Постановление от 23 июля 2024 г. по делу № А45-38185/2022

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А45-38185/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 июля 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Иванова О.А.,

судей Сбитнева А.Ю.,

Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дубаковой А.А с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Наримова Бахрома Шерметовича (№07АП-1744/2023 (4)) на определение от 14.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-38185/2022 (судья Калюжная О. И.) по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, принятое по заявлению Наримова Бахрома Шерметовича об отстранении финансового управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Ассоциация арбитражных управляющих «Орион», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области, акционерного общества «Д2 Страхование».

В судебном заседании приняли участие:

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 04.06.2024);

иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение



УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.05.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

27.02.2024 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление Наримова Бахрома Шерметовича об отстранении финансового управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о (несостоятельности) банкротстве ФИО1.

Определением от 14.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области суд производство по заявлению Наримова Бахрома Шерметовича прекратил.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 14.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-38185/2022 отменить; направить обособленный спор для рассмотрения по существу.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что препятствием к назначению ФИО2 являлась ее взаимозависимость с единственным кредитором – ФИО5 Суд обязан рассмотреть вопрос об отстранении конкурсного управляющего в связи с наличием обстоятельств, указанных абзацем 4 пункта 1 статья 145 Закона о банкротстве, независимо от источника получения информации об этих обстоятельствах, в том числе по собственной инициативе. При рассмотрении заявления об отстранении управляющего в связи с его заинтересованностью по отношению к иным участникам дела о банкротстве в предмет доказывания не входит факт нарушения прав лица, обратившегося с заявлением.

До судебного заседания от финансового управляющего ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу. Просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержала доводы отзыва.

Откладывая рассмотрение апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции предлагал представить в материалы дела документально обоснованные пояснения по существу спора, в том числе:

ФИО4 Бахрому Шерметовичу представить доказательства наличия у него статуса в деле о банкротстве ФИО1 как лица участвующего в деле о банкротстве; обосновать материально-правовой интерес в подаче заявления об отстранении финансового управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о (несостоятельности) банкротстве ФИО1; представить доказательства того, что ФИО2 не может исполнять обязанности финансового управляющего в деле о (несостоятельности) банкротстве ФИО1, в том числе доказательства заинтересованности финансового управляющего по отношению к должнику или его кредиторам.

От Наримова Бахрома Шерметовича поступили письменные пояснения, в которых указывает, что в рамках настоящего дела о банкротстве рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки, заключенной между ФИО4 и Должником, по мотиву ее неравноценности (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве) назначено на 15.07.2024. В то же, время в случае признания сделки недействительной, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве, п. 27 Постановления №63). Следовательно, у ФИО4 имеется юридически значимый интерес в том, чтобы арбитражный управляющий являлся независимым от кредиторов и самого должника. У ФИО4 имеются разумные подозрения в независимости арбитражного управляющего ФИО2 от заявителя по делу ФИО5

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержала ранее изложенную позицию. Указала, что ФИО4 является участником обособленного спора по оспариванию сделки. Доводы о том, что ФИО4 может стать кредитором должника основаны на предположении с учетом оснований оспаривания сделки.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Арбитражный суд первой инстанции, рассмотрев спор, счел, что доказательств, неопровержимо свидетельствующих о том, что финансовым управляющим при осуществлении процедуры банкротства должника допущены существенные нарушения, повлекшие причинение вреда имущественным правам кредиторов и должника, требующих применения мер судебного пресечения, материалы дела не содержат.

Также в деле отсутствуют доказательства того, что ФИО6, ФИО7 входят в штат юристов арбитражного управляющего или имеют возможности иным образом влиять на решения, принимаемые ФИО2 по настоящему делу.

Представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим или его кредиторами.

Наличие статуса представителя и осуществление профессиональной деятельности свидетельствует о возможности представлять интересы значительного числа лиц одновременно. Факт выдачи доверенности не свидетельствует о наличии заинтересованности и наличии оснований для отстранения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей.

Суд сделал вывод о том, что ФИО4, являясь участником конкретного обособленного спора по заявлению о признании сделки недействительной, не наделен правами лица, участвующего в деле о банкротстве, в том числе и правом на обращение с заявлением об отстранении финансового управляющего.

Апелляционный суд исходит из следующего, в соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 №1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует,

что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 №309-ЭС15-13978 по делу №А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Суд апелляционной инстанции считает применимой в данном случае правовую позицию, основанную на положениях части 1 статьи 4 АПК РФ.

Как предъявление иска, так и обращение с апелляционной либо кассационной жалобой должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов заинтересованного лица.

В пункте 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

По смыслу названной нормы, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов заинтересованных лиц. При этом лицо, обратившееся за защитой права или интереса, должно доказать, что его право или интерес, действительно, нарушены противоправным поведением ответчика, а также доказать, что выбранный способ защиты нарушенного права приведёт к его восстановлению.

Апелляционный суд исходит из того, что ФИО4 является участником обособленного спора по заявлению о признании сделки недействительной.

Заявителем не представлено доказательств наличия у него иного статуса в деле о банкротстве ФИО1

Заявителем не обоснован материально-правовой интерес в подаче заявления об отстранении финансового управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о (несостоятельности) банкротстве ФИО1, доводы о том, что по результатам оспаривания сделки ФИО4 может стать кредитором должника, основаны на предположении с учетом оснований оспаривания сделки.

Таким образом, ФИО4 не доказал, в чем заключается нарушение его прав.

Более того, апеллянтом не представлено надлежащих доказательств того, что ФИО2 не может исполнять обязанности финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, в том числе доказательств заинтересованности финансового управляющего по отношению к должнику или его кредиторам.

Отстранение финансового управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина осуществляется по правилам пункта 5 статьи 83 и пункта 12 статьи 213.9 Закона о банкротстве на основании решения собрания кредиторов в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на управляющего обязанностей в деле о банкротстве; в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение управляющим возложенных на него обязанностей в делео банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам; в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица управляющим, в том числе в случае возникновения таких обстоятельств после утверждения лица управляющим.

Отстранение допускается в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами, приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости (пункт 56 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35).

В соответствии с пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», при рассмотрении ходатайств лиц, участвующих в деле, об отстранении конкурсного управляющего должно быть установлено, повлекло либо могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам.

Доказательств, неопровержимо свидетельствующих о том, что финансовым управляющим при осуществлении процедуры банкротства должника допущены существенные нарушения, повлекшие причинение вреда имущественным правам кредиторов и должника, требующих применения мер судебного пресечения, материалы дела не содержат.

Заявитель усматривает общий имущественный интерес финансового управляющего и заявителя по делу, направленный на взыскание задолженности с должника, установленной судебным актом Красносельского районного суда, положенного в основание требований ФИО5.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Как следует из разъяснений, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В силу пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Отстранение арбитражного управляющего является исключительной мерой, должно быть направлено на защиту интересов должника и кредиторов и применяться только тогда, когда очевидна его заинтересованность и неспособность к надлежащему ведению процедур банкротства.

Ключевым условием для отстранения арбитражного управляющего в случае выявления заинтересованности является наличие фактов нарушения со стороны арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов, недобросовестности арбитражного управляющего, а также наличие действий арбитражного управляющего в ущерб интересам должника и кредиторов, негативных последствий, вытекающих из заинтересованности арбитражного управляющего.

Приведенные в обоснование заявления доводы сводятся к наличию аффилированности финансового управляющего и заявителя, через представителей ФИО6, ФИО7

Между тем, сложившаяся судебная практика сформировала подход, согласно которому установление заинтересованности через представителя не допускается и не признается судом по смыслу статей 19, 20.2 Закона о банкротстве.

Так, институт представительства, в том числе и судебного, является лишь инструментом для осуществления гражданских прав и обязанностей, и не подменяет собой понятий заинтересованности и не свидетельствует о наличии безусловного контроля со стороны доверителя и поверенного.

Положения Закона о банкротстве не содержат запрет на представительство разных лиц. Само по себе представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим или его кредиторами. Участие одних и тех же представителей от должника, управляющего и кредиторов не свидетельствует о заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к должнику и кредиторам и не противоречат закону.

Статус арбитражного управляющего, как профессионального субъекта, занимающегося, по сути, экономической деятельностью предполагает неизбежность вступления в многочисленные деловые отношения с множеством субъектов оборота, в том числе с профессиональными представителями.

В рассматриваемом случае в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО6, ФИО7 входят в штат юристов арбитражного управляющего или имеют возможности иным образом влиять на решения, принимаемые ФИО2 по настоящему делу.

Представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим или его кредиторами.

Выдача доверенности на представление интересов в суде обуславливается, как правило, наличием у специалиста знаний и опыта работы в процедурах банкротства,а не аффилированностью с кредиторами или иными лицами.

Представители действуют не в собственном интересе, а от имени и в интересах доверителя, собственной материально-правовой заинтересованности не имеют, следовательно, представление интересов по доверенности в данном случае не может трактоваться как основание заинтересованности между представителем и доверителем или заинтересованности между лицами, являющимися доверителями одного представителя.

Наличие статуса представителя и осуществление профессиональной деятельности свидетельствует о возможности представлять интересы значительного числа лиц одновременно. Факт выдачи доверенности не свидетельствует о наличии заинтересованности и наличии оснований для отстранения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей.

То обстоятельство, что интересы арбитражного управляющего и конкурсного кредитора представляли ФИО6, ФИО7 не свидетельствует о заинтересованности финансового управляющего, и что он не исполняет свои обязанности независимо и беспристрастно.

Таким образом, в отсутствие доказательств, подтверждающих наличие аффилированности (заинтересованности) между заявителем по делу и финансовым управляющим, а также того, что финансовый управляющий действует исключительно в интересах заявителя, в ущерб интересам иных лиц, отсутствуют основания для отстранения финансового управляющего.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Приведенные заявителем жалобы доводы не опровергают выводы суда, основанные на установленных по делу обстоятельствах и исследованных доказательствах, и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение от 14.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-38185/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Наримова Бахрома Шерметовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий О.А. Иванов


Судьи А.Ю.Сбитнев


Н.Н. Фролова