Постановление от 17 июня 2024 г. по делу № А57-18552/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-12519/2021

Дело № А57-18552/2021
г. Казань
18 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю.,

судей Гильмановой Э.Г., Сабирова М.М.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи помощником судьи Серовым А.С.,

при участии в Арбитражном суде Саратовской области представителя:

ФИО2-Румянцева К.А. по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и ФИО3

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024

по делу № А57-18552/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании денежных средств,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6, ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился ФИО2 с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в размере 4 797 318,09 руб.

Определением от 14.09.2021 судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

ФИО4 и ФИО5 определением от 11.01.2022 привлечены судом к участию в деле в качестве соответчиков.

Также судом произведена замена истца ФИО2 на общество с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (далее – ООО «Покровский радиотелефон», ООО «ПРТ», общество) в лице ФИО2

В ходе судебного разбирательства в суде первой  инстанции истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее– АПК РФ) уточнил исковые требования и просил взыскать в пользу ООО «Покровский радиотелефон» с ФИО3, ФИО4 солидарно  убытки в размере 278 592 руб. 39 коп., с ФИО3, ФИО5 солидарно убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп., с ФИО3 убытки в размере 3 548 314 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 02.09.2022 исковые требования удовлетворены. Также судом распределены судебные расходы по делу.

Не согласившись с решением арбитражного суда ФИО3, ФИО5 и ФИО4  обратились в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Определением от 16.11.2022 Двенадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 02.09.2022 отменено. Исковые требования удовлетворены.

Взысканы солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 278 592 руб. 39 коп.

Взысканы солидарно с ФИО3, ФИО5 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 1 394 333 руб. 50 коп.

Взысканы с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 3 548 314 руб.

Взысканы солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО2 .В. расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 2507 руб. 11 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 1574,05 руб.

Взысканы солидарно с ФИО3, ФИО5 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 12 547 руб. 89 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 7877,98 руб.

Взысканы с ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 31 932 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20 047,97 руб.

 Взыскана солидарно с ФИО3, ФИО4 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 113,06 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 159 руб.

Взыскана солидарно с ФИО3, ФИО5 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 565,88 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 801 руб.

Взыскана с ФИО3 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрения иска в размере 1440,06 руб., государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 2040 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.05.2023 постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024 решение Арбитражного суда Саратовской области от 02.09.2022 отменено.

Принят отказ ООО «Покровский радиотелефон» в лице ФИО2  от заявленных исковых требований к ФИО3 и ФИО5  о взыскании солидарно убытков в размере 1 263 033 руб. 50 коп., а также к ФИО3  о взыскании убытков в размере 3 492 314 руб.

Производство по делу в указанной части прекращено.

Взыскано с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытки в размере 56 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО2  расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрения иска в размере 528 руб.

Возвращена ФИО2 из федерального бюджета государственная пошлин за рассмотрение иска в размере 31 320 руб., уплаченная чеком-ордером от 16.08.2021.

Взыскана с ФИО3 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 367 руб.

Взыскана с ФИО2 в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 2633 руб.

Не согласившись с постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО2 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами.

В своей кассационной жалобе ФИО2 просит обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной жалобы не согласен с  выводами арбитражного суда апелляционной инстанции, оценкой  доказательств.

 В своей кассационной жалобе ФИО3 просит обжалуемый судебный акт отменить в части взыскания с ФИО3  в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытков в размере 56 000 руб., в указанной части вынести новый судебный акт об отказе во взыскании с ФИО3   в пользу ООО «Покровский радиотелефон» убытков в размере 56 000 руб.  по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной  жалобы указывает, что не доказано, что он действовал  недобросовестно и не разумно.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 16.04.2024 принята к производству кассационная жалоба ФИО2, судебное разбирательство назначено на 21.05.2024 на 09 час. 40 мин.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 06.05.2024 принята к производству кассационная жалоба ФИО3, судебное разбирательство назначено на 21.05.2024 на 09 час. 40 мин.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.05.2024 отложено рассмотрение кассационных жалоб ФИО3 и ФИО2 на 13.06.2024                     на 15 часов 20 минут.

В соответствии со статьей 153.1 АПК РФ судебное заседание 13.06.2024 проведено путем использования системы видеоконференц-связи.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб,  проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судом  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационных жалоб ввиду следующего.

Арбитражными судами  первой и апелляционной инстанций  установлено, что  участниками ООО «Покровский радиотелефон» являются:

- ФИО4 с номинальной стоимостью доли 5 584 500 руб., что составляет 63.82285713% уставного капитала общества,

- ФИО5 с номинальной стоимостью доли 2 956 500 руб., что составляет 33.78857143% уставного капитала общества,

- ФИО2 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО6 с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 1.08571429% уставного капитала общества,

- ФИО7 с номинальной стоимостью доли 19 000 руб., что составляет 0.21714286% уставного капитала общества.

ФИО3 в период с 29.12.2018 по 30.04.2021 являлся директором ООО «ПРТ» (единоличным исполнительным органом), что подтверждается протоколом внеочередного общего собрания участников от 29.12.2018 и протоколом №3 очередного (годового) общего собрания участников от  30.04.2021.

ФИО5 с 22.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по коммерческим вопросам (коммерческого директора), что подтверждается приказом №3к от 22.01.2019, дополнительным соглашением №2 от 19.04.2019 к трудовому договору от 01.10.2008.

ФИО4 с 24.01.2019 занимает в ООО «ПРТ» должность заместителя директора по маркетингу, что подтверждается трудовым договором №250/19 от 24.01.2019 и дополнительными соглашениями к нему.

В обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что ФИО3, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ», действовал недобросовестно и неразумно, чем причинил убытки обществу.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО4, имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу, а также принимать решения об избрании директора и прекращении его полномочий.

В подтверждение своих доводов истец указывает на то, что в период полномочий ФИО3 между ООО «Покровский радиотелефон» (арендатор) и участником общества ФИО4 (арендодатель), обладающим долей в размере 63.82285713% уставного капитала, был заключен договор аренды нежилого помещения №190101 от 01.01.2019, по условиям которого во временное владение и пользование передано помещение площадью 100 кв.м, расположенное в нежилом помещении общей площадью 50 кв.м по адресу: <...>.

Арендная плата по договору установлена в размере 123 000 руб. за один месяц.

18.03.2019 ООО «ПРТ» произведен платеж участнику общества ФИО4 на основании указанного договора в размере 123 000 руб. за один месяц использования помещения. При этом, как утверждает истец, рыночная ставка арендной платы за пользование частью нежилого помещения площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>, составляет 25 000 руб. в месяц                  (250 руб. за 1 кв.м).

В подтверждение своих доводов истец представил справку эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО8 № 25 от 02.08.2021.

Таким образом, истец считает, что заключение между ИП ФИО4 и ООО «ПРТ» в лице ФИО3 договора аренды нежилого помещения №190101 от 01.01.2019 не отвечало интересам общества,  поскольку стоимость аренды многократно завышена и не соответствовала рыночной.

Следовательно, по мнению истца, данная сделка была совершена ФИО4 и ФИО3 с заинтересованностью, без требуемого законом одобрения, на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, информация о которой скрыта от участников общества (сведения о сделке не отражены в п. 9 годового отчета ООО «ПРТ» за 2019 год).

Кроме того, отсутствует обоснование экономической целесообразности заключения данной сделки и цели использования указанного нежилого помещения в хозяйственной деятельности общества, а также не представлено доказательств того, что других более выгодных вариантов аренды аналогичных помещений не имелось.

Истец считает, что руководитель ФИО3 и участник ФИО4 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в аренде указанного помещения по завышенной цене без определенной цели использования.

По расчету истца, размер убытков общества по аренде помещения           (<...>) составил 98 000 руб. - разницу между фактически выплаченной суммой арендных платежей по договору и определенной экспертом-оценщиком рыночной стоимости аренды спорного помещения (расчет: 123 000 – 25 000 = 98 000).

Кроме того,  истец ссылается на то, что со счетов ООО «ПРТ» были оплачены не относящиеся к хозяйственной деятельности общества туристические услуги и командировочные расходы в личных интересах ФИО4, в результате чего, по мнению истца, обществу были причинены убытки за счет необоснованной оплаты туристической поездки мажоритарного участника ФИО4 в Австрию в феврале 2019 года (счет №25 от 29.01.2019, туристическая путевка №798127 серия ТП, акт об оказании туристических услуг №15 от 28.02.2019) и необоснованных расходов на участие ФИО4 в «симпозиуме».

Согласно  расчету истца, размер убытков составляет 181 092,39 руб., в том числе:

- оплата 31.01.2019 ИП ФИО9 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

- оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО4 за февраль 2019 года, связанные с туристической поездкой в указанный отель, в размере 15 700 руб.;

- оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО4 за февраль 2019 года, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762,39 руб.;

- оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО4 в размере 53 630 руб.

По мнению истца, какие-либо доказательства несения вышеуказанных расходов на нужды ООО «ПРТ», наличия целей и результатов указанных поездок, а также связь проживания ФИО4 по туристической путевке в Австрии с хозяйственной деятельностью общества отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что совместные действия ФИО4 и ФИО3 не отвечали интересам общества, совершены в ущерб обществу, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, истец утверждает о недобросовестности и неразумности поведения участника общества ФИО5, занимавшего на момент причинения убытков руководящие должности главного бухгалтера и коммерческого директора, а также имевшего возможность фактически определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу.

По мнению истца, участник общества, осуществляющий одновременно функции коммерческого директора, ФИО5 и директор ФИО3 совместно причинили следующие убытки обществу.

Так, за период с августа по ноябрь 2019 года ООО «ПРТ» оплачивало проживание неизвестных лиц в номерах отеля «Жемчужина», расположенного по адресу: <...>.

Платежи производились по счетам, выставленным обществом с ограниченной ответственностью Отель «Жемчужина» (ОГРН <***>, ИНН <***>), в том числе за номера класса «люкс».

Истец утверждает, что в указанный период ФИО5 каких-либо трудовых функций «разъездного» характера не осуществлял и необходимости его постоянного пребывания на территории г. Москвы в интересах хозяйственной деятельности ООО «ПРТ» не имелось.

Таким образом, истец считает, что данные расходы были оплачены не на нужды ООО «ПРТ».

Согласно расчету истца, размер убытков общества в связи с недобросовестными и неразумными действиями по необоснованной оплате проживания в номерах отеля «Жемчужина» составляет 131 300 руб., то есть сумму, оплаченную ООО Отель «Жемчужина» платежными поручениями №466 от 09.08.2019, №467 от 09.08.2019, №642 от 03.09.2019, №2068 от 18.10.2019, №2071 от 21.10.2019, №2078 от 22.10.2019, №2088 от 25.10.2019, №2129 от 01.11.2019, №2136 от 06.11.2019, №2660 от 11.11.2019, №2775 от 19.11.2019, №2808 от 21.11.2019, №2831 от 26.11.2019 (Расчет: 5500 + 16500 + 14800 + 11100 + 3700 + 11000 + 5800 + 14800 + 14800+11100 + 7400 + 7400 + 7400 = 131 300).

Кроме того, истец утверждает, что обществу были причинены убытки за счет необоснованных расходов на личные поездки участника ФИО5, не связанные с хозяйственной деятельностью общества (авансовые отчеты №54 от 12.11.2019, №58 от 2011.2019).

По мнению истца, какие-либо доказательства, подтверждающие обстоятельства осуществления трудовых обязанностей ФИО5 на территории г. Москвы с учетом «разъездного» характера работы, наличие целей и результатов осуществления спорных командировок, объективные причины перевода ФИО5 на работу вне территории работодателя отсутствуют.

Таким образом, истец считает, что расходы на осуществление ФИО5 авиаперелетов между городами Москва и Саратов не обоснованы, и указанные траты не связаны с хозяйственной деятельностью общества.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 36 263 руб. (Расчет: 14 026 + 22 237 = 36 263).

Также, истец считает, что явно недобросовестным и неразумным является заключение бывшим руководителем ООО «ПРТ» ФИО3 договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 с ООО «Интерлизинг» (ОГРН <***>, ИНН<***>), предметом которого является легковой автомобиль премиум-класса Mercedes-Benz E220d 4MATIC рыночной стоимостью более 4 000 000 руб.

При этом, как указывает истец, в собственности ООО «ПРТ» в момент заключения указанного договора лизинга и по настоящее время имеется еще один автомобиль премиум-класса: Land Rover Range Rover Sport (VIN <***>, гос.рег.знак <***>), на использование которого в хозяйственной деятельности общества указывал ответчик в письме исх.№ 57 от 04.03.2020.

По мнению истца, на противоправность поведения ответчика в данном случае указывают также обстоятельства увеличения уставного капитала в январе 2020 года по инициативе самого ФИО3, который обосновывал необходимость привлечения 10 млн.руб. отсутствием денежных средств на осуществление хозяйственной деятельности общества.

В обоснование своих доводов истец представил постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.02.2021 № Ф06-19/2021 по делу № А57-2694/2020, в котором, в числе прочего, также указано на противоречивые действия ООО «ПРТ» по приобретению дорогостоящих автомобилей премиум-класса, выдаче беспроцентных займов третьим лицам, заключению иных экономически сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточность собственных оборотных денежных средств).

Кроме того, судом отдельно дана оценка поведению общества по заключению договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020. Судом установлено, что действия ответчика ООО «ПРТ» по заключению неразумных и нецелесообразных сделок при инициировании процедуры увеличения уставного капитала для реализации приведенных причин привлечения денежных средств (недостаточности собственных оборотных денежных средств) совершены с нарушением требований статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а поведение ответчика не отвечает целям деятельности коммерческой организации, установленным в пункте 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ), и не соответствует поведению, ожидаемому от хозяйствующего субъекта, направленному на сохранение своих активов и извлечение прибыли.

Как указывает истец, из анализа банковских выписок по счетам ООО «ПРТ» следует, что в период полномочий ФИО3 за вторую половину 2020 года ООО «ПРТ» выплатило по указанному договору лизинга 802 348, 70 руб.

Таким образом, истец считает, что данная сделка совершена в ущерб обществу по причине отсутствия производственной необходимости в приобретении и использовании на основании договора лизинга автомобиля премиум-класса Mercedes-Benz E220d 4MATIC, в том числе с учетом нахождения в собственности у общества другого автомобиля премиум-класса Land Rover Range Rover Sport (VIN <***>, гос.рег.знак <***>), а также неблагоприятного финансового состояния ООО «ПРТ».

По мнению истца, коммерческий директор ФИО5 и директор ФИО3 должны были предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости в изъятии денежных средств из оборота на приобретении очередного автомобиля премиум-класса в период нехватки финансирования на первоочередные нужды хозяйственной деятельности. Кроме того, ФИО3, исполняющий обязанности директора, и ФИО5, курирующий финансово-хозяйственную деятельность предприятия, приняли решение о заключении и исполнении договора лизинга без учета известной им информации о необходимых первоочередных тратах на приобретение оборудования, имеющей значение в данной ситуации, что повлекло неблагоприятные последствия и дополнительные существенные расходы для общества.

Следовательно, истец считает, что заключение и исполнение договора лизинга № ЛД-63-2026/20 от 22.06.2020 в интересах одного участника общества необходимо квалифицировать как явно неразумные и недобросовестные действия, направленные на удовлетворение интересов участника ФИО5 в ущерб интересам самого общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 802 348,70 руб. - сумму, изъятую из оборота и оплаченную ООО «Интерлизинг» платежными поручениями № 1679 от 29.06.2020, № 1751 от 08.07.2020, № 1984 от 10.08.2020, № 2201 от 07.09.2020, № 2427 от 06.10.2020, № 2650 от 06.11.2020, № 2911 от 09.12.2020 (Расчет: 165 716 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 + 106 105,45 = 802 348,70).

По мнению истца, совместные действия ФИО3 и ФИО5, занимающих руководящие должности, не отвечали интересам общества, состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, кроме того, имеется согласованность их действий, ввиду чего их ответственность не может быть разделена.

Кроме того, в обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО3 между ООО «Покровский радиотелефон» (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Аперикон» (поставщик) был заключен договор поставки № 96 от 15.05.2019, по условиям которого поставщик обязуется поставить ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения.

Согласно пункту 2.1. указанного договора поставка товара осуществляется поставщиком на площадку продавца, расположенную по адресу: <...> 1с1.

Общая сумма товара определена сторонами в размере 1 560 000 руб. (пункт 5.1 договора).

При этом, как указывает истец, в бухгалтерской отчетности ООО «ПРТ» за 2019 и 2020 годы не отражено поступление основного средства - ISO контейнера общего назначения, укомплектованного стойками и системами электроснабжения.

В отношении сделки с ООО «Аперикон» истец утверждает следующее:

- ISO контейнер общего назначения, укомплектованный стойками и системами электроснабжения, не был приобретен в интересах общества и не поступал в распоряжении ООО «ПРТ», что, по мнению истца, подтверждается адресом доставки, не имеющим отношения к деятельности общества (<...> 1с1), а также отсутствием отражения данной сделки в годовой бухгалтерской отчетности общества;

- сделка совершена на заведомо невыгодных для юридического лица условиях (завышенной цене), в подтверждение чего истцом представлена справка эксперта-оценщика ООО «Приоритет-оценка» ФИО10 № 26 от 10.08.2021;

- общество не нуждалось в заключении такого договора и в значительных материальных затратах, а руководитель ФИО3 должен был предвидеть в силу объективных причин отсутствие необходимости приобретения имущества по завышенной цене без определенной цели использования на территории предприятия;

- основным видом деятельности ООО «Аперикон» является деятельность в области права и бухгалтерского учета (ОКВЭД - 69), а договор от имени поставщика подписан руководителем ФИО11, являющимся бывшим работником ООО «ПРТ» в должности заместителя генерального директора по экономике, что ставит под сомнение добросовестность поведения сторон и намерения исполнить сделку.

По мнению истца, недобросовестность и неразумность действий бывшего руководителя ФИО3 выразилась в необоснованном перечислении денежных средств за товар, который не был передан в распоряжение обществу.

Таким образом, истец считает, что ООО «ПРТ» причинены убытки в результате противоправных действий ответчика, который не мог не осознавать, что осуществляя платежи ООО «Аперикон» по договору поставки № 96 от 15.05.2019, он действует вопреки интересам общества.

Согласно расчету истца, размер убытков по указанной сделке составляет 1 560 000 руб. - сумму, оплаченную ООО «Аперикон» платежными поручениями №873 от 20.05.2019, №917 от 27.05.2019, №953 от 30.05.2019, №970 от 03.06.2019, №10 от 07.06.2019, №95 от 18.06.2019, №106 от 19.06.2019, №110 от 20.06.2019 (Расчет: 500 000 + 200 000 + 100 000 + 200 000 + 100 000 + 100 000 + 200 000 +160 000 =1 560 000).

Кроме того, истец ссылается на то, что в период полномочий ФИО3 ООО «Покровский радиотелефон» производило необоснованные платежи индивидуальным предпринимателям ФИО12 (ОГРНИП <***>), ФИО13 (ОГРНИП <***>), ФИО14 (ОГРНИП <***>), зарегистрированным в Пензенской области.

Однако, как указывает истец, данные лица были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей непродолжительное время и фактически не вели хозяйственную деятельность, связанную с поставкой материалов и оборудования, в силу отсутствия необходимых условий для осуществления таких видов деятельности: отсутствие производственных активов, складских и офисных помещений, транспортных средств. Какие-либо материалы и оборудование ФИО12, ФИО13 и ФИО14 не поставлялись в адрес ООО «ПРТ».

ФИО2 утверждает, что перечисление денежных средств на счета индивидуальных предпринимателей ФИО12, ФИО13, ФИО14, с учетом отсутствия реальности хозяйственных операций, свидетельствует о создании бывшим директором ФИО3 искусственной ситуации, направленной на вывод денежных средств со счетов ООО «ПРТ».

При выборе контрагентов по сделкам единоличный исполнительный орган должен действовать разумно и добросовестно, своевременно применять меры контроля и воздействия по понуждению таких контрагентов к исполнению принятых на себя обязательств. Не допускается в силу статьи 10 ГК РФ заключать сделки, которые стороны не намеревались исполнять.

Следовательно, истец считает, что имеет место факт совершения бывшим директором недобросовестных и неразумных действий по необоснованному перечислению денежных средств индивидуальным предпринимателям в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений и встречного предоставления, что причинило убытки обществу.

Согласно расчету истца, размер убытков составляет 1 932 314 руб. - сумму, выведенную на счета МП ФИО12 платежным поручением №489 от 22.03.2019, ИП ФИО13 платежным поручением №654 от 15.04.2019, ИП ФИО14 платежными поручениями №935 от 29.05.2019, №361 от 29.07.2019, №421 от 02.08.2019, №431 от 05.08.2019 (Расчет: 397 651 + 351 135 + 296 000 + 352 526 +183 726 + 351 276 = 1 932 314).

Кроме того, истец ссылается на то, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 исковые требования ФИО2 удовлетворены в полном объеме, на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать в течение пяти дней с даты вступления решения суда в законную силу участнику ФИО2 заверенные надлежащим образом копии следующих документов: банковские выписки о движении денежных средств по всем расчетным счетам общества с расшифровкой назначения всех платежей за период с 01.07.2017 по 30.06.2020; договоры (контракты), заключенные обществом за период с 01.07.2017 по 30.06.2020, взаиморасчетные документы по этим договорам (контрактам). Также указанным решением суда взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6000 руб.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 решение Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика - без удовлетворения, судебный акт в вышестоящие судебные инстанции сторонами не обжалован, вступил в законную силу.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.05.2021 по делу № А57-16067/2020 взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО2. судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Таким образом, истец считает, что ответчик как руководитель общества, действуя добросовестно, должен был своевременно исполнить требования участника общества ФИО2 и в соответствии с нормами закона предоставить истребуемые документы, что сделано не было. Факт ненадлежащего исполнения обязательств руководителем, по мнению истца,  подтвержден вступившим в законную силу решением арбитражного суда и на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб., однако при надлежащем исполнении обязанностей ФИО3 данные расходы общество могло не понести, в связи с чем, указанная сумма является убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

Истец считает, что понесенные ООО «Покровский радиотелефон» убытки должны быть в полном объеме возмещены ответчиками,  в связи с чем обратился в суд с настоящим иском.

При повторном рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции истцом заявлен отказ от исковых требований к ФИО3 и ФИО5 о взыскании солидарно убытков в размере 1 263 033 руб. 50 коп., состоящих из расходов на авиаперелеты между городами Москва и Саратов в размере 36 263 руб. и расходов, связанных с приобретением в лизинг автомобиля Mercedes-Benz, в размере 1 226 770,50 руб., а также к ФИО3 о взыскании убытков в размере 3 492 314 руб., состоящих из расходов на приобретение ISO контейнера общего назначения у ООО «Аперикон» в размере 1 560 000 руб. и расходов, связанных с платежами индивидуальным предпринимателям ФИО12, ФИО13, ФИО14, зарегистрированным в Пензенской области, денежных средств в размере 1 932 314 руб.

Судом  апелляционной  инстанции  принят отказ от иска в указанной части, производство по делу  прекращено.

Изучив материалы дела, выслушав в судебном заседании полномочных представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел  к  выводу,  что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Поскольку убытки являются мерой ответственности, в предмет доказывания по требованию об их взыскании входит: противоправность действия (бездействия) ответчика; факт и размер понесенных истцом убытков; причинная связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) ответчика, а также в определенных случаях вина ответчика в их причинении.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных элементов иск о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 ГК РФ).

Как следует из пунктов 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62                           «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно пункту 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. Истец, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя к ответственности в виде взыскания убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных юридическому лицу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) органа с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав, и исполнения возложенных на него обязанностей.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства. При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления № 62).

В пункте 6 Постановления № 62 указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзацу второму пункта 1 Постановления № 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления № 62).

Арбитражным  судом апелляционной инстанции  установлено, что  между участниками ООО «ПРТ» сложился корпоративный конфликт, подтвержденный рядом арбитражных дел: № А57-31565/2019,                             № А57-2694/2020, № А57-4156/2020, № А57-16067/2020, № А57-16783/2021, № А57-18568/2021, № А57-11428/2022.

Вместе с тем, само по себе наличие корпоративного конфликта не может являться достаточным основанием для привлечения единоличного исполнительного органа и иных участников общества к солидарной ответственности по иску участника общества о взыскании убытков.

01.01.2019 между ООО «ПРТ» и ИП ФИО4 заключен договор аренды нежилого помещения № 190101, расположенного по адресу: <...>, по условиям которого во временное владение и пользование передано помещение площадью 100 кв.м, расположенное в нежилом помещении общей площадью 505 кв.м.

Арендная плата по договору установлена в размере 123 000 руб. за один месяц.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции судом была назначена экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка», эксперту ФИО10.

Перед экспертом был поставлен следующий вопрос:

1. Определить рыночную ставку арендной платы на 01.01.2019 за пользование частью нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>?

Согласно заключению эксперта №07/22-52 от 22.07.2022 рыночная ставка арендной платы за пользование нежилым помещением, общей площадью 100 кв.м, расположенным по адресу: <...>, по состоянию на дату оценки - 01.01.2019 составляет 25 500 руб.

Данное экспертное заключение судом апелляционной  инстанции признано ненадлежащим доказательством по делу, поскольку экспертиза назначена и проведена в отсутствие надлежащего извещения ответчика ФИО4 о настоящем деле, который фактически был лишен возможности представить свои пояснения относительно заявленного истцом ходатайства.

При повторном рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции по ходатайству истца судом назначена судебная экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Областной центр экспертиз», эксперту ФИО15.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Определить рыночную ставку арендной платы на 01.01.2019 за пользование частью нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>?

2. Определить фактическое назначение части нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>?

3. Определить среднерыночную стоимость на 15.05.2019 контейнера ISO общего назначения (2591х6058х2500 мм), укомплектованного стойками оборудования и системой энергоснабжения, приобретенного по договору № 96 от 15.05.2019?

Согласно заключению эксперта № 7408-2023 от 07.12.2023 рыночная ставка арендной платы на 01.01.2019 за пользование частью нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...>, составляет 343 рубля.

Фактическое назначение части нежилого помещения, площадью 100 кв.м, расположенного по адресу: <...> – офисно-торговые объекты свободного назначения и сходные типы объектов, поскольку часть нежилого помещения представляет собой встроенные помещения, в которых могут быть размещены офисы категории C и D.

При ответе на третий вопрос экспертом указано, что среднерыночная стоимость на 15.05.2019 контейнера ISO общего назначения (2591х6058х2500 мм), укомплектованного стойками оборудования и системой энергоснабжения, приобретенного по договору № 96 от 15.05.2019, составляет 1 678 609 рублей.

Суд апелляционной инстанции признал данное экспертное заключение соответствующим требованиям статей 82, 83, 86, 87 АПК РФ, Федеральному закону от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»; основанным на материалах дела, ясным и полным, составленным в отсутствие противоречий в выводах эксперта. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В суде апелляционной инстанции истом было заявлено ходатайство о вызове для допроса эксперта ФИО15, оснований для удовлетворения которого заявителем не приведено и судом апелляционной  инстанции не установлено.

Из пункта 3 статьи 86 АПК РФ следует, что вызов эксперта в судебное заседание, в том числе по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда.

В связи с тем, что заключение эксперта не содержит неясностей, не вызывает сомнений и не требует пояснений, суд апелляционной  инстанции не нашел основания  для  вызова эксперта в судебное заседание (часть 3 статьи 82 АПК РФ).

Доказательств, опровергающих правильность и обоснованность выводов экспертного заключения, истцом не представлено.

С учетом проведенной судебной экспертизы истец в суде апелляционной инстанции заявил ходатайство об уточнении размера исковых требований в части взыскания с ФИО4 и ФИО3 убытков общества по аренде помещения до суммы 88 700 руб. - разница между фактически выплаченной суммой арендных платежей по договору и определенной судебным экспертом рыночной стоимости аренды спорного помещения (123 000 – 34 300).

Ходатайство об уточнении исковых требований судом апелляционной инстанции удовлетворено.

Судом  апелляционной инстанции с учетом оценки представленных доказательств установлено, что нежилое помещение, являющееся предметом спорного договора аренды, арендовалось обществом и ранее.

Так, в 2018 году предыдущим директором общества ФИО6 дважды заключались аналогичные договоры аренды, а именно договор аренды № 180101 от 01.01.2018, договор аренды № 181201 от 01.12.2018, сроком действия последнего до 31.12.2018.

Предмет и условия спорного договора аренды от 01.01.2019 № 190101, заключенного между ООО «ПРТ» и ИП ФИО4, величина арендной платы по договору полностью идентичны условиям договоров аренды, заключенным в 2018 году.

При этом оба договора в 2018 году заключены без каких-либо замечаний со стороны ФИО2

Доказательств того, что в указанный период деятельность ООО «ПРТ» была убыточной, материалы дела не содержат.

ФИО3, став руководителем общества в 2019 году, фактически повторил решение предыдущего руководителя ФИО6, заключив, при этом, краткосрочный договор аренды сроком на два месяца, что подтверждает доводы ответчика о вынужденном характере заключения договора с целью урегулирования вопроса об освобождении занимаемого обществом нежилого помещения.

Более того, оплата ООО «ПРТ» на сумму 123 000 руб. была единственной за два календарных месяца фактической аренды по договору № 190101 от 01.01.2019.

Арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, несмотря на экспертную оценку стоимости нежилого помещения, фактически с учетом иных установленных выше обстоятельств, заключение и исполнение договора аренды от 01.01.2019 убытков обществу не принесло.

Заявленная истцом разница в сумме 88 700 руб. не может быть отнесена в возмещение на директора общества, поскольку в своей совокупности истец не доказал противоправности, недобросовестности и неразумности действий ФИО3 при заключении договора аренды.

Относительно требований в указанной части к ФИО4 суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как уже отмечалось, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (пункт 4 статьи 53.1 ГК РФ).

Таким  образом,  для  привлечения  участника  общества  к солидарной  ответственности по настоящему спору следует установить обстоятельства, подтверждающие, что ФИО4 в период спорных правоотношений являлся лицом, имевшим  фактическую возможность определять действия общества, давать указания органу  управления.

Вместе с тем, указанные обстоятельства материалами дела не подтверждены.

Факт того, что  ФИО4 имеет большую часть голосов при голосовании на общих собрании при решении вопроса о назначении единоличного исполнительного органа, в  силу  пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ и разъяснений постановления  Пленума  Верховного  Суда  Российской  Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее  - Постановление № 53), не может  являться  основанием для  привлечения участника общества к солидарной ответственности.

В частности, из разъяснений  пункта  3 Постановления  № 53 следует, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ)

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, с учетом  оценки представленных в материалы дела доказательств, пришел  к выводу, что  из материалов дела не следует, что ФИО4 в спорный период являлся лицом, имевшим  фактическую возможность определять действия общества.

От имени ООО «ПРТ» ФИО4 не выступал, обязательных для исполнения указаний директору не давал, недобросовестных и не разумных действий не совершал.

Обстоятельства, на которые ссылается истец (ответчики не раскрыли информацию о сложившемся в обществе порядке избрания директоров единоличными решениями ФИО4 без извещения других участников о собраниях, мнения участников общества о кандидатурах руководителей ООО «ПРТ» никогда не учитывалось ФИО4, ответчики не раскрыли информацию каким образом принимались решения, влияющие на самого мажоритарного участника общества), об обратном не свидетельствует, и, по существу основаны на предположениях истца и надлежащими доказательствами не подтверждены.

Кроме того, в своих пояснениях истец указывает, что ФИО4 своими единоличными решениями, вопреки воле иных участников, за три года сменил трех директоров, при этом два из них уволились по собственному желанию, но на самом деле, как считает истец, их увольнения были вызваны отказом в дальнейшем продолжать совершать противоправные действия в интересах ФИО4 и по его указаниям.

Впоследствии, директором общества был назначен ФИО3, который, по мнению ФИО2, совершал все управленческие решения под контролем ФИО4

Истец также указывает, что все действия ФИО4 с момента включения его в состав участников общества, то есть с 2000 года, являются недобросовестными по отношению к остальным участникам.

Оценив  указанные доводы, суд  апелляционной инстанции пришел  к выводу, что  данные доводы ФИО2 носят противоречивый характер, поскольку, в случае если К.Г.СБ. является лицом, контролирующим должника, то смена трех директоров за короткий промежуток времени не может свидетельствовать о полном контроле ФИО4 над обществом.

По каким основаниям ФИО2 считает именно ФИО3 подконтрольным ФИО4 лицом, а ни кого-либо из предыдущих директоров, истец не поясняет, при том, что, как указывает истец, ФИО4 стал мажоритарным участником общества с 2006 года после слияния ООО «Интербит» и ООО «ПРТ».

При  рассмотрении спора истец не заявил ходатайства для вызова бывших директоров  общества  в  качестве свидетелей для  дачи ими пояснений, которые  могли подтвердить или  опровергнуть его доводы в  указанной части.

При  таких  обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел  к выводу, что требования истца к руководителю ФИО3 и мажоритарному участнику ФИО4 о взыскании солидарно убытков общества по аренде помещения в сумме 88 700 руб. удовлетворению не подлежат.

Относительно убытков по оплате туристических услуг и транспортных расходов суд  апелляционной инстанции  пришел к следующим выводам.

Согласно материалам дела в период осуществления полномочий руководителем ФИО3 со счетов ООО «ПРТ» были оплачены связанные с участником ФИО4 туристические услуги и транспортные расходы на общую сумму 181 092,39 руб.:

- оплата 31.01.2019 ИП ФИО9 по счету №25 от 29.01.2019 за проживание в период с 19.02.2019 по 25.02.2019 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne» (Австрия) по туристической путевке № 798127 серия ТП в размере 79 000 руб.;

- оплата 18.02.2019 аванса на командировочные расходы ФИО4 за февраль 2019 года, связанные с туристической поездкой в указанный отель, в размере 15 700 руб.;

- оплата 26.03.2019 командировочных расходов ФИО4 за февраль 2019 года, также связанных с туристической поездкой в указанный отель, в размере 32 762,39 руб.;

- оплата 22.11.2019 расходов на участие в симпозиуме ФИО4 в размере 53 630 руб.

Как следует из положений статья 166 Трудового кодекса Российской Федерации, служебная командировка - поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются.

В соответствии со статьей 167 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой.

В случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя (статья 168 Трудового кодекса Российской Федерации).

Командировочными расходами признаются расходы на проезд работника к месту командировки и обратно к месту постоянной работы, наём жилого помещения, расходы работника на оплату дополнительных услуг, оказываемых в гостиницах (за исключением расходов на обслуживание в ресторанах, расходов на обслуживание в номере, расходов за пользование рекреационно-оздоровительными объектами) (пункт 12 части 1 статьи 264 Налогового кодекса Российской Федерации).

Сумма произведённых расходов должна быть документально подтверждена и экономически обоснована.

Возражая против требований истца, ответчики представили в материалы дела туристическую путёвку и акт сдачи-приемки работ (оказания услуг) № 15 от 28.02.2019, из которых следует, что в качестве приобретённого ООО «ПРТ» туристического продукта определена только услуга по проживанию ФИО4 в отеле «Activ Sunny Hotel Sonne».

Иных услуг по туристической путёвке (экскурсионных либо развлекательных) туроператор не предоставлял.

В исполнительной документации услуга по проживанию в отеле именуется как «туристический продукт», так как у туроператора ИП ФИО9 установлена одна типовая форма документов, подписываемых как с лицами, которым оказываются туристические услуги, так и с лицами, которым оказывается только услуга по проживанию.

Данный вывод следует из справки туроператора ИП ФИО9

Как указали ответчики, деловые поездки входили в должностные обязанности директора по маркетингу ООО «ПРТ» и осуществлялись с целью привлечения дополнительных инвестиций, посещения выставок, семинаров, проведения переговоров с потенциальными партнёрами, в том числе по вопросам поставки оборудования для ООО «ПРТ», использования ресурсов контрагентов в деятельности ООО «ПРТ», обмена опытом по оказанию аналогичных профильных услуг.

Данные доводы истцом не опровергнуты.

Служебные поездки оформлены приказами о направление ФИО4 в командировку.

Понесённые ООО «ПРТ» расходы, связанные с необходимостью перелёта ФИО4 в другую страну и представлением там интересов общества, подтверждены справками ПАО «Аэрофлот» и АК «Сибирь», авансовым отчетом, расшифровкой командировочных расходов сотрудника ООО «ПРТ» ФИО4

Отсутствие оправдательных документов, подтверждающих положительный результат от деятельности сотрудника в командировке, не  может являться основанием  для отнесения  таких  затрат к убыткам общества.

 Экономическая обоснованность произведённых обществом расходов может определяться целью командировки, направленностью таких расходов на получение дохода, а не результатом командировки или фактическим получением доходов организации от командировки её работника в конкретном временном периоде. Отсутствие конкретного результата в виде заключения договоров или иных подписанных в результате согласования документов не изменяет характера таких расходов, связанных с обычной хозяйственной деятельности организации.

Доказательств того, что денежные средства в размере 181 092,39 руб. были присвоены единоличным исполнительным органом ФИО3, материалы дела не содержат.

Более того, ФИО2 не оспаривает, что данные расходы в действительности были совершены.

При этом, как уже отмечалось ранее, для возможности привлечения ФИО4 к солидарной ответственности необходимо установить возможность его привлечения в порядке пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, что в настоящем случае не установлено.

Доводы истца относительно отсутствия доказательств экономической целесообразности принятия руководителем общества оспариваемых хозяйственных решений, доказательств несения спорных расходов на нужды хозяйственной деятельности общества, не являются основанием признания таких расходов убытками общества.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что требования истца к руководителю ФИО3 и участнику ФИО4 о взыскании солидарно убытков общества по оплате туристических услуг и транспортных расходов в сумме 181 092,39 руб. удовлетворению не подлежат.

Относительно убытков, связанных с расходами на проживание ФИО5 в отеле «Жемчужина», суд апелляционной инстанции  пришел к следующим выводам.

Согласно положениям 168.1 ТК РФ работникам, постоянная работа которых имеет разъездной характер, работодатель возмещает связанные со служебными поездками расходы по проезду и расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не раскрывается содержание понятия «место работы». В теории трудового права под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение. Рабочее место- место, где работник должен находится или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть 6 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации) («Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.02.2014), «Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2020).

Судом апелляционной инстанции установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО5 являлся коммерческим директором ООО «ПРТ» с постоянным местом жительства в г. Москва.

Из материалов дела не следует, что в обществе установлен запрет на привлечение работников, проживающих в ином регионе, осуществлении ими своих полномочий дистанционно.

При этом как пояснили ответчики, необходимость проживания коммерческого директора ООО «ПРТ» в гостинице г. Саратова обусловлена спецификой его должностных обязанностей, в число которых входит организация встреч с представителями различных компаний для поддержания и развития коммерческой деятельности общества как на территории г. Энгельса, так и на территории г. Саратова, что подтверждается договорами об оказании услуг связи № 628537 от 01.04.2011, № 601974 от 13.02.2019, содержащих информацию об оказании ООО «ПРТ» телекоммуникационных услуг на территории г. Энгельса и на территории г. Саратова.

В то же время, выбор конкретного места проживания коммерческого директора ФИО5, учитывая масштабы деятельности ООО «ПРТ», являлось правом общества и определялось, в том числе с учётом территориальной доступности гостиницы до мест встречи коммерческого директора с представителями иных компаний, условий проживания, наличия в гостиницах г. Саратова и г. Энгельса свободных мест.

Проживание работника организации в безопасных и обеспечивающих средний уровень комфорта гостиницах является обычным в деловых поездках и не может расцениваться как выход за рамки экономически оправданных расходов.

Проживание работника общества ФИО5 по большей части осуществлялось в стандартном одноместном номере экономического класса гостиницы г. Саратова, что подтверждается данными выдержек из банковских выписок ООО «ПРТ» по оплате денежных средств гостинице «Жемчужина». Единичные случаи проживания в номере «люкс» могут быть обусловленными отсутствием в гостинице на даты заселения свободных номеров иного класса.

Истец не доказал возможность наличия в спорный период менее затратного способа проживания в г. Саратове, и что в указанный период ФИО5 не исполнял свои служебные обязанности, связанные с деятельностью общества.

Доказательств того, что денежные средства в размере 131 300 руб. были присвоены единоличным исполнительным органом ФИО3, материалы дела не содержат.

Как и в отношении ФИО4, для возможности привлечения ФИО5 к солидарной ответственности необходимо установить возможность его привлечения в порядке пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ.

Вместе с тем, в настоящем случае такие обстоятельства не установлены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что требования истца к руководителю ФИО3 и участнику ФИО5 о взыскании солидарно убытков общества по оплате проживания ФИО5 в отеле «Жемчужина» в сумме 131 300 руб. удовлетворению не подлежат.

В отношении убытков, связанных с непредставлением участнику документов и информации, в результате чего на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб. по делу                   № А57-16067/2020, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 10.12.2020 по делу № А57-16067/2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021, исковые требования ФИО2 удовлетворены в полном объеме, на ООО «ПРТ» возложена обязанность передать в течение пяти дней с даты вступления решения суда в законную силу участнику ФИО2 заверенные надлежащим образом копии следующих документов: банковские выписки о движении денежных средств по всем расчетным счетам общества с расшифровкой назначения всех платежей за период с 01.07.2017 по 30.06.2020; договоры (контракты), заключенные обществом за период с 01.07.2017 по 30.06.2020, взаиморасчетные документы по этим договорам (контрактам). Также указанным решением суда взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6000 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.05.2021 по делу № А57-16067/2020 взысканы с ООО «ПРТ» в пользу ФИО2 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

В силу пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998                 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке. В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 67 ГК РФ и абзацем 2 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в порядке, установленном его учредительными документами.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62                            «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

Таким образом, ФИО3 как руководитель общества, действуя добросовестно, должен был своевременно исполнить требования участника общества – ФИО2, и в соответствии с нормами закона предоставить истребуемые документы, что им сделано не было.

Факт ненадлежащего исполнения обязательств руководителем подтвержден вступившим в законную силу решением арбитражного суда и на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб.

Согласно пункту 5 Постановления № 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей, в том числе ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

При надлежащем исполнении обязанностей директором данные расходы общество могло не понести, в связи с чем, сумма 56 000 руб. является убытками, подлежащими взысканию с ФИО3

Вопреки позиции ответчиков, в рассматриваемом случае ФИО2 воспользовался предоставленным ему законом правом на подачу искового заявления в интересах ООО «Покровский радиотелефон» согласно пункту 3 части 1 статьи 225.1 АПК РФ, что не может расцениваться в качестве недобросовестного поведения.

Кроме того, указанные утверждения ответчиков не подтверждают факт злоупотребления правом в смысле статьи 10 ГК РФ, устанавливающей запрет на действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

 С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что  требования истца о взыскании убытков с ФИО3 в размере 56 000 руб. является обоснованными и подлежат удовлетворению.

Доводы ФИО3 о пропуске истцом годичного срока исковой давности по всем требованиями, кроме требований о взыскании убытков, связанных с непредставлением участнику документов и информации, в результате чего на общество возложены дополнительные судебные расходы в размере 56 000 руб. по делу № А57-16067/2020, отклонены судом   апелляционной инстанции, поскольку к требованию о взыскании убытков, предъявленных в рамках настоящего дела, применяется общий срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, который составляет три года.

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением 17.08.2021, основанием для предъявления требований явились операции, совершенные в 2019-2020 гг., следовательно, истцом не пропущен срок исковой давности.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, пришел к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, а именно с ФИО3 в пользу ООО «Покровский радиотелефон» подлежат взысканию убытки в размере 56 000 руб.,                        в удовлетворении остальной части исковых требований суд апелляционной инстанции отказал.

При рассмотрении настоящего спора суд  апелляционной  инстанции  установил  все  существенные обстоятельства для данной   категории споров, оценил представленные в  материалы дела  доказательства  и доводы  участников  спора  в  их совокупности.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятого по делу постановления и правильности выводов суда апелляционной инстанции, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом апелляционной инстанции обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом апелляционной инстанции нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024 по делу № А57-18552/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в размере 3000 руб.

Поручить Арбитражному суду Саратовской области выдать исполнительный лист

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                   Н.Ю. Мельникова


Судьи                                                                          Э.Г. Гильманова


                                                                                     М.М. Сабиров