Постановление от 10 января 2019 г. по делу № А76-19133/2009

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-14304/2018
г. Челябинск
10 января 2019 года
Дело № А76-19133/2009

Резолютивная часть постановления объявлена 26 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 января 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Ершовой С.Д., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.08.2018 по делу № А76-19133/2009 (судья Бушуев В.В.).

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 03.07.2018);

ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 18.04.2018);

представитель собрания кредиторов общества с ограниченной ответственность «Союзагрокомлект» - ФИО6 (паспорт, протокол собрания кредиторов от 22.06.2018).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2010 закрытое акционерное общество «Союзагрокомплект», ИНН <***>, (далее – должник, общество «Союзагрокомплект») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее - конкурсный управляющий, ФИО7).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.05.2012 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено в связи с утверждением мирового соглашения.

Определением от 22.08.2013 мировое соглашение, утвержденное определением суда от 24.05.2012, расторгнуто, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Союзагрокомплект» возобновлено.

ФИО8 (далее – ФИО8, заявитель, податель жалобы) обратился в арбитражный суд с заявлением (вх. №8172 от 16.02.2018) о признании недействительным акта приёма-передачи от 28.10.2013, подписанного между обществом «Союзагрокомплект» и ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), в части указания площади передаваемого помещения – 441,2 кв.м., расположенного по адресу: <...>. В качестве применения последствий недействительности сделки заявитель просил внести в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись об изменении размера помещения, принадлежащего ответчику, равного 406,6 кв.м.

В представленных уточнениях заявитель указывал на незаконность передачи ФИО4 помещений № 2, № 8, № 7 и № 6 общей площадью 56,1 кв.м., расположенных на 14 этаже здания по адресу: <...>, в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения приняты судом первой инстанции.

Определением от 04.07.2018 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» (далее – ПАО «Примсоцбанк»).

Определением суда от 28.08.2018 в удовлетворении заявления ФИО8 о признании сделки должника недействительной отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО8 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда от 28.08.2018 отменить.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2018 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.11.2018.

Суд апелляционной инстанции определением от 28.11.2018 отложил рассмотрение апелляционной жалобы для получения из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (далее – Управление Росреестра) регистрационного дела в отношении зарегистрированного права собственности ФИО4 на нежилое помещение № 5 площадью 441, 2 кв. м на 14 этаже в здании по адресу: <...> а, кадастровый номер (или условный) 74:36:0508012:242; свидетельство о государственной регистрации права 74АД 819347 от 20.01.2014, включая техническое описание (кадастровый паспорт), выданный органом технической инвентаризации.

Во исполнение указанного определения, материалы регистрационного дела поступили в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, которые в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле приобщены к материалам дела.

Определением от 26.12.2018 в составе суда произведена замена судьи Бабкиной С.А. судьей Матвеевой С.В. в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, с учетом принятых судом дополнений к ней, ФИО8 указывал на необоснованность выводов суда о том, что оспариваемая сделка не является сделкой, совершенной за счет должника. В обоснование своей позиции ФИО8 ссылаясь на судебные акты (решение Центрального районного суда г. Челябинска от 14.01.2009 по делу № 2-94/2009 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2016 по настоящему делу), отмечал, что общество «Союзагрокомплект» и ФИО4 являлись участниками инвестиционного процесса по строительству здания расположенного по адресу: <...>, ввиду чего, общество является собственником здания до момента его полной оплаты дольщиком ФИО4 Также податель жалобы полагает преюдициальным судебный акт - решение Ленинского районного суда г.Челябинска от 18.07.2017 по делу №2-2341/2017 в отношении ФИО6, ФИО9, которым по иску ФИО8 признан недействительным акт приема-передачи нежилого помещения от 28.10.2018, подписанный конкурсным управляющим должника с названными лицами в части указания площади 451,4 кв.м. Податель жалобы отмечает, что суд первой инстанции фактически квалифицировал излишне полученные площади в размере 56,1 кв. м в качестве общих, вместе с тем указанная площадь является полезной. При этом согласно кадастровому паспорту, полученному конкурсным управляющим, помещения №№ 2, 6, 7, 8 не относятся к местам общего пользования. В материалах дела отсутствуют доказательства проведения собрания сособственников по вопросу определения квадратных метров, соответствующих доле ФИО4 в местах общего пользования. При этом сособственники к участию в деле не привлечены в качестве третьих лиц без самостоятельных требований. Также податель жалобы не согласен с выводами суда о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, поскольку полагает, что такой срок подлежит исчислению с момента оформления конкурсным управляющим кадастрового паспорта на спорный объект – с 24.08.2016.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ФИО8 поддержал доводы апелляционной жалобы. С позицией ФИО8 согласился представитель собрания кредиторов должника.

Представитель ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 03.02.2003 между ФИО4 (дольщиком) и обществом «Союзагрокомплект» (заказчиком) был заключен договор долевого участия в строительстве, по условиям которого должник за обусловленную договором плату в размере 10 270 379 рублей принял на себя обязательства по завершению строительства и передачи не позднее 31.12.2007 дольщику офисного помещения общей площадью 505,93 кв.м., расположенного на 14 этаже административного здания-вставки по адресу: <...> л.д. 115-116 т. 1).

Из приложения №1 к договору долевого участия в строительстве от 03.02.2003 следует, что дольщику подлежали передаче помещения всего 14 этажа здания (л.д. 116 т. 1).

Лицами, участвующими в деле не оспаривалось надлежащее исполнение ФИО4 обязательств по внесению инвестиционного вклада.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 14.01.2009 по делу № 2-94/2009 (далее – решение районного суда от 14.01.2009) за ФИО4 признано право собственности на долю в размере 58/1000 в незавершенном строительством объекте - здании-вставке, расположенном по адресу: <...> этаж, соответствующую нежилому помещению № 9 общей площадью 51 кв.м., нежилому помещению № 11 общей площадью 344 кв.м., нежилому помещению № 12 общей площадью 11,2 кв.м. и доле в местах общего пользования в размере 106,9 кв.м. без выдела в натуре (л.д. 61-67 т. 1).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.09.2009 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Союзагрокомплект».

Определением суда от 06.11.2009 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением суда от 09.04.2010 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 (л.д. 19-27 т. 1).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.05.2012 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено в связи с утверждением мирового соглашения.

Определением от 22.08.2013 (резолютивная часть от 15.08.2013) мировое соглашение по делу о банкротстве расторгнуто, производство по делу о банкротстве возобновлено (л.д. 28-55 т. 1).

При расторжении мирового соглашения арбитражный суд установил тот факт, что объект незавершенного строительства в эксплуатацию введен не был. Впоследствии должник получил разрешение на ввод здания по адресу: <...> в эксплуатацию 18.10.2013 (л.д. 71 т. 1).

По акту от 28.10.2013 конкурсный управляющий передал ФИО4 нежилое помещение № 5 площадью 441,2 кв.м. расположенное на 14 этаже в нежилом здании по адресу: <...> (л.д. 110 т. 1), в отношении которого ответчик зарегистрировал свое право собственности (л.д. 72 т. 1).

Из содержания имеющегося в деле технического паспорта на нежилое здание, составленного по состоянию на 21.07.2008 (л.д. 22-25 т. 2), следует, что 14 этаж здания включат в себя помещение №1 площадью 17 кв.м. (лестничную клетку), помещение №2 площадью 47 кв.м. (коридор), помещение №3 площадью 11,3 кв.м. (коридор), помещения №4 и №5 площадью 2,6 и 3,8 кв.м. (два лифта), помещение №6 площадью 2,3 кв.м., помещение №7 площадью 2,6 кв.м., помещение №8 площадью 4,5 кв.м., помещение №9 площадью 50,7 кв.м., помещение №10 площадью 15,3 кв.м. (лестничную клетку), помещение №11 площадью 335,6 кв.м.

Основанием для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки кредитором ФИО8, послужили его доводы о том, что передача имущества ФИО4 в части помещений №2, №6, №7 и №8 по акту приема-передачи от 28.10.2013 является ничтожной сделкой, поскольку, по мнению заявителя, ответчик получил излишние площади в размере 56,1 кв. м.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

В силу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Судом установлено, что заявитель к числу указанных лиц не относится. Вместе с тем судом принято во внимание то обстоятельство, что у заявителя отсутствовала иная процессуальная возможность предъявления рассматриваемого иска, с учетом определения Ленинского районного суда г. Челябинска от 12.09.2017 которым исковое заявление ФИО8 возвращено (л.д. 68 т. 1).

Правовой нормой для предъявления требований ФИО8 указаны положения статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО8, суд первой инстанции отметил, что сделка, оформленная актом от 28.10.2013, в силу конкретных обстоятельств настоящего спора фактически оформила положение сторон, существующее в силу признания права долевой собственности по решению районного суда от 14.01.2009, а также факта ввода объекта в эксплуатацию. В результате оформления акта от 28.10.2013 ответчик фактически получил причитающееся ему имущество в силу договора и судебного акта от 14.01.2009. Кроме того, поскольку право собственности ответчика в отношении всего причитающегося ему объекта инвестирования является первичным (ст. 219 Г ГК РФ), судом указано на отсутствие оснований для вывода о том, что сделка (акт от 28.10.2013) является сделкой, совершенной за счет должника. Поскольку на момент передачи помещений ответчику должник правами на спорные помещения не обладал, подписание акта приема-передачи не повлекло отчуждения имущества должника, за счет которого возможно удовлетворений требований кредитора.

Также суд, сопоставив приложение к договору долевого участия в строительстве от 03.02.2003 и технический паспорт от 25.11.2015 (л.д. 174-179 т. 1), пришел к выводу о том, что помещения указанные в приложении к договору соответствуют помещениям, которыми занят весь 14 этаж здания. В результате обследования, проведенного в 2015 году, фактически произошло уточнение ранее указанной площади. С учетом указанного, суд отметил на отсутствие оснований полагать, что по акту от 28.10.2013 осуществлена передача каких-либо дополнительных помещений (не охваченных условиями договора долевого участия в строительстве от 03.02.2003). При этом доказательств того, что доступ через 14 этаж на другие этажи ограничен либо имеется спор между сособственниками по доступу к местам общего пользования, в материалы дела не представлены.

Кроме того, арбитражный суд первой инстанции применил срок исковой давности по заявлению ответчика (л.д. 81-83 т.1).

Оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции не имеется.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности по общему правилу начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Вместе с тем, в отношении исков о признании ничтожной сделки недействительной законом предусмотрена норма, которая устанавливает специальное правило о начале течения срока исковой давности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ), исключающее применение общих положений статьи 200 ГК РФ.

Как следует из положений статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно указанным положениям начало течения срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, равно как и по требованию о признании сделки недействительной в силу ничтожности, обусловлено началом исполнения такой сделки.

Согласно данному же пункту в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу пункта 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

В рассматриваемом случае спорный акт подписан 28.10.2013, соответственно исполнение сделки началось не позднее указанной даты.

При этом судом первой инстанции правомерно указано, что конкурсный кредитор ФИО8 имея процессуальную заинтересованность в оспаривании сделки, мог узнать о её совершении из отчетов конкурсного управляющего. При этом разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 18.10.2013 на здание в целом представлено в материалы дела в отчете конкурсного управляющего (вх. №74621 от 26.11.2013) от 12.11.2013. Указание на то, что участники строительства зарегистрировали право собственности после ввода объекта в эксплуатацию и подписания актов приема-передачи содержится в акте налоговой проверки от 07.05.2014 (приложение к отчету конкурсного управляющего от 02.06.2014 вх. №21876 от 25.06.2014).

Кроме того, как правомерно отметил суд, сведения о праве собственности ответчика на спорное имущество с указанием на акт от 28.10.2013 были включены в публичный реестр 20.01.2014, в связи с чем, заявитель, зная о том, что застройщиком данного объекта выступал должник, имел возможность запросить у конкурсного управляющего соответствующую информацию, потребовать от него разъяснений относительно обстоятельств подписания спорного акта, в том числе по размеру передаваемой ответчику площади. Доказательства уклонения конкурсного управляющего от предоставления таких сведений в материалы дела не представлены.

Является правомерным вывод суда о том, что действуя разумно и добросовестно, ФИО8 мог получить всю необходимую информацию в срок не позднее 01.07.2014. Следовательно, срок исковой давности по требованию о признании недействительным акта приёма-передачи от 28.10.2013, подписанного между обществом «Союзагрокомплект» и ФИО4 истек 01.07.2017. При этом, как верно отмечено судом, факт обращения ФИО8 в суд общей юрисдикции, состоявшийся за пределами срока исковой давности, на вывод суда о пропуске срока не влияет.

На основании абзаца 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку пропуск срока исковой давности подтвержден материалами дела, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения требований ФИО8

Доводы ФИО8 о необходимости исчисления срока исковой давности с момента оформления конкурсным управляющим кадастрового паспорта на спорный объект – с 24.08.2016 являются неправомерными, поскольку подписав акт от 28.10.2013, конкурсный управляющий от имени должника исполнил обязательства общества «Союзагрокомплект» по договору долевого участия в строительстве от 03.02.2003. Совершение действий по подписанию акта свидетельствует об отсутствии у конкурсного управляющего неопределенности относительно передаваемых площадей, с учетом условий договора от 03.02.2003 и судебного акта от 14.01.2009. Очередное оформление кадастрового паспорта на спорный объект не может влечь для ответчика неблагоприятные последствия в виде необоснованного продления срока исковой давности по требованиям ФИО8 в отношении права собственности ФИО4 зарегистрированного 20.01.2014.

Кроме того, следует согласиться с выводами суда об отсутствии оснований для признания недействительным акта приёма-передачи от 28.10.2013, подписанного между обществом «Союзагрокомплект» и ФИО4 во исполнение условий договора долевого участия в строительстве от 03.02.2003 вне зависимости от истечения срока исковой давности по требованиям ФИО8

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора; стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

При определении правовой природы конкретного договора необходимо руководствоваться статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, при этом буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» даны разъяснения, согласно которым, при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров.

По общему правилу договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, подлежат правовой квалификации как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи (абзац 2 пункта 4 Постановления № 54).

Поскольку предмет спорного договора ограничен лишь приобретением ответчиком за плату товара, который будет создан истцом в будущем, рассматриваемые правоотношения с учетом вышеизложенных разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отвечают квалификации как возникшие в силу заключения сторонами договора купли-продажи будущей недвижимой вещи.

Согласно статье 556 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

В силу пунктов 1, 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

Статьей 219 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Согласно пункту 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 214-ФЗ) по договору участия в долевом строительстве застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства дольщику. Последний обязуется уплатить застройщику обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закон № 214-ФЗ в договоре указывается цена договора, то есть размер денежных средств, подлежащих уплате участником долевого строительства для строительства (создания) объекта долевого строительства. Цена может быть определена в договоре как сумма денежных средств на возмещение затрат на строительство (создание) объекта долевого строительства и денежных средств на оплату услуг застройщика.

По смыслу указанных норм в результате выполнения условий договора долевого участия в строительстве, застройщик не получает объект строительства в собственность. Право собственности на объект возникает у дольщика, после сдачи объекта долевого строительства в эксплуатацию. Передача дольщиками средств заказчику для осуществления строительства дома носит инвестиционный характер.

Таким образом, правомерным является вывод суда о том, что должник правами на конкретные помещения не обладал, а подписанием акта от 28.10.2013 было подтверждено право ответчика на помещения в завершенном строительством объекте (который введен в эксплуатацию 18.10.2013), в соответствии с условиями договора долевого участия в строительстве от 03.02.2003 и судебным актом от 14.01.2009, которое было зарегистрировано за ФИО4 20.01.2014 (л.д.72 т.1).

Ссылка подателя жалобы на то, что является преюдициальным судебный акт - решение Ленинского районного суда г.Челябинска от 18.07.2017 по делу №2-2341/2017 в отношении ФИО6, ФИО9, которым по иску ФИО8 признан недействительным акт приема-передачи нежилого помещения от 28.10.2018, подписанный конкурсным управляющим должника с названными лицам не принимается. В данном споре ФИО4 участия не принимал и судом к участию в деле не привлекался, а удовлетворение требований судом обусловлено, в том числе, признанием требований истца представителем ответчиков ФИО10

Доводы ФИО8 о необоснованном непривлечении сособственников к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований подлежат отклонению, поскольку из материалов дела не следует, что между участниками долевой собственности имелся либо имеется спор в отношении определения помещений, соответствующих их доле в праве.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней, проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме и отклонены как не имеющие правового значения для рассматриваемого спора, поскольку вне зависимости от неправомерности или неправомерности поведения ответчика при подписании акта от 28.10.2013, пропуск ФИО8 срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных им требований.

Аргументированных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апеллянтом на момент рассмотрения апелляционной жалобы не представлено.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.08.2018 по делу №А76-19133/2009 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья О.В. Сотникова

Судьи: С.Д. Ершова

С.В. Матвеева