Постановление от 26 января 2023 г. по делу № А56-43240/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43240/2021
26 января 2023 года
г. Санкт-Петербург
/тр.4



Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2023 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от конкурсного управляющего – представителя ФИО2 (доверенность от 19.07.2022),

от ФИО3 – представителя ФИО4 (доверенность от 18.08.2022),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (регистрационный номер 13АП-39252/2022) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2022 по обособленному спору №А56-43240/2021/тр.4 (судья Семенова И.С.), принятое по заявлению ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мегаполис»,

установил:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мегаполис» (далее - должник).

Определением от 26.05.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением от 21.10.2021 (резолютивная часть объявлена 20.10.2021) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением от 25.04.2022 (резолютивная часть объявлена 20.04.2022) должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении ООО «Мегаполис» открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30.04.2022.

В арбитражный суд поступило заявление ФИО3 (далее – кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 66 816 426 рублей.

В ходе рассмотрения спора кредитор заявил ходатайство об истребовании у ПАО «Банк ЗЕНИТ» платежных поручений ООО «Базис Строй», подтверждающих перечисление должнику средств в качестве займов, а также у ООО «Мегаполис» и ПАО «Банк «Санкт-Петербург» выписки по банковскому счету должника в ПАО «Банк «Санкт-Петербург», содержащей отчет по операциям за период с 14.05.2012 по 03.09.2012 и с 24.05.2013 по 24.06.2013.

Определением от 31.10.2022 арбитражный суд в удовлетворении ходатайства кредитора об истребовании доказательств и его заявления о включении задолженности в реестр требований кредиторов отказал в полном объеме.

Кредитор обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение отменить, истребовать дополнительные доказательства и принять по делу новый судебный акт о включении задолженности в реестр.

В обоснование жалобы кредитор указывает, что суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела: денежные средства по договорам займа перечислялись на счет должника в безналичной форме; суд должен был выяснить обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения договоров займа; письменное обоснование экономических мотивов заключения сделки имеется в материалах дела; при этом суд ходатайство об истребовании дополнительных доказательств необоснованно отклонил. Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, возложив на последнего непосильное бремя доказывания обстоятельств наличия у ООО «Базис Строй» денежных средств как займодавца и реального их получения должником, так как ФИО3 не являлся участником заемных правоотношений в момент выдачи займа и соответствующими доказательствами не располагает. Апеллянт настаивает на том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения повышенного стандарта доказывания, поскольку его аффилированность с должником не доказана. Кредитор выражает несогласие с признанием сделки по продлению срока возврата займов (дополнительного соглашения от 10.09.2013) ничтожной. В силу прямого указания в пункте 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) такая сделка является оспоримой. Заинтересованные лица с иском о признании такой сделки недействительной не обращались; продление срока возврата займов произошло задолго до возникновения у должника имущественного кризиса; доказательства причинения ущерба такой сделкой не представлены. Податель жалобы настаивает, что акт зачета от 16.07.2013 является надлежащим способом прекращения обязательств, оплата по уступке прав требований имела место быть. Сделка по осуществлению зачета не была оспорена в деле №А32-3537/2015 о банкротстве ООО «Базис Строй», долг за уступку не взыскивался. Суд первой инстанции необоснованно принял во внимание данные бухгалтерской отчетности ООО «Базис Строй» за 2012 год, поскольку уступка и зачет произошли в 2013 году; надлежащие доказательства недействительности уступки в материалах спора отсутствуют. Кредитор не согласен с признанием сделки по продлению срока возврата займов ничтожной, поскольку выводы о недобросовестности стороны не обоснованы (суд отказал в истребовании доказательств реального исполнения по сделкам со стороны заемщика и займодавца в виде банковских выписок). Соглашение о продлении срока возврата займов не может быть отнесено к действиям, совершенным в обход закона, основано на принципах диспозитивности и свободы договора; должник не находился в ситуации имущественного кризиса, значит, не было оснований полагать, что займы не будут возвращены.

В отзывах конкурсный управляющий и кредитор ФИО7 возражают против удовлетворения апелляционной жалобы, полагая принятый судебный акт законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель кредитора поддержал доводы жалобы; представитель конкурсного управляющего возражал против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, возражения конкурсного управляющего и ФИО7 в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов спора, между должником (заемщик) и ООО «Базис Строй» (займодавец), руководителем которого ранее являлся ФИО3, в период с 2012 – 2013 год заключены девять договоров займа, задолженность по которым 04.07.2013 уступлена в пользу кредитора на основании договора цессии.

В материалы обособленного спора представлены копии указанных договоров: от 12.05.2012 №8, от 16.05.2012 №9, от 07.06.2012 №12, от 26.06.2012 №13, от 02.07.2012 №14, от 29.08.2012 №16, от 03.09.2012 №17, от 23.05.2013 №1/2013, от 21.06.2013 №2/2013, а также договора уступки от 04.07.2013 №1 и дополнительного соглашения от 10.09.2013, подлинники договоров займа обозревались судом первой инстанции в судебном заседании.

Условия договоров займа предусматривали возврат денежных средств в 2012 и 2013 годах, однако впоследствии они продлены до 10.09.2023 дополнительным соглашением к договорам от 10.09.2013.

Кредитор указал, что ни основной долг, ни проценты по договорам займа первоначальному и последующему кредиторам не погашались и не выплачивались. Займы были выданы ООО «Базис Строй» в пользу ООО «Мегаполис» путем безналичных расчетов - перечисления денежных средств на банковский счет должника, что подтверждается выпиской по счету ООО «Мегаполис».

Согласно пункту 1.4 договора № 1 уступки прав (цессии) по договору займа от 04.07.2013 за уступаемые права (требования) ФИО3 (цессионарий) выплачивает ООО «Базис Строй» (цедент) течение 30 рабочих дней после подписания договора денежные средства в размере 25 000 000 рублей.

Вместе с тем, обязательства цедента и цессионария по договору от 04.07.2013 прекращены зачетом встречных однородных требований.

Согласно акту зачета взаимных требований и обязательств от 16.07.2013 ООО «Базис Строй» имеет задолженность перед ФИО3 по выплате дивидендов на основании решения единственного участника о распределении прибыли от 16.07.2013 в размере 31 000 000 рублей. В свою очередь, ФИО3 имеет задолженность перед ООО «Базис Строй» по договору №1 уступки прав (цессии) по договору займа от 04.07.2013. Сторонами произведен зачет взаимных требований и обязательств на сумму 25 000 000 рублей.

Возражая против заявленных требований в суде первой инстанции, конкурсный управляющий и ФИО7 ссылались на отсутствие экономической целесообразности выдачи необеспеченных займов на значительную сумму; указывали, что ООО «Базис Строй» не располагало свободными средствами, необходимыми для кредитования другого хозяйственного общества при отсутствии на то каких-либо финансовых мотивов; полагали, что пролонгация сроков возврата займов является способом преодоления положений об исковой давности; порядок одобрения крупных для должника сделок также был нарушен, что влечет их недействительность.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, руководствуясь разъяснениями в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», позицией Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 23.07.2018 №305-ЭС18-3009, от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, от 06.07.2017 №308-ЭС17- 1556(2), в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), статьями 10, 168, 170, 423, 807, 809 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности предъявленных требований, направленных на искусственное создание задолженности, признав дополнительное соглашение от 10.09.2013 способом преодоления сроков давности по договорам займа (ничтожной сделкой), крупной сделкой, совершенной в отсутствие одобрения ее участниками должника.

Доводы подателя жалобы подлежат отклонению как не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Вопреки возражением ФИО3 суд первой инстанции обоснованно отклонил ходатайство последнего об истребовании у ПАО «Банк ЗЕНИТ» платежных поручений ООО «Базис Строй», подтверждающих перечисление должнику средств в качестве займов, а также у ООО «Мегаполис» и ПАО «Банк «Санкт-Петербург» выписки по банковскому счету должника в ПАО «Банк «Санкт-Петербург», содержащей отчет по операциям за период с 14.05.2012 по 03.09.2012 и с 24.05.2013 по 24.06.2013.

Апелляционный суд также не усматривает невозможности рассмотрения обособленного спора в отсутствие поименованных доказательств, поскольку фактически спора относительно факта перечисления денежных средств в пользу ООО «Мегаполис» между сторонами не имелось. В обоснование заявленных требований кредитор самостоятельно представил фрагменты из выписки по счету ООО «Мегаполис», открытому в ПАО «Банк «Санкт-Петербург» за период с 01.01.2012 по 15.11.2019, подтверждающие операции по выдаче займов. Следует отметить, что источник получения такой выписки кредитором, который к счету должника доступа не имеет, не раскрыт. Между тем, ни конкурсным управляющим, ни ФИО7 факт поступления денежных средств на счет должника не оспаривался. При таком положении, дополнительное истребование платежных поручений ООО «Базис Строй» лишено практического смысла, как и истребование выписки, которая имеется в материалах дела, иное – направлено на затягивание производства по делу.

Утверждения апеллянта о том, что суд первой инстанции уклонился от исследования реальности правоотношений, возникших из договоров займа между должником и кредитором, являются ошибочными, поскольку мотивом для отказа во включении задолженности в реестр послужили иные обстоятельства.

Как правильно указал суд первой инстанции со ссылкой на правовые позиции, изложенные в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации, постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и обзорах судебной практики, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Указанное обстоятельство вызвано конкуренцией кредиторов в условиях банкротства должника. Вопреки доводам подателя жалобы, повышенный стандарт доказывание не обусловлен исключительно наличием признаков аффилированности между должником и кредитором, подобный вывод основан на неверном толковании норм права.

В данном случае суд обоснованно с учетом поступивших возражений конкурсного управляющего и кредитора, а также обстоятельств дела, перешел к углубленной оценке представленных в обоснование долга доказательств.

Как следует из материалов дела, договор цессии от 04.07.2013 предусматривал оплату уступленного права в размере 25 000 000 рублей. Погашение данного обязательства стороны произвели зачетом, сославшись на наличие у ООО «Базис Строй» задолженности по выплате ФИО3 дивидендов в размере 31 000 000 рублей.

Между тем, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.02.2015 по делу №А32-3537/2015 принято заявление ИФНС России №7 по Краснодарскому краю о признании ООО «Базис Строй» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.05.2016 по данному делу ООО «Базис Строй» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Из указанного решения суда следует, что ООО «Базис Строй» хозяйственную деятельность не вело, последняя отчетность предоставлялась в налоговый орган 29.03.2013, последняя операция по счету должника зафиксирована 30.04.2013. Движимого (недвижимого) имущества у ООО «Базис Строй» не обнаружено, что подтверждается ответами из государственных органов; на расчетных счетах денежные средства отсутствуют.

Также из открытого источника Rusprofile.ru (сервис проверки и анализа контрагентов) конкурсным управляющим получен бухгалтерский баланс ООО «Базис Строй» за 2012 год.

Исходя из статей 33, 34 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» годовые результаты деятельности общества, включая распределение прибыли, утверждаются в период с 01 марта по 30 апреля текущего года за предыдущий год.

Бухгалтерский баланс ООО «Базис Строй» за 2012 год был утвержден в 2013 году. Строка баланса 1410 не отражает сведений об активе в виде дебиторской задолженности на сумму предоставленных должнику заемных денежных средств. Строка 2400 содержит сведения об убытке в размере 64 649 000 рублей.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, который податель жалобы не опроверг, что ООО «Базис Строй» не располагало финансовыми ресурсами для выплаты участнику общества дивидендов.

Апелляционный суд при изложенных обстоятельствах соглашается с тем, что денежная сумма в размере 31 000 000 рублей не подлежала зачету по акту зачета взаимных требований и обязательств от 16.07.2013, поскольку задолженность ООО «Базис Строй» перед его участником ФИО3 отсутствовала.

При этом спорный договор цессии, как и акт зачета к нему подписан ФИО3 как от своего имени, так и от имени цедента, руководителем которого на дату заключения указанных сделок он являлся, то есть подготовлен аффилированными в силу статьи 19 Закона о банкротстве лицами.

Апелляционный суд полагает, что ФИО3 не могло не быть известно о реальных финансовых результатах подконтрольного ему общества и отсутствии оснований для выплаты ему дивидендов, ставших поводом для проведения зачета.

При таком положении, следует признать, что фактически по договору цессии кредитор получил права требования к ООО «Мегаполис» от подконтрольного ему общества в дар, поскольку доподлинно знал об отсутствии права на получения дивидендов, а значит о недействительности акта зачета от 16.07.2013.

Довод апеллянта об отсутствии факта признания недействительным договора цессии и зачета в рамках дела о банкротстве ООО «Базис Строй» правового значения не имеет. Конкурсный управляющий и кредиторы по делу о банкротстве ООО «Магаполис» участниками дела №А32-3537/2015 о банкротстве ООО «Базис Строй» не являются, рассмотрение соответствующего обособленного спора инициировать не могут, что не лишает их возможности заявлять доводы о недействительности сделки, положенной в основу заявленных кредитором требований.

При этом дело о банкротстве ООО «Базис Строй» прекращено определением арбитражного суда от 13.08.2018 по основаниям, предусмотренным пунктом 9 статьи 45 Закона о банкротстве (отсутствие кандидатуры арбитражного управляющего), из чего апелляционный суд приходит к выводу, что исчерпывающие мероприятия по поиску активов названного общества, оспариванию сделок в деле о банкротстве ООО «Базис Строй» проведены не были.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63) наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор, оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке, определенном этой главой.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в определении от 25.07.2016 по делу №305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При этом следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

С учетом приведенных разъяснений апелляционный суд приходит к выводу, что договор цессии и соглашение о зачете являются мнимыми сделками, прикрывающими безвозмездную передачу прав требования ООО «Базис Строй» в пользу кредитора, поскольку сторонам данной сделки было достоверно известно об отсутствии оснований для зачета (встречного обязательства по выплате дивидендов). ФИО3 не намеревался оплачивать денежные средства за уступаемые права требования, а фактические выводил их из конкурсной массы подконтрольного ему лица, находящегося в состоянии имущественного кризиса, о чем свидетельствует возбуждение дела о банкротстве ООО «Базис Строй» 11.02.2015 и отрицательные финансовые результаты общества уже в 2012 году, закрытие счетов и прочие обстоятельства, на которые ссылаются конкурсный управляющий и ФИО7 Соглашение о зачете подписано сторонами 16.07.2013, то есть менее, чем через две недели после уступки прав требований.

Заслуживает внимание и тот факт, что решение о выплате дивидендов от 16.03.2013 принято самим ФИО3, участником ООО «Базис Строй». Фактические основания для принятия такого решения, несмотря на возражения процессуальных оппонентов кредитора, перед судом не раскрыты.

О мнимом характере сделок свидетельствует также последующее поведение ФИО3, который 10.09.2013 дополнительным соглашением продлил срок возврата займов на 10 лет. Апелляционный суд полагает правильным, что подобное обстоятельство вызвало у суда первой инстанции объективные сомнения в действительных намерениях сторон. Исполнение должником обязательств по возврату заемных денежных средств не обеспечивалось каким-либо способом, с 2013 года ни предыдущий кредитор, ни последующий не предпринимали каких-либо попыток истребования задолженности у ООО «Мегаполис». Подобное поведение не является обычной хозяйственной практикой независимых участников оборота, не соответствует его стандартным условиям. При таких обстоятельствах можно прийти к выводу, что с большой степенью вероятности заключение дополнительного соглашения преследовало избежание применения сроков исковой давности по требованиям, вытекающим из договоров займа. Доводы подателя жалобы о том, что последний рассчитывал на прибыль от хозяйственной деятельности должника (постройку аэротрубы) апелляционный суд расценивает критически: сумма займа превышала 37 000 0000 рублей по основному долгу и 29 000 000 рублей по процентам.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 №305-ЭС21-21196(2) изложена правовая позиция, согласно которой при разрешении подобных споров (о недействительности сделки) суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

Апелляционный суд полагает, что приведенная позиция в равной степени применима к настоящей ситуации.

Поведение ФИО3 после заключения договора цессии, который судом первой инстанции правомерно признан мнимым, очевидно отклоняется от поведения типичного независимого участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно.

Договором уступки его стороны прикрывали безвозмездную передачу прав требования кредитору, что обоснованно признано судом первой инстанции недопустимым со ссылкой на пункт 3 статьи 423 ГК РФ, пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120, пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», а договор цессии - ничтожной сделкой по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Недействительная сделка не порождает правовых последствий, что означает отсутствие перехода прав требования по договорам займа в пользу ФИО3

Доводы подателя жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, поскольку основаны на несогласии с выводом о ничтожности договоров займа. Между тем, указанный вывод судом первой инстанции не формулировался, а отказ в удовлетворении требований обусловлен отсутствием достоверных и допустимых доказательств перехода прав требования к кредитору, совершением недобросовестных действий, в том числе по преодолению положений о сроках исковой давности.

Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2022 по обособленному спору №А56-43240/2021/тр.4 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.


Председательствующий


М.В. Тарасова



Судьи


Е.А. Герасимова


С.М. Кротов