Постановление от 6 августа 2025 г. по делу № А27-25632/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, <...>, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А27-25632/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 07 августа 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоВагановой Р.А.,

судейПодцепиловой М.Ю.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Поздняковой А.А. в судебном заседании в режиме веб-конференции рассмотрел апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Лапландия» (№07АП-3857/2025(1)), общества с ограниченной ответственностью «СИБЕЗ» (№ 07АП-3857/2025(2)) на решение от 13.05.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25632/2024 (судья  Куликова Т.Н.)

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СИБЕЗ», Новосибирская область, г. Новосибирск, ОГРН: <***>, ИНН: <***> к обществу с ограниченной ответственностью «Лапландия», Кемеровская область Кузбасс, г. Кемерово, ОГРН: <***>, ИНН: <***> о взыскании 3 643 165,16 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерное общество «АМК-Фарма», г. Москва, ОГРН: <***>, ИНН: <***>.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО2 по доверенности от 05.06.2023, паспорт, диплом (путем использования системы веб-конференции);

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 20.01.2025, паспорт, диплом (путем использования системы веб-конференции);

от третьего лица: без участия (извещено).

Суд

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «СИБЕЗ» (далее – ООО «СИБЕЗ», истец) обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Лапландия» (далее – ООО «Лапландия», ответчик) о взыскании 3 643 165,16 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

К участию в деле качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «АМК-Фарма».

Решением от 13.05.2025 Арбитражного суда Кемеровской области исковые требования удовлетворены частично: с ООО «Лапландия» в пользу ООО «СИБЕЗ» взыскано 1 500 001, 34 руб., а также 55 293,32 руб. расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «Лапландия» в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на то, что судом первой инстанции был отклонен довод ООО «Лапландия» о том, что нарушение условий соглашения о расторжении от 27.01.2022, в части выплаты окончательного платежа, предусмотренного абз. 4 п. 2.4. Соглашения, было обусловлено несоответствием выполненных истцом по договору подряда работ установленному объему, нормам действующего законодательства, техническим условиям, разработанной истцом проектной документации, которая, по мнению ООО «Лапландия», была выполнена с отступлениями; судом первой инстанции безосновательно отказано в удовлетворении ходатайства о снижении неустойки.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «СИБЕЗ» также обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит изменить решение суда, удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на то, что поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неумышленный характер допущенного ответчиком нарушения сроков оплаты, истец вправе требовать взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами.

ООО «СИБЕЗ» в порядке статьи 262 АПК РФ представило отзыв на апелляционную жалобу ответчика.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции представителей не направило. В порядке части 1 статьи 266, частей 1, 3, 5 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие третьего лица.

Представители сторон в судебном заседании поддержали письменно изложенные позиции.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзыва на нее, заслушав представителей сторон, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность решения, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 17.07.2021 между ООО «СИБЕЗ» (подрядчиком) и АО «АМК-фарма» (заказчиком), правопреемником которого является ООО «Лапландия», заключен договор № Р01-08/21C от 17.07.2021, по условиям пункта 1.1. которого подрядчик принял на себя обязательство о выполнении работ по реконструкции, модернизации и капитальному ремонту системы автоматической пожарной сигнализации и системы организации управления эвакуацией, водяного сплинклерного и дренчерного пожаротушения, дымоудаления на объекте, расположенном по адресу: г. Кемерово, прт Октябрьский, 34, в период с 17.01.2021 по 26.08.2022, а заказчик обязался принять и оплатить работы.

В силу пункта 1.2. договора объем и содержание работ определялись утвержденными заказчиком локальными сметными расчетами, сформированными подрядчиком на основании технических заданий заказчика, являющихся неотъемлемой частью договора. При этом подрядчик в обязательном порядке разрабатывает проектную документацию для выполнения монтажных работ.

27.01.2022 сторонами заключено соглашение о расторжении договора подряда, в соответствии с которым стороны решили расторгнуть договор с 27.01.2022, подтвердив, что за период действия договора подрядчиком представлены акты приемки выполненных работ на общую стоимость 72 731 198,87 руб., указав на выполнение полного объема работ по каждому техническому заданию, за исключением 1 и 2 технического задания работы по которым выполнены не в полном объеме.

В соответствии с условиями пункта 2.4. Соглашения о расторжении, 29.06.2022 и 30.06.2022 подрядчик направил в адрес заказчика электронным, а также ценным письмами сопроводительное письмо № 29/06-01 от 29.06.2022; счет № 59 от 29.06.2022 года на сумму 15 000 013,40 руб.; справку № 87040 от 27.06.2022 об исполнении налогоплательщиком обязанности об уплате налогов; справку о состоянии расчетов по налогам, сборам, страховым взносам, пеням и штрафам № 2022-126715.

В нарушение условий соглашения заказчик обязательства по оплате не исполнил, в связи с чем подрядчик обратился с иском в Арбитражный суд Кемеровской области, в свою очередь заказчик обратился со встречным иском (дело №А27-16711/2022).

Определением от 30.01.2023 Арбитражного суда Кемеровской области произведена процессуальная замена АО «АМК-Фарма» его правопреемником ООО «Лапландия».

Решением от 05.06.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16711/2022, вступившим в законную силу, с ООО «Лапландия» в пользу ООО «СИБЕЗ» взыскано 15 000 013,40 руб., в удовлетворении встречного иска отказано.

Как указано истцом, взысканные судом денежные средства в сумме 15 000 013, 40 руб. поступили 02.10.2024 платежным поручением №17139 в рамках исполнительного производства ИП 438097/24/42009-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа №ФС047664843 от 05.09.2024.

Поскольку ответчиком допущена просрочка оплаты работ, истец на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации начислил проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 643 165,16 руб. за период с 01.07.2022 по 02.10.2024 с применением ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей в соответствующий период с учетом действия моратория в 2022 году.

Истец направил в адрес ответчика претензию, не получив удовлетворения, обратился с настоящим иском в суд.

Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.

По общему принципу, изложенному в пункте 1 статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства, одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену (статья 328 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Согласно расчету истца, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.07.2022 по 02.10.2024 составили 3 643 165,16 руб.

Возражая относительно предъявленных требований, ответчик указал на неправомерность предъявления истцом процентов за пользование чужими денежными средствами, мотивировав тем, что в пункте 9.5. договора № Р01-08/21С от 17.08.2021 предусмотрено, что в случае нарушения срока оплаты выполненных работ, в соответствии с п. 3.1.2. договора, заказчик уплачивает подрядчику пени 0,07% от размера просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости неоплаченных работ.

Таким образом, ответчик полагает, что в качестве санкции за просрочку оплаты работ может быть применено взыскание пени в пределах лимита ответственности 10% от суммы долга, что составляет 1 500 001,34 руб. (с 12.07.2022 по 02.10.2024 = 814 дней просрочки).

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции принял возражения ответчика, указав, что при установлении в договоре неустойки за просрочку исполнения обязательства начисление процентов по статье 395 ГК РФ является неправомерным.

Суд апелляционной инстанции не может не согласиться с данными выводами.

Так, в пункте 9.5. договора подряда № Р01-08/21С от 17.08.2021 предусмотрено, что в случае нарушения срока оплаты выполненных работ, в соответствии с п. 3.1.2. договора, Заказчик уплачивает Подрядчику пени 0,07% от размера просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости неоплаченных работ.

Соглашением от 27.01.2022 о расторжении договора подряда № Р01-08/21С от 17.08.2021, стороны подтвердили наличие задолженности ответчика перед истцом за частично выполненные работы (пункт 2.1. соглашения). Таким образом, соглашением была зафиксирована окончательная стоимость за фактически выполненный объём работ. В пункте 2.4. Соглашения стороны определили условия в части выплаты закрывающих платежей за фактически выполненный объем работ, с учетом сумм авансов, перечисленных ответчиком истцу в период действия договора.

Между сторонами имеется спор относительно толкования условий Соглашения о расторжении: истец полагает, что подписанием данного соглашения стороны прекратили действие договора и в части установления санкций за нарушение договорных обязательств, тогда как, по мнению ответчика, условия о начислении неустойки за просрочку исполнения обязательств по договору сохраняют свое действие и после расторжения.

В соответствии с пунктами 1, 6 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок, вследствие причинения вреда.

Согласно статье 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в Кодексе.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно разъяснениям пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Помимо этого, как следует из определений Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2017 № 305-ЭС17-5496, от 22.06.2015 № 305-ЭС15-2155, постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 № 3853/14, от 02.10.2012 № 6040/12 толкование условий обеспечительного обязательства должно осуществляться в пользу кредитора в целях сохранения обеспечительного обязательства, а не его аннулирования.

Необходимо учитывать также и то, что условие, касающееся юридической ответственности, его содержание должны определенно указывать на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования. В противном случае спорное условие должно толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности, в том числе потому, что противоположная сторона, как правило, является профессионалом в определенной сфере и подготавливает проект договора. Иными словами, договорное условие о неустойке не должно толковаться расширительно (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2019 № 305-ЭС19-8124, от 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786, от 09.07.2020 № 305-ЭС20-5261).

Оценив условия договора и соглашения о его расторжении согласно вышеприведенным правилам и позициям, апелляционная коллегия полагает, что в пункте 9.5. договора подряда стороны определенно и недвусмысленно согласовали ответственность заказчика за нарушение сроков оплаты работ в виде неустойки, ограничив при этом размер ответственности суммой не более 10% от стоимости неоплаченных работ; при подписании соглашения о расторжении договора какая-либо договоренность о прекращении действия условий об ответственности за нарушения обязательств по договору не достигнута, равно как и не согласована иная мера ответственности.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 42 Постановления № 7, если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 ГК РФ, то положения пункта 1 статьи 395 ГК РФ не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ (пункт 4 статьи 395 ГК РФ).

Таким образом, в рассматриваемой ситуации приоритет имеют условия договора об ответственности за нарушение обязательств, истец не вправе по своему усмотрению изменять согласованные условия и произвольно избирать меру ответственности.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее - Постановление № 35), разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора. Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Согласно пункту 10 Постановления № 35 если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, выполненные работы, оказанные услуги, не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 ГК РФ).

В силу пункта 68 Постановления № 7 окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3, 4 статьи 425 ГК РФ).

В пункте 66 Постановления № 7 разъяснено, что по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (пункт 4 статьи 329 ГК РФ). Если же при расторжении договора основное обязательство не прекращено, то по смыслу приведенного разъяснения неустойка за его неисполнение (ненадлежащее исполнение) продолжает начисляться. В настоящем случае обязательство оплатить выполненные работы в момент расторжения договора прекращено не было, соответственно, предусмотренная договором неустойка подлежит начислению до даты фактического исполнения обязательства по оплате (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2020 № 305-ЭС19-16367, от 10.08.2020 № 303-ЭС20-10081).

В настоящем случае обязательство оплатить выполненные работы в момент расторжения договора прекращено не было, соответственно, предусмотренная договором неустойка подлежит начислению до даты фактического исполнения обязательства по оплате.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что условия о перечислении окончательного платежа по графику, указанному в пункте 2.4. соглашения о расторжении, за фактически выполненный истцом объём работ, зафиксированный сторонами в пункте 2.1. соглашения, не являются для ответчика новым обязательством, а вытекают из условий договора подряда и, следовательно, обеспечиваются договорной неустойкой.

Соответственно, размер неустойки за нарушение ответчиком сроков оплаты работ за период с 02.10.2022 по 02.10.2024, исчисленной согласно условиям договора, составил 1 500 001,34 руб. (15 000 013,40 руб. х 732 х 0,07% = 7 686 006,87 руб., что превышает 10% от суммы задолженности).

Довод ООО «Лапландия» о том, что нарушение условий соглашения о расторжении от 27.01.2022 в части выплаты окончательного платежа, предусмотренного абз. 4 п. 2.4. Соглашения было обусловлено несоответствием выполненных истцом по договору подряда работ установленному объему, нормам действующего законодательства, техническим условиям, разработанной истцом проектной документации, которая, по мнению ООО «Лапландия», была выполнена с отступлениями, отклоняется апелляционной коллегией.

В силу части 1 статьи 16 АПК РФ на всей территории Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда, обладают свойством общеобязательности. Вступившим в законную силу судебным актом, содержащим выводы по существу дела, ликвидируется спор и отношениям участников этого спора придается правовая определенность.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 20.11.2012 № 2013/12 указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, фактические обстоятельства выполнения работ, установленные вступившим в законную силу решением от 05.06.2024 по делу № А27-16711/2022, имеют преюдициальное значение для настоящего дела, должны быть приняты во внимание и учтены при разрешении данного спора. Поскольку обязанность по оплате выполненных работ на сумму 15 000 013,40 руб. установлена преюдициально и не подлежит пересмотру в рамках настоящего арбитражного дела.

Ссылки ООО «СИБЕЗ» на недопустимость применения договорной неустойки, размер которой ограничен десятью процентами от стоимости неоплаченных работ, поскольку это фактически освобождает заказчика от ответственности за умышленное уклонение от исполнения обязательства, отклоняются апелляционной коллегией исходя из следующего.

По общему правилу стороны обязательства вправе по своему усмотрению ограничить ответственность должника (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 17 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 2 (2022) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.10.2022) условие договора, предусматривающее исключительную неустойку и ограничивающее ответственность должника, само по себе не является недействительным. Чтобы признать такое условие ничтожным и не подлежащим применению, судам следует прежде всего установить, не нарушает ли оно положения закона, которым запрещается ограничивать ответственность.

Как разъяснено в пунктах 6, 7 Постановления № 7, заключение соглашения об ограничении ответственности не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (пункт 2 статьи 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (например, ничтожными являются условия договора охраны или договора перевозки об ограничении ответственности профессионального исполнителя охранных услуг или перевозчика только случаями умышленного неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства).

При этом пункт 4 статьи 401 ГК РФ содержит общее правило, не проводя различий по отдельным способам ограничения ответственности. Соответственно, он должен применяться, например, как в случае установления предельного размера или срока начисления неустойки, так и при любом другом отклонении от принципа полного возмещения убытков, в том числе возмещения только реального ущерба без упущенной выгоды. Предметом судебной оценки при применении пункта 4 статьи 401 ГК РФ становится поведение должника, ссылающегося на ограничение его ответственности договором. По сути, суд должен выяснить, добросовестно ли поступает должник, возражая против требования кредитора ссылкой на соответствующее условие соглашения. При непроявлении им хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства, данное условие не подлежит применению.

Приведенные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в пункте 30 Обзора от 25.11.2020, пункте 17 Обзора от 12.10.2022, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2020 № 302-ЭС20-4636, от 31.03.2022 № 305-ЭС21-24306, от 26.05.2022 № 305-ЭС21-24470, от 13.02.2024 № 305-ЭС23-18507.

В рассматриваемом случае между сторонами имелся спор относительно фактического объема и качества выполненных работ, который был разрешен решением от 05.06.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-16711/2022, вступившим в законную силу 29.08.2024. Судебный акт оспаривался ответчиком в апелляционном и кассационном порядке. Денежные средства в сумме 15 000 013,40 руб. поступили истцу 02.10.2024, то есть до рассмотрения кассационной жалобы ООО «Лапландия». С учетом этого, апелляционная коллегия не усматривает злостного уклонения ответчика от оплаты работ и явной недобросовестности, позволяющей не применять условия договора, ограничивающие ответственность заказчика за просрочку оплаты работ.

Ответчиком было заявлено ходатайство о применении положений статьи 333 ГК РФ. В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Неустойка является способом обеспечения исполнения обязательств, недопустимо превращение ее в способ обогащения одной стороны договора за счет другой, обратное противоречило бы компенсационной функции неустойки.

Относительно применения названной нормы права Пленумом Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения в Постановлении № 7, согласно пункту 69 которого подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ) (пункт 73 Постановления № 7).

Снижение размера договорной неустойки (пени), подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления № 7).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

Как указано в пункте 75 Постановления № 7, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, неустойка выполняет функцию средства обеспечения прав кредитора, если ее применение создает экономические стимулы правомерного поведения должника: разумный участник оборота будет стремиться избежать неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства под угрозой применения меры ответственности, если потери, ожидаемые в случае взыскания неустойки, для него окажутся большими в сравнении с преимуществом, получаемым из нарушения условий обязательства.

В связи с этим уменьшение неустойки на основании пункта 2 статьи 333 ГК РФ допускается, если должником будет доказано, что размер неустойки, определенный по согласованным сторонами или законом правилам, существенно превышает величину имущественных потерь, которые возникли или могут возникнуть у кредитора, в том числе, с учетом существа обязательства, в отношении которого начислена неустойка.

Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, извлекать преимущества из своего незаконного поведения - неисполнения денежного обязательства. Вышеизложенная правовая позиция была выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, доводы каждой из сторон, учитывая разъяснения, содержащиеся в Постановлении № 7, принимая во внимание, размер задолженности, длительность периода неисполнения обязательств, а также ограничение неустойки в пределах 10% от стоимости неоплаченных работ, суд первой инстанции не нашел оснований для снижения размера неустойки.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанций правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями АПК РФ.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено. Основания для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренные АПК РФ, не установлены.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по правилам статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной инстанции относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 13.05.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25632/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Лапландия», общества с ограниченной ответственностью «СИБЕЗ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий Р.А. Ваганова

Судьи М.Ю. Подцепилова


ФИО1