Постановление от 22 января 2024 г. по делу № А76-14508/2020

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД





ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15093/2023
г. Челябинск
22 января 2024 года
Дело № А76-14508/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 11.10.2023 по делу № А76-14508/2020 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В судебное заседание явились:

представитель ФИО3 - ФИО4 (паспорт; доверенность от 01.06.2021 сроком на 3 года);

ФИО2 (паспорт).


Определением арбитражного суда от 27.04.2020 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО5 (далее – должник).

Определением суда от 10.06.2020 (резолютивная часть от 03.06.2020) заявление ФИО3 признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан -реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий», включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО3 в общей сумме 7 394 159 руб. 04 коп.

Решением от 10.09.2020 (резолютивная часть от 09.09.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6

В процессе рассмотрения дела о банкротстве кредитор ФИО3 обратилась в суд с заявлением признании недействительной сделкой договора уступки прав (цессии) от 25.06.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО2 (далее – ответчик, податель жалобы) о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 301 773 руб., составляющих разницу между действительной стоимостью права требования и суммой фактически уплаченных денежных средств (с учетом принятых судом уточнений).

Определением суда от 12.03.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен финансовый управляющий ФИО3 – ФИО7, член ассоциации «СРО АУ «Южный Урал», адрес для направления корреспонденции: 454112, г. Челябинск, а/я 9859.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.10.2023 заявление удовлетворено в полном объеме, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 301 773 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, ссылаясь на то, что заключение эксперта об оценки спорного имущества не соответствует стандартам оценки. На момент заключения спорной сделки у должника отсутствовали признаки банкротства. Кроме того, на момент обращения ФИО3 с настоящим заявлением, требования ФИО2 уже были проверены судом на предмет заключенности договора, поскольку включены в реестр требований кредиторов по делу № А40-99571/2019.

От ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к делу.

Лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также посредством размещения информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).


Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25.06.2019 между должником ФИО5 и ФИО2, заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому, должником (цедент) передано ФИО2 (цессионарий) право требования к ФИО3 в размере 574 000 руб., возникшее из договоров займа от 14.05.208 и от 21.05.2018.

Согласно договору уступки прав (цессии) от 25.06.2019 право требования передано за 168 000 руб.

Кредитор ФИО3, полагая, что договор уступки прав заключен при неравноценном встречном исполнении, преследовал цель выведения активов должника и сокрытия от кредиторов, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ссылаясь на п. 1, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве обратилась в суд с настоящим требованием.

Удовлетворяя заявленные требования в результате исследования фактических обстоятельств, а также на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности кредитором факта неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, отсутствии равноценного встречного исполнения обязательств ответчиком.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закон о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки (п. 9 постановления Пленума № 63).

Как указано в пункте 6 названного постановления Пленума № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как установлено судом, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 27.04.2020, следовательно, сделка (25.06.2019) совершена в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, для признания оспариваемого договора уступки недействительным, достаточно установить имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно заключению эксперта № 168/2022 от 10.02.2023, выполненному экспертом ООО «Бюро независимых экспертиз и оценки» ФИО8, рыночная стоимость права требования, уступаемого ФИО5 ФИО2 по договору уступки прав (цессии) от 25.06.2019 по состоянию на 25.06.2019 составляла 469 773 руб.

В связи с наличием у стороны возражений, возникшими к эксперту вопросами и необходимостью получения пояснений по заключению, эксперт был вызван в судебное заседание.

В судебном заседании от 29.08.2023 эксперт ФИО8 дала ответы на вопросы сторон, представила в материалы дела соответствующие письменные пояснения.

Ходатайств о назначении повторной судебной экспертизы заявлено не было.

Оценив в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное заключение экспертизы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оно соответствует предъявляемым к нему требованиям, содержит подробное описание проведенного исследования на предмет установления рыночной стоимости права требования, содержит ответы на поставленные судом вопросы, сомнений в обоснованности заключения экспертизы у суда не возникло.

Оснований не согласиться с такими выводами у суда апелляционной инстанции не имеется.

На основании изложенного, доводы апелляционной жалобы о том, что заключение эксперта об оценки спорного имущества не соответствует стандартам оценки, несостоятельны.

Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что из условий сделки усматривается неравноценность встречного предоставления права требования, уступаемого должником ответчику, а доводы апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонение.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции ФИО2 пояснила, что являясь адвокатом, не раскрыла истинных причин приобретения права требования, при том, что данная деятельность не характерна для обычных участников гражданских правоотношений и сопряжена, как правило с наличием иных причин для совершения указанных сделок.

Из обстоятельств дела следует, что в последующем требования ФИО2 были удовлетворены в рамках дела о банкротстве ФИО3 в полном объеме. Поэтому суд апелляционной инстанции полагает, что ФИО2, приобретая требование к неплатежеспособному должнику, располагала информацией, недоступной для обычных участников гражданского оборота, касающейся действительной стоимости передаваемых прав.

В этой связи суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применил последствия недействительности сделки.

Согласно пункту 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой «Оспаривание сделок должника» Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса РоссийскойФедерации при недействительности сделки каждая из сторон обязанавозвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможностивозвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученноевыражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В рассматриваемом деле суд первой инстанции обосновано применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника разницы между действительной стоимостью права требования (469 773 руб.) и суммой фактически уплаченных денежных средств (168 000 руб.) в размере 301 773 руб.

Доводы подателя жалобы о том, что на момент обращения ФИО3 с настоящим заявлением, требования ФИО2 уже были проверены судом на предмет заключенности договора, поскольку включены в реестр требований кредиторов по делу № А40-99571/2019, не принимаются, поскольку вынесенный в рамках указанного дела судебный акт не препятствует признанию сделки недействительной, поскольку при рассмотрении указанного требования суд не давал оценки спорного договора на предмет его заключенности.

Таким образом, судом первой инстанции полно и всесторонне установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка.

С учетом изложенного, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.


Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 11.10.2023 по делу № А76-14508/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья А.А. Румянцев

Судьи: М.В. Ковалева

Т.В. Курносова