Постановление от 30 ноября 2020 г. по делу № А75-3976/2018

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-3976/2018
30 ноября 2020 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2020 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Брежневой О.Ю.

судей Смольниковой М.В., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10895/2020) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28 августа 2020 года по делу № А75-3976/2018 (судья Бетхер В.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании недействительными сделок:

- договора займа (обеспечение – залог недвижимого имущества) между ФИО2 и ФИО4 от 01.11.2013;

- договора залога недвижимого имущества между ФИО2 и ФИО4 от 01.11.2013 с датой государственной регистрации 20.12.2017;

- между ФИО2 и ФИО4 по передаче имущества в рамках отступного в отношении следующего имущества:

земельный участок площадью 1 185 кв. м, находящийся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, д.2 (кадастровый номер 86:18:0010401:17);

- нежилое здание площадью 397 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр. 22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.1 (кадастровый номер 86:18:0010401:569);

- нежилое здание площадью 42,1 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр. 22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.3 (кадастровый номер 86:18:0010401:575);

- нежилое здание площадью 75,2 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.2 (кадастровый номер 86:18:0000000:1192),

применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника вышеуказанного недвижимого имущества, при участии в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 28.09.2020 (до перерыва),

установил:

ФИО4 (далее – ФИО4, должник) обратился 26.03.2018 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.04.2018 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.05.2018 (резолютивная часть объявлена 03.05.2018) к участию в деле привлечено Управление опеки и попечительства администрации Ханты-Мансийского района, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 80 от 12.05.2018.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 06.09.2018 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 22.09.2019 № 173.

Финансовый управляющий ФИО3 (далее – заявитель) обратился 16.01.2020 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением, в котором просил суд (с учетом уточнений):

- признать недействительным (мнимым) договор займа (обеспечение – залог недвижимого имущества) между ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы) и ФИО4 от 01.11.2013 (дата государственной регистрации 20.12.2017);

- признать недействительным (мнимым) договор залога недвижимого имущества между ФИО2 и ФИО4 от 01.11.2013 (дата государственной регистрации 20.12.2017);

- признать недействительной (мнимой) сделку между ФИО2 и ФИО4 по передаче имущества в рамках отступного в отношении следующего имущества:

- земельный участок, площадью 1 185 кв. м, находящийся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул. Энергетиков, дом 2 (кадастровый номер 86:18:0010401:17);

- нежилое здание, площадь 397 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.1 (кадастровый номер 86:18:0010401:569);

- нежилое здание, площадь 42,1 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.3 (кадастровый номер 86:18:0010401:575);

- нежилое здание, площадь 75,2 кв. м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.2 (кадастровый номер 86:18:0000000:1192).

Кроме того, финансовый управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника вышеуказанного недвижимого имущества.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.08.2020 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено частично.

Признаны недействительными действия сторон по регистрации договора залога недвижимого имущества от 01.11.2013, заключенного между ФИО2 и ФИО4 (дата государственной регистрации 20.12.2017, номер регистрации 86:18:0010401:569-86/013/2017-3).

Признано недействительным соглашение об отступном от 06.02.2018, заключенное между ФИО2 и ФИО4

Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО4 следующее недвижимое имущество:

- земельный участок, площадью 1 185 кв.м, находящийся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, дом 2 (кадастровый номер 86:18:0010401:17);

- нежилое здание, площадь 397 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.1 (кадастровый номер 86:18:0010401:569);

- нежилое здание, площадь 42,1 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.3 (кадастровый номер 86:18:0010401:575);

- нежилое здание, площадь 75,2 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, стр.2, корп.2 (кадастровый номер 86:18:0000000:1192).

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 9 000 руб.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, в обоснование указав, что не согласен с обжалуемым определением в части удовлетворенных требований, об объявлении в судебном заседании, назначенном на 17.08.2020, перерыва до 21.08.2020 ответчик не был извещен. Заем предоставлялся должнику на условиях целевого использования – для реконструкции объектов недвижимости, которые переданы должником в залог в обеспечение возврата займа; срок государственной регистрации договора залога недвижимого имущества (ипотеки) не определен ни законом, ни самим договором, стороны договора полагали, что отсутствие регистрационной записи не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем, о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника ФИО2 известно не было, прямых доказательств аффилированности между сторонами сделки в материалах спора нет, факт того, что договор залога не регистрировался сторонами длительное время, по мнению апеллянта, не может свидетельствовать о доверительных отношениях между сторонами. Дальнейшее предоставление должником отступного в виде заложенного имущества в счет погашения задолженности перед ответчиком по договору займа от 01.11.2013 также совершено в рамках закона без намерения причинить вред имущественным правам иных лиц.

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк) в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции (до перерыва) представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить; ходатайствовал об отложении судебного заседания по причине намерения ФИО2 лично участвовать в заседании суда.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Кроме того, частью 4 той же статьи установлено, что арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Исходя из приведенной нормы права, при условии надлежащего извещения сторон отложение судебного заседания является правом суда, а не обязанностью.

При этом, заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно обосновать уважительность неявки представителя либо указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Он также должен обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

Указанного обоснования представителем подателя жалобы не приведено, необходимость обязательного личного участия подателя жалобы никак не обоснована и судом апелляционной инстанции не усматривается, учитывая, что податель жалобы привел достаточное и подробное обоснование своих доводов апелляционной жалобы, в связи с чем оснований для отложения судебного заседания судебной коллегией не усматриваются. Между тем, в заседании суда апелляционной инстанции, открытом 17.11.2020, объявлялся перерыв до 18 час. 10 мин. 24.11.2020 для дополнительного изучения материалов дела с учетом пояснений представителя. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru).

После перерыва лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.08.2020 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 06.02.2018 между ФИО2 (займодавец-залогодержатель) и ФИО4 (заемщик-залогодатель) заключено соглашение об отступном (т. 10 л.д. 25-27), по условиям которого стороны договорились о нижеследующем.

1. На основании договора займа от 01.11.2013 (дата регистрации 20.12.2017) и договора залога недвижимого имущества от 01.11.2013 (дата регистрации 20.12.2017), заключенных между займодавцом-залогодержателем и заемщиком-залогодателем, последний взамен исполнения обязательств по возврату денежных средств в сумме 3 500 000 руб. предоставляет отступное и обязуется передать в собственность займодавца-залогодержателя, а тот принять в собственность следующее недвижимое имущество:

- земельный участок, площадью 1 185 кв.м, находящийся по адресу ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, д.2 (кадастровый номер 86:18:0010401:17);

- нежилое здание, площадью 397 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, строение 2, корп.1 (кадастровый номер 86:18:0010401:569);

- нежилое здание, площадью 75,2 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, строение 2, корп.2 (кадастровый номер 86:18:0000000:1192);

- нежилое здание, площадью 42,1 кв.м, находящееся по адресу: ХМАО-Югра, г.Радужный, мкр.22, ул.Энергетиков, строение 2, корп.3 (кадастровый номер 86:18:0010401:575).

2. Стороны пришли к соглашению о том, что стоимость указанного недвижимого имущества составляет 3 500 000 руб.

3. Заключение соглашения об отступном осуществлено в соответствии со статьей 409 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соглашение об отступном зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре 19.02.2018 (т. 10 л.д. 27).

Имущество передано должником по передаточному акту от 06.02.2018 (т. 10 л.д. 28-29).

Согласно представленным в материалы дела выпискам из Единого государственного реестра недвижимости от 20.03.2020 (т.10 л.д.92-110) вышеуказанные объекты недвижимого имущества находятся в собственности у ФИО2 с 19.02.2018.

Договор займа от 01.11.2013 и залога недвижимого имущества от 01.11.2013 представлены в материалы обособленного спора (т. 11 л.д. 48-49, 50-51).

По условиям указанных договоров ФИО2 предоставил ФИО4 заем в размере 3 500 000 руб. в целях реконструкции объектов недвижимого имущества: нежилое здание, сауна с бассейном, гараж, а заемщик обязался вернуть сумму займа до 20.01.2018 либо досрочно (пункты 1.1-2.2 договора займа). Заем является беспроцентным.

В обеспечение исполнения обязательств по указанному договору займа ФИО4 передал ФИО6 в залог вышеуказанное недвижимое имущество (нежилое здание, сауна с бассейном, гараж), а также земельный участок (пункт 2 договора залога).

Договор залога зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре 20.12.2017.

Полагая, что вышеуказанное соглашение об отступном, а также договоры займа и залога являются недействительными (мнимыми) сделками, финансовый управляющий, ссылаясь на статьи 61.1, 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением (впоследствии уточненным).

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для вывода о мнимости оспариваемых сделок, однако, принимая во внимание разъяснения постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), с учетом того, что на момент совершения действий по регистрации договоров залога и заключения соглашения об отступном у должника имелась значительная кредиторская задолженность (сопоставимая со стоимостью спорного имущества), впоследствии включенная в реестр требований кредиторов должника, между сторонами сделок имелись длительные доверительные отношения, пришел к выводу о недействительности действий должника и ответчика по регистрации договора залога недвижимого имущества от 01.11.2013, а также соглашения об отступном от 06.02.2018 по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с приведенными выводами соглашается.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, как разъяснено в пункте 1 Постановления № 63, под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения, перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Цель указанной нормы - защитить интересы кредиторов против уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в результате недополучения должником причитающегося ему имущества или выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).

В пункте 10 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу пункта 1 статьи 336 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случае, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1 ГК РФ).

В силу статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 ГК РФ. В случаях, установленных федеральным законом, государственной регистрации подлежат возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления, ограничения прав и обременения недвижимого имущества, в частности сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда, наем жилого помещения (пункты 5, 6 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в Единый государственный реестр прав.

В силу части 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие регистрации (в том числе залог на недвижимое имущество), возникают, изменяются, прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для лиц, не являющихся сторонами сделки, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса).

Таким образом, для финансового управляющего и кредиторов должника, не являющихся сторонами оспариваемой сделки, обременение на имущество должника в виде залога в пользу ФИО2 возникло с момента регистрации (20.12.2017).

Поскольку материалами дела подтверждается, что объектами залога по договору залога от 01.11.2013 является недвижимое имущество (земельный участок и нежилые здания), то в силу вышеизложенного право залога в отношении поименованных в договоре залога объектов подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации.

В силу пункта 1 статьи 20 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» государственная регистрация ипотеки, возникающей в силу договора об ипотеке, осуществляется на основании совместного заявления залогодателя и залогодержателя.

В настоящем случае между заключением договоров залога (01.11.2013) и совершением сторонами действий по обязательной государственной регистрации обременения недвижимого имущества (20.12.2017) прошло более четырех лет.

Поскольку действия по государственной регистрации договоров залога от 01.11.2013 стороны совершили 20.12.2017, соглашение об отступном заключено между ответчиком и должником 06.02.2018, дело о банкротстве в отношении ФИО4 возбуждено определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.04.2018, оспариваемые сделки совершены в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то есть подпадают под период, определенный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

По смыслу положений главы 23 ГК РФ об обеспечении исполнения обязательств (параграф 3 «Залог») залог является дополнительным (акцессорным) обязательством. Акцессорный характер проявляется в том, что залогом может быть обеспечено действительное требование, вытекающее, в частности, из договора займа, кредитного договора, договора купли-продажи и иных договоров. Залоговое правоотношение может существовать до тех пор, пока существует обеспечиваемое (основное) обязательство.

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Как следует из материалов спора и не оспаривается участвующими в деле лицами, задолженность должника перед ФИО2, погашенная в результате заключения соглашения об отступном, возникла до возбуждения дела о банкротстве и текущей не является.

При этом, судом первой инстанции верно установлено, что у должника на дату совершения оспариваемых сделок имелись иные кредиторы, срок исполнения денежных обязательств перед которыми для должника наступил (перед ПАО Сбербанк, ПАО «Запсибкомбанк», ООО «Фидэм»).

Таким образом, факт предпочтения погашения требований перед ответчиком по сравнению с иными кредиторами подтверждается материалами дела.

Из абзаца восьмого пункта 12 Постановления № 63 следует, что в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце 8 пункта 12 Постановления № 63, действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца 2 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и абзаца 3 названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Из содержания пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует, что независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела, при наличии условий, предусмотренных абзацами 2 и 3 пункта 1 указанной статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит доказыванию (абзацы 1 и 2 пункта 12 Постановления № 63). Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер.

Соответствующая правовая позиция сформирована в определении Верховного Суда РФ от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4) по делу N А56-71819/2012 и применима к спорным правоотношениям.

С учетом данного правового подхода обстоятельства осведомленности ФИО2 о факте неплатежеспособности должника на момент совершения сторонами действий по регистрации залога не имеют значения для правильного применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Заявителю в рассматриваемом случае достаточно доказать, что обеспечительная сделка (возникновение залога) в отношении ранее возникшего обязательства (займ) совершена в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве либо позже, что им и было сделано.

Действия по возникновению залога возникли 20.12.2017, а договор займа заключен 01.11.2013, соответственно, действия по установлению залога были направлены на обеспечение исполнения обязательства должника перед ФИО2, возникшего до совершения оспариваемой сделки.

При этом, установление залога привело к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Как указано в пункте 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Федерального закона, с учетом положений статьи 138 настоящего Федерального закона с особенностями, установленными настоящим пунктом (пункт 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

Требования залогового кредитора в части, обеспеченной залогом, погашаются в приоритетном порядке перед остальными кредиторами, за изъятиями установленными законом (пункт 1 статьи 334 ГК РФ).

Такие изъятия установлены Законом о банкротстве. В соответствии с пунктом 4 статьи 134, пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно перед другими кредиторами, за исключением обязательств перед кредиторами первой и второй очереди, права требования по которым возникли до заключения соответствующего договора залога.

Тем самым, действия сторон по регистрации договора залога направлены на погашение задолженности должника перед ФИО2 преимущественно перед иными кредиторами, что подтверждается последующим заключением соглашения об отступном.

При таких обстоятельствах существенно снизились шансы иных кредиторов общества на погашение их требований за счет стоимости имущества, оставшейся после погашения требований залогового кредитора.

Судом установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

В результате действий сторон по регистрации договоров залога ФИО2 оказано предпочтение в удовлетворении ее требований перед иными кредиторами за счет предмета залога в порядке статьи 138 Закона о банкротстве.

Таким образом, действия сторон по возникновению залога направлены на обеспечение исполнения обязательства должника перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (абзац второй пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве), а также данная сделка привела к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки (абзац третий пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве), в связи с чем правомерно признаны судом первой инстанции недействительными.

Вместе с тем, для признания недействительным соглашения об отступном от 06.02.2018 по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, обязательным условием является осведомленность контрагента о том, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Кроме того, предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015).

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Податель жалобы справедливо отмечает, что на дату заключения оспариваемой сделки признаков заинтересованности применительно к нормам статьи 19 Закона о банкротстве между должником и ответчиком не имелось.

Суд первой инстанции пришел к выводу об осведомленности контрагента о финансовых затруднениях должника по следующим причинам.

Представленные в материалы спора доказательства и письменные пояснения свидетельствует о сложившихся между ФИО4 и ФИО2 длительных доверительных отношениях.

Так, предоставленный ответчиком должнику заем денежных средств в значительной сумме в 3 500 000 руб. являлся беспроцентным, на значительный срок с 01.11.2013 по 20.01.2018, то есть более чем на четыре года. Заем является целевым – реконструкция объектов недвижимого имущества в целях дальнейшего использования в предпринимательской деятельности. Ни одно из перечисленных условий не является типичным в гражданском обороте для физических лиц.

Далее, по утверждению самого ответчика, какой-либо контроль за использованием денежных средств должником со стороны ФИО2 не осуществлялся вследствие ведения трудовой деятельности.

Кроме того, ответчик и должник трудоустроены у одного работодателя – ПАО «Варьеганнефть» с 2007 года.

Договор залога более 4 лет не регистрировался в установленном законом порядке, что, по мнению суда первой инстанции, также свидетельствует о доверительном характере отношений между сторонами договора.

Доводы апелляционной жалобы о том, что срок государственной регистрации договора залога недвижимого имущества (ипотеки) не определен ни законом, ни самим договором, отклоняется ввиду несостоятельности.

Суд первой инстанции в указанной части верно указал, что включение подобного условия в договор не отменяет действующего на момент подписания договора залога императивного требования об обязательной государственной регистрации договора и вступления его в силу с даты такой регистрации, которое не могло быть изменено соглашением сторон.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в настоящем случае не имеется оснований для признания разумным срока, в который стороны осуществили действия по регистрации обременения. В то же время, независимый кредитор стремится как можно скорее обеспечить исполнение заемщиком обязательств по возврату займа.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда об осведомленности ответчика ввиду фактической заинтересованности о наличии у должника неисполненных обязательств соглашается, поскольку совокупность изложенного указанный вывод подтверждает.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал соглашение об отступном от 06.02.2018 недействительной сделкой по основания, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против выводов суда о применении последствий недействительности сделки. В отсутствие соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Довод ФИО2 о ненадлежащем извещении ответчика о перерыве, объявленном в судебном заседании, подлежит отклонению на основании следующего.

В силу статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу.

Согласно части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Статьей 163 АПК РФ предусмотрено право суда объявить перерыв в судебном заседании.

В соответствии с частью 3 статьи 163 АПК РФ на перерыв в пределах дня судебного заседания и время, когда заседание будет продолжено, указывается в протоколе судебного заседания. О перерыве на более длительный срок арбитражный суд выносит определение, которое заносится в протокол судебного заседания. В определении указываются время и место продолжения судебного заседания.

Частью 5 статьи 163 АПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, считаются надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, и их неявка в судебное заседание после окончания перерыва не является препятствием для его продолжения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», если перерыв объявляется на непродолжительный срок и после окончания перерыва судебное заседание продолжается в тот же день, арбитражный суд не обязан в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, извещать об объявленном перерыве, а также о времени и месте продолжения судебного заседания лиц, которые на основании статьи 123 АПК РФ считаются извещенными надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, но не явились на него до объявления перерыва.

Если продолжение судебного заседания назначено на иную календарную дату, арбитражный суд не позднее следующего дня размещает в информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информацию о времени и месте продолжения судебного заседания.

Размещение такой информации на официальном сайте арбитражного суда с учетом положений части 6 статьи 121 АПК РФ свидетельствует о соблюдении правил статей 122, 123 АПК РФ.

Следовательно, надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания после окончания перерыва признаются только лица, участвующие в деле, и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, а лица, которые не присутствовали в судебном заседании до перерыва, считаются извещенными в случае своевременного размещения в информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» информации о перерыве, времени и месте продолжения судебного заседания.

Как следует из материалов спора, определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 06.03.2020 о принятии к производству заявления финансового управляющего получено ФИО2 лично (т.10 л.д.16), о ненадлежащем извещении ответчика о времени и месте судебного заседания, назначенного на 17.08.2020, подателем жалобы не заявлено.

При этом, согласно информации, содержащейся в сервисе «Картотека арбитражных дел», сведения об объявлении в судебном заседании, открытом 17.08.2020, перерыва до 21.08.2020 в 14 час. 15 мин. размещены своевременно, а именно 17.08.2020 в 19:46:13 МСК – информация о принятом судебном акте, и 18.08.2020 в 18:39:55 МСК – размещено определение о перерыве в судебном заседании, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов в «Картотеке арбитражных дел».

В этой связи ФИО2 признается надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания после окончания перерыва.

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28.08.2020 по делу № А75-3976/2018.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28 августа 2020 года по делу № А75-3976/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий


О.Ю. Брежнева

Судьи


М.В. Смольникова

Н.А. Шарова