Постановление от 27 октября 2019 г. по делу № А41-23145/2015

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16696/2019

Дело № А41-23145/15
28 октября 2019 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  21 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 октября 2019 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мурина В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Конкрит» ФИО2 – ФИО3, доверенность от 05.02.2019, диплом;

от ФИО4 - лично, паспорт; ФИО5, доверенность от 27.11.2018;

от остальных лиц – не явились, извещены.

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Конкрит» на определение  Арбитражного суда Московской области  от 22 июля 2019 года по делу №А41-23145/15, по заявлению   конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 17 декабря 2015 года ООО «Конкрит» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена член НП «СРО АУ «Развитие» ФИО2.

12 декабря 2016 г. конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО4, а также бывшего руководителя и учредителя участника должника ООО «НПО «Космос» ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 июля 2019 года в удовлетворении заявления было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсного управляющего ООО «Конкрит» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение арбитражного суда первой отменить, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал  по основаниям, изложенным в ней.

         Представитель ФИО4 и Метла О.Ф. возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

           Заслушав мнение явившихся в судебное заседание лиц, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ                                      «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Московской области от 17 декабря 2015 года ООО «Конкрит» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена член НП «СРО АУ «Развитие» ФИО2.

В обоснование своего заявления о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО4 и ФИО6 конкурсный управляющий указал, что Метлой О.Ф., являющемся генеральным директором с 24.12.2008 по 27.04.2016, а также ФИО6, являющемся с 27.10.2011 учредителем и генеральным директором участника должника - ООО «НПО «Космос», не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документация должника, предусмотренная положениями статьи 126 Закона о банкротстве; Метлой О.Ф. не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также не предприняты меры по взысканию дебиторской задолженности с контрагентов должника, что сделало невозможным удовлетворить требования его кредиторов, что, по мнению конкурсного управляющего, является основанием для привлечения бывших контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции указал на отсутствие совокупности условий, необходимых для привлечения контролирующих должник лиц к субсидиарной ответственности.

Повторно исследовав все представленные в материалы дела доказательства, апелляционным судом установлено следующее.

Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования – 30 июля 2017 г.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01 июля 2017 г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд 12 декабря 2016 г., а обстоятельства, являющиеся, по мнению конкурсного управляющего, основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности возникли в 2014 – 2015 гг., его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до внесения изменений Законом № 266-ФЗ.

В обоснование своего заявления Конкурсный управляющий указал, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом наступила после вступления в силу решений арбитражных судов по ряду дел, а именно:

- по делу № А41-11262/14, возбужденному по заявлению ООО «ЧОП «Байкал» о взыскании с должника задолженности в размере 3 388 880,56 рублей, решение по которому было принято 22 апреля 2014 г.;

- по делу № А40-217134/14, возбужденному по заявлению ОАО «Банк Москвы» о взыскании с должника задолженности в размере 1 385 435 608,44 рублей, решение по которому было принято 20 марта 2015 г.;

- по делу № А41-2972/15, возбужденному по заявлению ООО «Асгард» о взыскании с должника задолженности в размере 7 396 696,02 рублей, решение по которому было принято 26 марта 2015 г.

По мнению конкурсного управляющего, по состоянию на 26 марта 2015 г. совокупный размер неисполненных финансовых обязательств ООО «Конкрит» составил 1 396 221 165,02 рублей, в связи с чем конкурсный управляющий считает, что контролирующее должника лицо должно было обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в течение месяца с даты возникновения обстоятельств, подтверждающих неплатежеспособность должника, а именно после вступления в законную силу решений о взыскании денежных средств с ООО «Конкрит».

Ввиду того, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) в Арбитражный суд Московской области было подано 07 апреля 2015 г. его кредиторами, конкурсный управляющий полагает, что имеются основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве за несвоевременное обращение с соответствующим заявлением в суд.

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

В силу пункта 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по подаче такого заявления по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В данном случае, как указал суд первой инстанции, в момент возбуждения дела о банкротстве ООО «Конкрит» по заявлению кредиторов обязанность у контролирующего должника лица по совершению действий, связанных с обращением в суд с заявлением о признании ООО «Конкрит» банкротом, не наступила.

Последнее решение арбитражного суда о взыскании денежных средств с ООО «Конкрит» по делу № А41-2972/15 вступило в законную силу 26 апреля 2015 г.

Соответственно, обязанность по возбуждению дела о банкротстве должна была быть исполнена руководителем не позднее 26 мая 2015 г.

Заявление о признании ООО «Конкрит» банкротом было подано кредитором 07 апреля 2015 г., т. е. практически за месяц до момента истечения тридцатидневного срока, установленного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве для исполнения руководителем обязанности по подаче заявления о признании общества банкротом.

При этом судом учтено, что 18 марта 2015 г. еще до вынесения решений по делу № А40-217134/14 и делу № А41-2972/15 состоялось общее собрание участников ООО «Конкрит», на котором было принято решение об освобождении от должности генерального директора ФИО4 и возложении обязанностей руководителя должника на ФИО7

Ввиду того, что регистрация изменений в ЕГРЮЛ о смене единоличного исполнительного органа в силу ст. ст. 8, 9, 17 ФЗ от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а также Приказа ФНС России от 25 января 2012 г. № ММВ-7-6/25@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств» возлагается на нового генерального директора, то бывший генеральный директор не имеет правовой возможности зарегистрировать указанные изменения.

Соответственно, при указанных обстоятельствах Метла О. Ф., не являясь по сути единоличным исполнительным органом общества, в связи с избранием на должность ФИО7, в принципе не был уполномочен на предъявление заявления о банкротстве общества в суд.

При этом, фактическое нахождения ФИО7 на должности генерального директора в указанный период времени, подтверждается и тем, что конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд, рассматривающий настоящее дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании документов в отношении должника, в том числе и у ФИО7 как у бывшего генерального директора должника.

Что касается решения Арбитражного суда Московской области по делу № А41- 11262/14 по иску ООО «ЧОП «Байкал» о взыскании с должника 3 388 880,56 рублей, вступившего в законную силу 22 мая 2014 г., то само по себе наличие этого решения не является безусловным основанием для вывода о том, что по состоянию на 22 мая 2014 г., у должника имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что задолженность по оплате 3 388 880,56 рублей ООО «ЧОП «Байкал» по решению Арбитражного суда Московской области по делу № А41 -11262/14 не была погашена должником и имелась у должника по состоянию на 07 апреля 2015 г. В реестре требований кредиторов должника требования кредитора ООО «ЧОП «Байкал» отсутствуют.

Ссылка конкурсного управляющего на наличие кредиторской задолженности и ее увеличение в апреле 2015 г. сама по себе не является безусловным основанием для автоматического обращения контролирующих должника лиц с заявлением о банкротстве, так как наличие формальных признаков, являющихся основанием для возбуждения дела о банкротстве, не является достаточным для возникновения указанной обязанности у руководителя общества.

Указанный выше довод полностью соответствует позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 18 июля 2003 г. № 14-П, согласно которой  формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Как следует из отчетов конкурсного управляющего от 06 июня 2016 г., 06 декабря 2016 г., у должника на балансе имелись значительные активы, в том числе основные средства: движимое и недвижимое имущество в виде земельного участка площадью 51 305 кв. м. и заводских зданий и строений, балансовой стоимостью 228 792 000 руб.

При этом, следует учитывать, что обязательство ООО «Конкрит» по погашению задолженности в размере 1 385 435 608,44 рублей перед мажоритарным кредитором ОАО «Банк Москвы» возникло из договора поручительствам № 38-177/17/293-13-П/248 от 14 ноября 2013 г., согласно которому должник солидарно отвечает перед ОАО «Банк Москвы» за исполнение обязательств ООО «НПО «Космос» по кредитному договору № <***> от 05 сентября 2013 г.

Помимо ООО «Конкрит» за ООО «НПО «Космос» по указанному договору кредита поручились еще четыре общества: ООО «Элиада», ООО «Корст», ООО «Альбион», ООО «Джуффин Плаза», в связи с чем взыскание задолженности было произведено не только с ООО «Конкрит», но и с основного заемщика ООО «НПО «Космос», а также еще четырех обществ, на балансе которых числились значительные активы.

В частности в собственности ООО «Элиада», выступающего также и залогодателем по указанному договору кредита, имелось нежилое помещение площадью 2 356 кв. м, расположенное по адресу <...> пом. I; нежилое помещение площадью 1 977 кв.м., расположенное по адресу <...> пом. III; земельный участок площадью 20 000 кв.м, расположенный по адресу <...>. А на балансе поручителя и залогодателя ООО «Джуффин Плаза» имелось 9 объектов недвижимости в виде зданий и строений общей площадью 9 186,5 кв.м., расположенных по адресу Московская область, городской округ Химки, <...> а также земельный участок площадью 51 305 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, г. Химки, Северная промышленно-коммунальная зона.

Гражданское законодательство, регулируя отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, исходит из того, что таковой является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (абзац третий п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Соответственно, само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных обстоятельств, рода деятельности, экономических факторов и т.д., с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

При этом, исходя из позиции Верховного Суда РФ, выраженной в определении от 29 февраля 2016 г. № 304-ЭС15-16558, просрочка исполнения обязательств основным заемщиком по кредитному договору еще не создает сразу же обязанности для руководителя поручителя обращаться в суд с заявлением о возбуждении дела о его банкротстве.

Таким образом, действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан немедленно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, а наличие судебных решений о взыскании с должника денежных средств само по себе не является достаточным основанием для вывода о наличии обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве организации.

Кроме того, включенные в реестр требований кредиторов денежные обязательства ООО «Конкрит» возникли до возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом, в связи с чем не могут быть учтены в расчете размера субсидиарной ответственности.

Отсутствие совокупности обязательств, появившихся у должника после 26 мая 2015 г., исключает возможность применения к контролирующим должника лицам субсидиарной ответственности по заявленному основанию.


Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что отсутствуют основания, позволяющие привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, в связи с чем требование в этой части удовлетворению не подлежит.

           В своей апелляционной жалобе конкурсный управляющий указал, что Метла О.Ф. обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.04.2014, поэтому он несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим с 01.05.2014. В обоснование указанного довода конкурсным управляющим указано, что 20.03.2014 с расчётного счёта должника № 40702810800000000295 по решениям Пенсионного фонда РФ, ФНС России списано 2 167 298,71 руб., иных поступлений и списаний по этому счёту в 2014 году не было; 26.03.2014 ФНС России предъявила инкассовые поручения для списания с расчётного счёта должника № 40702810800000000295 на общую сумму 268 359,49 руб., из-за отсутствия денежных средств поручения так и небыли исполнены; 01.04.2014 у должника сформировалась задолженность перед Пенсионным фондом России в размере 270 020,12 руб. 08.05.2014 ФНС России предъявила инкассовые поручения для списания с расчётного счёта должника №40702810800000000295 на общую сумму 1 754 813,14 руб., из-за отсутствия денежных средств поручения не были; 14.05.2014 ФНС России предъявила инкассовые поручения для списания с расчётного счёта должника № 40702810800000000295 на общую сумму 255 600,01 руб., из-за отсутствия денежных средств поручения не были.

Как отмечалось выше, пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривает, что контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в отношении обязательств, возникших после истечения срока подачи заявления должника банкротом.

Доказывание этих обстоятельств является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии с абзацами тридцать три и тридцать четыре статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу положений Закона о банкротстве, заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

При определении признаков банкротства Закон о банкротстве использует и критерий достаточности имущества и критерий платежеспособности.

Для определения того, являлся ли должник неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций.

Таких доказательств на дату 01.04.2014 в материалах дела не имеется.

Само по себе не исполнение обязанности по оплате обязательных платежей не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника.

В рассматриваемом случае в материалах дела отсутствуют доказательства того, что по состоянию на период времени, заявленный конкурсным управляющим (2014), у должника имелись обстоятельства, перечисленные в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве как основания, при которых руководитель должника обязан подать заявление о признании банкротом.

Управляющим не представлен размер обязательств, имеющийся у должника на указанный им период времени, равно как и доказательств того, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между неподачей ответчиком в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Как указано выше, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Управляющий не представил сведений ни об одном обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением, не представил в материалы дела расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

В свою очередь, требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника заявлено управляющим должника в размере всех требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. Оснований для привлечения бывшего руководителя должника в сумме всех требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, в любом случае не имеется.

Другим основанием для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на не исполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, что не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу с целью последующего удовлетворения требований кредиторов.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника  в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно абзацу 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из буквального толкования абзаца 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве следует, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в данном абзаце, необходимо установить следующие обстоятельства: к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности; в результате не передачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы. Только при совокупности этих двух обстоятельств может быть разрешен вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным конкурсным управляющим в данном заявлении.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, бывший руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения бывшим руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; вины бывшего руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Обязанность руководителя должника по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего предусмотрена пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Соответственно, в силу вышеприведенных положений, для привлечения лица к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве надлежит установить:

1) виновные противоправные действия привлекаемого к ответственности лица;

2) причинно-следственную связь между виновными противоправными действиями и наступившими последствиями;

3) существенное затруднение при проведении процедуры банкротства, вызванное не предоставлением бухгалтерской документации

В данном случае, судом первой инстанции верно установлено, что указанные обстоятельства конкурсным управляющим в отношении ФИО4 и ФИО6 не доказаны, что исключает возможность применения к ним мер субсидиарной ответственности, предусмотренной п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий указал на то, что бывшее руководство должника не вело бухгалтерский учет, в связи с чем было затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Однако, как установлено судом, факт ведения бухгалтерской отчетности в отношении ООО «Конкрит» и наличия указанной документации в отношении должника неоднократно подтверждался в отчетах конкурсного управляющего, в частности от 06 июня 2016 г. и 06 декабря 2016 г.

Конкурсный управляющий в отчетах указывает, что им из Межрайонной ИФНС России № 13 по Московской области была получена бухгалтерская отчетность в отношении должника за 2012-2013 гг.

Бухгалтерским сопровождением ООО «Конкрит» занималась специально привлеченная для этих целей коммерческая организация – ООО «Аудиторская фирма «Салита».

Судом установлено, что 23 декабря 2015 г. ООО «Аудиторская фирма «Салита» предоставила временному управляющему ООО «Конкрит» ФИО2 копии бухгалтерской документации в отношении должника, а также иную документацию и сведения, относящиеся к его деятельности.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, довод конкурсного управляющего о том, что в нарушение законодательства о бухгалтерском учете соответствующая документация в отношении ООО «Конкрит» не велась, является несостоятельным.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что ему не переданы документы бухгалтерского учета и отчетности, в связи с чем проведение процедуры банкротства должника существенно затруднено.

Между тем, судом установлено, что в представленных отчетах конкурсного управляющего имеются ссылки на документы бухгалтерского учета, которые, как утверждает конкурсный управляющий,   к моменту проведения процедуры конкурсного производства отсутствовали.

Как следует из отчетов, конкурсный управляющий ссылается на выявленные им активы должника в виде движимого (систем кондиционирования и вентиляции воздуха, ворот, оборудования для инженерных коммуникаций, плит и кранов) и недвижимого имущества, состоящего из земельного участка площадью 51 305 кв. м. и заводских зданий и строений, балансовой стоимостью 228 792 000 рублей.

Указанное имущество составляло основной актив должника, который числился на балансе ООО «Конкрит» с 2009 г. Данный актив полностью сохранился за должником, был включен в конкурсную массу и в последующем реализован с торгов с начальной рыночной ценой в 163 586 965 рублей.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, а также факт наличия бухгалтерской документации в отношении должника и факт выявления в полном объеме его основного актива (земельного участка и комплекса производственных зданий и сооружений), а также его последующую реализацию с торгов, довод конкурсного управляющего о невозможности формирования конкурсной массы является несостоятельным и противоречащим фактическим обстоятельствам дела.

Соответственно, конкурсным управляющим не доказана как причинно-следственная связь между действиями контролирующих должника лиц, выразившимися в не передаче бухгалтерской документации, так и наличием каких-либо негативных последствий, связанных с отсутствием возможности формирования конкурсной массы и осуществлением расчетов с кредиторами в виду не передачи документации.

Более того, ФИО6 являлся с 27.10.2011 учредителем и генеральным директором ООО «НПО «Космос» - участника должника. Доказательств того, что документация должника имелась у ФИО6, и ФИО6 являлся лицом, ответственным за хранение  документации должника, материалы дела не содержат.  

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для взыскания с ФИО4 убытков апелляционной коллегией также не установлено.

Судом установлено, решением Арбитражного суда Московской области от 26 марта 2015 года с общества с ограниченной ответственностью "КОНКРИТ" в пользу общества с ограниченной ответственностью "АСГАРД" взыскано 6 653 195 руб. 39 коп. долга по договору на обслуживание объектов недвижимости от 01.10.2011 г. б/н, 683 815 руб. 63 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 31.12.2014 г., 59 685 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В качестве оснований для взыскания с ФИО4 убытков, конкурсный управляющий указал, что Метла О.Ф., располагая всей необходимой информацией, зная, что он не подписывал никаких документов с ООО «Асгар» (актов выполненных работ), в период с 05.02.2015 (дата принятия искового заявления к производству) по 02.12.2015 (дата вынесения арбитражным судом определения о включении требований ООО «Асгар» в реестр требований кредиторов должника) не принял никаких мер по оспариванию требований ООО «Асгар», не заявил в суде о фальсификации документов, а также своевременно не уведомил конкурсного управляющего должника, чем нанёс ущерб как должнику, так и его кредиторам в размере 7 396 696,02 руб. (решение Арбитражного суда Московской области от 26.03.2015 по делу № А41 -2972/2015).

Как следует из материалов дела, 18 марта 2015 г до вынесения решения по делу № № А41-2972/15 состоялось общее собрание участников ООО «Конкрит», на котором было принято решение об освобождении от должности генерального директора ФИО4 и возложении обязанностей руководителя должника на ФИО7

Ввиду того, что регистрация изменений в ЕГРЮЛ о смене единоличного исполнительного органа в силу ст. ст. 8, 9, 17 ФЗ от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а также Приказа ФНС России от 25 января 2012 г. № ММВ-7-6/25@ «Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств» возлагается на нового генерального директора, то бывший генеральный директор не имеет правовой возможности зарегистрировать указанные изменения.

Соответственно, при указанных обстоятельствах Метла О. Ф., не являясь по сути единоличным исполнительным органом общества, в связи с избранием на должность ФИО7, в принципе не вправе был подать заявление о фальсификации доказательств в судебном заседании 26 марта 2015,  обжаловать решение по делу № А41—2972/15, а также заявлять возражения при включении требований  ООО «Асгар» в реестр требований кредиторов должника.

Доводы управляющего о том, что не взыскание генеральным директором дебиторской задолженности  в размере 11 914 730,00 руб. также повлекло причинение убытков должнику, отклоняются апелляционной коллегией.

 Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков обществу и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В состязательном процессе в соответствии с правилом части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае, конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, как-то: период образования дебиторской задолженности; сроки неисполнения обязательств контрагентами должника; факт наличия указанной задолженности; возможность ее взыскания, соответственно,  а также сам факт возникновения убытков в указанной сумме.

Каких-либо доводов, опровергающих правильность выводов Арбитражного суда Московской области, конкурсный управляющий должника в своей апелляционной жалобе не приводит.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 22 июля 2019 года по делу № А41-23145/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина

Судьи


Н.Н. Катькина

 В.П. Мизяк