Постановление от 16 октября 2025 г. по делу № А14-21810/2023

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А14-21810/2023
г. Воронеж
17 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2025 г. Постановление в полном объеме изготовлено 17 октября 2025 г.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Потаповой Т.Б., судей Ботвинникова В.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рейф О.В.,

при участии:

от ИП Баграмяна Едина Константиновича: ФИО2, паспорт РФ;

от конкурсного управляющего ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3: ФИО3, паспорт РФ;

от ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 02.10.2025, паспорт РФ;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП Баграмяна Едина Константиновича на определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 по делу № А14-21810/2023

по заявлению конкурсного управляющего ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3 о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПРОД-ОПТ»,

УСТАНОВИЛ:

ИП Баграмян Един Константинович обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) отсутствующего должника ООО «ПРОД-ОПТ» (далее также – должник). Определением суда от 27.12.2023 данное заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 18.04.2023 в отношении ООО «ПРОД-ОПТ» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3 (далее также- конкурсный управляющий, заявитель) 31.08.2024 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании недействительными сделок (банковских операций), совершенных ООО «ПРОД-ОПТ» за период 20.11.2017 - 28.07.2021 на общую сумму 3 591 105 руб. в адрес ФИО4 (далее также – ответчик), и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3 о признании недействительными сделок (банковских операций), совершенных ООО «Прод-Опт» за период 20.11.2017- 28.07.2021 на общую сумму 3 591 105 руб. в адрес ФИО4 и применении последствий недействительности сделок отказано.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность в части отказа в признании недействительными сделками (банковских операций), совершенных ООО «Прод-Опт» за период 15.01.2021-28.07.2021 на общую сумму 410 470 руб. в адрес ФИО4, и применении последствий недействительности сделок, ИП ФИО2 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 в указанной части отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании апелляционной инстанции 30.09.2025 объявлялся перерыв до 07.10.2025.

ИП ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.

В удовлетворении ходатайства ИП ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств судебной коллегией отказано на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пункта 29 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», ввиду отсутствия правовых оснований для удовлетворения заявленного ходатайства (отсутствия доказательств

истребования представляемых документов в рамках данного обособленного спора в суде первой инстанции).

Конкурсный управляющий ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3 согласился с доводами апелляционной жалобы.

Представитель ФИО4 доводы апелляционной жалобы отклонил, полагая обжалуемое определение законным и обоснованным по основаниям, изложенным в отзыве, просил оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Представители иных лиц, участвующих в деле, не явились.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

По правилам части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в части отказа в признании недействительными сделок (банковских операций), совершенных ООО «Прод-Опт» за период 15.01.2021-28.07.2021 на общую сумму 410 470 руб. в адрес ФИО4 и применении последствий их недействительности.

С учетом позиции заявителя апелляционной жалобы, в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции на основании части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 в обжалуемой части следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим ООО «ПРОД-ОПТ» ФИО3 в ходе осуществления мероприятий конкурсного производства было выявлено, что в период с 20.11.2017 по 28.07.2021 с расчетного счета должника в пользу ФИО4 были перечислены денежные средства в общем размере 3 591 105 руб. с назначением платежа: «выплата денежных средств в подотчет на приобретение ТМЦ на карточный счет».

Ссылаясь на то, что вышеуказанные перечисления являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об их оспаривании.

По мнению апелляционной коллегии, разрешая настоящий спор, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пунктам 1, 6 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, предусмотрено статьями 61.9, 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для квалификации подозрительной сделки как сделки с неравноценностью встречного исполнения пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» устанавливает два необходимых критерия для признания такой сделки недействительной: сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; факт неравноценного встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и

(или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о

банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются

опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» также разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Как следует из материалов дела, поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПРОД-ОПТ» возбуждено 27.12.2023, то перечисления, совершенные в период с 15.01.2021 по 28.07.2021, могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что, обращаясь с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий привел доводы об отсутствии доказательств возврата со стороны ФИО4 денежных средств, полученных ею в результате оспариваемых перечислений в качестве подотчетных, а также на отсутствие представления бывшим руководителем должника либо его мажоритарным участником документов, обосновывающих каждый спорный платеж.

Заявитель также указал на то, что, поскольку в сходный период времени был выявлен масштабный вывод денежных средств, то спорными банковскими операциями под видом выдачи средств под отчет происходило незаконное обогащение ответчика и контролирующих должника лиц. При этом спорные операции совершены в период образования задолженности вышеуказанного происхождения, и на момент их совершения должник отвечал критерию неплатежеспособности. Ответчик, в свою очередь, являясь работником должника, в силу своего статуса знал или должен был знать, что, совершая вывод средств на свой счет, он приносит этим убытки обществу и действует недобросовестно.

В ходе рассмотрения спора судом первой инстанции ФИО4, возражая против заявленных требований, пояснила, что на момент

осуществления оспариваемых платежей осуществляла трудовую деятельность в ООО «ПРОД-ОПТ», получала денежные средства в процессе обычной хозяйственной деятельности, в подтверждение чего представила копию трудового договора № 3 от 01.04.2017.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 в спорный период осуществляла трудовую деятельность в ООО «ПРОД-ОПТ» в должности экономиста по финансовой работе. За период работы в ООО «ПРОД-ОПТ» и после увольнения ФИО4 со стороны должника отсутствовали какие-либо имущественные претензии к ответчику относительно обоснованности расходования перечисленных денежных средств. Данное обстоятельство документально не опровергнуто (статьи 9, 65 АПК РФ).

При этом если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, то бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства израсходованы не по назначению ответчиком, возлагается на заявителя. Между тем, подобных доказательств в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил довод конкурсного управляющего о непредставлении ответчиком первичной документации, подтверждающей наличие встречного представления, отметив, что возложение на ответчика, являвшегося работником должника, ответственности за ненадлежащее ведение работодателем документооборота, а также за непередачу бывшим руководителем должника соответствующей документации конкурсному управляющему неправомерно.

При этом в силу прямого указания закона (пункт 2 статьи 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью») обязанность по хранению документов общества возложена на его исполнительный орган – директора. В рассматриваемой ситуации материалами дела подтверждено, что данную должность в спорный период занимали ФИО6, ФИО7 Доказательств, свидетельствующих о возложении на ФИО4 указанной обязанности в материалы дела не представлено.

При этом, бухгалтер, получивший авансовый отчет, согласно Указаниям по применению и заполнению унифицированной формы «Авансовый отчет» – Форма № АО-1 должен проверить: целевое расходование денежных средств; наличие указанных в отчете оправдательных документов, подтверждающих расходы; правильность оформления оправдательных документов; правильность подсчета указанных в отчете сумм. После проверки авансового отчета бухгалтер заполняет свою часть отчета. Заполненную расписку к авансовому отчету бухгалтер отрезает и передает подотчетному лицу сразу же после получения от него авансового отчета. Такая расписка является подтверждением того, что авансовый отчет и приложенные к нему документы получены от работника.

Из приведенного выше нормативного регулирования подотчетных операций следует вывод, что сами авансовые отчеты с первичной документацией в обоснование данных отчетов передаются на предприятие и не могут находиться у работника, то есть у подотчетных лиц отсутствует обязанность сохранять дубликаты авансовых отчетов и самих содержавшихся в них документов о приобретении товарно-материальных ценностей, поскольку ему предоставляется соответствующая расписка о принятии у него отчета и документов. Как указывалось выше, несмотря на нахождение ответчика в тот период времени в трудовых отношениях с должником, в силу прямого указания закона (пункт 2 статьи 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью») обязанность по хранению документов общества была возложена на его исполнительный орган.

Судом первой инстанции верно отмечено, что один лишь факт совершения сделки в подозрительный период не свидетельствует о наличии оснований для признания данной сделки недействительной.

Кроме того, в силу пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Следует отметить, что сам по себе факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами не означает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. При этом недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 18245/12, Определение ВС РФ от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что должник имел признаки имущественного кризиса уже к концу 2020 года, подлежит отклонению с учетом вышеизложенного.

Как верно отмечено судом области, конкурсный управляющий должника должен доказать, что на момент совершения сделки ответчику было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

О наличии фактической аффилированности должника и контрагента и отсутствии разумных экономических мотивов данной сделки может свидетельствовать характер сложившихся между сторонами

правоотношений, в том числе, совершение сделки на условиях, выходящих за пределы общепринятых для подобного рода правоотношений.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества.

При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Кроме того, определяя добросовестность контрагента, недопустимо отождествлять осведомленность контрагента о наличии у должника признаков неплатежеспособности с его осведомленностью о неоплате конкретного долга отдельному кредитору.

Учитывая вышеизложенное и фактические обстоятельства рассматриваемого спора, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что ФИО4 не является заинтересованным лицом должника, исходя из критериев, предусмотренных статьей 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в том числе и по критерию аффилированности, что позволяло бы исходить из презумпции осведомленности о наличии признаков неплатежеспособности должника. Доказательств наличия признаков заинтересованности ответчика с должником, как и доказательств осведомленности ФИО4 в силу исполнения трудовых обязанностей, не представлено.

Само по себе исполнение трудовых обязанностей у должника в должности экономиста по финансовой работе не свидетельствует об осведомленности работника о финансовом положения общества.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно заключил, что конкурсным управляющим не доказано, что произведенные в адрес ответчика перечисления денежных средств привели к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, не доказано, что в результате сделок причинен вред кредиторам должника, так же, как и не доказан факт вывода денежных средств для целей их обналичивания.

Равным образом заявителем не представлено доказательств того, что ФИО4 знала или должна была знать об указанной цели причинить вред имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделки, в отсутствие доказательств заинтересованности (аффилированности) между ответчиком и должником.

С учетом изложенного, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО4 имела полную осведомленность о финансовом состоянии должника и знала и должна была знать о презумпции вреда

кредиторам оспариваемым выводом денежных средств, подлежат отклонению как необоснованные и документально не подтвержденные.

Как верно отмечено судом первой инстанции, наличие умысла сторон сделки на реализацию какой-либо противоправной цели, связанной с причинением вреда кредиторам должника, материалами дела не подтверждается.

Осведомленность ФИО4 о цели совершения сделок в виде причинения вреда имущественным интересам должника и кредитора допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами не подтверждена, доказательств ее недобросовестного поведения также не представлено.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, в рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в материалах дела отсутствуют.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку не опровергают законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Не усматривая наличия оснований для признаний оспариваемых сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ, суд первой инстанции верно исходил из того, что в материалы дела не представлены доказательства наличия у сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», что исключает возможность их оспаривания по основаниям, предусмотренными указанными статьями (постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения ВС РФ от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10)).

Доводы конкурсного управляющего о мнимости осуществленных платежей отклонены судом как основанные на предположениях, не подтвержденных соответствующими доказательствами.

В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, исходя из отсутствия в материалах дела надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих заявленные требования (статьи 9, 65 и 71 АПК РФ), суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Иные аргументы заявителя апелляционной жалобы, в том числе относительно неверного распределения бремени доказывания, проверены судом апелляционной инстанции, однако они признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

Ссылки заявителя на определенную судебную практику подлежат отклонению, поскольку в указанных делах и судебных актах рассматривались и устанавливались иные обстоятельства.

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 в обжалуемой части следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 10 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя (уплачена при подаче жалобы по платежному поручению № 28 от 28.07.2025).

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.06.2025 по делу № А14-21810/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Т.Б. Потапова

Судьи В.В. Ботвинников

ФИО1