Постановление от 9 октября 2019 г. по делу № А70-17467/2017

1164/2019-58727(2)

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-17467/2017
09 октября 2019 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2019 года Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А., судей Зориной О.В., Смольниковой М.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10126/2019) финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 25 июня 2019 года по делу № А70-17467/2017 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной - договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2014, заключенный между ФИО4 и ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

при участии в судебном заседании:

от ФИО5 - представитель ФИО6 (по доверенности № 72АА 1547587 от 20.02.2019, сроком действия на пять лет);

от ФИО7 - представитель ФИО6 (по доверенности № 72АА 8654675 от 11.02.2019, сроком действия на три года).

установил:

ФИО8 15.12.2017 обратилась в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании несостоятельной (банкротом) ФИО4 (далее по тексту – ФИО4, должник).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2017 по заявлению Шебеко Любови Васильевны возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Михайловой С.Н.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 18.01.2018 (резолютивная часть от 17.01.2018) в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО3).

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 27.01.2018 № 15.

В Арбитражный суд Тюменской области 15.01.2019 обратился финансовый управляющий ФИО3 с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса РФ, просит (c учетом уточнения от 15.02.2019):

1) Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2014 (дата государственной регистрации от 07.02.2014), заключенный между ФИО4 и ФИО5.

2) Признать недействительным договор дарения жилого дома с земельным участком от 18.12.2015 (дата государственной регистрации от 25.12.2015), заключенный между ФИО5 и ФИО7.

3) Применить последствия недействительности сделок от 07.02.2014 и 25.12.2015 в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу ФИО4:

- жилой дом, находящийся по адресу: Тюменская область, Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование <...>, общей площадью 284,8 кв.м., кадастровый номер 72:17:1301003:812;

- земельный участок, находящийся по адресу: Тюменская область, Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование <...>, общей площадью 1740 кв.м., кадастровый номер 72:17:1301003:332.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 25.06.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение

суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что вопреки выводам суда первой инстанции, материалы дела не содержат доказательств наличия у ФИО5 денежных средств, позволяющих в полном объеме исполнить обязательства по договору купли-продажи недвижимого имущества от 23.01.2017, что подтверждает недействительность оспариваемого договора. Поясняет, что из дополнения ФИО4 к отзыву па исковое заявление частичная оплата в размере 6 000 000 руб. была произведена 26.12.2011 по расписке между ФИО4 и ФИО5, которая затем в январе 2014 года была по непонятным причинам уничтожена и составлена новая на 16 000 000 рублей, между тем обязательств по купле-продажи спорной сделки на тот момент не существовало, поскольку предварительный договор купли-продажи датирован 14.01.2014. Полагает, что даты заключения предварительного договора купли-продажи в 14.01.2014 и основного договора 23.01.2014 не свидетельствуют о намерении сторон совершить сделку, либо начать ее исполнение в декабре 2011 года. Также указывает, что ФИО5 в своем отзыве указала, что до января 2014 года, т.е. до момента совершения спорной сделки продавца ФИО4 ранее не знала, не была с ней знакома, подбором дома и земельного участка занималось агентство недвижимости. Таким образом, по мнению подателя жалобы, утверждения должником о частичном исполнении сделки по оплате 26.12.2011 являются необоснованными и не имеют отношения к сроку исполнения спорной сделки. Кроме того, полагает, что договор дарения от 18.12.2015 (дата государственной регистрации от 25.12.2018), заключенный между ФИО5 и ФИО7, также является недействительной сделкой в силу того, что ее целью является последующее изменение номинального собственника, при этом данная сделка совершена между заинтересованными лицами (мать и дочь) и не предполагает какой-либо возмездности.

По мнению апеллянта, совершение вышеуказанной цепочки сделок повлекло вывод дорогостоящего недвижимого имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, из собственности ФИО4

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2019 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 02.10.2018.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, Щепелина Нина Ивановна представила письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО5 и ФИО7 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просит оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав представителя участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 25.06.2019 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО4 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) 23.01.2014 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым ФИО4 передала в собственность ФИО5 следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, находящийся по адресу: Тюменская область, Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование, <...>, общей площадью 284,8 кв.м.;

- земельный участок, находящийся по адресу: Тюменская область, Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование, <...>, общей площадью 1740 кв. м.

Согласно пункту 3 договора, стороны определили общую стоимость недвижимого имущества в размере 6 500 000 руб., в том числе жилого дома - 1 000 000 руб., земельного участка - 5 500 000 руб.

Согласно пункту 4 договора, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Указанный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке 07.02.2014, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.

По условиям дополнительного соглашения к договору, фактическая стоимость дома и земельного участка составляет 16 000 000 руб.

Впоследствии, между ФИО5 (дарителем) и ФИО7 (одаряемой) 18.12.2015 был заключен договор дарения жилого дома с земельным участком, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой, а одаряемая принимает жилой дом, 3-этажный (подземных этажей – 1) общей площадью 284,8 кв.м., литера Б, расположенный по адресу: Тюменская область, Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование, <...>; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, площадью 1740 кв.м., расположенный по адресу: Тюменская обл., Тюменский муниципальный район, Московское муниципальное образование, <...>.

Указанный договор также был зарегистрирован в установленном законом порядке 25.12.2015, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.

ФИО7 является дочерью ФИО5, что не оспаривается лицами, участвующими в рассмотрении обособленного спора.

Финансовый управляющий, полагая, что оспариваемые сделки от 23.01.2014, 18.12.2015, совершены безвозмездно, в целях уменьшения активов должника, нарушают права кредиторов ФИО4 на удовлетворение их требований за счет конкурсной массы должника, в связи с чем, являясь сделками, совершенными со злоупотреблением правом, а также мнимой сделкой, обратился в Арбитражный суд Тюменской области с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности финансовым управляющим факта злоупотребления правом со стороны должника и ответчиком при заключении спорных договоров.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к

совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Право собственности на недвижимость, приобретенную по договорам купли- продажи, мены или иной сделке, переходит к приобретателю с момента внесения в государственный реестр записи о регистрации за ним данного права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 1 статьи 131, пункт 2 статьи 223, пункт 1 статьи 551 ГК РФ, пункт 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.09.2002 № 69).

В настоящем случае регистрация перехода права собственности на спорное жилое помещение на ФИО5 состоялась 07.02.2014, то есть право собственности возникло у ответчика в данную дату.

Учитывая, что регистрация первой из оспариваемых сделок, которые финансовый управляющий рассматривает как совокупность взаимосвязанных сделок по выводу активов должника, была произведена 07.02.2014, то есть до 01.10.2015, учитывая, что стороной сделки являются граждане - физические лица, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что спорная сделка по может быть оспорена на основании статьи 10 Гражданского кодекса РФ.

Заявленные требования обосновываются финансовым управляющим со ссылкой на положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на

уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая спорную сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (Постановление Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 17089/12 по делу № А24-53/2012, Постановление Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 № 15822/13 по делу № А45- 18654/2012).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац четвертый пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309- ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

В настоящем случае, доводы апелляционной жалобы сводятся к недоказанности финансовой возможности ФИО5 на приобретение дорогостоящего имущества у должника, а также отсутствия передачи денежных средств по указанному договору.

Согласно пояснениям представителя должника в течение нескольких лет ФИО4 совместно с супругом ФИО9 осуществляли деятельность по купле-продаже земельных участков и строительству жилых домов.

Доводы жалобы об отсутствии доказательств получения ФИО4 от ФИО5 денежных средств признается судом апелляционной инстанции несостоятельным в силу следующего.

Передача Щепелиной Н.И. денежных средств Михайловой С.Н. подтверждается ее письменными объяснениями распиской о получении денежных средств, подписанной в присутствии свидетелей – сотрудников агентства недвижимости.

Так, ФИО5 во исполнение принятых обязательств были переданы ФИО4 денежные средства в размере 16 000 000 руб. в качестве оплаты по договору купли-продажи жилого дома с земельным участком, что подтверждается распиской ФИО4 от 23.01.2014 (том 23 л.д.51).

В арбитражном процессе факт недостоверности доказательств проверяется в установленном статьей 161 АПК РФ порядке посредством заявления о фальсификации доказательств.

Заявления о фальсификации доказательств – расписки от 3123.01.2014, содержащей соответствующие подписи, финансовым управляющим в ходе производства по делу в суде первой инстанции сделано не было, следовательно, указанная расписка подлежат оценке наравне с иными доказательствами по делу.

О фальсификации указанной расписки финансовым управляющим не заявлялось, в силу чего указанная расписка обоснованно принята судом во внимание в качестве достоверного доказательства по настоящему делу.

По условиям предварительного договора от 14.01.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5, в отношении спорных объектов недвижимости, стороны договорились, что фактическая стоимость данных объектов составляет 16 000 000 руб.

Согласно пунктам 2, 3 предварительного договора ФИО4 имеет намерение продать указанные дом и земельный участок ФИО5 В соответствии с этими намерениями ФИО4 обязуется перед ФИО5 до 25.01.2014 заключить договор купли-продажи дома и земельного участка.

В соответствии с пунктом 4 указанного договора в день подписания настоящего предварительного договора ФИО5 обязуется перечислить денежную сумму в размере 6 000 000 руб. на счет ФИО4 по указанным реквизитам, в качестве аванса в счет причитающихся с нее платежей по предстоящему договору купли- продажи дома и земельного участка в обеспечение исполнения указанного договора.

В день заключения предварительного договора купли-продажи с ФИО4 (14.01.2014) ФИО5 были сняты денежные средства со счета № 423068…..2195, открытого в ПАО «Сбербанк России» в размере 7 000 000 руб. (том 23 л.д. 56-58).

В день заключения основного договора купли-продажи от 23.01.2014 Щепелиной Н.И. произведено снятие с тоже счета денежных средств в размере 1 500 000 руб., а также обналичено два сертификата ПАО «Сбербанк России» на сумму 2 000 033 руб. 97 коп. и 2 015 107 руб. 13 коп. для передачи денежных средств продавцу Михайловой С.Н. (том 23 л.д. 54)

ФИО4 пояснила в отзыве, что денежные средства по оспариваемому договору были ей получены от ФИО5 в размере 6 000 000 руб. 26.12.2011 и в размере 10 000 000 руб. 23.01.2014. При окончательном расчете расписка на сумму 6 000 000 руб. была уничтожена, составлена новая расписка на сумму 16 000 000 руб.

При этом указание должником на получение денежных средств в размере 6 000 000 руб. 26.12.2011, то есть за три года до предполагаемой даты заключения договора, очевидно, является опечаткой, поскольку указанные обстоятельства опровергаются представленными в материалы дела доказательствами. При этом экономической целесообразности передачи ответчиком должнику достаточно крупной суммы во исполнение договора, который фактически был заключен в 2014 году, не усматривается. Получение указанной суммы денежных средств должником также опровергается пояснениями ФИО5, с указанием на передачу первой части денежных средств в день заключения предварительного договора (23.01.2014) в присутствии сотрудников агентства недвижимости.

Так согласно ответу ИП ФИО10 от 03.04.2019 на запрос № 24 от 25.03.2019 ФИО4 обратилась в АН «Столица Сибири» ИП ФИО10 с целью продажи жилого дома и земельного участка по адресу: <...>. АН «Столица Сибири» ИП ФИО10 присутствовала при заключении сделки, при подписании договоров и при расчетах (том 23 л.д.76).

Иного из материалов дела не следует, финансовым управляющим не доказано.

В настоящем случае финансовым управляющим также не доказано наличие заинтересованности или аффилированности ФИО5, ФИО7 по отношению к ФИО4, в том числе посредством родственных связей.

Напротив, согласно пояснениям ФИО5 ни на момент приобретения недвижимого имущества, ни до указанного момента ответчик не была знакома с ФИО4, поскольку дом с земельным участком приобретались через агентство.

Факт наличия финансовой возможности ФИО5 для совершения спорной сделки подтверждается следующими доказательствами.

На момент заключения сделки с Михайловой С.Н. она состояла в браке с Щепелиным Яковом Игнатьевичем (далее – Щепелин Я.И.), брак зарегистрирован 09.07.1982, прекращен 09.06.2016.

Супруг ФИО5 ФИО11 на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи (январь 2014 года) занимал должность заместителя директора ОАО «Тюменская домостроительная компания» и являлся владельцем 12.5 % обыкновенных именных акций ОАО «Тюменская домостроительная компания», получал дивиденды от акций.

В материалы дела представлены пояснения ОАО «Тюменская домостроительная компания» от 01.03.2019 о выплате ФИО11 дивидендов по акциям ОАО «ТДСК», согласно приложенным платежным поручениям (от 16.05.2014 № 4667 на сумм 9 250 000 руб., № 4668 на сумму 4 688 834 руб.).

Согласно пояснениям ФИО5, спорный объект недвижимости был приобретен на совместно нажитые с супругом ФИО11 денежные средства.

23.01.2014 (день совершения оспариваемой сделки) супруги Щ-ны заключили брачный договор 72 АА 0672328, которым установили правовой режим имущества, приобретенного супругами в период брака, а также в случае расторжения брака (том 16 л.д. 100-103).

Согласно пункту 1.2. брачного договора, правовой режим имущества, установленный настоящим договором, распространяется как на уже нажитое имущество, так и на имущество, которое будет нажито в будущем.

В силу пункта 2.3. брачного договора, все движимое и недвижимое имущество признаются в период брака и в случае его расторжения единоличной собственностью того из супругов, на имя которого оно будет приобретено.

Супруг ФИО5 ФИО11 на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи (январь 2014 года) занимал должность заместителя директора ОАО «Тюменская домостроительная компания» и являлся владельцем 12.5 % обыкновенных именных акций ОАО «Тюменская домостроительная компания», получал дивиденды от акций.

Как следует из представленных в материалы дела справок по форме 2 НДФЛ, доходы ФИО11 составили (том 23 л.д.24-30):

за 2011 год - 12 021 582 руб.; за 2012 год - 17 074 550 руб.; за 2013 год - 13 782 279 руб.

Из содержания брачного договора от 23.01.2014 следует наличие восьми объектов движимого и недвижимого имущества, зарегистрированных на имя Щепелиной Н.И.

Учитывая, что финансовым управляющим в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие об осведомленности ФИО5 о наличии у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о доказанности факта наличия финансовой возможности ФИО5 для совершения оспариваемой сделки. Доказательств обратного не представлено.

Довод о нарушении принципа повышенных стандартов доказывания в рамках обособленных споров в делах о несостоятельности, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным в силу того, что в материалы дела представлены и судом первой инстанции исследованы достаточные для разрешения данного обособленного спора доказательства.

Кроме того, согласно письменным пояснениям ФИО4, денежные средства, полученные от ФИО5, были израсходованы ей следующим образом:

- были погашены кредитные обязательства должника по кредитному договору <***> от 14.03.2013, заключенному с ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК»;

- были погашены обязательства по договору ипотеки от 22.12.2013, заключенному с ООО «Директ»,

- на личные нужны.

Указанные обстоятельства не опровергаются финансовым управляющим, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Кроме того, ФИО5 представлены документы, подтверждающие фактическое владение ФИО5, а впоследствии ФИО7 спорным жилым домом и земельным участком:

1. договор энергоснабжения № 030021910 от 01.10.2014 между ОАО «Тюменская энергосбытовая компания» и ФИО5 на подачу электрической энергии в жилой дом в <...>;

2. акт разграничения границ балансовой принадлежности и разграничения эксплуатационной ответственности сторон от 28.08.2014 между ОАО «Тюменьэнерго» и ФИО5 в отношении электроустановок в <...>;

3. инструкция для индивидуального владельца электроустановок ФИО5 в <...> (ТП-817);

4. договор № 18059349 от 13.01.2015 г. между Щепелиной Н.И и ОАО « Газпром газораспределение Север» в доме п. Московский, ул. Восточная, 38, с приложением копии счета на оплату от 25.04.2015 № 3168;

5. договор поставки природного газа 18059349 от 25.03.2016 между ООО «Газпром межрегионгаз Север» и ФИО7 о поставке газа на объект: <...>;

6. договор на техническое обслуживание и ремонт внутридомового газового оборудования от 25.03.2016 между ООО «Газпром межрегионгаз Север» и ФИО7 с приложением;

7. договор № 156 централизованной охраны личного имущества от 24.03.2014, заключенного между ФИО5 и ООО Н(ЧОП) «Сова-Сервис» в отношениии помещения в <...>;

8. копии квитанций об оплате ООО НЧОП «Сова-Сервис»;

9. договор на поставку и установку оборудования № 396 от 30.04.2015 между ООО «Земля каминов» и ФИО5 о поставке и монтаже оборудования на объекте : <...>;

10. копия «Исполнительно-технической документации» на объекте Реконструкция системы газоснабжения жилого дома по адресу: <...>, заказчик ФИО5, выполненной ООО «СтройГазТрубопровод» 2014 год, включая копию договора от 15.10.2014 между ФИО5 и ООО «СтройГазТрубопровод» на выполнение услуг по строительному контролю по адресу : <...>;

11. копия Проектной документации на объекте Реконструкция системы газоснабжения жилого дома по адресу: <...>, заказчик ФИО5, выполненной ООО «СтройГазТрубопровод» 2014 год;

12. справка ИП Соболевской от 03.04.2019 АН «Столица Сибири» по заключению договора купли-продажи в <...>.

Таким образом суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности финансовым управляющим факта отсутствия оплаты по договору купли-продажи от 23.01.2014, наличия неравноценного встречного исполнения и, как следствие, того, что в результате заключения оспариваемого договора причинен вред имущественным правам кредиторов.

Недоказанность указанных обстоятельств препятствует признанию оспариваемого договора недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции также учитывает, что в материалы настоящего обособленного спора не представлено никаких доказательств фактической либо юридической аффилированности должника и покупателя его имущества, что дает основания полагать, что лицо, приобретающее квартиру для личного проживания, у незнакомого лица разумно и добросовестно уклонятся от заключения притворной (в части условия о цене) сделки, отразив в тексте договора ее реальные условия и надлежащим образом исполнив обязательства по оплате.

Основания считать оспариваемый договор подлежащим признанию недействительным на основании статьи 170 ГК РФ, как прикрывающий иной договор купли-продажи имущества по более низкой цене у суда апелляционной инстанции отсутствуют, поскольку ФИО5 представила допустимые и достоверные доказательства оплаты по договору в согласованном размере, а именно 16 000 000 руб.

Оснований предположить мнимый характер спорного договора также не имеется.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства

устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, ссылаясь на мнимость заключенного между ФИО4 и ФИО5 договора купли-продажи от 23.01.2014, финансовый управляющим указывает на отсутствие в материалах дела доказательства факт предоставления ответчиком должнику денежных средств в общей сумме 16 0000 000 руб. во исполнение указанного договора, наличия у ФИО5 финансовой возможности исполнить сделку в вышеуказанной сумме и расходования должником полученных от ответчика денежных средств.

Между тем, несоответствие действительной воли сторон оспариваемого договора купли-продажи от 23.01.2014 волеизъявлению сторон оспариваемой сделки подателем жалобы не обосновано и судом апелляционной инстанции из материалов настоящего обособленного спора не усматривается, с учетом представленной в материалы дела совокупности доказательств.

Оснований полагать, что действия ФИО5 по подписанию договора купли-продажи с ФИО12 в 2014 году осуществлялось в целях создания искусственной задолженности и фактически денежные средства по договору должнику не передавались, подателем жалобы не представлено.

В материалах дела также отсутствуют доказательства совершения сторонами оспариваемой сделки формального документооборота, для целей сохранения контроля ФИО4 над спорным объектом недвижимости, поскольку, как уже ранее отмечалось судом, ФИО4 и ФИО9 осуществляли деятельность по купле-продаже земельных участков и строительству жилых домов (анализ судебных актов, размещенных в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» по настоящему делу о банкротстве ФИО4 № а70-17467/2017, свидетельствует о большом количестве договоров купли-продажи, заключенном должником в период с 2011 по 2015 годы, совершение которых ранее оспаривалось управляющим), покупатель по оспариваемой сделке является добросовестным приобретателем, поэтому оснований для признания договора купли-продажи от 23.01.2014 мнимой сделкой у суда первой инстанции не имелось.

Совокупность изложенного свидетельствует о недоказанности наличия оснований для вывода о мнимости вышеуказанного договора купли-продажи от 23.01.2014 в рамках настоящего обособленного спора.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

По смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли- продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом (Определение Верховного Суда РФ от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

В настоящем случае при наличии доказательств фактического владения и пользования приобретенным имуществом, несения бремени содержания жилого помещения, не усматривается отсутствие у указанных лиц фактической воли на приобретение прав собственности в отношении спорного объекта.

Поскольку финансовый управляющий не доказал недобросовестного поведения со стороны должника и ФИО5, оснований для признания оспариваемой цепочки сделок (от ФИО4 к ФИО5 и впоследствии от ФИО5 к ФИО7), совершенными с намерением причинить вред должнику, то есть со злоупотреблением правом, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела,

имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта соблюден баланс процессуальных прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, а также в полной мере исследованы и объективно оценены имеющиеся в деле доказательства в соответствии с положениями статей 65 и 71 АПК РФ.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 25 июня 2019 года по делу № А70-17467/2017 (судья Пронина Е.В.) оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10126/2019) финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий С.А. Бодункова

Судьи О.В. Зорина

М.В. Смольникова