному контракту от 18.09.2018 АО «Росгео» приняло на себя обязательства по выполнению работ по бурению глубокой параметрической скважины Чумпаловская 1 глубиной 6250 м (второй этап бурения до глубины 6250 м) с целью уточнения геологического строения зоны сочленения Терско-Каспийского краевого прогиба с Ногайской ступенью, получения детальной литолого-статиграфической характеристики разреза скважины, получения геолого-геофизических параметров вскрытого скважиной разреза для интерпретации геофизических материалов, оценки перспектив нефтегазоносности отложений осадочного чехла – как основы для планирования дальнейших геологоразведочных работ.

В соответствии с техническим (геологическим) заданием (приложение № 1 к Контракту; приложение 3 к исковому заявлению от 19.09.2022) проектная глубина скважины - 6250 м, проектный горизонт - нижне-среднеюрский комплекс.

На основании исследования материалов дела суд установил, что подрядчик своевременно приступил к исполнению обязательств по контракту; надлежаще выполнил объем работы на общую сумму 876 543 440 руб., принятый заказчиком без замечаний. Доказательств недобросовестности подрядчика, существенного нарушения условий контракта заказчиком не представлено.

Невозможность завершения работ была вызвана обстоятельствами, не зависящими от подрядчика - неоднократными геологическими осложнениями, что было известно заказчику.

Кроме того, было установлено значительное расхождение между фактическим геологическим разрезом и проектным (наличие зон несовместимости по бурению в интервале 5130-5453 м.). Надлежащее исполнение работ оказалось невозможным вследствие обстоятельств непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (неоднократных осложнений геологического характера), что подтверждается судебными актами по делу № А63-11130/2021 и заключением судебной экспертизы по настоящему делу.

Прошедшей государственную экспертизу и утвержденной заказчиком проектной документацией к контракту (приложение 1) предусмотрена спецификация конструктивных узлов буровой установки и дополнительного оборудования, конструкция скважины, типы и нормы расходов буровых растворов, общее количество используемого бурового инструмента (Книга 2 Проектной документации, приложение 2).

Следовательно, заключая контракт, стороны исходил из того, что изменения обстоятельств в виде неоднократных геологических осложнений не произойдет.

Однако в ходе выполнения работ были выявлены особенности геологического строения (неоднократные геологические осложнения в виде газоводонефтепроявления и поглощения промывочной жидкости), которые не были предусмотрены проектно-сметной документацией, ввиду чего заложенное для выполнения работ по техническому заданию оборудование, типы и нормы расходов буровых растворов и пр., стоимость, цена, сроки выполнения работ не соответствуют фактически требующимся для исполнения обязательств в выявленных геологически осложненных условиях.

Пунктом 4.6 контракта предусмотрено, что, если в процессе работ выявляется неизбежность получения отрицательных результатов или нецелесообразность дальнейшего проведения работ, Подрядчик обязан незамедлительно поставить в известность об этом Заказчика.

Пунктом 4.8 контракта установлено, что заказчик обязан обеспечить систематический контроль за ходом и качеством работ по контракту с целью предотвращения неоправданных затрат, а одрядчик обязан своевременно предоставлять достоверную информацию о ходе исполнения своих обязательств, в том числе о сложностях, возникающих при исполнении контракта.

Наличие неоднократных осложнений геологического характера подтверждается следующими обстоятельствами: возникновением геологического осложнения в виде газоводонефтепроявления и его последствий в виде прихвата (с 19.10.2019 по 15.05.2020); геологического осложнения, заключающегося в поглощении промывочной жидкости, его последствий (начавшееся с 16.12.2020); проведением работ согласно мероприятиям и плану работ на установку цементных мостов в скважине в период с 23.11.2021 по 01.02.2022; приостановлением работ с 01.02.2022.

Заключением судебной экспертизы от 22.08.2023, разделом 2.1.4 утвержденной проектной документации, независимыми экспертными заключениями подтверждено, что непредвиденность изменения обстоятельств обусловлена крайне низкой степенью изученности района заложения скважины Чумпаловская 1 глубоким бурением.

Так, в экспертном заключении от 22.08.2023 указано, что стратиграфический разрез скважины составлен из фактического материала на основе анализов керновых материалов, анализов шлама, поднятых из скважины при разрушении разбуриваемых пород. Видно, что «надсолевая» ангидритовая толща - ангидриты с прослойками аргиллита, прослоями известковых доломитов, при отмыве частично омываются водой. Шлам тонкодисперсный, нет обвальных пород, но устойчивость ангидритов не высокая, каверность меняется в пределах 1.7-1,27 против заявленных 5-6 категорий прочности.

Нижняя часть Гандалбосской свиты (верхняя солевая толща) представлена ангидритами с тонкими вклбчениями известковых соединений, кристаллических солей, доломитов с глинистыми включениями. Шлам мелкий, коэффициент каверности в среднем 1,03-1,05, но есть пропластки глин, которые реагируют со скважинными дисперсными средами и ведут к сужению ствола скважины (л.50).

Из анализа проектного разреза и фактического разреза следует, что они близки, но есть и отличия и прежде всего в том, что прочностные характеристики носят ориентировочный характер. Прочностные параметры верхней и нижних частей Гандалбосской свиты (верхняя солевая толща) отличаются, поскольку коэффициент каверности нижней части уменьшился в среднем на 16-20% (л.52-53).

Также эксперты делают вывод, что нарушение сплошности массива проведением ствола скважины служит уже нарушением баланса сил и стабильности, сложившихся в течение длительного времени в этой зоне (л.54).

Развитая сеть трещиноватостей, острых углов падения приводят к глубокому проникновению скважинных флюидов в пласты. Длительное взаимодействие их с породами склонными при контакте с буровыми растворами терять прочностные параметры приводят к снижению контактных напряжений на поверхностях скольжения, снижению сил сцепления. В конечном итоге это может привести к увеличению мощности верхней солевой толщи и возможному сдваиванию отдельных слоев или пропластов разреза. В данном случае временной фактов только увеличивает зоны охвата и тяжесть последствий (л.59).

В период работ с 02.12.2020 по 31.12.2020 на интервале бурения 5339,61 - 5453 м получены 6 зон катастрофических поглощений, возможность которых не была предусмотрена в проектной документации (л.61 заключения).

Таким образом, выявление проблемного геологического строения разреза является обстоятельством, которое заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота.

Исполнение контракта без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Теоретические представления о свойствах земной толщи, подвергаемой бурению, порядке и способах выполнения работ, положенные в основу проектной документации, основаны на существующих к моменту ее разработки и утверждения знаниях по данному вопросу.

Однако вариативность использования технологических приемов и методов, обусловленная сложностью задания и отсутствием точно установленных и неизменяемых природных факторов предполагает как возможность, так и необходимость применения подрядчиком действий в зависимости от сложившейся ситуации. Исследуемая согласно условиям контракта природная среда не может быть признана зависящей от воли и действий человека.

Подрядчик является государственным геологическим холдингом, созданным Указом Президента Российской Федерации от 15.07.2011 № 957. Статус подрядчика как федеральной геологической компании подтверждается Указом Президента Российской Федерации от 04.08.2004 № 1009 «Об утверждении Перечня стратегических акционерных обществ», АО «Росгео» включено в указанный Перечень как акционерное общество, акции которого находятся в федеральной собственности и участие Российской Федерации в управлении которым обеспечивает стратегические интересы, обороноспособность и безопасность государства, защиту нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан Российской Федерации.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 03.07.2019 №1439-р АО «Росгео» определено единственным исполнителем осуществляемых Роснедрами в 2019-2020 закупок работ, связанных с реализацией предусмотренных подпрограммой «Воспроизводство минерально-сырьевой базы, геологическое изучение недр» государственной программы Российской Федерации «Воспроизводство и использование природных ресурсов», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2014 № 322.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2012 № 5761/12 изложена позиция, согласно которой исполнитель, обнаруживший непригодность или недоброкачественность предоставленной заказчиком технической документации, предвидя возможные неблагоприятные для заказчика последствия выполнения его указаний о способе исполнения работы, иные не зависящие от подрядчика обстоятельства, которые грозят годности и прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок, вправе обратиться в арбитражный суд с требованием о расторжении договора.

Кроме того, 06.10.2022 Комиссией Федеральной антимонопольной службы по контролю в сфере закупок по результатам рассмотрения обращения Кавказнедра о включении информации об АО «Росгео» в реестр недобросовестных поставщиков принято решение об отказе в удовлетворении обращения Кавказнедра ввиду отсутствия правовых оснований для включения в реестр.

Комиссия ФАС России, исследовав обстоятельства по делу, установила, что значительная часть работ - 66 % от общего объема, выполнена подрядчиком в соответствии с календарным планом, при этом указанные работы приняты заказчиком без замечаний и оплачены.

В соответствии со статьей 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (пункт 1). Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

АО «Росгео» в письмах от 12.01.2022, 10.02.2022 (исх. № 01-01/14/72/АА, № 01-01-01/14/487/АА) обращалось в Кавказнедра с предложениями рассмотреть ориентировочную стоимость работ и согласовать разработку проектной документации, а также заключить новый контракт для выполнения работ по скважине до проектного забоя 6250 м. в фактических геологических условиях.

В протоколе от 26.04.2022 Федерального агентства по недропользованию указано, что с учетом фактического технического (аварийного) состояния скважины завершение работ по объекту «Бурение параметрической скважины Чумпаловская 1 глубиной 6250 м» (второй этап бурения до глубины 6250м) следует считать нецелесообразным, Департаменту по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округа - инициировать процедуру расторжения контракта от 18.09.2018 № 03-18-УВС и рассмотреть вопрос организации комплекса ликвидационных работ по скважине Чумпаловская 1 в соответствии с Правилами безопасности в нефтяной и газовой промышленности 2021 года.

Письмом от 16.08.2022 № 01-04-14/1468 Департамент по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округа направил АО «Росгео» письмо с приложением соглашения о расторжении контракта.

То есть между сторонами отсутствует спор по вопросу о возможности исполнения контракта. Департамент не оспаривает доводы истца о невозможности исполнения обязательств по контракту от 18.09.2018 № 03-18-УВС.

В то же время, в соглашении о расторжении, направленном заказчиком подрядчику причины расторжения контракта не указаны.

Однако с учетом возникновения приведенных выше геологических осложнений и невозможности продолжать работы на условиях, указанных в контракте, обоснованно предложение АО «Росгео» о расторжении контракта по соглашению сторон в порядке пункта 2 статьи 451 ГК РФ, что было указано в направленном в Кавказнедра письме от 27.09.2022 (исх. №01-01-01/14/3669/АА).

Исследовав материалы дела с учетом выводов судебной экспертизы, учитывая наличие существенного изменения обстоятельств, выявленных в ходе выполнения обязательств по контракту, вызванных причинами, которые подрядчик не мог преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру договора и условиям оборота; а также то, что исполнение контракта без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; ввиду отсутствия вины подрядчика, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для расторжения контракта в соответствии с п. 2 ст. 451 ГК РФ.

Расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 960 000 руб., уплате государственной пошлины согласно ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительным решение департамента по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, от 08.09.2022 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта № 03-18-УВС от 18.09.2018.

Расторгнуть государственный контракт № 03-18-УВС от 18.09.2018, заключенный между департаментом по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, ОГРН <***>, ИНН <***>, и акционерным обществом «Росгеология», г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>, в связи с существенным изменением обстоятельств.

Взыскать с департамента по недропользованию по Северо-Кавказскому федеральному округу, г. Ессентуки, ОГРН <***>, ИНН <***>, в пользу акционерного общества «Росгеология», г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>, в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 12 000 руб., в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы 960 000 руб.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья М.Н.Кузьмина