Решение от 14 декабря 2025 г. АС Курской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

<...> http://www.kursk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А35-2282/2025
15 декабря 2025 года
г. Курск


Резолютивная часть решения объявлена 01.12.2025. Полный текст решения изготовлен 15.12.2025.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Белых Н.Н. при ведении

протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шашковой Е.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2, к Сетхи Гулшан

о взыскании солидарно компенсации за нарушение исключительных авторских

прав на товарный знак № 720186 в размере 33000 руб., № 697147 в размере 33000 руб.,

№ 697143 в размере 33000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере

10000 руб.

В судебном заседании приняли участие представители: от истца – ФИО3 по доверенности от 10.01.2025;

от ответчиков – не явились, уведомлены.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав на товарный знак № 720186 в размере 33000 руб., № 697147 в размере 33000 руб., № 697143 в размере 33000 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 10000 руб.

Определением Арбитражного суда Курской области от 06.06.2025 исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 было принято к производству в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда Курской области от 17.06.2025 к материалам дела приобщено вещественное доказательство - пластиковая игрушка синий трактор в картонной упаковке с изображением товарных знаков №№ 697147, 697143, 7201864.

24.09.2025 истец представил в суд уточнение исковых требований от 23.09.2025, в которых просил привлечь в качестве соответчика по делу № А35-2282/2025 Сетхи Гулшан, взыскать в солидарном порядке с Сетхи Гулшан и ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсацию в размере 99000 руб. за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 697147, № 697143, № 720186 из расчета 33000 руб. за каждый товарный знак; взыскать в солидарном порядке с Сетхи Гулшан и ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 10000 руб.

Уточнение исковых требований было принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ, Сетхи Гулшан был привлечен судом к участию в деле в качестве соответчика.

01.12.2025 в суд от истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

В судебном заседании представитель истца просил суд не рассматривать представленное ходатайство.

В связи с явкой представителя истца ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя истца судом не рассматривалось.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования с учетом уточнения.

Представители ответчиков, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, документов, запрошенных в определении суда, заявлений не представили, ходатайств не заявили.

Отзыв на исковое заявление ответчиками не представлен. Судом неоднократно в определениях предлагалось ответчикам представить письменный отзыв на исковое заявление, однако ответчиками, надлежащим образом извещенными о времени и месте судебных заседаний, определения суда не были исполнены.

В соответствии с ч. 1 ст. 131 АПК РФ ответчик обязан направить или представить в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, отзыв на исковое заявление с указанием возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении.

Согласно ч. 4 ст. 131 АПК РФ в случае, если в установленный судом срок ответчик не представит отзыв на исковое заявление, арбитражный суд вправе рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление отзыва на исковое заявление, доказательств, уклонение стороны от участия в экспертизе, неявка в судебное заседание, а также сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела в силу части 2 статьи 9 АПК РФ может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в отнесении на лицо судебных расходов (часть 5 статьи 65 АПК РФ), в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 АПК РФ), оставлении искового заявления без рассмотрения (пункт 9 части 1 статьи 148 АПК РФ), появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (пункт 1 части 2 статьи 311 АПК РФ).

В силу статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. Согласно статье 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ, а также положений статей 65, 66 АПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

Дело рассмотрено в соответствии с частями 2, 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей ответчиков, уведомленных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, по имеющимся в деле документам.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителя истца, суд

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 является обладателем исключительных прав по свидетельствам на товарные знаки № 697147 (дата приоритета товарного знака 29.06.2018, дата истечения срока действия исключительного права 29.06.2028), № 697143 (дата приоритета 29.06.2018, дата истечения срока действия исключительного права 29.06.2028), № 720186 (дата приоритета 27.12.2016, дата истечения срока действия исключительного права 27.12.2026), зарегистрированные в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации

08.02.2019, 08.02.2019 и 16.07.2019, соответственно, правовая охрана предоставлена в отношении товаров классов МКТУ 12, 21, 25, 28, 41.

Между тем, 04.03.2024 в торговой точке, расположенной на территории рынка «Южные Ворота» по адресу: г. Москва, МКАД 19-й километр, вл. 20 с. 1, рынок «Южные Ворота», линия И 10 - 95, предлагался к продаже товар – упакованная в картонную коробку детская пластиковая игрушка в виде синего трактора с прицепом, с размещенными изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками № 720186, № 697147, № 697143.

Спорный товар классифицируется как «игрушка» и относится к 28 классу МКТУ.

Указанный товар приобретен по договору розничной купли-продажи, в подтверждение которого истцом представлен чек по операции от 04.03.2024 о переводе клиенту Сбербанка ФИО4 на номер карты получателя ****7854 суммы 1000 руб. (номер документа 3122154087, код авторизации 566042).

В подтверждение факта продажи товара истцом в материалы дела представлена также видеосъемка от 04.03.2024, произведенная в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Как следует из искового заявления, на приобретенном товаре размещены изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 697147, № 697143 -изобразительные обозначения персонажей из анимационного сериала «Синий трактор» и № 720186 - комбинированное (словестное и изобразительное) обозначение-надпись «Синий трактор», принадлежащие истцу, тогда как ИП ФИО1 не давал своего разрешения на использование принадлежащих ему исключительных прав.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, 10.04.2024 посредством Почты России в адрес ФИО2 была направлена досудебная претензия от 10.04.2024, в которой ИП ФИО1 предлагал добровольно в течение 3 дней с момента получения претензии связаться с представителем правообладателя для согласования времени и места проведения переговоров о досудебном урегулировании спора, а также уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав, убрать из продажи все подобные экземпляры товаров, прекратить торговлю контрафактной продукцией.

Поскольку претензия была оставлена без исполнения, индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав на товарный знак № 720186 в размере 33000 руб., № 697147 в размере 33000 руб., № 697143 в размере 33000 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 10000 руб., кроме того, истец ходатайствовал о

запросе судом в порядке ст. 66 АПК РФ сведений в отношении клиента ПАО «Сбербанк» ФИО4, которому были перечислены денежные средства при приобретении товара.

24.09.2025 истец представил в суд уточнение исковых требований от 23.09.2025, в которых просил привлечь в качестве соответчика по делу № А35-2282/2025 Сетхи Гулшан, взыскать в солидарном порядке с Сетхи Гулшан и ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсацию в размере 99000 руб. за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 697147, № 697143, № 720186 из расчета 33000 руб. за каждый товарный знак; взыскать в солидарном порядке с Сетхи Гулшан и ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 10000 руб.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон и представленные в их обоснование документы в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд полагает исковые требования к Сетхи Гулшан подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются, в том числе, защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно статье 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему

усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 1225 ГК РФ товарные знаки и знаки обслуживания относятся к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Часть 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта

товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

Материалами дела подтверждается, что индивидуальный предприниматель ФИО1 является обладателем исключительных прав по свидетельствам на товарные знаки № 697147 (дата приоритета товарного знака 29.06.2018, дата истечения срока действия исключительного права 29.06.2028), № 697143 (дата приоритета 29.06.2018, дата истечения срока действия исключительного права 29.06.2028), № 720186 (дата приоритета 27.12.2016, дата истечения срока действия исключительного права 27.12.2026), зарегистрированные в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 08.02.2019, 08.02.2019 и 16.07.2019, соответственно, правовая охрана предоставлена в отношении товаров классов МКТУ 12, 21, 25, 28, 41.

Между тем, 04.03.2024 в торговой точке, расположенной на территории рынка «Южные Ворота» по адресу: г. Москва, МКАД 19-й километр, вл. 20 с. 1, рынок «Южные Ворота», линия И 10 - 95, предлагался к продаже товар – упакованная в картонную коробку детская пластиковая игрушка в виде синего трактора с прицепом, с размещенными изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками № 720186, № 697147, № 697143.

Спорный товар классифицируется как «игрушка» и относится к 28 классу МКТУ.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ и пунктом 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2463, договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента

получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи.

Указанный товар приобретен по договору розничной купли-продажи, в подтверждение которого истцом представлен чек по операции от 04.03.2024 о переводе клиенту Сбербанка ФИО4 на номер карты получателя ****7854 суммы 1000 руб. (номер документа 3122154087, код авторизации 566042).

Согласно ответу ПАО «Сбербанк» от 02.07.2025 № ЗНО0444232499 на запрос суда указанный в запросе суда номер телефона привязан к карте ****7854, на которую 04.03.2024 был совершен перевод денежных средств в сумме 1000 руб. (чек по операции от 04.03.2024, номер документа 3122154087, код авторизации 566042), и принадлежит клиенту Сбербанка Сетхи Гулшан.

Согласно ответу Управления по вопросам миграции УМВД России по Курской области от 14.08.2025 № 32/6-10534 уроженец г. Дехрадун штата Уттаракханд Индии Сетхи Гулшан (гражданин Индии) состоит на миграционном учете по месту пребывания (г. Москва, внутригородская территория (внутригородское муниципальное образование) города федерального значения муниципальный округ Зюзино) до 30.04.2026.

В подтверждение факта продажи товара истец в материалы дела представил также и видеосъемку от 04.03.2024, произведенную в порядке статьи 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи

и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Представленная истцом в материалы дела видеозапись процесса закупки отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретаемого товара, проход покупателя к продавцу, оплату товара), а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи товара и оплаты товару и чеку, представленным в материалы дела. Представленной видеозаписью подтверждается, что закупка проводилась в торговой точке по указанному истцом адресу, денежные средства представителем истца были переведены по номеру телефона ответчика клиенту Сбербанка ФИО4, приобретенный у ответчика товар на видеозаписи визуально соответствует товару, зафиксированному в торговой точке ответчика, на картонной упаковке которого имеются изображения, сходными до степени смешения с товарными знаками № 720186 (на фронтальной части упаковки), № 697147 (на фронтальной части упаковки), № 697143 (на торцевой части упаковки).

Следовательно, в совокупности с иными доказательствами (спорным товаром, видеозаписью процесса приобретения этого товара), представленный истцом чек по операции подтверждает оплату истцом и, соответственно, реализацию ответчиком – Сетхи Гулшан именно спорного товара. Каких-либо доказательств того, что представленный в материалы дела чек по операции подтверждает оплату иного товара, чем тот, на который ссылается истец, и который также имеется на видеозаписи, в материалы дела не представлено.

К материалам дела приобщено вещественное доказательство - пластиковая игрушка синий трактор в картонной упаковке с изображением товарных знаков №№ 697147, 697143, 720186 в количестве 1 шт.

С учетом изложенного, а также отсутствия заявления о фальсификации доказательств, приобщенные к материалам дела чек и видеосъемка приобретения товара, суд на основании статьи 68 АПК РФ считает допустимыми доказательствами,

подтверждающими нарушение ответчиком Сетхи Гулшан прав истца при реализации товара.

Из содержания пункта 6 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 следует, что чек и видеоматериал являются надлежащими доказательствами факта нарушения исключительных прав.

Таким образом, факт реализации ответчиком - Сетхи Гулшан спорного товара, приобщенного к материалам дела в качестве вещественного доказательства, подтверждается материалами дела.

В пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122, разъяснено, что вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

Из пункта 162 Постановления № 10 следует, что согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта

товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Суд, на основании представленных в материалы дела доказательств (вещественного доказательства, видеозаписи процесса приобретения спорного товара), а также общего зрительного впечатления, исследовав предлагавшийся к реализации товар, проведя сравнительный анализ противопоставляемых изображений, установил, что изображение синего трактора, размещенное на фронтальной стороне упаковки спорного товара, сходно с товарным знаком № 720186 до степени смешения, изображение свиньи/поросенка, размещенное на торцевой стороне упаковки спорного товара, сходно с товарным знаком № 697143 до степени смешения, изображение коровы, размещенное на фронтальной и торцевой сторонах упаковки спорного товара, сходно с товарным знаком № 697147 до степени смешения, используется на одной и той же группе товаров, что приводит к ассоциации с товарными знаками №№ 720186, 697147, 697143.

Таким образом, при сравнении изображений на предлагаемой к реализации продукции, с товарными знаками истца путем визуального сопоставления можно сделать следующие выводы:

- нанесенные на продукцию обозначения являются сходными до степени смешения с товарными знаками по графическим, фонетическим, семантическим признакам;

- среди потенциальных покупателей продукции, ввиду отсутствия у них специальных знаний, возникает вероятность смешения товаров правообладателя и исследуемой продукции.

При этом доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику Сетхи Гулшан в установленном законом порядке своих исключительных прав на товарные знаки, как и доказательства введения спорного товара в гражданский оборот с разрешения истца, из материалов не следует и ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

Истец, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, ссылается на положения ч. 6.1 ст. 1252 ГК РФ о солидарной ответственности перед правообладателем, если нарушение исключительного права совершено несколькими лицами, и указывает на возможное совершение нарушения как ФИО2, которой, по мнению истца, принадлежит торговая точка, так и Сетхи Гулшан, на счет которого были перечислены денежные средства за приобретенный товар.

Статьей 322 ГК РФ предусмотрено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

Согласно ч. 6.1 ст. 1252 ГК РФ в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

Положение о солидарной ответственности применяется в случаях, когда нарушение исключительного права имело место в результате совместных действий нескольких лиц, направленных на достижение единого результата (абзац 3 пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ»).

В соответствии с принципом состязательности и частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ст. 68 АПК РФ).

При предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак истец должен подтвердить как наличие у него исключительного права на соответствующий товарный знак/промышленный образец, так и факт его использования ответчиком.

Заявляя исковые требования к ФИО2, истец ссылается исключительно на пояснения продавцов соседних торговых точек, согласно которым

торговая точка, в которой был приобретен спорный товар, принадлежит ФИО2, в связи с чем, по мнению истца, ФИО2 является продавцом по договору купли-продажи.

В соответствии со ст. 66 АПК РФ суд предлагал сторонам представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта, в частности, неоднократно предлагал истцу представить доказательства, обосновывающие и подтверждающие нарушение исключительных прав ИП ФИО1 ответчиком - ФИО2 со ссылками на доказательства (принадлежности торговой точки ответчику, с учетом того, что согласно выписке из ЕГРИП в отношении ответчика, ФИО2 не является индивидуальным предпринимателем с 2022 года).

Вместе с тем, доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости, достоверности, достаточности в подтверждение факта нарушения исключительного права истца на товарные знаки ответчиком - ФИО2 в материалы дела не представлено.

В материалы дела также не представлены доказательства того, что нарушение исключительных прав истца на спорные товарные знаки было допущено обоими ответчиками в процессе общей хозяйственной деятельности по реализации соответствующей продукции, в связи с чем они могли бы подлежать привлечению к гражданско-правовой ответственности в солидарном порядке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о нарушении исключительных прав истца на объект интеллектуальной собственности путем его незаконного использования ответчиком Сетхи Гулшан. Факт наличия в действиях/бездействии ФИО2 нарушений исключительных прав истца на спорные товарные знаки не доказан, в связи с чем исковые требования в отношении ответчика ФИО2 удовлетворению не подлежат.

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации

определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Соответственно, в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанных прав и факт его нарушения ответчиком.

Факт принадлежности истцу исключительного права на товарные знаки № 720186, 697147, 697143, в защиту которых предъявлен иск (с учетом уточнения), установлен судом на основании имеющихся в деле доказательств и ответчиками достоверно не оспорен.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Согласно пункту 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее - Постановление № 28-П) положения подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат

другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который исходит из фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых по своему внутреннему убеждению.

При взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств (пункт 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Истец должен представить доказательства, обосновывающие расчет суммы компенсации. Ответчик же вправе оспаривать размер требуемой истцом компенсации (статья 65 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Обращаясь в суд с настоящими требованиями (с учетом уточнений), истец просит взыскать компенсацию а общей сумме 99000 руб. за нарушение исключительных авторских прав на 3 товарных знака (по 33000 руб. за каждый товарный знак).

Ответчик в ходе рассмотрения дела исковые требования и факты, изложенные истцом, не оспорил, письменные мотивированные отзывы на исковое заявление не представил, возражений по заявленным исковым требованиям не заявил, о начавшемся процессе уведомлены надлежащим образом.

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Поскольку ответчик не оспорил заявленное требование, суд пришел к выводу о том, что обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование иска, были признаны.

В обоснование размера заявленной ко взысканию компенсации истец сослался как на наступление в результате правонарушений неблагоприятных последствий (введение в

заблуждение потребителей, потеря правообладателем прибыли, снижение инвестиционной привлекательности приобретения права и использования данного объекта интеллектуальной собственности, увеличение риска вредного воздействия контрафактной продукции на здоровье человека, причинение правообладателю имущественного ущерба в виде невыплаченного вознаграждения, недобросовестная конкуренция и ущемление прав лиц, действующих на основании лицензионных соглашений/договоров, реализация товара на одном из крупнейших рынков страны (в том числе и по оптовым продажам), способствование дальнейшему распространению контрафактного товара ввиду возможных оптовых закупок товара), так и на то, что компенсация в минимальном размере, установленном ст. 1301 ГК РФ, будет, по мнению истца, являться прямым стимулированием нарушителя к дальнейшему распространению нелицензионной продукции на всей территории Российской Федерации, с учетом товарооборота и прибылей нарушителя.

Между тем, как следует из положений Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» Конституционным Судом Российской Федерации сформулированы следующие правовые позиции о том, что взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно (с учетом обстоятельств конкретного дела) несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

В силу положений части 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая

специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Штрафной ее характер, наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Развивая выраженные в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.02.2018 № 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Судом установлено, что право на товарные знаки истца нарушено ответчиком – Сетхи Гулшан путем предложения к продаже и продажи товара (детской игрушки в картонной упаковке) с изображениями товарных знаков истца, вместе с тем, доказательств, подтверждающих факты, изложенные в обоснование заявленной ко взысканию суммы компенсации, истцом в материалы дела не представлено, факт и размер причинения правообладателю имущественного ущерба не обоснован.

Суд, исходя из характера нарушения, установленных в ходе рассмотрения дела и указанных выше фактических обстоятельств дела, степени вины, учитывая незначительную стоимость товара, а также, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, а также отсутствие доказательств привлечения ответчика - Сетхи Гулшан к ответственности ранее за нарушение исключительных прав, полагает достаточным взыскание компенсации в общей сумме 30000 руб. (из расчета 10000 руб. за каждый из 3 товарных знаков).

По мнению суда, данный размер компенсации является соразмерным последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств. Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с

неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

При этом суд принимает во внимание следующее: компенсация не несет в себе функцию обогащения, прежде всего, это экономический инструмент, стимулирующий прекращение нарушения прав правообладателя, так как она делает распространение контрафактной продукции экономически нецелесообразным. Существенное снижение размера компенсации, таким образом, не позволяет решить основную задачу, которую ставит перед собой законодатель - борьба с нарушениями законодательства в сфере интеллектуальной собственности.

Применительно к обстоятельствам данного дела суд полагает, что совокупность обстоятельств, позволяющих суду снизить размер компенсации ниже минимального, установленного законом, предела, отсутствует.

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд, с учетом установленного выше, полагает требования истца о взыскании компенсации законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в части взыскания с ответчика – Сетхи Гулшан компенсации в общей сумме 30000 руб.

Иные доводы сторон не принимаются судом во внимание, поскольку не имеют существенного правового значения и не влияют на результат рассмотрения настоящего спора.

В силу статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В силу статьи 110 АПК РФ, с учетом результатов рассмотрения настоящего дела, государственная пошлина возлагается судом на ответчика пропорционально размеру

удовлетворенных арбитражным судом исковых требований и подлежат взысканию с него в пользу истца.

Как установлено частью 3 статьи 80 АПК РФ, арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц.

Частью 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению.

Учитывая, что материалами дела подтверждена контрафактность товара – пластиковой игрушки синий трактор в картонной упаковке с изображением товарных знаков №№ 697147, 697143, 720186 (1 шт.), он подлежит изъятию из незаконного оборота и направлению на уничтожение в порядке, установленном действующим законодательством.

С учетом изложенного, вещественное доказательство, приобщенное к материалам настоящего дела, подлежит уничтожению.

Руководствуясь статьями 17, 27, 28, 65, 70, 71, 102, 110, 167-171, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 к Сетхи Гулшан удовлетворить частично.

Взыскать с Сетхи Гулшан в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсацию за нарушение исключительных авторских прав на товарные знаки № 720186, № 697147, № 697143 в общей сумме 30000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 3030 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 к Сетхи Гулшан отказать.

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 отказать.

После вступления настоящего решения суда в законную силу представленный истцом в качестве вещественного доказательства по делу товар – пластиковую игрушку синий трактор в картонной упаковке с изображением товарных знаков №№ 697147, 697143, 720186 в количестве 1 шт. – уничтожить.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в

г. Воронеже через Арбитражный суд Курской области, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в кассационную инстанцию в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.Н. Белых