Решение от 15 июня 2022 г. по делу № А55-22317/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846-2) 226-55-25



РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело №

А55-22317/2020
15 июня 2022 года
г.Самара



Резолютивная часть объявлена 07 июня 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 15 июня 2022 года


Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Лукина А.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коровина Н.В.,

рассмотрев 07.06.2025 в судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство"

к ФИО1

о взыскании 3 718 520 рублей

и по встречному иску ФИО1

к Обществу с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство"

о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898.28 руб.

при участии в заседании представителей:

от истца – ФИО2, доверенность от 23.06.2021

от ответчика - ФИО3, доверенность от 30.09.2020

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к ФИО1 (далее - ответчик) о взыскании 3 869 145 руб. 90 коп., в том числе 3 718 520 руб. убытков и 150 625 руб. 90 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 21.10.2020 суд принял к производству для рассмотрения совместно с первоначальным иском встречное исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» о взыскании действительной стоимости доли в размере 438 500 руб.

Впоследствии ответчик уточнил размер встречного искового заявления увеличив его до 1 066 898,28 рублей. Суд принял уточнение в порядке ст.49 АПК РФ.

Также и истец дважды просил принять дополнение к исковому заявлению, увеличивающее сумму исковых требований на 14 842 200 руб., и взыскать с ответчика в пользу истца убытки в общем размере 19 453 377,72 руб., из них (частью второго уточнения случит первое уточнение от 05.11.2020):

2 076 000 руб., в том числе 723 255,44 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017 и 1 352 744,56 руб. в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью,

1 642 520 руб. убытка общества в размере недостачи основных средств, находящихся на балансе,

165 145,72 руб. по договору №011216/1391/2 от 07.12.2016,

35 512 руб.по договору № 536 от 29.10.2015,

300 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «Стелс»;

392 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «Волгатрансторг»;

1 416 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «Стандарт»;

5 761 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «БРИЗ»;

1 392 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «БРИФ»;

4 599 000 руб. по бездокументарному перечислению денежных средств ООО «СЭМ»;

1 174 200 недополученная выгоды от продажи автомобиля по договору купли-продажи автомобиля от 06.04.2018,

500 000 руб. неполученная прибыль от продажи автомобиля по договору купли-продажи автомобиля от 06.04.2018,

Взыскать с ответчика в пользу истца 150 625,90 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

Суд отказал в принятии уточнения исковых требований, поскольку частично они дублировали уже находящиеся в рассмотрении требования, в остальной части в нарушении ст.49 АПК РФ, истец изменял и предмет и основания иска, фактически подан новый иск, требующий оценки новых оснований, изучения новых доказательств, при том, что к этому времени (повторное уточнение) дело в производстве суда, без учета приостановлений производства по делу находилось более полутора лет.

Суд признал к рассмотрению первоначально заявленные требования, разъяснил представителю истца его право заявить не принятые судом уточнения отдельным иском.

Впоследствии истец уточнил требования, заявив, что требование о взыскании с ответчика в пользу истца 150 625,90 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ, истец не поддерживает.

Суд принял уточнение в порядке ст.49 АПК РФ.

Таким образом, суд рассматривает требования:

- истца о взыскании 3 718 520 рублей, в том числе:

2 076 000 руб., в том числе 723 255,44 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017 и 1 352 744,56 руб. в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью,

1 642 520 руб. убытка общества в размере недостачи основных средств, находящихся на балансе,

а также 155 000,00 рублей судебных издержек;

- ответчика (встречные) о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898,28 рублей, а также 111 920,00 рублей судебных издержек.

В процессе рассмотрения дела была проведена судебная автотехническая экспертиза, которая поручалась эксперту Общества с ограниченной ответственностью «Констант-Левел» ФИО4; экспертное заключение №43/к-21 от 24.02.2021 было приобщено к материалам дела. На время проведения экспертизы производство по делу приостанавливалось.

В судебном заседании 24.07.2021 истцом по первоначальному иску обществом с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» было сделано заявление о фальсификации доказательства - представленного ФИО1 заказа-наряда №№АЦ00002347 от 12.09.2017, свидетельствующего о неисправности автомобиля Lexus NX 200, гос. рег. знак У256УС163 (т. 3 л.д. 45). В целях проверки заявления о фальсификации доказательства истцом по первоначальному иску заявлено ходатайство о проведении экспертизы давности составления документа (т.3 л.д. 32).

Определением суда от 23.07.2021 производство по делу приостановлено ввиду назначения судебной технической экспертизы документов в целях проверки заявления истца о фальсификации заказа-наряда №АЦ00002347 от 12.09.2017, приобщенного в материалах дела в качестве доказательства.

Проведение экспертизы поручено ФИО5, эксперту ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований». Производство по делу №А55-22317/2020 приостановлено до получения судом экспертного заключения.

От ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» поступило экспертное заключение № 687.

Суд протокольным определением от 10.02.2022 возобновил производство по делу № А55-22317/2020.

В судебное заседание от истца поступило ходатайство о выделении в отдельное производство встречного искового требования ответчика. Ходатайство было подано в виду еще и подачи уточнения иска значительно увеличивающее первоначальное исковое требование. Ходатайство было мотивировано тем, что по встречному иску необходимо проведение судебной экспертизы, уточненные требования также требуют дополнительных исследований, и при этом, итоговое решение по уточненным требованиям может повлиять на точность определения доли, из чего представитель истца делал вывод о возможной последующей необходимости приостановки производства и по выделенному встречному иску до решения суда по требованию истца к ответчику о взыскании с ответчика убытка.

Ответчик возражал, ответчик указывал, что определение размера убытка, даже если суд его установит, никоим образом не влияет на оценку действительной стоимости доли. Правда при этом, ответчик заявил и настаивал на проведении судебной экспертизы по оценке доли, что безусловно, при том, что фактически по первоначальным требованиям к моменту заявления ходатайства о проведении данной экспертизы (2022 год), вся доказательная база по первоначальному требования была фактически собрана и исследована, при чем с проведением двух судебных экспертиз, явно вела к затягиванию рассмотрению готового к вынесению Решения первоначального требования.

В этой связи рассматривает ходатайства о проведении экспертизы и выделении требования в отдельное производство в одной связке.

Суд считает необходимым в удовлетворении обоих ходатайств отказать, по следующим основаниям.

Как указывалось выше, вся доказательная база по первоначальному требования собрана и исследована, требование готово к принятию Решения, помимо формального нарушения ст.49 АПК РФ (одновременное изменение предмета и основания иска), данное обстоятельство повлияло на принятие решения судом об отказе в принятии уточнений по первоначальному иску, поскольку это самым значительным образом влияло бы на увеличение сроков производства по делу, и к эффективному правосудию не вело.

При этом, размер действительной доли ответчика, установлен внесудебным исследованием проведенным по заказу ответчика и представленного суду. Расчет доли осуществляется на основании документов бухгалтерского учета. Никаких новых документов бухгалтерского учета, которые не были учтены внесудебным исследованием, суду не представлено. Сам по себе расчет, истец под сомнение не ставит. Его не принятие размеров заявленной доли сводится исключительно к тому, что при исследовании вопроса о причинении ответчиком убытков истцу, может быть установлена изменение активов истца. Суд критически относится к данному доводу. Претензии истца к ответчику сводятся к тому, что ответчик, будучи исполнительным органом истца, допускал отчуждение активов истца по заниженным ценам, допустил недостачу имущества, но говорить о том, что ответчик сознательно искажал бухгалтерскую отчетность, нет оснований. Тем более, что все требования, включая и уточненные, не принятые судом, истец как раз и основывает на бухгалтерской отчетности истца. Таким образом, говорить о том, что рассмотрение вопросов о взыскании от ответчика убытка, как либо повлияет на определение действительной доли стоимости, нет оснований.

При этом, ходатайство о проведении судебной экспертизы стоимости доли подал именно ответчик. Суд просил пояснить, представителя ответчика, какие вопросы и претензии есть у ответчика к внесудебному исследованию, которое проведено как раз по заказу ответчика, и им и представлено в материалы дела. Представитель ответчика пояснил, что никаких, он согласен с результатами исследования, но желает дополнительно подкрепить их еще и судебной экспертизой. Суд усматривает, что в таковом поведении ответчика имеется и элемент злоупотребления процессуальными правами, - назначение и проведение экспертизы, результат который по мнению лица подавшего соответствующее ходатайства и так приведет к уже имеющемуся результату, заведомо затянет общий срок производства по делу, при том, что ответчик активно возражает против выделения встречного требования в отдельное производство.

В этой, связи суд не усматривает необходимости в назначении экспертизы по оценке доли.

Согласно п.3 ст. 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд первой инстанции вправе выделить одно или несколько соединенных требований в отдельное производство, если признает раздельное рассмотрение требований соответствующим целям эффективного правосудия. В данном случае выделение требования в отдельное производство целям эффективного правосудия отвечать не будет.

Суд усматривает необходимым отказать в удовлетворении ходатайств.

Стороны надлежащим образом были извещены о начавшемся судебном процессе с их участием, что подтверждается почтовыми уведомлениями о направлении сторонам судебной корреспонденции по адресам государственной регистрации сторон. Стороны получили судебную корреспонденцию, представили письменные позиции по делу.

Как следует из материалов дела, Протоколом №1 от 14.03.2014 года, зафиксировано принятия решения о создании юридического лица - ООО «ЭкоПродукт Производство», что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации от 17.04.2014г. № 63 005953121, выданным ИФНС по Советскому району г. Самары.

В соответствии с указанным Протоколом, участниками общества на момент создания являлись ФИО6 - доля в уставном капитале 50%, и ответчик - ФИО1 с аналогичной долей, равной 50% уставного капитала общества. В соответствии с указанным Протоколом №1 директором общества был назначен ответчик - ФИО1.

16.04.2019 ответчик направил в адрес истца нотариально заверенное заявление о выходе из состава участников общества (получено 19.04.2019).

Как указал истец, единственный участник общества ФИО6, оставшийся на тот момент, Решением №1 от 17.04.2020г. освободил ответчика от занимаемой должности и возложил обязанности директора на себя. Таким образом, начиная от создания общества и до 17.04.2020 года ответчик являлся единоличным исполнительным органом общества.

После этого, стороны произвели прием-передачу документации общества по актам приема-передачи от 07.07.2020г. и 29.07.2020г. По окончании приема-передачи документов, по мнению истца, было обнаружено, что документация общества была передана ответчиком не в полном объеме, отсутствовали некоторые учредительные и финансовые документы. Кроме того, была проведена инвентаризация имущества, находящегося на балансе общества, по результатам которой также выявилась недостача.

Согласно договора купли-продажи № ОВ/Ф-13575-01-01-С-01 от 20.07.2015г., договора лизинга № ОВ/Ф-13575-01-01 от 20.07.2015г., акта о приеме-передаче объекта основных средств № 11671Л-В от 24.07.2015г., общество приобрело в собственность автомобиль LEXUS (VIN <***>).

Согласно договора купли-продажи автотранспортного средства от 08 сентября 2017г., данный автомобиль был продан обществом в собственность ответчика ФИО1 Однако, денежные средства за автомобиль ответчиком на расчетный счет перечислены не были, что подтверждается выпиской по лицевому счету, и не отрицается ответчиком.

Ответчик, являясь директором общества, совершил сделку, в которой имелась его заинтересованность как единоличного исполнительного органа общества, поскольку ответчик зарегистрировал автомобиль на свое имя в отсутствии встречного предоставления, и действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами общества.

Согласно договора купли-продажи № ОВ/Ф-13575-01-01-С-01 от 20.07.2015г., автомобиль был приобретен по цене 2 027 000 рублей. Согласно акта о приеме-передаче объекта основных средств № 11671Л-В от 24.07.2015г., автомобиль был принят на баланс по стоимости, равной 2 367 018,16 рублей. А согласно договора купли-продажи от 08.09.2017г., по которому общество передало в собственность ответчику автомобиль, его цена составила всего 723 255,44 рублей.

На основании изложенного, истец делает вывод, что имеет место факте отчуждения имущества по заниженной цене, свидетельствующем о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях для общества, что повлекло за собой дальнейшее причинение убытков обществу.

В данной части истец оценивает убыток в 2 076 000 руб., в том числе 723 255,44 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017 – невыплаченной стоимостью автомобиля по договору купли-продажи, и 1 352 744,56 руб. в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью.

Помимо этого, Согласно инвентарных карточек № БП0000005, № БП0000007 от 06.08.2020г., на балансе общества в качестве основных средств имеется следующее имущество:

- фасовочный автомат М6-АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью 714 000,00 руб. без учета НДС, приобретенный обществом на основании договора купли-продажи № 5П1400409У от 14.05.2014г., счета № 201401692 от 16.05.2014г., товарной накладной № 1793 от 04.07.2014г.

- машина ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 стоимостью 597 881,36 руб. без учета НДС, принтер термотрансферный Ro-Coder-F03 стоимостью 77 542,37 руб. без учета НДС, приобретенные по договору купли-продажи оборудования № 105 от 18.11.2014г., счету № 105 от 18.11.2014г.

Товарную накладную на данное оборудование ответчик не передал, однако оборудование было оплачено по договору и принято на баланс общества, учтено налоговым органом при сдаче отчетности и вычету НДС, что подтверждается Налоговой декларацией за 2017 год, книгой покупок, квитанцией о приеме налоговой декларации в электронном виде и извещением о вводе сведений налоговой декларации. Из анализа указанных документов следует, что факт поставки и оплаты оборудования подтвержден, иначе декларация бы не была принята налоговым органом, и в вычете НДС обществу было бы отказано.

После проведения инвентаризации согласно приказа № 1 от 06.08.2020г., обнаружилась недостача указанных основных средств, что подтверждается инвентаризационной описью №1 от 06.08.2020г. и сличительной ведомостью №1 от 06.08.2020г., всего на сумму 1 389 423,73 рублей без учета НДС.

Таким образом, ответчик причинил убыток обществу по данному факту в сумме 1 642 520 рублей, в т.ч. НДС.

Стоит отметить, что данная позиция, первоначально фигурировало в исковом заявлении. Впоследствии, не меняя предмета требований, истец изменил основание требования. Истец считает, что изначально, никакое имущество не приобреталось, не монтировалось, не устанавливалось, а существовало только на бумаге. При этом, отрицая сам по себе факта наличия имущества, истец требование к ответчику в данной части поддержал.

Ответчик иск не признал.

Относительно автомобиля, ответчик указал, что 14.09.2017 между Обществом и ФИО1 заключен договор купли-продажи автотранспортного средства – автомобиля Lexus NX200 2015 года выпуск, в соответствии с условиями которого Общество, как продавец, обязалась передать указанный автомобиль в собственность ответчика, как покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить стоимость автомобиля, указанного в п. 1 настоящего договора.

Стоимость приобретаемого автомобиля составила 723 255 руб. 44 коп., оплата должна была быть произведена путем внесения денежных средств в кассу продавца.

20.08.2019 между обществом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи автотранспортного средства от 14.09.2017, в соответствии с п. 2 которого был установлен следующий график выплаты денежных средств в размере 723 255 руб. 44 коп. за приобретенное по договору автомобиля: 10.04.2021 г. - 21 000 рублей, 10.05.2021 г. - 21 000 рублей, 10.06.2021 г. - 21 000 рублей, 10.07.2021 г. - 21 000 рублей, 10.08.2021 г. - 21 000 рублей, 10.09.2021 г. - 21 000 рублей, 10.10.2021 г. - 21 000 рублей, 10.11.2021 г. - 21 000 рублей, 10.12.2021 г. - 21 000 рублей, 10.01.2022 г. – 21 000 рублей, 10.02. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.03. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.04. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.05. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.06. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.07. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.08. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.09. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.10. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.11.2022 г. - 21 000 рублей, 10.12.2022 г. - 21 000 рублей, 10.01.2023 г. – 21 000 рублей, 10.02.2023 г. - 21 000 рублей, 10.03.2023 г. - 21 000 рублей, 10.04.2023 г. – 21 000 рублей, 10.05.2023 г. - 21 000 рублей, 10.06.2023 г. - 21 000 рублей, 10.07.2023 г. – 21 000 рублей, 10.08.2023 г. - 21 000 рублей, 10.09.2023 г. - 21 000 рублей, 10.10.2023 г. – 21 000 рублей, 10.11.2023 г. - 21 000 рублей, 10.12.2023 г. - 21 000 рублей, 10.01.2024 г. – 21 000 рублей, 10.02.2024 г.- 9 255 руб.44 коп. Дополнительное соглашение от обеих сторон подписано ФИО1.

Ответчик добросовестно исполнял взятые на себя по договору обязательства, и выплачивал стоимость автомобиля в соответствии с предусмотренным договором графиком.

При этом, отсутствие денежных переводов в адрес истца ответчик не отрицает, ответчик указывает, что направлял в зачет погашения стоимости автомобиля, встречное обязательство истца к ответчику о выплате действительной доли.

Относительно заниженной стоимости автомобиля.

Автомобиль попал в ДТП, при этом, ДТП не оформлялось, но автомобиль подвергся серьезному ремонту, что подтверждается - Заказ-нарядом №АЦ00002347 от 12.09.2017, вследствие чего рыночная стоимость серьезно снизилась, и достигла 723 255 руб. 44 коп., что подтверждается представленным ответчиком актом оценки от 14.10.2020.

Таким образом, по мнению ответчика, стоимость автомобиля при его отчуждении была рыночной, убытка истцу ответчик не допустил.

Относительно недостачи.

Истец представил суду большой пакет документов подтверждающих оплату заявленного истцом в недостачу оборудования, его поставку, указал место установки оборудования, представил договор аренды помещения, в котором со слов представителя ответчика было размещено оборудование. Представил судебный акт, которым исследовался вопрос поставки продукции, которая как раз и изготавливалась на спорном оборудовании. Таким образом, по мнению ответчика, оборудование было приобретено, эксплуатировалось истцом.

Истец ссылается на акт инвентаризации, но ответчика на инвентаризацию никто не вызывал, на момент ухода ответчика с поста директора истца, оборудование было на месте, более того, находилось в помещении которое принадлежит нынешнему директору и единственному участнику истца (бралось истцом в аренду). Никаких допустимых доказательств того, что ответчик допустил недостачу не представлено.

Рассмотрев иск, суд считает необходимым его удовлетворить частично.

Для проверки доводов истца, о заниженной стоимости по которой автомобиль Lexus NX200 2015, был отчужден ответчиком из владения истца, суд назначил судебную автотехническую экспертизу.

Суд поручил проведение экспертизы ФИО4, эксперту Общества с ограниченной ответственностью «Констант-Левел».

На разрешение эксперта суд поставил следующий вопросы:

Определить рыночную стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 (г-н У256УС163) по состоянию на 14.09.2017 с учетом имеющихся повреждений автомобиля, а также без учета имеющихся повреждений автомобиля беря за условие обычную эксплуатацию автомобиля.

Экспертное заключение представлено суду, эксперт ответил на поставленный перед ним вопрос. Согласно ответа эксперта.

Рыночная стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 (г-н У256УС163) по состоянию на 14.09.2017

с учетом наличия повреждений автомобиля составляет 805 852,57 рубля,

без учета повреждений автомобиля – 1 507 056,25 рублей.

Ответчик признал выводы эксперта обоснованными, истец нет, истец просил назначить повторную экспертизу по оценке автомобиля.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной оценки автомобиля, по следующим основаниям.

Возражения истца сводились к субъективному несогласию с выводами эксперта.

По мнению суда, представленное в дело заключение судебного эксперта, соответствует требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, противоречий не содержат.

Исходя из рекомендаций, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

В соответствии со ст. 8 ФЗ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. В силу положений ст. 16 указанного Закона, эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

В заключении, должны быть отражены объекты исследований, содержание и результаты исследований (п. 6, 7 ст. 86 АПК), оценка результатов исследований, выводы и их обоснование (п. 8 ст. 86 АПК РФ).

Представленное Заключение судебного эксперта содержит сведения об эксперте, описание объекта исследования, методы оценки объектов, является полным, ясным, содержит выводы и их обоснование в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и соответствует ст. 82, 83, 86 АПК РФ.

Также экспертом давалась подписка о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Доказательств, свидетельствующих о некомпетентности эксперта не имеется, отсутствуют основания для отвода экспертов по основаниям, указанным в АПК РФ, заключение эксперта соответствует требованиям, предъявляемым законом, также не имеется оснований для непринятия экспертного заключения в качестве надлежащего доказательства, наряду с иными доказательствами, имеющимися в деле.

При этом, оценивая уменьшение стоимости автомобиля из за наличия повреждений, в качестве информации о имеющихся повреждениях, эксперт основывался на Заказ-наряде №АЦ00002347 от 12.09.2017 предоставленном ответчиком, который подтверждал наличие на автомобиле повреждений заявленных к устранению.

Суд не может не обратить внимание, что исследование от 14.10.2020 по оценке стоимости автомобиля, на котором ответчик основывает свою позицию, о том, что рыночная стоимость отчужденного автомобиля соответствовало его стоимости продажи, также базировалось на данном Заказ-наряде.

Заказ наряд в оригинале был представлен суду.

В отношении данного доказательства от истца поступило заявление о фальсификации.

Ответчик, после поступившего заявления отказалось исключить данные доказательства из доказательной базы по делу.

Истец для проверки заявления о фальсификации просил назначить судебную экспертизу по проверке давности изготовления указанных доказательств.

Суд удовлетворил ходатайство, суд назначил судебную техническую экспертизу документов.

Суд поручил проведение экспертизы ФИО5, эксперту ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований».

На разрешение эксперта суд поставил следующие вопросы:

1. Соответствует ли дата изготовления документа Заказ-наряда №АЦ00002347 от 12.09.2017 дате указанной в этом документе – 12.09.2017?

Если не соответствует определить наиболее вероятное время изготовления данного документа.

2. Имеются ли признаки искусственного старения документа?

Экспертиза проведена, экспертное заключение представлено суду.

Согласно ответу эксперта.

1. Фактическое время, в том числе дата, выполнения Заказ-наряда №АЦ00002347 не соответствует указанной в документе дате 12.09.2017, в виду того, что данный документ в представленном на исследование виде выполнен не ранее августа 2019 года.

2. Заказ – наряд №АЦ00002347 от 12.09.2017 имеет признаки агрессивного светового воздействия, наиболее выраженные на втором листе документа.

Истец признал выводы эксперта обоснованными, ответчик заявил возражения по выводам эксперта.

По мнению суда, представленное в дело заключение судебного эксперта, соответствует требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, противоречий не содержат.

Исходя из рекомендаций, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

В соответствии со ст. 8 ФЗ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. В силу положений ст. 16 указанного Закона, эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

В заключении, должны быть отражены объекты исследований, содержание и результаты исследований (п. 6, 7 ст. 86 АПК), оценка результатов исследований, выводы и их обоснование (п. 8 ст. 86 АПК РФ).

Представленное Заключение судебного эксперта содержит сведения об эксперте, описание объекта исследования, методы оценки объектов, является полным, ясным, содержит выводы и их обоснование в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и соответствует ст. 82, 83, 86 АПК РФ.

Также экспертом давалась подписка о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Доказательств, свидетельствующих о некомпетентности эксперта не имеется, отсутствуют основания для отвода экспертов по основаниям, указанным в АПК РФ, заключение эксперта соответствует требованиям, предъявляемым законом, также не имеется оснований для непринятия экспертного заключения в качестве надлежащего доказательства, наряду с иными доказательствами, имеющимися в деле.

Таким образом, проведенная по заявлению о фальсификации доказательства проверка показала, что представленный суду экземпляр заказ-наряда не мог быть изготовлен ранее 2019 года.

На запрос представителя ответчика, организация от лица которой выдан заказ-наряд, письмом от 08.12.2020 указала, что сведений о составлении заказ-наряда и внесении денег ответчиком не имеет, поскольку истек срок хранения по состоянию на декабрь 2020 года, документов от 2017 года (т.2 л.д.42).

Ответчик заявляет, что ДТП произошло в 2017 году. При этом, указывает, что ДТП не оформлялось. Ответ из ГИБДД от 23.11.2020, на запрос суда, подтверждает отсутствие информации в ГИБДД об участии рассматриваемого автомобиля в ДТП.

С учетом позиции эксперта, что заказ-наряд не мог быть оформлен ранее 2019 года, отсутствия сведений от организации которая должна была провести ремонт (за истечением срока хранения жокументов), в совокупности с отсутствием доказательств того, что с автомобилем вообще имели место ДТП, суд критически относится к доводу ответчика, что в 2017 году имело место ДТП, повлекшее ухудшение качественных характеристик автомобиля.

Оценку стоимости автомобиля соответствующую стоимости прописанной в договоре купли-продажи автомобиля заключенного между истцом и ответчиком, эксперты давали с учетом повреждений которые могли быть причинены автомобилю в ходе ДТП в 2017 году, однако достоверных доказательств того, что повреждения были причинены автомобилю суду не представлено.

В ходе оценочной экспертизы, эксперт дал оценку о стоимости автомобиля без учета повреждений - 1 507 056,25 рублей.

Суд считает данную оценку стоимости автомобиля наиболее вероятной стоимостью автомобиля на момент его продажи.

Согласно ст. 53.1. ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ единоличный исполнительный орган общества - генеральный директор должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, так как он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

На основании ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно, несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Согласно ч. 5. ст. 44 вышеуказанного закона, с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом вправе обратиться в суд общество или его участник.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Пленум N 62) разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В данном случае, как обоснованно указал истец, ответчик заключает договор фактически сам с собой, прописывая в договоре условия заведомо невыгодные истцу, с фактической отсрочкой со своей стороны от оплаты более чем на шесть лет, и при этом, оплаты за приобретенное имущество истец фактически не получил.

Решением по делу А55-24198/2021, дополнительное соглашение кдоговору купли-продажи автотранспортного средства от 14.09.2017, в соответствии с п. 2 которого был установлен следующий график выплаты денежных средств в размере 723 255 руб. 44 коп. за приобретенное по договору автомобиля, признано недействительным.

При этом, суд отметил, в отношении дополнительного соглашения, что покупателю автотранспортного средства Lexus NX200 2015 года выпуска, фактически предоставлена отсрочка уплаты стоимости приобретаемого имущества на 4 (четыре) года, а по истечении четырех лет отсрочки – предоставлена рассрочка платежа на 3 (три) года без начисления процентов. Такие условия заключения сделки существенно отличаются от рыночных, что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности ее заключения, поскольку результат заключения сделки – получение денежных средств с продажи автомобиля Обществом не достигнут.

Он не достигнут до сих пор и в отношении основного договора, цена автомобиля занижена в договоре в два раза.

Сделка по купле-продаже автомобиля, незаинтересованным участником общества не согласовывалась и в последующем не одобрялась, доказательств обратного в материалы дела непредставлено.

Судом усматривается наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а именно отчуждение у истца автотранспортного средства, на заведомо невыгодных для истца условиях, без фактического получения за него соразмерной платы.

Суд признает причинение ответчиком истцу своими действиями ущерба, в размере стоимости автомобиля - 1 507 056,25 рублей.

Относительно довода ответчика, что частично стоимость автомобиля предусмотренного договором, в соответствии с графиком погашения предусмотренным отмененным дополнительным соглашением была погашена ответчиком.

В соответствии с представленными суду уведомлениями, в количестве 14 штук, на сумму 294 000,00 рублей, ответчик заявлял о зачете стоимости автомобиля в счет встречного требования ответчика – о выплате действительной стоимости доли. То есть, ответчик направляет в счет оплаты автомобиля, часть требования которое ответчик заявляет по встречному иску.

Непосредственно на сумму ущерба это не влияет, она составляет 1 507 056,26 рублей. Суд по встречному иску, как будет указано ниже, взыскивает с истца полную стоимость доли ответчика, и по итогам рассмотрения проводит зачет взысканных требований. То есть по итогу судебного разбирательства, в счет погашения причиненного истцу ответчиком ущерба, будет зачтена полностью стоимость доли ответчика.

На основании изложенного первоначальный исковые требования в части взыскания 1 507 056,26 рублей убытка подлежат удовлетворению.

В остальной части иска суд оснований для его удовлетворения не находит.

Первоначально истец ссылался на наличие недостачи фасовочного автомата М6-АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью 714 000,00 руб., машины ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 стоимостью 597 881,36 руб. без учета НДС, принтера термотрансферный Ro-Coder-F03 стоимостью 77 542,37 руб. без учета НДС.

В подтверждение недостачи истец ссылался исключительно на инвентаризационную описью №1 от 06.08.2020г. и сличительную ведомостью №1 от 06.08.2020г., которые оформлены по результатам проведения инвентаризации.

При этом, представители истца затруднялись сообщить а где проводилась инвентаризация, поскольку непосредственно в описи и ведомости место ее проведения не обозначено.

Впоследствии истец изменил позицию заявив, что оборудование изначально отсутствовало, а проведение его по бухгалтерскому учету было мнимым.

Суд относительно позиции истца считает следующее.

Истец не представил суду данных по оплате оборудования, что совместно с доводом истца о мнимом отражении его по бухгалтерскому учету, указывает на отсутствие ущерба, поскольку не понеся расходы по мнимому имуществу, истец и убытков не получил, мнимое, по мнению истца отражение имущества на счетах бухгалтерского учета может говорить только об нарушениях в учете, и не более того.

Однако, несмотря на достаточную выгодность для ответчика позиции истца относительно мнимости отражения оборудования по учету истца, ответчик настаивает, что оборудование приобреталось, монтировалось и ставилось на учет.

Свою позицию ответчик подтверждает документально – договором купли-продажи, выписками с расчетного счета, инвентарными карточками. Решением по делу А55-2751/2018, подтвержден выпуск продукции истцом, которую истец не мог бы произвести без заявленного оборудования.

Также ответчик указал, что оборудование размещалось по конкретному адресу указанному ответчиком. По данному адресу на нежилое помещение общей площадью 189,4 кв.м., истец 01.01.2017 заключил договор аренды 7/17, и ООО «Торренс», руководителем которого является нынешний руководитель истца. Договор заключался как раз для размещения спорного оборудования. Как указывает представитель ответчика, на момент увольнения ответчика, оно там и находилось.

Как указывалось выше, инвентаризационные описи и ведомости место проведения инвентаризации не обозначает.

В соответствии с положением пункта 1.3. приказа Минфина РФ от 13.06.1995 №49 инвентаризация имущества производится по месту его нахождения.

Доказательств того, что инвентаризация проводилась по месту заявленного ответчиком местонахождения имущества, суду не представлено.

В соответствии с положением пункта 2.8. приказа Минфина РФ от 13.06.1995 №49 проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц.

Как указал ответчик, ФИО1, который являлся материально ответственным лицом, в нарушение положения пункта 2.8. вышеуказанного приказа,: о проверке фактического наличия имущества не извещался и к участию в данной проверке не приглашался.

Истец пытался опровергнуть данный довод.

Истец представил суду Уведомление №5 о проведении инвентаризации и копию почтового уведомления с росписью ответчика что он получил данное почтовое уведомление.

Ответчик оспорил получение уведомления, представил суду заключение специалиста, в котором сделан вывод, что подпись ответчика на Почтовом отправлении заказного письма Почты России, которым истец подтверждал получение ответчиком Уведомления №5 выполнена не ответчиком.

Суд затребовал с истца оригинал почтового уведомления, для проверки довода ответчика, но истец оригинал уведомления содержащего подпись ответчика в получении не представил.

В соответствии с п.6 ст.71 АПК РФ, Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Оригинал уведомления содержащий подпись ответчика суду не представлен, при том, что ответчик отрицает подписание данного документа, и ставит под сомнение подлинность приобщенной истцом в материалы дела копии данного документа.

Суд не находит подтвержденным получение ответчиком извещения о проведении инвентаризации имущества истца.

На основании изложенного вопреки доводам истца, суд приходит к выводу, что заявленное имущество приобреталось, монтировалось, ставилось на учет, в период, когда истцом руководил ответчик. Никаких допустимых доказательств того, что истец установил и надлежащим образом зафиксировал недостачу данного имущества суду не представлено.

Суд не усматривает в данной части оснований для удовлетворения иска.

При подаче иска истец госпошлину не оплатил. Исходя из цены поддержанного истцом иска размер госпошлины составляет 41 593,00 рубля.

В соответствии со ст.110 АПК РФ, госпошлина подлежит распределению между сторонами пропорционально размеру удовлетворенного требования, со взысканием ее в доход федерального бюджета.

На ответчика относится 16 856,97 рублей (41 593,00 * 1 507 056,26 / 3 718 520,00), на истца оставшаяся часть – 24 736,03 рублей (41 593,00 – 16 856,97).

Истец также заявил о взыскании судебных издержек по делу.

Расходы на оплату услуг представителя 50 000,00 рублей, что подтверждается Договором об оказании юридических услуг от 04.08.2020 заключенный истцом с ФИО7, представлявшей интересы истца в деле, на начальном этап дела, оплата по договору произведена по расписке от 17.08.2022.

Расходы на оплату услуг представителя 100 000,00 рублей, что подтверждается Соглашением об оказании юридических услуг №1 от 22.06.2021 заключенный истцом с ФИО2, представлявшим интересы истца в деле, на завершающем этапе дела, оплата по договору произведена по акту приема – передач денежных средств от 17.08.2022.

Ответчик возражает против данных расходов считает их завышенными и неразумными.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные издержки, связанные с рассмотрением дела, входят в состав судебных расходов.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 №454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» отмечено, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В соответствии с Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» (пункт 3) суд вправе, оценив размер требуемой суммы к возмещению судебных расходов и установив, что она явно превышает разумные пределы, вправе удовлетворить данное требование частично.

Истец возражал против удовлетворения требования считая заявленные расходы завышенными и неразумными.

Суд исходя из сложности дела (дело представляло определенную сложность, рассматривалось длительное время, требовало серьезной юридической квалификации), объема заявленных требований, цены иска, объема оказанных представителем услуг, количества проведенных судебных заседаний, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, считает заявленные расходы документально подтвержденными, обоснованными и разумными в пределах 90 000,00 рублей.

Также истец просил взыскать судебные издержки в виде досудебного исследования по оценке спорного автомобиля в размере 5 000,00 рублей.

Издержки подтверждаются Договором от 31.07.2020, квитанцией об оплате от 03.08.2020. Исследование представлено суду.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21_01_2016 N 1, перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Суд считает относящимися к судебным издержкам расходы истца в размере 5 000,00 рублей.

В соответствии с п.24 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21_01_2016 N 1, в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

В данном случае требования истца удовлетворены частично в полном объеме, при наличии в рассмотрении встречного иска.

Суд считает возможным отнести на ответчика судебные издержки истца пропорционально размеру удовлетворенного требования 38 501,97 рублей ((90 000,00 + 5 000,00) * 1 507 056,26 / 3 718 520,00).

При этом, по делу проводилась судебная оценочная экспертиза. При ее назначении суд определил размер вознаграждения эксперта 12 000,00 рублей. В соответствии со ст.106 АПК РФ, расходы по оплате услуг эксперта подлежат отнесению на судебные издержки.

Экспертиза полностью соотносится и назначена по первоначальному иску.

Расходы по оплате услуг эксперта взял на себя ответчик, перечислив денежные средства на депозитный счет суда.

Соответственно на истца относятся судебный издержки ответчика пропорционально размеру удовлетворенного требования – 7 136,59 рублей (12 000,00 – 12 000,00 * 1 507 056,26 / 3 718 520,00).


По встречному иску.

Как указывалось выше, с момента основания общества его участником был ответчик, с долей участия 50%, что соотествует 1/2 номинальной стоимости доли в уставном капитале общества.

16.04.2019 истцу ответчиком было направлено нотариально удостоверенное заявление о выходе из состава участников ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» (получено обществом 19.04.2019).

В соответствии с положением пункта 1 статьи 26 Федерального закона РФ от 08.02.1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества.

В соответствии с положением пункта 6.1. статьи 23 Федерального закона РФ от 08.02.1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости. Общество обязано выплатить участнику действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

В соответствии с пунктом 7.12. Устава ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» в случае выхода участника из Общества его доля переходит к Обществу с даты получения Обществом заявления участника о выходе из Общества. Общество обязано в течение 6 (шести) месяцев выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из Общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости.

Однако, несмотря на истечение установленного пунктом 7.12. Устава ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» срока, действительная стоимость доли в уставном капитале ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» не выплачена, ответчику до настоящего времени, что не отрицается истцом.

В соответствии с положением пункта 2 статьи 14 Федерального закона РФ от 08.02.1998 года N 14-ФЗ действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что выплата участнику действительной стоимости его доли осуществляется обществом за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером уставного капитала.

Согласно положению пункта 4 Приказа Минфина России от 28.08.2014 N 84н (ред. от 21.02.2018) "Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов" стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации.

Заявления о выходе из состава участников ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» получило в апреле 2019 года, следовательно, размер действительной стоимости доли в связи с выходом из общества должен быть определен исходя из бухгалтерской отчетности общества за 2018 год.

Согласно экспертного заключения №22/К-41 действительная рыночная стоимость доли ответчика по состоянию на 2018 год составляет 1 066 898,28 рублей.

Возражения истца свелись к тому, что истец вменяет ответчику причинение ущерба, и по мнению истца, до определения реального ущерба причиненного ответчиком истцу, невозможно определить рыночную стоимость доли ответчика.

Суд не находит возражения обоснованными.

Расчет доли осуществляется на основании документов бухгалтерского учета. Никаких новых документов бухгалтерского учета, которые не были учтены внесудебным исследованием, суду не представлено. Претензии истца к ответчику сводятся к тому, что ответчик, будучи исполнительного органа истца допускал отчуждение активов истца по заниженным ценам, допустил недостачу имущества, но говорить о том, что ответчик сознательно искажал бухгалтерскую отчетность, нет оснований. Тем более, что все требования, включая и уточненные, не принятые судом, истец как раз и основывает на бухгалтерской отчетности истца. Таким образом, говорить о том, что рассмотрение вопросов о взыскании от ответчика убытка, как либо повлияет на определение действительной доли стоимости, нет оснований.

Согласно п. 2 статьи 14 ФЗ РФ "Об обществах с ограниченной ответственностью" действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли.

Пунктом 3 Раздела 7 устава общества установлено, что стоимость доли определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период предшествующей подачи заявления.

Абзацами 1 и 3 подпункта "в" пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 г. N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" установлено, что общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, размер которой определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого подано указанное заявление. Исходя из пункта 2 статьи 14 Закона действительная стоимость доли участника должна соответствовать части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной обществом на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе, заключения проведенной по делу экспертизы.

В данном случае, именно выходящий участник провел внесудебное исследование, и подтверждает его точность, непосредственно по расчетам доли от истца возражений не поступило.

Суд считает требование ответчика по встречному иску обоснованным.

Ответчик при подаче встречного иска оплатил госпошлину в размере 11 770,00 рублей.

Расходы по оплате госпошлины в полном объеме подлежат отнесению на истца как на проигравшую сторону по встречному иску.

Также ответчик просил отнести на истца свои судебные издержки по оплате услуг представителя в размере 70 000,00 рублей. Истец возражал, считая данные расходы завышенными и неразумными.

Как указывалось выше, в соответствии с п.24 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21_01_2016 N 1, в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

Соответственно судебные издержки ответчика по расходам на оплату услуг представителя возмещаются исходя из результата встречного иска, он удовлетворен в полном объеме.

При этом, суд вправе, оценив размер требуемой суммы к возмещению судебных расходов и установив, что она явно превышает разумные пределы, вправе удовлетворить данное требование частично.

Суд исходя из сложности встречного иска, которое явно уступала первоначальному, объема заявленных требований, цены иска, объема оказанных представителем услуг, количества проведенных судебных заседаний, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, считает заявленные расходы документально подтвержденными, обоснованными и разумными в пределах 30 000,00 рублей.

Итого, на истца относятся судебные расходы ответчика в размере 41 770,00 рублей (11 770,00 + 30 000,00).

Помимо этого, ответчик при подаче встречного иска, с учетом его увеличения госпошлину не доплатил. Исходя из цены иска, размер госпошлины составляет 23 669,00 рублей. Размер недоплаченной ответчиком госпошлины – 11 899,00 рублей подлежит отнесению на истца со взысканием ее в доход федерального бюджета.

Итого на истца подлежит отнесению госпошлина со взысканием ее в доход бюджета в общем размере 36 635,03 рублей (24 736,03 + 11 899,00).


Кроме того, по делу проведена судебная техническая экспертиза документа. Экспертизу проводило ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», суд при назначении экспертизы установил размер вознаграждения эксперта 50 000,00 рублей.

Ни одна из сторон расходы по оплате данной экспертизы не понесла.

При этом, в соответствии с п. 22 Постановление Пленума ВАС РФ от 04_04_2014 N 23, в этом случае экспертиза проводится, если экспертное учреждение письменно подтвердило согласие что оплата экспертизы в таком случае будет производиться в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 110 Кодекса.

В соответствии с ч.6 ст.110 АПК РФ, неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Экспертная организация такое согласие дала (представлено в материалы дела).

В этой связи оплат эксперта на проведение эксперты распределяется между сторонами пропорционально размеру удовлетворенного первоначального требования (с учетом того, что экспертиза полностью соотноситься именно с первоначальным требованием), со взысканием оплаты в пользу экспертного учреждения, на ответчика – 20 264,19 рубля (50 000,00 * 1 507 056,26 / 3 718 520,00), истца относиться в оставшейся части – 29 735,81 рублей (50 000,00 – 20 264,19).


В соответствии с п.5 ст.170 АПК РФ, при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

В соответствии с п.23 Постановления пленума ВС РФ №1 от 21.01.2016, суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных.

Суд считает необходимым произвести зачет всех взысканных со сторон сумм по первоначальному и встречному искам.


Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайств о выделении требований в отдельное производство, о проведении судебной экспертизы по оценке доли отказать.

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 1 507 056,26 рублей убытков, а также 38 501,97 рубля судебных расходов.

В удовлетворении остальной части заявленного требования отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ФИО1 7 136,59 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Встречные исковые требования ФИО1 удовлетворить в полном объеме, заявление о взыскании судебных расходов частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ФИО1 1 066 898,28 рублей основного долга, а также 41 770,00 рублей судебных расходов.

В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных расходов отказать.

Путем зачета взысканных со сторон сумм по первоначальному и встречному искам:

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 429 753,36 рубля.


По распределению денежных сумм в пользу экспертного учреждения и бюджета.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» 29 735,81 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» 20 264,19 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в доход федерального бюджета госпошлину в размере 36 635,03 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета госпошлину в размере 16 856,97 рублей.


Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара, с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.



Судья Лукин А.Г.