Постановление от 19 сентября 2023 г. по делу № А55-27733/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-12263/2023)

Дело № А55-27733/2020
г. Самара
19 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 сентября 2023 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Бессмертной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 03.07.2023 об оспаривании сделки должника в рамках дела № А55-27733/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, ИНН <***>.



УСТАНОВИЛ:

ПАО «Совкомбанк» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением к ФИО3 о признании гражданина несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.04.2021 в отношении ФИО3 открыта процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Объявление об открытии в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № №68(7030) от 17.04.2021.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2022 должник - ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 член Союза «СРО АУ «Стратегия».

Финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании имущества должника, в котором просит:

1. Признать договор купли-продажи автомобиля РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531, от 10.12.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО2 недействительным;

2. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО3 автомобиль РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531.

Определением суда указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.03.2022 на основании статьи 51 АПК РФ, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5.

В материалы дела от финансового управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит:

признать договор купли-продажи от 10.12.2019 автомобиля РЕНО KAPTUR, VIN<***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531, заключенный между ФИО3 и ФИО2 недействительным.

признать договор купли-продажи от 20.12.2021 автомобиля РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531, заключенный между ФИО2 и ФИО5 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО3 автомобиль РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531.

Уточнение заявленных требований принято судом, в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 03.07.2023 заявление удовлетворено.

Договор купли-продажи от 10.12.2019 автомобиля РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531, заключенный между ФИО3 и ФИО2, признан недействительным.

Договор купли-продажи от 20.12.2021 г. автомобиля РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531, заключенный между ФИО2 и ФИО5, признан недействительным.

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 автомобиль РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531.

Распределены судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 03.07.2023 отменить.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ФИО5 поступило письменное ходатайство о переносе судебного заседания на более поздний срок для ознакомления с решением и возможностью предоставить отзыв. В обоснование ходатайства указала, что не знала о принятии арбитражным судом решения в отношении спорного автомобиля.

В соответствии с положениями частей 3, 4 статьи 158 АПК РФ отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью. Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

В данном случае, указанные в ходатайствах доводы, не могут служить причиной для отложения судебного разбирательства.

Из материалов обособленного спора усматривается, что копия апелляционной жалобы вручена ФИО5 09.08.2023, в связи с чем судебная коллегия полагает, что у нее имелось достаточно времени для подготовки позиции.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, ФИО3 на праве собственности принадлежало следующее имущество:

- автомобиль РЕНО KAPTUR, VIN <***>, 2016 г.в. ПТС 77 ОН 467531.

Данное имущество согласно ответу ГИБДД было отчуждено ответчику ФИО2 на основании договора от 10.12.2019.

В соответствии с условиями указанного договора купли-продажи от 10.12.2019, вышеуказанное транспортное средство продано должником по цене 800 000 рублей.

Финансовый управляющий в обоснование заявления указывает на отсутствие реального взаиморасчета между сторонами по сделке. Указал, что сделка совершена в условиях неплатежеспособности, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной применительно к ст.61.2 Закона о банкротстве и применении последствий ее недействительности.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, исходил из того, что договор купли-продажи от 10.12.2019, заключенный между должником и ФИО2, и договор купли-продажи от 30.12.2021, заключенный между ФИО2 и ФИО5, являются цепочкой взаимосвязанных сделок, заключенных с целью создания видимости последовательного перехода права собственности на спорное имущество от одного собственника.

В подтверждении позиции ответчиком в материалы дела представлены копия расписки от 23.12.2017 на сумму 600 000 руб., копия расписки от 03.02.2018 на сумму 200 000 руб.

Оценив указанные документы, суд первой инстанции указал на их недостаточность для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается ответчик, отметил что каких-либо доказательств наличия возможности предоставить заем ФИО3 по представленным распискам со стороны ФИО2 суду не предоставлено. Суд первой инстанции посчитал, что отсутствие доказательств возможности предоставить сумму займа не позволяет сделать вывод о реальности заемных отношений.

Также суд первой инстанции установил, что финансовый управляющий обратился в арбитражный суд Самарской области с заявлением, об оспаривании сделок по отчуждению имущества должника, заключенных с ФИО2 в соответствии с которыми имущество передано в счет долга по распискам.

Изложенное, наряду с иными доказательствами согласно абзацу 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, свидетельствует о том, что спорные сделки совершены с целью причинения вреда кредиторам должника, а именно вывода имущества в целях предотвращения обращения на него взыскания.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на несогласие с выводами суда первой инстанции о недоказанности наличия у нее финансовой возможности предоставить заем ФИО3, поскольку она имела доход в спорный период и денежные средства были накоплены в течение многих лет, хранились дома. Ввиду того, что ранее выданные по распискам заемные денежные средства не возвращены ФИО3, стороны переоформили автомобиль путем заключения спорного договора купли-продажи от 10.12.2019.

Также заявитель апелляционной жалобы указал на необоснованность выводов суда первой инстанции о совершении сделки в период неплатежеспособности должника и причинении вреда кредиторам.

Фактически доводы апелляционной жалобы повторяют правовую позицию ФИО2, изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статьями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка была совершена 10.12.2019.

Заявление о признании гражданина несостоятельным (банкротом) подано 12.10.2020, принято к производству 15.10.2020.

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 8 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что автомобиль переоформлен в связи с неисполнением должником своих обязательств по долговым распискам от 23.12.2017 на сумму 600 000 руб. и от 03.02.2018 на сумму 200 000 руб.

В качестве обоснования финансовой возможность предоставления займа, заявитель апелляционной жалобы ссылается на накопление денежных средств в результате получения пенсии и заработной платы, денежные средства хранились дома, в подтверждение выдачи займа с должника были взяты расписки.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Как указано выше, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенных сторонами сделок, то есть отсутствие у спорных сделок признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделок правом; была ли направлена подлинная воля сторон на установление заемных правоотношений, либо подписанные сторонами договоры займа являются безденежными и имеют признаки мнимых сделок, направленных на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Судом первой инстанции обоснованно установлено отсутствие в материалах дела достаточных и достоверных доказательств наличия финансовой возможности у ФИО2 предоставить должнику соответствующие денежные средства.

При этом, как следует из материалов дела, судом первой инстанции неоднократно предлагалось ответчику представить доказательства наличия у нее финансовой возможности, позволяющей приобрести спорное имущество.

Однако, такие доказательства при рассмотрении обособленного спора не представлены.

Заявителем апелляционной жалобы такие доказательства также не представлены.

Доказательства, подтверждающие обстоятельства накопления и хранения наличных денежных средств либо их снятия с банковского счета (вклада), обстоятельств их перемещения и передачи, в материалы дела заявителем апелляционной жалобы также не представлены.

Таким образом, сведения о доходе, позволявшие ФИО2 выдать заем, надлежащими и бесспорными доказательствами не подтверждены.

В силу изложенного судебной коллегией отклоняются доводы заявителя апелляционной жалобы о необходимости запросов о доходах ФИО2 в соответствующих инстанциях.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств, подтверждающих встречное исполнение со стороны ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства от 10.12.2019.

Совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств свидетельствует о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления №63 разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом первой инстанции установлено, что на момент заключения договора от 06.11.2019 ФИО3 имела неисполненные обязательства перед конкурсными кредиторами на общую сумму 8 178 084,74 руб.:

- по кредитному договору от 09.10.2017, заключенному с ПАО «Сбербанк» на общую сумму 52 405,67 руб.;

- по кредитному договору № <***> от 23.08.2018, заключенному с ПАО Росбанк на сумму 83 623,82 руб.;

- по кредитному договору № <***> от 13.06.2019, заключенному с ООО КБ «Ренессанс Кредит» на общую сумму 699 976,62 руб.;

- по кредитному договору № <***> от 19.09.2019, заключенному с ПАО «Совкомбанк» на общую сумму 3 464 138,79 руб.;

- по кредитному договору № <***> от 01.10.2019 г., заключенному с ООО «Сетелем Банк» на общую сумму 3 877 939,84 руб.

Таким образом, на момент отчуждения спорного жилого помещения должник имел признаки неплатежеспособности.

Также судом первой инстанции правомерно установлено, что ответчик ФИО2 является матерью должника ФИО3, в подтверждение чего в материалы обособленного спора предоставлена справка формы 1П, в которой матерью ФИО3 указана ФИО2.

Наличие близких родственных отношений между должником и ответчиком, отсутствие доказательств финансовой возможности у ответчика предоставить заем должнику, свидетельствуют о том, что реальный взаиморасчет между должником и ответчиком при отчуждении спорного жилого помещения не производился.

Суд первой инстанции обоснованно учел, что в рассматриваемом случае, ФИО2, ссылаясь в на то обстоятельство, что оплата долга была произведена путем передачи имущества по договору купли-продажи, фактически подтверждает свою осведомленность о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку должником был отчужден актив, находящийся в его собственности, путем передачи его ответчику в качестве оплаты по договору займа, что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии у должника денежных средств на возврат долга ответчику.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что при наличии неисполненных денежных обязательств перед кредиторами должник намеренно лишился ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица, чем был причинен имущественный вред кредиторам, действия сторон сделки свидетельствуют о злоупотреблении правом.

Увеличение обязательств должника в отсутствие встречного предоставления и последующее безвозмездное отчуждение имущества в пользу ответчика очевидно свидетельствуют о том, что стороны преследовали цель вывода ликвидного имущества.

Более того, судом первой инстанции правомерно учтено, что в соответствии с имеющимся в материалах дела ответом из РСА от 08.07.2022, должник ФИО3 была допущена к управлению спорным транспортным средством в качестве водителя по следующим договорам ОСАГО, заключенным в отношении спорного транспортного средства:


Страховщик

Серия и номер

Период

ФИО

АО «ОСК»

ККК4001984074

10.12.2019 – 09.12.2020

ФИО3

АО «ОСК»

РРР6006959948

10.12.2020 – 09.12.2021

ФИО3

АО «ОСК»

ТТТ7009502706

10.12.2021 – 09.12.2022

ФИО3

ООО «Абсолют Страхование»

ХХХ0223380692

25.02.2022 – 24.02.2023

ФИО3

Таким образом, должник ФИО3 сохранила спорный автомобиль в своем пользовании после его отчуждения по оспариваемой сделке.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии в материалах дела обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п.1, п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

При этом, материалами дела подтверждено, что действия сторон спорной сделки непосредственно направлены на вывод из владения должника ликвидного актива значительной стоимостью, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

В силу того, что на момент заключения договора ответчик являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику, он знал об ущемлении интересов кредиторов должника, поскольку приняты меры к выводу имущества с целью не обращения на него взыскания, что свидетельствует о злоупотреблении как со стороны должника, так и ответчика.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Как указано выше, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Доказательств того, что должник добросовестно принял меры к восполнению объема своего имущества в целях дальнейших расчетов с кредиторами (взамен выбывшего), в материалы дела не представлено.

Доказательства наличия возможности удовлетворить требования кредиторов после отчуждения спорного имущества материалы дела также не содержат.

Таким образом, действия должника по отчуждению недвижимого имущества подтверждают совершение оспариваемой сделки сторонами со злоупотреблением правом, целенаправленному выводу активов должника для обеспечения невозможности реализации спорного имущества и удовлетворения требований кредиторов за счет его стоимости.

Кроме того, финансовым управляющим заявлено требование о признании недействительным договора купли-продажи от 30.12.2021, по условиям которого ФИО2 продала спорный автомобиль ФИО5 по цене 700 000 руб.

Финансовый управляющий ссылался на то, что вышеуказанные сделки являются недействительными и, фактически, являются цепочкой взаимосвязанных сделок.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с представленными в материалы дела документами, ответчик ФИО5 приобрела спорный автомобиль по договору от 30.12.2021 за 700 000 руб.

В подтверждении оплаты ФИО5 представлена расписка от 30.12.2021.

Вместе с тем, доказательств наличия у ФИО5 финансовой возможности оплатить стоимость спорного автомобиля в материалы дела не представлено.

Заявителем апелляционной жалобы указанных доказательств также не представлено.

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления продавцу денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора, то есть отсутствие у спорных сделок признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделок правом; была ли направлена подлинная воля сторон на отчуждение спорного автомобиля, либо подписанный сторонами договор и расписка являются безденежными и имеют признаки мнимых сделок, направленных на искусственное создание фиктивного документооборота, вывод активов и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия считает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела достаточных и достоверных доказательств наличия финансовой возможности предоставить оплату по договору от 30.12.2021.

При этом, как следует из материалов дела, судом первой инстанции неоднократно предлагалось ФИО5 представить доказательства наличия у нее финансовой возможности, позволяющей приобрести спорное имущество.

Однако, такие доказательства не представлены.

Судом первой инстанции установлено, что на момент заключения указанного договора купли-продажи от 30.12.2021 в отношении спорного автомобиля имелись аресты от 29.06.2020, о которых не могло быть не известно ФИО5, поскольку указанная информация находится в открытом доступе.

Кроме того, как уже указывалось выше, в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие, что должник продолжил пользоваться спорным автомобилем и после заключения оспариваемых договоров.

Более того, судом первой инстанции установлено, что регистрация спорного автомобиля за ФИО5 не проводилась.

О фактической аффилированности участника сделки может свидетельствовать условия сделки и поведение сторон сделки.

Обстоятельства дела свидетельствуют об аффилированности ФИО5 по отношению к должнику.

Мнимая сделка обычно внешне безупречна и совершается только на бумаге: в ней отсутствуют пороки субъектного состава, формы, содержания. Как правило, непосредственным участникам реальных правоотношений не должно составить особого труда объяснить мотивы своих действий и подтвердить действительный характер сделки согласующимися между собой доказательствами, в том числе и косвенными (Определение СКЭС Верховного суда РФ № 305-ЭС21-27523 от 25.04.2022).

Между тем, доказательства, подтверждающие действительный характер сделки, объяснения мотивов сделки, сторонами оспариваемых сделок не представлены.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что указанный договор купли-продажи от 30.12.2021 является фиктивным (мнимым) и был подписан с целью предотвращения возврата спорного имущества в конкурсную массу.

В определении Верховного суда РФ от 19.06.2020 №301-ЭС17-19678 сформулирован следующий правовой подход.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия считает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что спорные сделки: договор купли-продажи от 10.12.2019, заключенный между должником и ФИО2, и договор купли-продажи от 30.12.2021, заключенный между ФИО2 и ФИО5, являются цепочкой взаимосвязанных сделок, заключенных с целью создания иллюзии последовательного перехода права собственности на спорное имущество от одного собственника.

Изложенное, наряду с иными доказательствами, согласно абзацу 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, свидетельствует о том, что спорные сделки совершены с целью причинения вреда кредиторам должника, а именно вывода имущества в целях предотвращения обращения на него взыскания.

Доказательств того, что должник добросовестно принял меры к восполнению объема своего имущества в целях дальнейших расчетов с кредиторами (взамен выбывшего), в материалы дела не представлено. Доказательства наличия возможности удовлетворить требования кредиторов после отчуждения спорного имущества материалы дела также не содержат.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Часть 2 ст. 167 ГК РФ устанавливает, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Учитывая отсутствие доказательств передачи денежных средств в счет оплаты за имущество, суд первой инстанции правомерно применил одностороннюю реституцию в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника спорное транспортное средство.

Доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда. Оснований для удовлетворения указанной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Согласно пункту 19 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судам необходимо учитывать, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации, в связи с предоставлением ему отсрочки при подаче апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28.07.2023 по делу № А55-27733/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 руб. за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Г.О. Попова


Судьи А.И. Александров

ФИО6