Постановление от 14 октября 2020 г. по делу № А40-249670/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

14.10.2020

Дело № А40-249670/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 08.10.2020

Полный текст постановления изготовлен 14.10.2020


Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей Петровой Е.А, Коротковой Е.Н.

при участии в заседании:

от ФИО1- ФИО2-дов. от 11.092018 на 3 года ,адвокат

от ФИО3- ФИО4-дов. от 08.06.2018 на 3 года ,адвокат

от ФИО5-ФИО6-дов от 13.01.2020-1-34

от финаансового управляющего должника ФИО7-дов. от 28.09.2020 на 1 год

рассмотрев 08.10.2020 в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО3, ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020 по заявлению финансового управляющего ФИО8 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 24.08.2016,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.05.2018 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника - гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО8

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника ФИО8 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи земельного участка от 24.08.2016, заключенного ФИО5 и ФИО1.

Арбитражный суд первой инстанции определением от 07.02.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020, признал недействительной сделкой договор купли-продажи от 24.08.2016, заключенный ФИО5 и ФИО1; применил последствия недействительности сделки; взыскал с ФИО1 в конкурсную массу должника-гражданина ФИО5 35 000 000 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1, ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, указав на неправильное применение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам просили ФИО1 - обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции; ФИО3 - обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В заседании суда кассационной инстанции заявители кассационных жалоб доводы кассационных жалоб друг друга поддержали.

Представители финансового управляющего, а также ФИО5 против удовлетворения кассационных жалоб возражали, в том числе по доводам, изложенным в отзывах.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные отзывы приобщены к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав явившихся лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 24.08.2016, по условиями которого «Продавец» обязуется передать в собственность «Покупателя», а «Покупатель» обязуется принять и оплатить в соответствии с условиями договора следующее недвижимое имущество: земельный участок с кадастровым номером 50:16:0301016:148, площадь 900 кв. м, находящийся по адресу: <...> уч.5, с расположенными на нем: жилым домом, площадь 257,90 кв.м., количество этажей: 2, по адресу: <...> уч.5; домом охраны, назначение нежилое, площадь 15 кв. м., количество этажей: 2, по адресу: <...> уч. 5; сооружением: газопроводом низкого давления, назначение: Сооружения коммунальной инфраструктуры, протяженность 37,8 пм, по адресу: <...> уч. 5. Согласно пункту 2.2 договора стоимость приобретенного имущества согласована сторонами в сумме 35 000 000 руб.

Сторонами согласовано, что право собственности на указанное имущество возникает у ФИО1 с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии. Право собственности ФИО1 на указанные объекты недвижимости зарегистрировано в ЕГРН.

Указанный договор был оспорен финансовым управляющим по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции пришел к выводам о том, что оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеется.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, который учитывает права и законные интересы другой стороны, содействует ей, в том числе, в получении необходимой информации.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, ее исполнение оформляется документально лишь для вида.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Пленума № 25).

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суды пришли к выводу о том, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки купли-продажи недвижимости.

Между тем, судами обеих инстанций сделан вывод о том, что обстоятельства, установленные Решением Ногинского городского суда Московской области от 28.11.2017 по делу № 2-4412/17, которым отказано в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи и применении к сделке правил залога, не могут иметь преюдициального значения для финансового управляющего и кредиторов должника, за исключением должника и ФИО1, являвшейся ответчиком по указанному спору.

Согласно пункту 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Суды приняли во внимание, что финансовый управляющий и кредиторы должника, в интересах которых он действует в силу своего статуса, не являлись лицами, участвующим в деле, рассматриваемом судом общей юрисдикции, по исковому заявлению ФИО5 к ФИО1

Суд округа оснований не соглашаться с выводами судов обеих инстанции в настоящее время не усматривает.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу частей 2, 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или частей 2, 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле.

Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество.

В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда.

Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы.

Результат оценки доказательств, а также фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, должны отражаться в судебном акте, принятом по существу спора (статьи 170, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из содержания судебного акта суда первой инстанции следует, что соответствующие мотивы нашли свое отражение в обжалуемом определении.

Суду округа представляется верным заключение судов первой и апелляционной инстанций о том, что в Ногинском городском суде Московской области и Арбитражном суде города Москвы рассматривались разные заявления с разным предметом требований и по различным основаниям, что не соответствует принципу тождественности и не является основанием для оставления заявления без рассмотрения.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что установленные судом общей юрисдикции при рассмотрении указанного заявления требования обстоятельства не могут иметь преюдициального значения для финансового управляющего и кредиторов должника, за исключением должника и ФИО1, являвшейся ответчиком по указанному спору.

Между тем, выводы судов общей юрисдикции об отсутствии у оспариваемой сделки признаков притворной не являются препятствием для оценки указанной сделки на предмет ее действительности или недействительности по иным основаниям, в частности, по основаниям мнимости.

Суды первой и апелляционной инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу о том, что не было доказано, что ФИО1 обладала необходимыми денежными средствами для оплаты дома и земельного участка по оспариваемой сделке, в связи с чем также не доказан факт передачи денежных средств от ФИО1 к ФИО5

При этом суды верно применили разъяснения, данные в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", о том, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанций установили, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед ОАО АКБ «Лесбанк», сам вывод имущества говорит о цели причинения вреда названному кредитору.

Просрочка в исполнении обязательств перед банком существовала еще в 2015 году, о чем самой ФИО5 было известно.

Проверяя доводы кассационной жалобы в части отказа в удовлетворении ходатайства о фальсификации доказательств, суд кассационной инстанции отмечает ,что согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при решении вопроса о том, подлежит ли определение суда первой инстанции, на которое подана апелляционная жалоба, обжалованию отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, как это предусмотрено частью 1 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следует иметь в виду, что в отношении определений о принятии к производству искового заявления или заявления (кроме определения о принятии заявления о признании должника банкротом), о восстановлении пропущенного процессуального срока, об оставлении искового заявления (заявления) без движения, о продлении процессуального срока, о назначении дела к судебному разбирательству, об удовлетворении ходатайства о привлечении к рассмотрению дела арбитражных заседателей либо об отказе в его удовлетворении, об объявлении перерыва в судебном заседании, об отложении судебного разбирательства, о вступлении в дело соистца, о вступлении в дело третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле другого ответчика, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, о привлечении второго ответчика, о выделении некоторых требований в отдельное производство или об объединении дел, о назначении или прекращении проведения экспертизы, об истребовании доказательств, о принятии или об отклонении замечаний на протокол судебного заседания, об отказе в наложении судебного штрафа, об отказе в приостановлении производства по делу могут быть заявлены возражения только при обжаловании судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Также суд округа отмечает, что суд первой инстанции определением от 07.02.2020 правомерно отказал ФИО1 в удовлетворении заявления о фальсификации заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного банкротства ФИО5 и о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника от 15.10.2018, ходатайства о назначении судебной экспертизы по вопросу наличия либо отсутствия признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО5

Отказывая в удовлетворении заявления судами учтено, что настоящий обособленный спор основан на договоре купли-продажи от 24.08.2016, а заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного банкротства ФИО5 и о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника от 15.10.2018 непосредственно не связано с предметом данного обособленного спора, поэтому оснований для рассмотрения заявления о фальсификации доказательств не имеется.

По смыслу положений абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными материалами дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

У ФИО1 право на обращение с ходатайством о назначении экспертизы по вопросу наличия либо отсутствия признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО5 отсутствует, поскольку в силу статьи 34 Закона о банкротстве ФИО1 является ответчиком по обособленному спору и не является лицом, участвующим в деле о банкротстве, а значит не имеет права ходатайствовать о назначении указанной экспертизы.

По поводу довода кассационной жалобы о незаконном составе суда первой инстанции, суд кассационной инстанции находит его несостоятельным и подлежащим отклонению.

Замена судьи в настоящем обособленном споре была осуществлена в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом особенностей рассмотрения дел о банкротстве. Следовательно, доводы о незаконности замены судьи и незаконном составе суда несостоятельны и опровергаются материалами дела.

Иные доводы, предположения не подтверждены соответствующими доказательствами.

Относительно доводов кассационной жалобы ФИО3 суд кассационной инстанции учитывает, что данная жалоба не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы судов, в связи с чем признаются судом кассационной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебных актов.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают правильность выводов судов обеих инстанций, по существу, сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций, правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, пришли к верному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены состоявшихся судебных актов по доводам кассационной жалобы.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Кроме того, доводы кассационной жалобы аналогичны доводам апелляционной жалобы, которые были рассмотрены судом апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.

В силу части 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

Таких нарушений судами не допущено.

Иные доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя кассационной жалобы с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 176, 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2020, по делу № А40-249670/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья Е.А. Зверева

Судьи: Е.А. Петрова

Е.Н. Короткова