Постановление от 25 августа 2023 г. по делу № А40-290478/2019

84/2023-235258(1)



Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И

Т РА Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 09АП-42525/2023-ГК

Дело № А40-290478/19
г.Москва
25 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 25 августа 2023 года Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Веклича Б.С., судей: Верстовой М.Е., Мартыновой Е.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 10.05.2022 по делу № А40-290478/19 по иску ООО «Газэнергострой»

к ФИО3, ФИО4, ФИО2,

третьи лица: АО «Банк Дом. РФ», ФИО5, ФИО6, о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании: от истца: ФИО7 по доверенности от 19.12.2022; от ответчика ФИО2: ФИО8 по доверенности от 20.09.2022;

от третьего лица ФИО5: ФИО9 по доверенности от 27.09.2022, ФИО10 по доверенности от 06.10.2020;

от иных лиц: не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Газэнергострой» обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО2 о взыскании солидарно убытков в размере 62 261 714,26 руб.

Решением суда от 05.03.2020 с ФИО3, ФИО4, ФИО2 в пользу ООО «Газэнергострой» взысканы убытки в размере 62 261 714 руб. 26 коп.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 решение было отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением суда кассационной инстанции от 25.02.2021 решение Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 по делу № А40-290478/19 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Решением суда от 10.05.2022 иск удовлетворен в части взыскания солидарно 55 989 362 руб. убытков, в удовлетворении остальной части иска судом отказано.

Не согласившись с принятым по делу решением, ФИО2 и ФИО3 обратились с апелляционной жалобой, в которой просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального права.

Истец и ФИО5 возражают против доводов апелляционной жалобы, просят отказать в ее удовлетворении. Представили письменные отзывы на жалобу.

Дело рассмотрено судом в порядке ст.ст.123, 156 АПК РФ в отсутствие представителей ФИО4, АО «Банк Дом. РФ», ФИО6, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Законность и обоснованность судебного решения проверены судом апелляционной инстанции в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 24.09.2007 по решению общего собрания учредителей было создано юридическое лицо - ООО «ГазЭнерго Консалтинг», ныне именуемое ООО «Газэнергострой».

04.09.2013 на основании решения общего собрания участников Общества генеральным директором был избран ФИО3. 18.11.2013 на должность главного бухгалтера Общества была принята ФИО4. 26.05.2014 на должность первого заместителя генерального директора принят ФИО2, который по совместительству является участником Общества, владеющим долей в размере 155 000 руб., что составляет 50 процентов от уставного капитала.

06.04.2017 истец заключил с обществом с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения» договор субподряда на выполнение строительно-монтажных работ по исполнению государственного контракта на объекте строительства очистных сооружений с сетями канализации в п. Термальный и с. Паратунка Елизовского района Камчатскою края (второй пусковой комплекс).

В рамках исполнения договора субподряда, 26.06.2017 между ООО «Строительный центр» и истцом был заключен договор поставки № 1/2606-17, согласно условиям которого, поставщик принял на себя обязательства в срок до 27.07.2017 поставить трубу (стальная электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С (магистральная), защитный слой - композиция полиэтилена высокого давления Ml 0204-003 толщиной 3 мм., в количестве 10 787,5 м., а также трубы ПЭ100 SDR-400*3.7 (применит. SDR450*26,7).

Стоимость приобретаемого товара составила 123 961 233 руб. 32 коп., из которых 95 300 000 руб. - стоимость трубы (п.2.1 договора).

27.06.2017 и 10.07.2017 истец перевел на расчетный счет поставщика указанную сумму в счет оплаты приобретаемого товара, что подтверждается соответствующими платежными поручениями № 546 от 27.06.2017 и № 624 от 10.07.2017.

Покупка товара осуществлялась с использованием бюджетных денежных средств, а также полученных истцом кредитных денежных средств по кредитному договору № <***> на открытие кредитной линии (с лимитом задолженности) от 09.06.2017, заключенному с ПАО «АКБ «Российский капитал».

В ходе проверки целевого использования истцом бюджетных и кредитных денежных средств, а также установления причин срыва сроков строительства объекта было установлено, что оплаченная по договору стоимость трубы существенно превышала рыночную стоимость аналогичного товара, в том числе и у первоначального продавца.

Начальная продажная стоимость трубы составляет 39 310 638 руб.

При инвентаризации имеющегося на балансе истца имущества, была обнаружена недостача трубы в размере 710 м. стоимостью 6 272 352 руб. 26 коп.

27.06.2019 истец направил в адрес ответчиков требования с просьбой предоставить пояснения о месте нахождения недостающей трубы, либо, в случае ее использования и/или отчуждения третьим лицам, передать истцу подтверждающие документы. Однако ответов на запросы от ответчиков не последовало.

По состоянию на текущий момент информация о месте нахождения приобретенной трубы отсутствует, сотрудники истца, указанную трубу, никогда не видели и ничего о ней не знают.

18.10.2019 истец направил в адрес ответчиков требования с просьбой предоставить пояснения и документы в их обоснования о причинах приобретения Обществом товара по завышенной цене, а также причинения Обществу убытка в размере 62 261 714 руб. 26 коп.

В добровольном порядке ответчиком требования истца не удовлетворены.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

При принятии решения суд первой инстанции исходил из того, что вина ответчиков в причинении убытков доказана, однако стоимость трубы, уплаченная по договору поставки составила 95 300 000 руб., в то время как ее продажная стоимость составляет 39 310 638 руб., в связи с чем суд посчитал подтвержденной и обоснованной ко взысканию сумму, составившую разницу между реальной стоимостью трубы и суммой, переплаченной при заключении договора на поставку трубы, а именно 55 989 362 руб.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, и применил нормы материального права.

Вопреки доводам апеллянтов факт несения истцом убытков доказан при рассмотрении спора судом первой инстанции.

Судом первой инстанции верно установлен факт приобретения спорного товара (трубы) по цепочке сделок, при этом истец приобрел товар с существенным завышением его первоначальной стоимости.

Более того, установлено и подтверждается имеющимися в деле доказательствами, что была приобретена труба, не соответствующая требованиям технического задания к договору субподряда, в целях исполнения которого должна была приобретаться труба.

Именно разница между первоначальной стоимостью трубы и суммой, уплаченной за ее приобретение ООО «Газэнергострой» и составила размер убытков, взысканных решением суда первой инстанции.

Ответчики указывают также, что оплата за приобретение трубы осуществлялась за счет кредитных средств, а также, что затраты на приобретение трубы были возмещены за счет оплат по договору субподряда.

Кроме того, ответчики указывают, что обязательным условием перечисления банком денежных средств по кредитному договору являлось согласование поставщиков материалов.

Между тем в материалах дела не имеется доказательств возмещения истцу затрат не приобретение трубы.

Кроме того, условиями кредитного договора действительной установлен список поставщиков материалов, однако, ни одно из лиц, участвовавших в цепочке сделок по приобретению трубы, в этом списке не значится.

При этом расходование для приобретения товара денежных средств, полученных по кредитному договору, никоим образом не обосновывает приобретение этого товара по очевидно завышенной стоимости.

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, заключение указанного кредитного договора привело к возникновению дополнительного бремени общества при осуществлении хозяйственной деятельности в виде возврата дополнительно ежемесячно кредитных средств. Обязательства ООО «Газэнер го строй» по кредитному договору так и не были исполнены. В настоящее время требования АО «Банк ДОМ.РФ» включены в реестр требований кредиторов в рамках дела о банкротстве ООО «Газэнергострой» (дело № А40-161819/20).

Таким образом, судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств обоснованно установлено, что сделкой по приобретению трубы на сумму 95 300 000 руб. ООО «Газэнергострой» причинены убытки в размере 55 989 362,00 руб.

Также являются необоснованными доводы апеллянтов о недопустимости представленных истцом в обоснование иска доказательств.

В апелляционной жалобе указано, что инвентаризация, в ходе которой, была выявлена недостача трубы на сумму 6 272 352,26 руб. была проведена с нарушениями, в связи с чем результаты этой инвентаризации не могут приниматься в качестве доказательств, судом

этот довод был проверен, во взыскании убытков на сумму недостачи истцу было отказано именно в связи с нарушением порядка и сроков проведения инвентаризации.

В апелляционной жалобе необоснованно указано, что суд первой инстанции вышел за пределы своей компетенции, поскольку не обладает специальными познаниями в области стоимостной оценки, рыночная стоимость спорной трубы определена по имеющимся в материалах дела доказательствам.

При рассмотрении дела установлено, что труба была приобретена по цепочке сделок, совершенных в достаточно краткий промежуток времени.

При этом стоимость трубы по первой сделке была кратно ниже суммы, уплаченной ООО «Газэнергострой».

Стоимость спорной трубы в размере 39 310 638 руб. является объективным обстоятельством, подтвержденным доказательствами.

Относительно статуса ответчиков как контролирующих лиц и возможности их фактического контроля за деятельностью ООО «Газэнергострой» суд указывает следующее.

Настоящий спор рассматривается повторно, после отмены судебных актов первой и апелляционной инстанции постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.02.2021.

Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении суду необходимо установить, в частности, степень вины каждого из ответчиков и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и возникшими последствиями для общества, правильно распределив бремя доказывания.

Истец полагает, что при новом рассмотрении судом первой инстанции указания Арбитражного суда Московского округа были соблюдены в полном объеме, действия Ответчиков исследованы всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка.

Ответчик ФИО3 являлся на момент совершения спорной сделки по приобретению трубы генеральным директором ООО «Газэнергострой», в связи с чем его статус контролирующего лица предполагается и не подлежит отдельному доказыванию.

Со ссылкой на п.6 Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 3 суд первой инстанции указал, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

Такой подход применяется при привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дел о банкротстве юридических лиц.

При рассмотрении в общем порядке исков о взыскании убытков по основаниям, предусмотренным ст.53.1 Гражданского кодекса РФ, должен применяться аналогичный подход к определению статуса контролирующего лица для номинального руководителя. Более того, в настоящее время ООО «Газэнергострой» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении осуществляется процедура конкурсного производства.

При рассмотрении в рамках дел о банкротстве юридических лиц споров о привлечении к субсидиарной ответственности суды по своему усмотрению определяют, привлекать ли контролирующее лицо, собственно, к субсидиарной ответственности либо к ответственности в виде возмещения убытков.

Таким образом, с учетом установленной судом несостоятельности ООО «Газэнергострой»,в рамках настоящего дела должны применяться те же презумпции, что и при рассмотрении подобных споров в делах о банкротстве.

Таким образом, вне зависимости от самостоятельности принятия ФИО3 управленческих решений, сам факт нахождения его в рассматриваемый период в

должности генерального директора ООО «Газэнергострой» является достаточным основанием для возложения на него ответственности за совершение сделки, причинившей вред интересам общества.

Являясь генеральным директором ООО «Газэнергострой», ФИО3 подписывал от имени общества документы, в связи с чем, как минимум, не мог не знать о совершении сделки и ее условиях.

На момент совершения сделки по приобретению трубы Ответчик ФИО2 являлся участником ООО «Газэнергострой» с долей в уставном капитале общества 50%. Кроме того, ФИО2 занимал должность первого заместителя генерального директора.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции установлено, что ФИО2 непосредственно находился в п. Термальный и с. Паратунка, Елизовского района, Камчатского края (место проведения работ по договору субподряда).

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО2 не мог не знать об условиях приобретения трубы, о ее несоответствии техническому заданию на проведение работ.

Суд первой инстанции также справедливо отмечает, что ответчики не представили доказательств того, что ими выражалось несогласие действиями общества, либо были предприняты иные меры по недопущению заключения и исполнения договора поставки.

Доводы ответчиков, заявленные в обоснование их возражений против удовлетворения исковых требований, и вновь повторяемые ими в апелляционной жалобе, сводятся к следующему.

Ответчики указывают, что фактическое управление деятельностью ООО «Газэнергострой» осуществлял ФИО5, участник общества с долей в уставном капитале 50%. Ответчики заявляют, что спорная сделка по приобретению трубы была совершена по прямому указанию ФИО5

Кроме того, ответчики указывают на, якобы, наличие давления со стороны подрядчика при заключении сделки.

Ответчики также указывают, что в действиях ответчиков отсутствовал прямой умысел на причинение ущерба, что ими не извлечено личной выгоды из спорной сделки.

Также в апелляционной жалобе вновь заявлен довод о том, что ФИО2 не имел намерения причинения ущерба, поскольку сам является участников общества.

Последний довод был рассмотрен судами еще при перовом рассмотрении настоящего спора, и был отклонен судом кассационной инстанции.

Как уже было указано, даже при условии, что ФИО3 не принимал управленческие решения самостоятельно, это не может являться основанием для освобождения его от ответственности.

Более того, как указал суд первой инстанции со ссылкой на п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 62, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников).

Применительно к ФИО2 суд первой инстанции обоснованно указал, что, учитывая равенство долей ФИО5. и ФИО2 в уставном капитале ООО «Газэнергострой» - по пятьдесят долей у каждого из участников, ответчиком ФИО2 не представлено безусловных доказательств наличия давления со стороны ФИО5., не позволившего принять иное управленческое решение.

Более того, в материалы дела была представлена обширная электронная переписка. Ответчики неоднократно заявляли, что из этой переписки следует, что ФИО5. отдал прямое распоряжение на совершение спорной сделки. Вместе с тем, ни из одного из представленных писем не следует с очевидность, что такое распоряжение ФИО5. отдавалось, что и нашло отражение в решении суда первой инстанции.

В целях наиболее полного исследования обстоятельств, связанных с принятием решения о заключении спорной сделки судом были истребованы материалы уголовного

дела, рассматриваемого Таганским судом общей юрисдикции, в том числе протоколов допроса свидетеля ФИО2, который показал, что приобретение трубы в нарушение условий договора не у официального дилера или завода изготовителя и по предельной сметной стоимости было обусловлено требованиями подрядчика.

Вместе с тем, доказательств оказания давления со стороны подрядчика суд первой инстанции в материалы настоящего дела представлено не было.

Более того, как было установлено судом первой инстанции на основании исследования протоколов допроса ФИО2 зафиксирован ответ ФИО2: «После предоставления ООО «КЭР» документов о трубе (каким способом ФИО2 не помнил) в ООО «Газэнергострой» нами было принято решение, что данная труба соответствует требованиям по условиям договора и она была приобретена ООО «ГЭС» через ООО «Строительный центр» у ООО «Комплексные системы» по предельной сметной стоимости в соответствии с требованиями ООО «КЭР» для осуществления работ на объекте в рамках подписанного договора субподряда».

Таким образом, опровергается довод ответчиков об отсутствии у них информации о цепочке сделок по приобретению трубы.

Как уже было указано выше, доказательств того, что лица, у которых фактически была приобретена труба по цепочке сделок, входили в перечень поставщиков согласованный банком в рамках кредитного договора, также представлено не было.

Довод ответчиков о том, что в их действиях отсутствовал прямой умысел на причинение убытков обществу, отклоняется, наличие именно прямого умысла не является обязательным условием привлечения контролирующего лица к ответственности в виде возмещения убытков.

Согласно ст.53.1 Гражданского кодекса РФ является достаточным, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, во исполнение указаний Арбитражного суда Московского округа, изложенных в постановлении от 25.02.2021 по настоящему делу, судом первой инстанции при новом рассмотрении всесторонне исследованы обстоятельства причастности ответчиков к совершению спорной сделки. На основании представленных в материалы дела доказательств установлен статус ответчиков как контролирующих лиц. Доводы о давлении на ответчиков при заключении и исполнении сделки со стороны участника общества ФИО5, подрядчика, а также банка, предоставившего кредитную линию, были судом проверены и не нашли подтверждения.

Учитывая, что сам факт совершения сделки по приобретению трубы, а равно существенное завышение уплаченной за трубу цены над ее рыночной стоимостью сомнению не подвергается, суд первой инстанции при новом рассмотрении спора пришел к законному и обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с Ответчиков убытков в солидарном порядке.

Доводы апеллянтов о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права подлежат отклонению.

В апелляционной жалобе ответчики указывают на нарушение судом первой инстанции ряда норм материального и процессуального права. Данные доводы являются необоснованными и базируются на неверном истолковании ответчиками указанных ими норм права.

Так, ответчики указывают, что судом не учтены разъяснения, приведенные в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю».

Данное Постановление Пленума ВС РФ касается применения судами норм трудового законодательства.

К ответчикам требования предъявлены по основаниям, предусмотренным ст.53.1 Гражданского кодекса РФ. Данные требования не основаны на трудовых отношениях, а связаны с тем, что ответчики являлись на момент совершения спорной сделки лицами, контролирующими деятельность ООО «Газэнер го строй».

Таким образом, нормы, регулирующие трудовые отношения не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям, в связи с чем обоснованно не применены судом первой инстанции при разрешении спора.

Ответчики также полагают, что подлежали применению положения законодательства о пропуске истцом срока исковой давности.

Однако позиция ответчиков по данному поводу основана на нормах трудового законодательства. Как было указано, положения трудового законодательства не подлежат применению к отношениям истца и ответчиков. Общий, трехлетний, срок исковой давности, предусмотренный гражданским законодательством, истцом был соблюден, в связи с чем, доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Ответчики указывают также, что судом первой инстанции неправомерно отклонено ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения. Действительно, в отношении ответчика ФИО3 возбуждено дело о банкротстве гражданина, введена процедура реализации имущества ( № А40-97056/22).

Однако дело о банкротстве ФИО3 возбуждено только 10.06.2022, то есть существенно позднее обращения ООО «Газэнергострой» с рассматриваемым в настоящем деле иском.

В связи с этим указанная ответчиками норма (п.2 ст.213 Закона о банкротстве) не подлежит применению.

Более того, ООО «Газэнергострой» обращалось с заявлением о включении требований о возмещении убытков в реестр требований кредиторов ФИО3

Однако данное заявление оставлено судом без рассмотрения определением от 26.12.2022 по делу № А40-97056/22.

Таким образом, в настоящее время не имеется препятствий для рассмотрения настоящего спора по существу, в связи с чем отклонение ходатайства об оставлении искового заявления без рассмотрения являлось обоснованным и законным.

Более того, оставление без рассмотрения искового заявления, по сути, лишило бы истца возможности судебной защиты своих прав.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных ст.270 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь ст.ст.176, 266-269, 271 АПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда г.Москвы от 10.05.2022 по делу № А40-290478/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: Б.С. Веклич Судьи: М.Е. Верстова

Е.Е. Мартынова