Постановление от 6 августа 2025 г. по делу № А70-13486/2024

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-13486/2024
07 августа 2025 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2025 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю. судей Горбуновой Е.А., Губиной М.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем Омаровой Б.Ш.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3743/2025) ФИО1, (регистрационный номер 08АП-3871/2025) ФИО2 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 09 апреля 2025 года по делу № А70-13486/2024 (судья Богатырев Е.В.), принятое по исковому заявлению ФИО3, ФИО2 (ИНН <***>), ФИО4 о привлечении ФИО1 (ИНН <***>), ФИО5 (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Домокомплект» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

представителя ФИО2 – ФИО6 по доверенности № 72АА2803157 от 17.04.2024, сроком действия три года;

представителя ФИО3 – ФИО7 по доверенности № 72АА2785360 от 13.04.2024, сроком действия три года;

представителя ФИО4 - ФИО7 по доверенности № 72АА2768731 от 15.04.2024, сроком действия три года,

установил:

ФИО3 (далее – ФИО3, истец) и ФИО4 (далее - ФИО4, истец) обратились в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с исковым заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик, податель жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Домокомплект» (далее – ООО «Домокомплект») и взыскании 1 793 020 руб. 34 коп., в том числе: 1 318 471 руб. в пользу ФИО3 и 474 549 руб. 34 коп. в пользу ФИО4

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 03.06.2024 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Тюменской области.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.06.2024 заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу № А70-13486/2034, назначено предварительное судебное заседание по его рассмотрению.

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратилась 08.07.2024 в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домокомплект» в размере 718 542 руб. 11 коп., взыскании судебных расходов в размере 100 000 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.07.2024 в рамках дела № А70-14851/2024 исковое заявление ФИО2 принято к производству, объединено дело № А70-14851/2024 в одно производство с делом № А70-13486/2024 для их совместного рассмотрения, делу присвоен № А70-13486/2024.

От истцов поступило 16.08.2024 ходатайство о привлечении в качестве соответчика ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.09.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5

От ФИО3, ФИО4 поступило 14.03.2025 ходатайство об уточнении заявленных требований, в которых просили:

1. Привлечь контролирующих должника лиц – ФИО1, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домокомплект»;

2. Взыскать с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО3 солидарно денежные средства в размере 1 318 471 руб.;

3. Взыскать с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО4 солидарно денежные средства в размере 474 549 руб. 34 коп.;

4. Взыскивать с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО3 проценты на сумму долга 1 318 471 руб., начиная с 24.06.2024 до момента фактического исполнения обязательства по оплате задолженности, исходя из существующих в месте нахождения кредитора опубликованных Банком России и имевшими место в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды;

5. Взыскивать с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО4 проценты на сумму долга 474 549 руб. 34 коп., начиная с 24.06.2024 до момента фактического исполнения обязательства по оплате задолженности, исходя из существующих в месте нахождения кредитора опубликованных Банком России и имевшими место в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Указанные уточнения требований были приняты судом первой инстанции к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.04.2025 (резолютивная часть от 26.03.2025) заявленные требования удовлетворены частично.

Определено привлечь контролирующих должника лиц – ФИО1, ФИО5 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Домокомплект».

Взысканы с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО3 солидарно денежные средства в размере 1 318 471 руб.

Взысканы с ФИО1, ФИО5 в пользу ФИО4 солидарно денежные средства в размере 474 549 руб. 34 коп.

Взысканы с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 630 000 руб. Также определено взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы в размере 50 000 руб., государственную пошлину в размере 15 600 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое решение суда первой инстанции изменить, в случае удовлетворения требований истцов привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности в пределах суммы 392 838 руб.,

оставшейся от погашения предыдущей судебной задолженности перед иными кредиторами общества.

В обоснование апелляционной жалобы податель указывает, что договор, на основании которого возникли требования ФИО3, заключен 25.06.2020, то есть в период, когда генеральным директором ООО «Домокомплект» являлся ФИО5, который достоверно знал о наличии кредиторской задолженности в размере, достаточном для вывода о неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО «Домокомплект», однако при заключении договора о продаже ФИО1 доли в уставном капитале общества, он утверждал, что общество не имеет никаких задолженностей, в связи с чем имеются основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере 1 318 471 руб.

Кроме того, отмечает, что согласно материалам дела № А70-17595/2022, рассмотренному Арбитражным судом Тюменской области, в период с 12.04.2021 по 14.05.2021 с расчетного счета ООО «Домокомплект» ФИО1 было получено 1 096 029 руб., решением Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-17595/2022 от 27.05.2023 с ФИО1 и ФИО5 взыскано в пользу истцов 1 406 382 руб. в равных долях, то есть по 702 191 руб. с каждого ответчика, в связи с чем считает, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет 392 838 руб. (1 096 029 руб. - 702 191 руб. = 392 838 руб.), так как полученные ею деньги были частично возвращены при оплате задолженности по решению суда.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 03.07.2025.

ФИО2 в своей жалобе просит решение суда первой инстанции отменить в части с принятием нового судебного акта, которым привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домокомплект» перед ФИО2 о выплате процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) за период с 21.09.2021 по 26.02.2024 в размере 52 738 руб. 83 коп., за период с 27.02.2024 по 05.07.2024 в размере 35 803 руб. 28 коп. в размере 35 803 руб. 28 коп. с перерасчетом по день фактического исполнения обязательств, также взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 17 371 руб.

В обоснование апелляционной жалобы податель указывает на необоснованность отказа ФИО2 во взыскании с ФИО1 процентов по статье 395 ГК РФ, нивелировав тем самым ответственность как ООО «Домокомплект», так и контролирующего должника лица, что противоречит понятию обязательства и запрету ограничения ответственности за умышленные нарушения.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 03.07.2025.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 представила письменный отзыв, в котором просит решение суда в обжалуемой ответчиком части оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Дополнительно заявила требование о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 судебных расходов на оплату услуг представителя за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 100 000 руб.

ФИО4 и ФИО3 представили письменный отзыв и дополнительные пояснения к нему, в которых просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 03.07.2025, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 11.07.2025 для представления сторонами

дополнительных пояснений, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

За время перерыва в материалы дела от ФИО2 поступили объяснения по вопросам суда.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2025 (резолютивная часть от 11.07.2025) судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 29.07.2025.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2025 в соответствии со статьей 18 АПК РФ в связи с нахождением в отпуске в составе суда произведена замена судьи Целых М.П. на судью Горбунову Е.А. В связи с заменой состава суда рассмотрение заявления начато с самого начала.

24.07.2025 от ФИО2 поступили дополнения к ранее представленным в материалы дела пояснениям.

25.07.2025 от ФИО1 поступил отзыв на заявление ФИО2 о взыскании судебных расходов, в котором просит снизить размер запрошенных ко взысканию судебных расходов с 200 000 руб. до 70 000 руб.

ФИО4 и ФИО3 представили дополнительные пояснения к письменному отзыву на апелляционную жалобу ответчика.

В судебном заседании, открытом 29.07.2025, представитель ФИО3 и ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу ответчика и письменных пояснениях, просил в удовлетворении жалобы ФИО1 отказать.

Представитель ФИО2 отказался отвечать на поставленные судом вопросы. Поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, письменных пояснениях и заявление о взыскании расходов.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, письменные пояснения и дополнения, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда Тюменской области от 09.04.2025 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, ФИО8 и ФИО9 (далее – ФИО8, ФИО9) обратились 17.01.2022 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ООО «Домокомплект» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.02.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-749/2022, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителей к должнику.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.07.2022 по делу № А70-749/2022 производство по делу о банкротстве ООО «Домокомплект» прекращено на основании о абзацу 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур,

применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

ФИО8 и ФИО9, предварительно реализовав возложенную на них законом обязанность по извещению других кредиторов о наличии дела о привлечении к субсидиарной ответственности (сообщение № 9546187 от 31.01.2023), обратились 19.08.2022 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением, в котором просили привлечь к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО5 по обязательствам ООО «Домокомплект», взыскать с ответчиков в пользу ФИО8 и ФИО9 денежные средства в размере 1 406 382 руб. в равных долях.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 29.08.2022 исковое заявление ФИО8 и ФИО9 принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу № А70-17595/2022, назначено судебное заседание.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 27.05.2023 (резолютивная часть от 22.05.2023) по делу № А70-117595/2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.11.2023, требования кредиторов ФИО8 и ФИО9 удовлетворены, с ФИО5, ФИО1 солидарно в пользу ФИО8, ФИО9 взыскано 1 406 382 руб. в равных долях.

В свою очередь, ФИО4, ФИО3 и ФИО2 не реализовали право на присоединение к ранее поданному заявлению о привлечении ФИО5, ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, истцы указали следующее.

Ленинским районный судом г. Тюмени вынесено заочное решение по делу № 2-3479/2021 от 12.05.2021, в соответствии с которым исковые требования ФИО3 к ООО «Домокомплект» частично удовлетворены, с ООО «Домокомплект» в пользу ФИО3 взыскано 428 657 руб., уплаченных по договору поставки модульного дома - бани, неустойки в размере 428 657 руб., компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., штрафа за отказ от добровольного удовлетворения прав потребителей в размере 431 157 руб., расходов на оплату юридических услуг в размере 25 000 руб., всего: 1 318 471 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Ленинским районным судом г.Тюмени вынесено заочное решение по делу № 2-7437/2021 от 20.09.2021, в соответствии с которым в пользу ФИО2 взыскано сумма долга в размере 210 000 руб., неустойки в размере 210 000 руб., штрафа в размере 210 000 руб.

Ленинским районный судом г. Тюмени вынесено заочное решение по делу № 2-3500/2022 от 26.04.2022, в соответствии с которым исковые требования ФИО4 к ООО «Домокомлект» частично удовлетворены, с ООО «Домокомплект» в пользу ФИО4 взысканы уплаченные по договору денежные средства в размере 316 217 руб., штраф в размере 158 108 руб. 50 коп., почтовые расходы в размере 223 руб. 84 коп., всего: 474 549 руб. 34 коп.

Вышеуказанные судебные акты вступили в законную силу.

В отношении судебных актов в пользу ФИО3 и ФИО2 возбуждены исполнительные производства № 116764/21/72032-ИП от 12.07.2021, № 23454/22/72032-ИП от 10.02.2022.

Ссылаясь на неисполнение ФИО1, ФИО5 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества, следствием чего стало введение истцов в заблуждение относительно экономической состоятельности общества при вступлении в правоотношения, ФИО4, ФИО3 и ФИО2 обратились в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции принял во внимание, что обязательства ФИО3, ФИО2 и ФИО4 возникли в связи с неисполнением ООО «Домокомплект» обязательств перед ними как гражданами-потребителями, не осуществляющими на профессиональной основе экономическую деятельность в целях извлечения прибыли, что квалифицировано как объективная невозможность присоединения их к первому заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по причине отсутствия обязанности осуществления мониторинга сайтов на предмет наличия соответствующих заявлений, исходил из наличия вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Тюменской области от 27.05.2023 по делу № А70-17595/2022, в связи с чем заключил о неисполнении ФИО5 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, следствием чего стало введение ФИО3, ФИО2 и ФИО4 в заблуждение относительно действительного финансового состояния общества.

В отношении ФИО1 суд посчитал доказанной презумпцию наличия основания привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (непредставление документации), а также причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица) на сумму в общей сложности 1 096 029 руб. (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Отказывая во взыскании процентов по статье 395 ГК РФ, суд первой инстанции руководствовался тем, что размер штрафных санкций в максимально допустимом размере установлен судебными актами суда общей юрисдикции, в связи с чем не нашел оснований для их доначислении в порядке статьи 395 ГК РФ в отношении субсидиарных ответчиков.

Суд апелляционной инстанции по результатам проверки доводов апелляционной жалобы не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции.

Согласно положениям части 1 статьи 4 АПК РФ, за интересованное лицо в праве обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ, защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов защиты. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного права или к реальной защите законного интереса.

Одним из способов защиты гражданским прав в соответствии со статьей 12 ГК РФ, является возмещение убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 3 статьи 64.2 ГК РФ предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, по смыслу пункта 1 статьи 399 ГК РФ субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности другого лица, являющегося основным должником.

В силу пункта 3 статьи 53, пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ или другим законом.

Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, корпоративные права и обязанности их участников, регулируются федеральными законами, в частности ГК РФ и Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ).

Частью 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (часть 3 статьи 53 ГК РФ). В

случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Как ранее обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации, наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями в (определение от 03.07.2014 № 1564-О).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как неоднократно указывал Конституционный суд Российской Федерации, правовое регулирование, установленное статьей 21.1 Закона о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 06.12.2011 № 26-П; определения от 17.01.2012 № 143-О-О, от 26.05.2016 № 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Вместе с тем, она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые

требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Учитывая распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из ЕГРЮЛ, пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусматривает правовой механизм, компенсирующий негативные последствия прекращения деятельности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом, как отметил Верховный Суд Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления № 62, в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов

юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 Постановления № 62).

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающим общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний

статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В силу действующего законодательства участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Поскольку любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов

общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя и участника, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности контролируемых общество лиц перед контрагентами управляемого, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица (имущественного вреда), противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами.

При этом, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006 субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована (создана) контролирующими должника лицами.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя, учредителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед ним.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления № 62, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Рассматривая иски о привлечении к ответственности контролирующего общество лица в ситуации, когда общество не исполнило принятые на себя обязательства (подтвержденные судебным актом) и было впоследствии исключено из ЕГРЮЛ, суд должен распределять бремя доказывания (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела между сторонами спора.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из

реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу положений статьи 3 Закона № 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого ими юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества), суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

В настоящем случае, согласно представленным в материалы дела доказательствам, что также нашло свое отражение в решении Арбитражного суда Тюменской области от 27.05.2023 по делу № А70-17595/2022, где ранее рассматривался вопрос о привлечении ФИО5 и ФИО1 по обязательствам общества перед иными кредиторами, установлено, что ООО «Домокомплект» зарегистрировано в качестве юридического лица 27.04.2017.

ООО «Домокомплект» исключено из ЕГРЮЛ 27.02.2024 в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, что окончательно обусловило наступление объективной невозможности обществом своих обязательств.

ФИО5 являлся генеральным директором общества с 27.04.2017 по 17.11.2020, единственным участником с 27.04.2017 по 26.10.2020.

ФИО1 являлась генеральным директором общества с 18.11.2020 и единственным участником общества с 27.10.2020.

Обязательства ООО «Домокомплект» возникли перед ФИО3 по договору поставки № 25/06 от 25.06.2020, перед ФИО4 по договору поставки № 07/077 от 10.12.2020, перед ФИО2 по договору поставки № 72/03/2021 от 02.03.2021 со сроками исполнения в период 2020-2021 годы.

Вместе с тем, в бухгалтерской отчетности ООО «Домокомплект» за 2019 год отражены активы баланса в размере 2 163 тыс. руб., краткосрочные обязательства в размере 2 703 тыс. руб., убыток от продаж в размере 736 тыс. руб.

Превышение краткосрочных обязательств общества (как только одного вида пассивов баланса, наиболее очевидно свидетельствующих о текущей финансовой нагрузке на предприятие) над активами баланса по итогам 2019 года составило 540 тыс. руб.

По итогам 2020 года это же соотношение составило 1 544 тыс. руб., убыток от продаж составил 973 тыс. руб., то есть финансовая ситуация предприятия только продолжила существенно ухудшаться.

Следствием названных обстоятельств стало объективная невозможность общества исполнить принятые на себя обязательства перед его контрагентами, подтвержденная вынесением Ленинским районным судом города Тюмени заочных решений от 12.05.2021 по делу № 2-3479/2021, от 20.09.2021 по делу № 2-7437/2021, от 26.04.2022 по делу № 2-3500/2022.

В такой ситуации сделать вывод о том, что превышение размера обязательств над активами по итогам 2019 года носило временный и преодолимый характер возможно только при исчерпывающей доказанности принятия ответчиком ФИО5 как руководителем ООО «Домокомплект» в рассматриваемый период разумных и действенных мер по преодолению кризисной ситуации.

Между тем, такие доказательства этого в материалы дела не представлены.

Оценив указанные обстоятельства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5, действуя разумно и осмотрительно, должен был, очевидно, осознавать наличие у подконтрольного ему предприятия признаков объективного банкротства (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), в связи с чем был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества не позднее 15.06.2020, что исключило бы дальнейшее ухудшение финансового состояния общества.

Поскольку ФИО5 в указанный срок не опубличил информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица посредством исполнения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, напротив заключил от имени фактически неплатежеспособного общества с ФИО3, ФИО4 и ФИО2 договоры поставки от 25.06.2020, 10.12.2020 и 02.03.2021, соответственно, оснований для исключения его из числа виновных лиц в причинении перечисленным истцам убытков в силу положений статьи 53.1 ГК РФ судом апелляционной инстанции также не установлено.

ФИО1, приобретя у ФИО5 в качестве готового бизнеса долю в уставном капитале ООО «Домокомплект» и ознакомившись с финансовым положением общества, обязана была подать заявление о признании общества банкротом не позднее месяца с даты утверждения годового бухгалтерского баланса ООО «Домокомплект» за 2020 год.

При этом обязательства перед истцами возникли, существовали и развивались у ООО «Домокомплект» вне зависимости от смены его единственного участника и руководителя, то есть, в том числе и в период руководства обществом ФИО1, которая в дальнейшем не предприняла каких-либо мер по погашению требований данных кредиторов.

В данном случае бездействие ФИО1 по неурегулированию задолженности ООО «Домокомплект» перед истцами привели к существенному увеличению этой задолженности.

Несмотря на то, что в актуальной ситуации задолженность в полном объеме подтверждена вступившим в законную силу решением суда, большая часть этой

задолженности возникла ввиду неудовлетворения требований потребителя в полном объеме.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ФИО1, суд апелляционной инстанции отмечает, что размер ответственности бывшего руководителя должника за причинение убытков должнику не ограничен размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, суммой денежных средств, полученных от общества либо периодов, в который возникла та или иная задолженность общества, принимая во внимание принцип полного возмещения вреда, установленный пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ, ввиду чего цена такого иска определяется по правилам статей 15, 53.1, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных организацией.

Таким образом, доводы о том, что размер субсидиарной ответственности ФИО1 перед истцами должен был ограничен суммой 392 838 руб. представляющей собой разницу между суммой, полученной ранее ФИО1 в качестве выручки по единственному строительному объекту общества, работы на котором были выполнены после приобретения бизнеса (1 096 029 руб.) и суммой взысканных ранее с ФИО1 денежных средств в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам должника в пользу ФИО8 и ФИО9 в рамках дела № А70-17595/2022 (702 191 руб. ввиду солидарного взыскания), признаются коллегией судей несостоятельными, как основанными на неверном толковании норм действующего законодательства.

Проанализировав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь пунктом 4 статьи 53.1 ГК РФ, апелляционная коллегия приходит к выводу, что именно в результате неразумных и недобросовестных действий обоих ответчиков была утрачена возможность погашения долга ООО «Домокомплект» перед истцами, оба ответчика распоряжались полученными денежными средствами общества, в связи с чем выводы суда о взыскании с ФИО5 и ФИО1 денежных средств в суммах, равных задолженности, взысканной с ООО «Домокомплект» в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО2 в суде общей юрисдикции, не могут быть признаны необоснованными.

Кроме того, истцами было заявлено требование о взыскании с ответчиков процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с пунктом 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ответчиков процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции руководствовался статьей 395 ГК РФ и исходил из того, обязательства, вменяемые истцами субсидиарным ответчикам, возникли в связи с неисполнением ООО «Домокомплект» обязательств перед гражданами, признаваемыми потребителями в соответствии с законодательством о защите прав потребителей, следовательно, регулируются Законом РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», согласно пункту 5 статьи 28 которого сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения

работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы ФИО2, исходит из того, что в данном случае обязательство по оплате процентов за неисполнение денежного обязательства по правилам статьи 395 ГК РФ не является акцессорным (дополнительным) по отношению к основному обязательству в рассматриваемом споре, поскольку в данном деле с ФИО5 и ФИО1 взысканы именно убытки, то есть данные лица не являлись принявшими на себя исполнение обязательств лицами по договорам поставки перед ФИО3, ФИО4, ФИО2, правовая квалификация требований, удовлетворенных в отношении общества (ненадлежащее исполнение обязательств по договору) в суде общей юрисдикции и в настоящем деле (убытки, статья 53.1 ГК РФ) различна.

В свою очередь, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков не допускается, поскольку проценты, как и убытки, - вид ответственности за нарушение обязательства, и по отношению к убыткам, так же как и неустойка, носят зачетный характер.

Данный вывод согласуется с разъяснениями, приведенными в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), согласно которому сумма процентов, установленных статьи 395 ГК РФ, засчитывается в сумму убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (пункт 1 статьи 394 и пункт 2 статьи 395 ГК РФ).

Согласно статье 8 ГК РФ судебное решение выступает в качестве одного из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей.

Поскольку обязательность исполнения судебных решений является неотъемлемым элементом права на судебную защиту, неисполнение судебного акта или неправомерная задержка его исполнения не обеспечивают кредитору компенсации потерь вследствие неправомерного удержания чужих денежных средств должником, и в свою очередь должник, обязанный уплатить денежные средства, необоснованно извлекает выгоду от неисполнения обязательства, что очевидно входит в противоречие с основными задачами судебной защиты.

Взыскатель с целью компенсации финансовых потерь, вызванных ненадлежащим исполнением должником судебного решения, возлагающего на него обязанность по исполнению денежного обязательства, вправе обратиться в суд с иском о взыскании с должника с соответствии со статьей 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неисполненного обязательства (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2009 № 6961/09, от 08.06.2010 № 904/10, от 04.06.2013 № 18429/12).

Таким образом, убытки из ответственности в денежное обязательство трансформируются с принятием соответствующего судебного акта, поэтому обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником (пункт 57 Постановления № 7).

Следовательно, проценты по статье 395 ГК РФ могут быть начислены на сумму убытков только за период после вступления в законную силу решения суда при просрочке уплаты суммы взысканных с ФИО5 и ФИО1 убытков, причинных кредиторам должника.

В рассматриваемом случае проценты за пользование чужими денежными средствами были заявлены истцами за неисполнение обществом вступивших в законную силу решений суда о взыскании задолженности по договорам, где ООО «Домокомплект» выступало самостоятельным контрагентом по сделкам, а не за неисполнение судебного акта ФИО5 и ФИО1, учитывая, что они не являлись ответчиками в рамках вышеуказанных гражданских споров, в связи с чем в удовлетворении заявленных исковых требований в данной части по отношению к контролирующим лицам – ФИО5 и ФИО1 отказано правильно.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда не имеется, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На стадии апелляционного производства ФИО2 заявлено о взыскании с ФИО1 судебных расходов на оплату услуг представителя за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 100 000 руб.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах; судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление № 1) лицо, подавшее апелляционную, кассационную или надзорную жалобу, а также иные лица, фактически участвовавшие в рассмотрении дела на соответствующей стадии процесса, но не подававшие жалобу, имеют право на возмещение судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением жалобы, в случае, если по результатам рассмотрения дела принят итоговый судебный акт в их пользу (абзац первый); понесенные участниками процесса издержки подлежат возмещению при условии, что они были обусловлены их фактическим процессуальным поведением на стадии рассмотрения дела судом апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, на стадии пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам (абзац четвертый).

В соответствии с пунктами 10 - 11, 13 Постановления № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В подтверждение факта несения судебных издержек на оплату услуг представителя ФИО2 представила в материалы дела: договор на оказание юридических услуг № 2 от 28.04.2025 (далее - договор), заключенный с ФИО6 (далее – ФИО6), дополнительное соглашение № 1 от 05.07.2025 к договору, акт приема-передачи денежных средств от 28.04.2025.

В соответствии с условиями договора заказчик (ФИО2) поручает и оплачивает, а исполнитель (ФИО6) принимает на себя обязательство по представлению интересов заказчика в Восьмом арбитражном апелляционном суде по делу № А70-13486/2024.

Вознаграждение по договору определено сторонами в размере 100 000 руб. Оплата происходит в форме наличного расчета путем передачи указанной денежной суммы заказчиком по акт приема-передачи в течение 3 дней с момента подписания договора.

Согласно положениям пункта 1 дополнительного соглашения № 1 от 05.07.2025 к договору стороны изъявили желание внести изменение в пункт 2 договора на оказание юридических услуг № 2 от 28.04.2025 и изложить его в следующей редакции.

В рамках настоящего договора исполнитель обязуется:

- составить мотивированный отзыв на апелляционную жалобу, поданную со стороны ФИО1, с ходатайством и обоснованием взыскания понесенных судебных расходов по вышеуказанному договору, отправить его сторонам и в Восьмой арбитражный апелляционный суд. Стороны оценивают исполнение данного обязательства в размере 15 000 руб.;

- составить апелляционную жалобу на решение судьи Арбитражного суда Тюменской области Богатырева Е.В. от 26.03.2025, отправить ее сторонам и подать ее в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области. Стороны оценивают исполнение данного обязательства в размере 15 000 руб.;

- составлять ходатайства об участии в судебных заседаниях посредством проведения «онлайн заседания» и подавать их в Восьмой арбитражный апелляционный суд. Стороны оценивают исполнение данного обязательства в размере 5 000 руб.;

- составлять мотивированные объяснения, обосновывающие законность вынесенного Арбитражным судом Тюменской области решения, в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по общегражданским основаниям, отправить сторонам и подавать их в Восьмой арбитражный апелляционный суд. Стороны оценивают исполнение данного обязательства в размере 5 000 руб.;

- посредством «онлайн заседания» участвовать в судебных заседаниях по данному арбитражному делу в интересах заказчика. Стороны оценивают исполнение данного обязательства в размере 60 000 руб.

Таким образом, несение ФИО2 судебных расходов и их связь с рассматриваемым спором подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Вместе с тем, апелляционная коллегия судей учитывает, что процессуальное законодательство связывает решение вопроса о возмещении судебных расходов с установлением разумности соответствующих требований участника процесса, понесшего эти расходы (часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Толкование данной нормы, данное Конституционным Судом Российской Федерации в определении № 454-О от 21.12.2004, предусматривает право суда уменьшить расходы на оплату услуг представителя в том случае, если суд признает их чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

Разумность пределов заявленных требований каждый раз определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела. Критерий разумности пределов расходов является оценочным, и закон не устанавливает ни минимального, ни максимального предела денежных сумм, выплачиваемых лицам, осуществляющим деятельность по оказанию юридических услуг.

В пунктах 3, 12 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» разъяснено, что лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность. При оценке чрезмерности расходов суд исходит из категории дела, объема и сложности выполненной представителем работы, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

Также Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 20 Информационного письма от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса РФ» рекомендовал арбитражным судам исходить из того, что при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления № 1 дал разъяснения о том, что по смыслу главы 9 АПК РФ принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Согласно пункту 11 Постановления № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Определение разумных пределов расходов на оплату услуг представителя является оценочным понятием и конкретизируется с учетом правовой оценки судом фактических обстоятельств.

Таким образом, судебные издержки в виде расходов на оплату оказанных юридических услуг, возникших в сфере арбитражного судопроизводства, могут быть возмещены арбитражным судом, если они были фактически произведены, документально подтверждены и в разумных пределах, определяемых судом. При этом разумность

пределов каждый раз определяется индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела.

По смыслу указанных разъяснений, учитывая то, что ориентиром могут являться средние цены, сложившиеся на рынке услуг, основанием для снижения размера возмещаемых расходов должна являться их очевидная явная чрезмерность, то есть существенное (кратное), а не простое превышение средних сложившихся цен на рынке.

Применительно к настоящему делу, оценив объем оказанных услуг, сложность и продолжительность рассмотрения апелляционной жалобы, в отсутствие со стороны ответчика доказательств недостоверности или недействительности предъявленных истцом документов, суд апелляционной инстанции считает подлежащим удовлетворению заявление ФИО2 частично на сумму 40 000 руб., из которых:

за составление мотивированного отзыва на апелляционную жалобу ФИО1 с ходатайством о взыскания с нее понесенных судебных расходов на стадии апелляционного производства и обоснованием такого ходатайства – 15 000 руб.;

за составление мотивированных объяснений, обосновывающих законность вынесенного Арбитражным судом Тюменской области решения, в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по общегражданским основаниям – 5 000 руб.;

за участие в судебных заседаниях по данному арбитражному делу при рассмотрении апелляционных жалоб посредством «онлайн заседания» - 20 000 руб.

Оснований для взыскания с ФИО1 судебных расходов за составление апелляционной жалобы ФИО2 по настоящему делу с требованием об отмене решения суда первой инстанции от 26.03.2025 в части отказа взыскания с ответчиков процентов по статье 395 ГК РФ не имеется, учитывая, что в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2 настоящим судебным актом отказано (часть 1 статьи 110 АПК РФ, абзац первый пункта 30 Постановления № 1).

Расходы за составление заявления об участии в онлайн-заседании также не подлежат возмещению ввиду отсутствия юридически значимого результата от такой услуги и сопутствующего ее характера (статья 309.2 ГК РФ, пункт 15 Постановления № 1).

Кроме того, в соответствии с пунктом 13 Постановления № 1 разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

В данном случае заявленные ко взысканию с ответчика судебных расходы за участие в двух судебных заседаниях суда апелляционной инстанции являются неразумными, принимая во внимание доводы, заявленные ФИО1 в обоснование своей жалобы, отсутствие определенной степени сложности дела, объема доказательственной базы и необходимости обязательного вовлечения представителя ФИО2 в судебный процесс на стадии апелляционного производства.

Кроме того, надлежит учесть, что смыслу статьи 163 АПК РФ, перерыв, объявленный в одном из судебных заседаний, это форма временной остановки судебного разбирательства, которая характеризуется тем, что по окончании перерыва судебное разбирательство не возобновляется, а продолжается с того момента, на котором оно было прервано. Таким образом, присутствие представителя заявителя в судебном заседании, как до перерыва, так и после, следует считать как участие в одном судебном заседании.

В соответствии со сведениями, размещенными в информационной системе «Картотеке арбитражных дел», в судебном заседании в Восьмом арбитражном апелляционном суде 03.07.2025 был объявлен перерыв до 10 час 00 мин. 11.07.2025, после перерыва судебное заседание было продолжено.

Таким образом, на стадии апелляционного производства состоялось два судебных заседания, вознаграждение за которые сторонами договора определены в 60 000 руб.

Доводы ФИО2 о том, что размер стоимости оказанных услуг соответствует расценкам представительских услуг, утвержденных 28.08.2020 Советом Адвокатской палаты Тюменской области, судом апелляционной инстанции не принимаются во внимание, поскольку согласно приведенному выше правовому регулированию, суд вправе уменьшить размер судебных расходов на оплату услуг представителя в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. При этом рекомендуемые минимальные ставки стоимости некоторых видов юридической помощи, оказываемой по соглашениям с адвокатами адвокатской палаты, не носят обязательный характер.

Судебные инстанции в каждом конкретном случае самостоятельно на основании имеющихся в деле доказательств определяют размер судебных расходов исходя из различных критериев, влияющих на стоимость представительских услуг. При этом рекомендованные адвокатским сообществом размеры вознаграждений в любом случае не являются безусловным свидетельством истинности и разумности вознаграждения представителя, принимавшего участие при рассмотрении арбитражным судом конкретного спора, поскольку являются информационными ставками вознаграждений за отдельные виды юридической помощи, не являются обязательными к применению при разрешении судами вопросов о размере понесенных судебных расходов и не исключают их уменьшение (увеличение) в зависимости от фактических обстоятельств спора.

Рекомендации Совета Адвокатской палаты Тюменской области от 28.08.2020 по вопросам определения минимальных размеров вознаграждения при заключении адвокатами соглашений на оказание юридической помощи в рассматриваемом случае является одним из доказательств по делу, которое не имеет для суда заранее установленной силы, не носит для него обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами (статьи 64, 71 АПК РФ).

По смыслу закона представительские расходы подлежат взысканию с лица, участвующего в деле, безотносительно к тому, каким образом договором установлен размер такого вознаграждения - фиксированной суммой за весь объем работ, пропорционально определенному договором этапу работы или оказанной услуги либо почасовой оплатой фактически затраченного представителем времени. Значение имеет доказанность объема оказанных юридических услуг, а также размера понесенных расходов.

Указанные в рекомендациях Совета Адвокатской палаты Тюменской области от 28.08.2020 ставки не учитывают объем работы представителя по конкретному делу, категорию, сложность дела, а также порядок его рассмотрения. В связи с чем не могут являться единственным ориентиром при проверке в судебном порядке заявленных ко взысканию судебных расходов.

Апелляционный суд отмечает, что при определении разумных пределов взыскиваемых расходов суд обладает достаточно большими дискреционными полномочиями, поскольку категория разумности является оценочной.

В данном случае определенная сумма судебных издержек в 40 000 руб., подлежащая возмещению, по мнению суда апелляционной инстанции, сопоставима с характером возникшего в настоящем случае спора, объемом совершенных представителем ФИО2 действий при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1, количеством процессуальных документов, которые подготовлены представителем в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, и количеством судебных заседаний, в которых представитель принял участие.

Оснований для взыскания большей суммы судебных расходов в пользу ФИО2 коллегией судей в настоящем случае не установлено.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателей жалоб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Тюменской области от 09 апреля 2025 года по делу № А70-13486/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) расходы на оплату услуг представителя в суде апелляционной инстанции в сумме 40 000 руб. В удовлетворении заявления ФИО2 в остальной части отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий О.Ю. Брежнева

Судьи Е.А. Горбунова

М.А. Губина