Постановление от 30 марта 2025 г. по делу № А76-5471/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-1499/2025
г. Челябинск
31 марта 2025 года
Дело № А76-5471/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 марта 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Поздняковой Е.А., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола помощником судьи Мызниковой А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Урал» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2024 по делу № А76-5471/2023 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В судебное заседание явился финансовый управляющий имуществом должника Шмидта А.А. - ФИО1 (паспорт).


Определением от 27.02.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, должник).

Определением от 03.05.2023 в отношении должника введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 10807, ИНН <***>, адрес для корреспонденции: 454091, г. Челябинск, а/я 13368).

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в официальном издании – газете «Коммерсантъ» № 83 (7528) от 13.05.2023.

Решением от 04.03.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства – реализации имущества гражданина опубликовано в официальном издании – газете «Коммерсантъ» № 46 (7736) от 16.03.2024.

Финансовый управляющий должника ФИО1 (далее – заявитель) 10.11.2023 обратился в Арбитражный суд Челябинской области заявлением, в котором просит:

1.      Признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Урал» (далее – ответчик, ООО «ГК «Урал», податель жалобы), оформленных: платежным поручением № 156 от 30.11.2020 на сумму 3 000 000 руб., платежным поручением № 80 от 16.11.2021 на сумму 3 000 000 руб.

2.      Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Урал» в конкурсную массу индивидуального предпринимателя ФИО2 денежных средств в размере 6 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2024 заявление удовлетворено в полном объеме, применены последствия недействительности сделок.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «ГК «Урал» обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить,  апелляционную жалобу удовлетворить, принять новый судебный акт, ссылаясь на реальность хозяйственных отношений между сторонами, оказание услуг ответчиком должнику, что подтверждается счет-фактурами.

Кроме того, ответчик намеревался предоставить доказательства аренды железнодорожных путей в спорный период, на которых осуществлялась подготовка вагонов, а именно договора оказания услуг с ООО «Бакалея» от 09.08.2018, в связи с чем просил об отложении заседания для предоставления дополнительных доказательств, однако суд необоснованно отказал в отложении судебного заседании. 

Всего по договору на подготовку грузовых вагонов для перевозки грузов № Т-408/18 от 29.04.2018 ИП ФИО2 оказал ООО «УРАЛ-ТРЕЙД» услуг на общую сумму 8 786 285,40 рублей, а ООО «УРАЛ-ТРЕЙД» произвело оплат на общую сумму 13 861 385,96 рублей. Разница между оплаченными и оказанными услугами на общую сумму 5 011 000,00 рублей, была зачтена Актами взаимозачета от 31 марта 2021 года и от 30 июня 2022 года. Указанные зачеты были произведены в связи со следующими обстоятельствами: по состоянию на 31 марта 2021 года, задолженность ИП Ш.А.АБ. перед ООО «УРАЛ-Трейд» по договору № Т-408/18 от 29.04.2018 составляла 2 564 000 рублей. Задолженность образовалась ввиду превышения суммы уплаченных авансов над стоимостью оказанных услуг по очистке вагонов.

Суд не привел законно обоснованных оснований для того, чтобы считать, что вышеуказанные взаимозачеты встречных требований не имели место в реальности, кроме того, что такие сведения отсутствуют в книге покупок и продаж.

Кроме того, по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 у ответчика возникла задолженность перед должником ввиду превышения суммы аванса над стоимостью фактически оказанных услуг по междугородней транспортной перевозке. Задолженность ИП ФИО2 по договору № Т-408/18 от 29.04.2018 в размере 2 564 000 рублей была погашена встречным зачетом задолженности ООО «УРАЛ-ТРЕЙД» по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 года сумму 2 564 000 рублей по Акту взаимозачета от 31 марта 2021 года.

По состоянию на 30.06.2022 года, задолженность ИП ФИО2 перед ООО «УРАЛ-ТРЕЙД» по договору Т-408/18 составляла 2397725,56 рублей. Частично данная задолженность была погашена посредством зачета встречных требований от 30 июня 2022 года на сумму 2 447 000 рублей, посредством подписания Акта взаимозачета № 3 от 30.06.2022 года.

Согласно подписанному Акту взаимозачета № 3 от 30 июня 2022 года, Задолженность ООО «ГК «УРАЛ» перед ИП ФИО2 по договору Т-2411/20 от 24.11.2020 года составляла 2 447 000 рублей. Задолженность ИП ФИО2 перед ООО «ГК «УРАЛ» по договору Т-480/18 от 29.04.2018 года составляла 2447000 рублей. Взаимозачет произведен на сумму 2 447 000 рублей.

По состоянию на дату рассмотрения дела по договору № Т408/18 на 21.10.2024 задолженность ИП ФИО2 в пользу ООО «ГК «УРАЛ» составляет 64 100,56 руб. Ввиду незначительности суммы, ответчиком было принято решение не предпринимать мер по взысканию данной задолженности с должника.

Хозяйственные отношения между сторонами также связаны с осуществлением грузовых автоперевозок. Так, в 2020 году ООО «ГК УРАЛ» и ИП ФИО2 заключили договор на оказание транспортных услуг Т-2411/20 от 24.11.2020, в котором ИП ФИО2 выступал в качестве «Заказчика», а ООО «ГК УРАЛ» в качестве «Перевозчика». Согласно пункту 1.2 Договора на оказание транспортных услуг Т-2411/20 Перевозчик обязуется произвести своевременную доставку переданного отправителем груза, а Заказчик принимал на себя обязанности оплатить перевозку. Исполняя указанный договор ООО «ГК «УРАЛ» оказало ИП ФИО2 услуг на общую сумму 1 689 000 рублей, а ИП ФИО2 оплатил услуги по данному договору на общую сумму 6 700 000 рублей. Ранее должником предоставлялись УПД, подтверждающие оказание услуг на указанную сумму.

Судом на основании ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказано в приобщении к делу приложенных к апелляционной жалобе дополнительных доказательств, поскольку невозможность представления части документов в суд первой инстанции подателем апелляционной жалобы обоснована не была; выписка из ЕГРЮЛ находится в общедоступном доступе в сети «Интернет».

В удовлетворении ходатайства апеллянта об отложении слушания в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств, отказано, поскольку указанная причина не является уважительной для отложения судебного разбирательства (ч. 3 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Кроме того, у ответчика было достаточно времени для представления в суд первой инстанции дополнительных доказательств, учитывая длительность рассмотрения настоящего спора, что свидетельствует о намеренном затягивании рассмотрения дела со стороны ответчика.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании финансовый управляющий должника возражал против доводов апелляционной жалобы, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.


Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, в результате анализа выписок по движению денежных средств на счетах должника финансовым управляющим должника выявлено следующее:

-  24.11.2020 индивидуальному предпринимателю ФИО2 был выдан кредит по кредитному договору <***> от 24.11.2020 в размере 3 000 000 руб. Вся сумма была зачислена на расчетный счет должника № 40802810372000022027, открытый в публичном акционерном обществе «Сбербанк России»;

-  платежным поручением № 156 от 30.11.2020 индивидуальным предпринимателем ФИО2 был осуществлен платеж в адрес общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Урал» (ИНН <***>) в размере 3 000 000 руб. В назначении платежа указано: «В том числе НДС 20 % - 500 000,00 руб.».

-  16.11.2021 индивидуальному предпринимателю ФИО2 был выдан кредит по кредитному договору <***> от 16.11.2021 в размере 3 000 000 руб. Вся сумма была зачислена на расчетный счет должника № 40802810372000022027, открытый в публичном акционерном обществе «Сбербанк России»;

-  платежным поручением № 80 от 16.11.2021 индивидуальным предпринимателем ФИО2 был осуществлен платеж в адрес общества «Группа компаний «Урал» (ИНН <***>) в размере 3 000 000 руб. В назначении платежа указано: «Услуги грузового транспорта (межгород) В том числе НДС 20 % - 500 000,00 руб.».

Ссылаясь на то, что указанные переводы совершены должником в пределах срока, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, совершена без встречного имущественного предоставления (безвозмездно), в отсутствие документов – оснований перечисления денежных средств указанных в назначении платежей, при наличии признаков неплатежеспособности у должника и признаков заинтересованности лиц, с целью вывода из конкурсной массы активов должника, финансовый управляющий должника в суд с настоящим требованием.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии совокупности условий для признания сделки недействительной, установил заинтересованность ответчика по отношению к должнику, отсутствие встречного предоставления по сделке.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 9 постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее, чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цельпричинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Принимая во внимание, что оспариваемое перечисление денежных средств совершено в период с 30.11.2020 по 16.11.2020, в то время как дело о банкротстве должника возбуждено 27.02.2023, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что сделка совершена в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 6 постановления Пленума № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

На основании ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Установив, что спорные платежи совершены между заинтересованными лицами, безвозмездно, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что оспариваемые сделки совершены при наличии признаков неплатежеспособности, в целях причинения вреда правам и интересам кредиторов, так как повлекли за собой выбытие из конкурсной массы должника денежных средств, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности, поскольку имелась задолженность перед ПАО «Сбербанк России», в том числе по кредитным договорам <***> от 24.11.2020, <***> от 16.11.2021 в общем размере 5 656 438,63 руб., поскольку обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации) или кредитному договору (статья 819 Гражданского кодекса Российской Федерации), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в период совершения оспариваемых операций по перечислению денежных средств у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором, при этом должник прекратил исполнять свои денежные обязательства, вплоть до обращения кредитора с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) задолженность по указанным кредитным договорам должником не была погашена.

Таким образом, в период совершения оспариваемых сделок на стороне ИП Шмидта А.А. уже была сформирована задолженность, что свидетельствует о наличие у должника признаков неплатежеспособности.


Также, судом установлена заинтересованность ответчика по отношению к должнику на момент совершения оспариваемых сделок в соответствии с п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве.

Согласно архивным сведениям об истории нескольких организаций прослеживается заинтересованность между участниками обществ: ФИО2 и ФИО3.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц 30.06.2014 было создано общество с ограниченной ответственностью «РУСАГРО» (ИНН <***>), участниками общества на момент создания являлись ФИО2 (25%), ФИО3 (25%), ФИО4 (25%) и ФИО5 (25%).

ФИО2 вышел из состава участников 09.01.2019, с 27.05.2020 участником общества остался ФИО5 (10%), а также самим обществом было выкуплено 90% уставного капитала.

08.09.2016 было создано общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УРАЛ», единственным учредителем и генеральным директором которого до настоящего времени является ФИО3.

ФИО2 и ФИО3 являлись учредителями одного предприятия, которое прекратило свою деятельность и сейчас находится в стадии ликвидации по решению регистрирующего органа (решение № 6924 от 18.09.2023).

Заинтересованность, подтверждая презумпцию цели причинить вред, одновременно подтверждает и осведомленность – аффилированные лица обладают вместе той информацией в отношении условий и характеристик потенциальной сделки, которая обычному независимому участнику гражданского оборота недоступна.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное. Наличие признаков заинтересованности презюмирует осведомленность ответчика о цели причинения вреда кредиторам.

Таким образом, выводы суда о наличии признаков аффилированности сторон сделок являются верными.

Установив названные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что спорные платежи были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а ответчику о наличии указанной цели было известно.


В обоснование возмездности сделок ответчик указал, что ИП ФИО2 и общество «ГК «Урал» являются давними деловыми партнерами, которыми в разные периоды времени реализовывались различные бизнес-проекты.

Так, между обществом «Урал-Трейд» (ныне – общество «ГК «Урал», заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор на подготовку грузовых вагонов для перевозки грузов № Т-408/18 от 29.04.2018, согласно которому исполнитель принимает на себя обязательства, произвести за счет заказчика очистку, а при необходимости промывку железнодорожных вагонов от ранее перевозимого груза.

Согласно приложению № 1 к договору, очистка вагонов от остатков грузов и их промывка (универсальные специализированные) – составляет 10 406 руб.

На основании указанного договора за период с 2018 года по 2021 года должник ИП ФИО2 оказал обществу «ГК «Урал» услуг на сумму 7 954 143,40 руб.

Всего по договору на подготовку грузовых вагонов для перевозки грузов № Т-408/18 от 29.04.2018 ИП ФИО2 оказал обществу «ГК «Урал» услуг на общую сумму 8 786 285,40  руб., а общество «ГК «Урал»  произвело      оплат на общую сумму 13 861 385,96 руб. Разница между оплаченными  и оказанными  услугами на общую  сумму 5 011 000,00 руб. была зачтена Актами взаимозачета от 31.03.2021 и от 30.06.2022.

Однако как установлено арбитражным судом, согласно разделу 8 книги покупок и продаж общества ГК «Урал» в указанный период ИП ФИО2 не оказывал каких-либо услуг ответчику, такие сведения в книги покупок и продаж отсутствуют.

Единственной оказанной услугой ИП ФИО2 в адрес общества ГК «Урал» в указанный период времени является услуга на сумму 9 546,60 руб. от 04.05.2021.

В своем отзыве ответчик указывает, что услуги по договору № Т-408/18 от 29.04.2018 оказывались ИП ФИО2 лично, а также с привлечением наемных работников, в частности граждан ФИО6 и ФИО7, в подтверждение чего ответчиком представлены выписки из платежных ведомостей (форма Т-53 за период с 06.11.2018 по 30.12.2020), однако данные формы не содержат подписи лиц, поименованных в форме.

Кроме того, согласно документам представленными ФНС России установлено, что за период с 2018 года по 2021 год количество застрахованных лиц, работающих у ИП Шмидта А.А., составляло: 1 чел., то есть сам должник. Об иных лицах, застрахованных и получающих соответствующие выплаты у ИП Шмидта А.А., сведения отсутствуют.

Ведомости были представлены ответчиком, тогда как они являются внутренними документами должника. Пояснений, откуда у ответчика появились данные документы, представлено не было.

Также между ИП ФИО2 (заказчик) и обществом «Урал-Трейд» (ныне – общество «ГК «Урал», перевозчик) заключен договор на оказание транспортных услуг № Т-2411/20 от 24.11.2020, в соответствии с которым перевозчик обязуется произвести сохранную и своевременную доставку переданного ему отправителем груза и выдать его уполномоченному лицу (получателю), а заказчик обязуется уплатить за перевозку груза согласованную плату.

Согласно п. 6.1. Договора размер оплаты согласовывается сторонами в заявке.

Договором предусмотрена постоплата.

Исполняя указанный договор на оказание транспортных услуг № Т-2411/20 от 24.11.2020 общество «ГК «Урал» оказало ИП ФИО2 А.А. услуги на общую сумму 1 689 000 руб., а ИП ФИО2  оплатил услуги по данному договору на общую  сумму 6       700 000   руб.   Разница   между   оплаченными   и   оказанными услугами на общую сумму 5 011 000,00 руб. была зачтена Актами взаимозачета от 31.03.2021 и от 30.06.2022.

Услуги были оказаны ответчиком собственным автотранспортом.

В подтверждение оказания услуг на общую сумму 1 689 000 руб. в материалы обособленного спора представлены УПД за период с 11.01.2021 по 22.09.2021, путевые листы.

Однако арбитражным судом установлено, что согласно разделу 9 книги покупок и продаж общества ГК «Урал» в указанный период общество ГК «Урал» оказало ИП ФИО2 А.А услуги на сумму 1 253 000 руб., что на 436 000 руб. меньше, чем указано в отзывах должника и ответчика.

Также судом установлено, что из представленных в материалы обособленного спора путевых листов невозможно достоверно установить относимость указанных документов к правоотношениям сторон, невозможно установить, что услуги были оказаны именно должнику ИП ФИО2 А.А., при том, что общество «ГК «Урал» осуществляет предпринимательскую деятельность в области грузоперевозок.

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что в материалы представлены реальные документы (путевые листы), однако не имеющие отношение в сторонам спора.

ИП ФИО2 оплатил услуги по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 авансом (несмотря   на   то,   что   договором   предусмотрена   постоплата),   перечислив обществу «ГК «Урал» платежным поручением № 156 от 30.11.2020 денежные средства в размере 3 000 000 руб.

По состоянию на 31.03.2021 ответчик оказал должнику услуг на общую сумму 436 000 руб., задолженность общества «ГК «Урал» перед ИП ФИО2 составляла 2 564 000 руб.

Указанная задолженность была погашена зачетом задолженности общества «ГК «Урал» по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 в сумме 2 564 000 руб. по Акту взаимозачета от 31.03.2021.

Согласно указанному Акту задолженность общества «ГК «Урал» перед ИП ФИО2 по состоянию на 31.03.2021 по договору Т-2411/20 от 24.11.20 составила 2 564 000 руб., а задолженность ИП Шмидта А.А. перед обществом «ГК «Урал» по договору № Т-480 от 29.04.2018 по состоянию на 31.03.2021 составила 2 564 000 руб. Взаимозачет произведен на сумму 2 564 000 руб.

По состоянию на 29.09.2021 общество «ГК «Урал» оказало ИП ФИО2 А.А. по договору Т-2411/20 от 24.11.20 услуги на общую сумму 1 689 000 руб., в том числе неоплаченных услуг с учетом состоявшегося зачета на сумму 1 253 000 руб.

29.10.2021 ИП ФИО2 перечисляет платежным поручением № 2 от 28.10.2021 денежные средства в размере 700 000 руб., а платежным поручением № 80 от 16.11.2021 на сумму 3 000 000 руб.

Однако после октября 2021 года, работа по договору была прекращена по независящим от сторон причинам (резкое падение спроса на междугородние перевозки в связи с локдауном из-за пандемии коронавируса).

По состоянию на 30.06.2022 задолженность ответчика перед должником по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 составляла 2 447 000 руб. Данная задолженность была погашена посредством зачета встречных требований от 30.06.2022 на сумму 2 447 000 руб.

Согласно подписанному Акту взаимозачета № 3 от 30.06.2022 задолженность общества «ГК «Урал» перед ИП ФИО2 по договору Т-2411/20 от 24.11.2020 составляла 2 447 000 руб., задолженность ИП Шмидта А.А. перед обществом «ГК «Урал» по договору Т-480/18 от 29.04.2018 составляла 2 447 000 руб. Взаимозачет произведен на сумму 2 447 000 руб.

Таким образом, по мнению должника, оплачивая транспортные услуги по договору Т-2411/20 от 24.11.20 в сумме 6 000 000 руб., должник имел в тот же период задолженность перед ответчиком в размере 9 235 404,56 руб. по договору Т-408/18 от 29.04.2018. Указанная задолженность должника перед ответчиком была частично погашена посредством оказания услуг, частично посредством зачетом встречных требований.

Вместе с тем, как указывает финансовый управляющий должника, из анализа представленных ФНС России документов следует, что в указанные даты операции о совершенных взаимозачетах встречных обязательств должника и ответчика не отражены в книге продаж и покупок общества ГК «Урал».

Также между обществом «ГК «Урал» (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) был заключен договор аренды транспортного средства с экипажем № ГКУ-025/21 от 15.04.2021, по условиям которого арендодатель передает арендатору во временное владение и пользование транспортные средства с оказанием услуг по их управлению и его технической эксплуатации. Срок аренды с 15.04.2021 по 31.12.2021.

В соответствии с пунктом 7 Договора арендная плата уплачивается до 5 числа каждого текущего месяца.

При этом дополнительные соглашения, в соответствии с которыми определяется размер арендной платы в соответствии с пунктом 6 договора, в материалы обособленного спора не представлены.

Должник в отзыве указывает, что оплата по данном договору была осуществлена платежным поручением № 80 от 16.11.2021.

Однако в материалах обособленного спора отсутствуют сведения о том, что договор автотранспортных средств № ГКУ 025/21 от 15.04.2021    расторгнут или  считается  не заключенным. То есть по договору ИП ФИО2 оплатил ответчику переданную ему технику, в то же время, по заверениям ответчика договор фактически не исполнялся, вследствие чего, взаимных обязательств и претензий по данному договору у сторон не возникло.

Кроме того, из двух представленных договоров № Т-2411/20 от 24.11.2020 и № ГКУ-025/21 от 15.04.2021 следует, что с 15.04.2021 между сторонам был заключен новый договор. Таким образом, представленные УПД с транспортными услугами, совершенными после 15.04.2021, имеют отношении непосредственно к договору от 15.04.2021.

Таким образом, по договору № Т-2411/20 от 24.11.2020 оказаны транспортные услуги на сумму 533 000 руб. (15 поездок), при этом по договору в пользу общества «ГК «Урал» должником перечислено 3 000 000 руб.

По договору № ГКУ-025/21 от 15.04.2021 совершена перевозка на сумму 1 156 000 руб. (21 поездка), при этом по договору в пользу общества «ГК «Урал» должником перечислено также 3 000 000 руб.

По договору № ГКУ-025/21 от 15.04.2021 было передано в аренду 9 единиц транспортных средств, при этом в действительности каждое транспортное средство использовалось несколько раз либо не использовалось вовсе.

Также арбитражный суд отметил, что сторонами не раскрыта необходимость и экономическая целесообразность договора № ГКУ-025/21 от 15.04.2021, как и нераскрыт порядок ценообразования по договору.

При анализе выписки о движении денежных средств по расчетному счету ИИ Шмидта А.А., открытого в обществе «Сбербанк» усматривается, что всего за транспортные услуги ИП ФИО2 получил за период с 15.12.2020 по 10.12.2021 денежные средства в размере 2 422 908 руб., что явно указывает на отсутствие необходимости в заключении договора от 15.04.2021.

Также вызывает сомнение тот факт, что должником услуги ответчика оплачивались авансом.

Для выплаты аванса по договору Т-2411/20 от 24.11.2020 ответчику должник взял на себя кредитные обязательства. При этом, исходя из таблицы в отзыве ответчика, услуги по договору стали оказываться лишь в январе 2021 года (а в книге продаж указано только лишь 3 квартал 2021 года). Такие действия должника не соответствуют критериям разумности и осмотрительности, а также правилам делового оборота и условиям заключенного договора.

Таким образом, выплатив аванс по договору ИП ФИО2 не получал встречного исполнения по договору, как минимум, до 01.07.2021.

При этом якобы для погашения задолженности перед ответчиком должником взяты два кредита в обществе «Сбербанк», причем в целых суммах по 3 000 000 руб., и эти же суммы перечислены должником ответчику, что также свидетельствует о том, что кредиты в Банке брались не для погашения задолженности, а в целях вывода денежных средств на третье лицо.

При том, что у должника имелся приход денежных средств по расчетным счетам. Согласно выписки с расчетного счета должника, открытого в обществе «Сбербанк», должник оказал транспортные услуги третьим лицам на общую сумму 3 084 826 руб. Однако за счет этих поступлений задолженность перед ответчиком должником не погашалась, а для ее погашения должник использовал кредитные денежные средства.

Неисполнение должником обязательства по возврату указанных сумм кредитных средства Банку впоследствии явились основанием для обращения общества «Сбербанк» с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина.

На основании вышеизложенного, суд критически отнесся к представленным ответчиком и должником в материалы обособленного спора доказательствам, поскольку должник и ответчик,  будучи  заинтересованными     лицами  и  действуя   в общем интересе, могут изготовить любые документы для формального подтверждения деятельности и наличия правоотношений (счета-фактуры, акты оказанных услуг и т.п.).

Надлежащих доказательств реального существования правоотношений между ответчиком и должником по указанным договорам в материалы обособленного спора не представлено.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (ч. 2 ст. 9, ч. 1 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах выводы суда о том, что ответчиком не опровергнуто допустимыми и относимыми доказательствами наличия какого-либо реального встречного исполнения по оспариваемым перечислениям со стороны общества «ГК «Урал», являются обоснованными, поскольку суду не представлено доказательств получения должником встречного предоставления по оспариваемой сделке. При недоказанности иного можно сделать вывод о безвозмездности сделки, чем причинен вред имущественным интересам кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания для представления ответчиком дополнительных доказательств, не принимаются во внимание, учитывая длительность производства в суде первой инстанции (заявление поступило 10.11.2023), при наличии заинтересованности в исходе дела, у ответчика было достаточно времени для представления доказательств. Такие доказательства не были представлены при подаче апелляционной жалобы и ко дню настоящего судебного заседания.

Поскольку установлено, что оспариваемые сделки заключены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, с учетом наличия совокупности всех необходимых признаков, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд обоснованно признал, что сделки по перечислению денежных средств совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при этом, кредитор знал об указанной цели должника к моменту совершения оспариваемых сделок.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким   образом, последствием недействительности сделки в соответствии с названной нормой Кодекса является реституция (восстановление прежнего состояния) сторон по сделке.

Судом правильно применены последствия недействительности сделки в соответствии с положениями ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 61.6 Закона о банкротстве в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в сумме 6 000 000 руб.

Оснований для переоценки сделанных судом выводов не имеется, доказательств их опровергающих и свидетельствующих об обратном, суду не представлено, аффилированность сторон сделки не опровергнута апеллянтом.

С учетом  изложенного, оснований  для  отмены  судебного акта и удовлетворения  апелляционной  жалобы  не имеется.

         Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с п. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.12.2024 по делу № А76-5471/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Урал» - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Е.А. Позднякова        

                                                                                     А.Г. Кожевникова