Постановление от 2 августа 2022 г. по делу № А50-9383/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15001/2021(3)-АК

Дело № А50-9383/2020
02 августа 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2022 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 02 августа 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1

при участии:

от должника – ФИО2, доверенность от 07.04.2022, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 17 мая 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 05.03.2020, заключенного между должником и ФИО4,

вынесенное в рамках дела № А50-9383/2020

о признании ФИО7 несостоятельной (банкротом),

третьи лица: ФИО5, ФИО8,



установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 19.11.2020 ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедуры реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Определением от 18.11.2021 финансовым управляющим утверждена ФИО3.

16.06.2021 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 05.03.2020, заключенный между должником и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника, транспортное средство – MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, 2015 г.в., VIN <***>, гос.номер К905НХ159.

02.08.2021 от МРЭО ГИБДД УМВД России по Пермскому краю в суд поступили сведения о том, что в настоящее время собственником транспортного средства – MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, является ФИО5. Согласно договору № TI/07/20_21-12 от 20.07.2021 указанный автомобиль был продан за 2 000 000 руб.

Определением суда от 26.08.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

В судебном заседании 15.09.2021 представитель должника заявил ходатайство о приобщении к материалам дела письменного отзыва, из которого следует, что спорное транспортное средство было продано ФИО8 на основании договора купли-продажи от 05.03.2020. Стоимость транспортного средства согласно п. 3 указанного договора составляет 1 400 000 руб.

Как поясняет должник в представленном отзыве, денежные средства, полученные по сделке в размере 807 147,93 руб., направлены им на полное погашение кредитных обязательств по договору № <***> МС/013015 от 03.08.2016. Оставшаяся сумма денежных средств была потрачена на личные нужды должника и её детей, поскольку по состоянию на январь 2020 года ФИО7 трудовую деятельность не осуществляла, в связи с необходимостью ухода за несовершеннолетними детьми.

Определением суда от 22.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

От финансового управляющего ФИО3 в суд поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в соответствии с которым просит:

- признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 05.03.2020, заключенный между ФИО7 и ФИО4;

- применить последствия недействительности сделки взыскания с ФИО4 стоимости автомобиля MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, 2015 г.в., VIN <***> в размере 2 000 000 руб.

Протокольным определением в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточненное заявление принято судом.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.05.2022 (резолютивная часть от 20.04.2022) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование жалобы финансовый управляющий указывает, что сделки ФИО7 с ФИО8 является притворной и составляет цепочку сделок по отчуждению имущества должника. Должником не доказано, что договор заключался с ФИО8, поскольку кроме договора нет ни одного прямого или косвенного доказательства фактической передачи транспортного средства ФИО8; учитывая, что договор с ФИО4 заключен от имени ФИО7 и материалами дела подтверждается факт перехода фактического владения ФИО4 (регистрация транспортного средства, оформление страхового полиса), очевидно, что договор с ФИО8 изготовлен с единственной целью – перенести дату совершения сделки в период, когда отсутствовали признаки неплатежеспособности, чтобы избежать признания сделки недействительной. При этом апеллянт отмечает, что судом первой инстанции не учтена позиция Верховного Суда РФ, отраженная в определении от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678. Оспаривание сделки именно между должником и ФИО4 обусловлено переходом фактического владения транспортным средством именно между данными лицами. Кроме того, в ответ на запрос финансового управляющего ФИО6, ФИО4 указал, что договор купли-продажи заключен с ФИО7, каких-либо сведений о заключении договора с ФИО8 представлено не было. Также финансовый управляющий указывает на необоснованный вывод суда о получении должником денежных средств при продаже спорного автомобиля. Должник указывает на получение денежных средств от ФИО8, тогда как в материалах дела имеется расписка о получении денежных средств ФИО7 от ФИО4, датированная 05.03.2022. Апеллянт считает, что судом не дана оценка, как именно ФИО8 передал денежные средства ФИО7, не учел необходимость сбора дополнительных доказательств, подтверждающих оплату в наличной форме (финансовая возможность, аккумулирование денежных средств перед сделкой), а также отсутствие оценки имеющейся в материалах дела расписке между ФИО7 и ФИО4 Полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о совершении должником сделки по отчуждению имущества с равноценным встречным обеспечением.

В приложение к апелляционной жалобе финансовым управляющим представлена копия пояснительной записки ФИО4 от 14.12.2020.

До начала судебного заседания от должника поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, полагает ее не подлежащей удовлетворению.

АО «Корпорация развития МСП ПК» в своем отзыве доводы жалобы финансового управляющего поддерживает в полном объеме, просит ее удовлетворить.

Явившийся в судебное заседание представитель должника поддерживает возражения, изложенные в письменном отзыве, обжалуемое определение считает законным.

Приложение дополнительных документов (пояснительной записки) к апелляционной жалобе расценивается апелляционным судом как ходатайство о их приобщении к материалам дела, рассмотрев которое, суд не усмотрел оснований для его удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб и ходатайства в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Пермского края от 06.05.2020 принято к производству заявление Банка ВТБ (ПАО) о признании ФИО7 несостоятельной (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 19.11.2020 ФИО7 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6

В ходе проведения соответствующей процедуры арбитражным управляющим должника установлено, что 05.03.2020 между должником и ФИО4 был заключен договора купли-продажи автомобиля марки MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, 2015 г.в., VIN <***>, по цене 1 600 000 руб.

Полагая, что указанный договор является недействительной сделкой на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий обратился с рассматриваемыми требованиями, поскольку договор заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредитором при неравноценном встречном исполнении обязательств, в период подозрительности (в течение двух месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом).

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности заявленных требований и отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения по следующим мотивам.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений, данных в п.9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п.2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В данном случае из материалов дела следует, что дело о банкротстве возбуждено 06.05.2020, оспариваемый договор заключен 05.03.2020, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Обращаясь с заявлением об оспаривании сделки по специальному основанию, финансовый управляющий должника указывал на отсутствие у него документов, подтверждающих факт оплаты по данной сделке, на неравноценное встречное предоставление по оспариваемому договору от 05.03.2020, поскольку ФИО4 не представлены сведения о возможности приобрести автомобиль по цене 1 600 000 руб., также полагая цену продажи заниженной.

При рассмотрении настоящего спора установлено, что автомобиль MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, 2015 г.в., VIN <***>, цвет серый, был приобретен должником на основании договора купли-продажи от 03.08.2016, с использованием кредитных средств в сумме 1 818 102,29 руб. по кредитному договору <***> МС/013015 от 03.08.2016, выданный АО МС Банк Рус (л.д. 47-49).

17.01.2020 между ФИО7 (Продавец) и ФИО8 (Покупатель) заключен договор купли-продажи б/н, по условиям которого Продавец передал в собственность Покупателю транспортное средство: MITSUBISHI PAJERO 3.0 LWB, 2015 г.в., VIN <***>, цвет серый, гос.номер К905НХ159 (далее – автомобиль).

Согласно п. 3 договора, цена автомобиля составляет 1 400 000 руб. На момент заключения договора указанная сумма получена Продавцом от Покупателя полностью.

Как поясняет должник, полученные денежные средства 22.01.2020 были направлены на полное погашение кредитного договора № <***> МС/013015 от 03.08.2016 в сумме 807 147,93 руб., из которых: 757 072,76 руб. основного долга по кредиту и 4 544,51 руб. в погашение процентов за пользование кредитом (л.д. 28-29). Остальные денежные средства были потрачены на личные нужды должника и двух несовершеннолетних детей ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ДД.ММ.ГГГГ г.р.

В дальнейшем, ФИО8 продал автомобиль ФИО4 по договору купли-продажи от 05.03.2020 по цене 1 600 000 руб., указав в качестве продавца ФИО7, что было необходимо для совершения регистрационных действий в органах ГИБДД, поскольку перерегистрация автомобиля на ФИО8 не была осуществлена ввиду покупки автомобиля для последующей продажи, а не для личного использования.

ФИО4 по договору купли-продажи автомобиля № В-06 11-2937 от 11.06.2021 продал автомобиль ЗАО «Лаки Моторс» по цене 1 900 000 руб.

ЗАО «Лаки Моторс» по договору купли-продажи № Т1/0720-21 от 20.07.2021 продал автомобиль ФИО5 по цене 2 000 000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал на отсутствие оснований для признания недействительной сделки по отчуждению автомобиля (договор купли-продажи с ФИО4 от 05.03.2020) по основаниям, указанным в заявлении финансового управляющего, поскольку на 05.03.2020 собственником автомобиля являлся не должник, а ФИО8, и, будучи собственником спорного автомобиля, он имел право распорядиться им любым законным способом.

Доводы, заявленные в апелляционной жалобе, по своей сути, повторяют позицию финансового управляющего, изложенную в заявление об оспаривании сделки должника, представленном суду первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку и были обоснованно отклонены.

Согласно п. 1 ст. 458 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу п. 1 ст. 131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу. Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент передачи транспортного средства.

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (в редакции, действовавшей на момент совершения сделки от 17.01.2020) допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более одного года.

Согласно п. 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12.08.1994 № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» (действовавшего на момент совершения сделки от 17.01.2020) собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих транспортных средств, обусловливающая допуск транспортных средств к участию в дорожном движении.

При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Исходя из приведенных выше законоположений, тот факт, что спорный автомобиль числился на регистрационном учете в ГИБДД за ФИО7, как до совершения сделки по отчуждению автомобиля в пользу ФИО8, так и после, правового значения для возникновения права собственности и для разрешения спора значения не имеет.

Действительность договорных отношений между должником и ФИО8 подтверждается самим договором, а также оплатой по нему покупателем. Факт получения денежных средств от ФИО8 должником подтверждается их расходованием последним на погашение кредита, оформленного для целей приобретения спорного автомобиля, что подтверждается выпиской по лицевому счету из АО МС Банк Рус (операции от 22.01.2020) (л.д. 44-46).

Иных источников для полного погашения кредита в АО МС Банк Рус у должника не имелось, что подтверждается материалами дела (л.д. 59-62).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что спорный автомобиль MITSUBISHI PAJERO выбыл из владения ФИО7 по возмездной сделке 17.01.2020, отчужден ею пользу ФИО8

На дату совершения сделки с ФИО8 (17.01.2020) у должника, а также у супруга ФИО7 не имелось признаков неплатежеспособности.

Моментом наступления факта неплатежеспособности следует считать дату направления Банком ВТБ уведомлений заемщику, поручителю и залогодателю о досрочном возврате кредита (уведомления от 06.02.2020).

До указанной даты – 06.02.2020 у должника и ее супруга не было неисполненных обязательств перед кредиторами. Следовательно, в указанный период должник не обладал признаками неплатежеспособности, не имел неисполненных обязательств.

С учетом изложенного выше, суд пришел к обоснованному выводу, что на дату подписания оспариваемого финансовым управляющим договора купли-продажи от 05.03.2020 собственником автомобиля являлся ФИО8, а не должник ФИО7

Таким образом, спорный автомобиль с 17.01.2020 находился во владении ФИО8

Будучи собственником спорного автомобиля ФИО8 имел право распорядиться им любым законным способом.

ФИО8, действуя разумно и проявляя требующуюся от него осмотрительность, не мог знать о признании ФИО7 в будущем банкротом, о наличии у нее кредиторов, об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности.

Оспариваемый управляющим договор купли-продажи от 05.03.2020 составлен ФИО4 формально, исключительно для предъявления в регистрирующий орган с указанием, что продавцом является ФИО7, поскольку перекупщик транспортного средства ФИО8 не осуществил добросовестных действий по постановке спорного автомобиля на учет за собой, перепродал транспортное средство ответчику ФИО4, что не противоречит положениям действующего законодательства, тогда как собственником спорного автомобиля в базе данных ГИБДД значилась ФИО7

Право собственности на транспортное средство возникает из сделок, а не после регистрации сделок органами внутренних дел. Регистрация транспортного средства в органах ГИБДД не является государственной регистрацией имущества в том смысле, которая в силу закона порождает право собственности, носит учетный характер.

Кроме того, в материалы дела представлены сведения о страховании гражданской ответственности в отношении спорного транспортного средства, полисы ОСАГО, которые подтверждают факт выбытия спорного автомобиля из владения ФИО7 28.02.2020 (дата заключения ФИО4 нового полиса, тогда как ФИО7 полис был оформлен на период с 31.08.2019 по 30.08.2020).

Юридически должник и ответчики взаимосвязанными лицами не являются, соответствующие доказательства наличия такой связи в материалах дела отсутствуют.

Доказательств, подтверждающих недобросовестность поведения ФИО8, ФИО4, равно как недобросовестности действий ФИО7 при распоряжении полученными денежными средствами от продажи автомобиля по сделке с ФИО8, и при совершении оспариваемой сделки, суду не представлено.

Оснований полагать, что должник совершил действия по умышленному выводу своих активов, в отсутствии кредиторов на тот период, в пользу незаинтересованного и добросовестного покупателя ФИО8, у судов не имеется.

Вопреки позиции апеллянта, наличие заключенного между сторонами договора купли-продажи от 17.01.2020 между должником и ФИО8 подтверждает выбытие спорного транспортного средства из владения должника. Получение должником денежных средств по договору от 17.01.2020 подтверждается внесением 20.01.2020 ею на счет денежных средств и погашением 22.01.2020 кредита в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела документами.

При таком положении оснований полагать, что спорные платежи совершены в отсутствие встречного предоставления, в результате их совершения уменьшились активы должника и соответственно причинен вред кредиторам последнего, отсутствуют.

Ссылка финансового управляющего на наличие в материалах дела расписки от 05.03.2020, подтверждающей передачу денежных средств между ФИО7 и ФИО4 за продажу спорного автомобиля, правового значения для настоящего спора не имеет, поскольку материалами дела подтвержден факт выбытия из владения и пользования ФИО7 автомобиля в январе 2020 года, получении ею денежных средств за его продажу. Вопреки позиции апеллянта, данная расписка судом первой инстанции была учтена при рассмотрении настоящего спора, в отсутствие фактический правоотношений между данными сторонами оснований для оценки данной расписки судом первой инстанции не усмотрено.

Довод апеллянта об отсутствии оценки суда о факте передаче ФИО8 денежных средств ФИО7 признается апелляционным судом несостоятельным, поскольку условиями п. 3договора купли-продажи от 17.01.2020 предусмотрено, что на момент заключения договора цена отчуждаемого имущества (1 400 000 руб.) была получена продавцом ФИО7 от покупателя ФИО8 полностью. Сомнений в получении денежных средств, с учетом пополнения ФИО7 своего счета и дальнейшего погашения кредитных обязательств в полном объеме, у суда не имеется.

Кроме того, финансовый управляющий указывал на продажу спорного автомобиля по заниженной цене.

Должник в суде первой инстанции поясняла, что продала автомобиль ФИО8, с которым ранее она не была знакома, и который является перекупщиком, а цена определялась путем торгов путем снижения стоимости со стороны ФИО9 При этом суть деятельности перекупщиков на авторынке заключается в приобретении автомобиля по заниженной цене взамен на «быстрые деньги». Соответственно, по договору с ФИО8 нельзя судить о рыночной стоимости транспортного средства.

В дальнейшем ФИО8 перепродал автомобиль ФИО4 по цене 1 600 000 руб.

ФИО4 продал автомобиль в автосалон более через год (11.06.2021) по цене 1 900 000 руб., при проведении в данной ситуации обязательной оценки рыночной стоимости автомобиля.

В данной ситуации, при установлении судом факта заключения договора должником с ФИО8 и не оспаривании его заявителем, при отсутствии оснований полагать, что спорный договор от 05.03.2020 ФИО4 заключал с должником, суд первой инстанции правильно указал, что доводы о стоимости при дальнейшей перепродаже ответчиком правового значения не имеют.

Обстоятельства, свидетельствующие о взаимосвязанности должника с ФИО4, управляющим не приведены, соответствующие доказательства не представлены.

При таком положении следует признать верными выводы суда о недоказанности необходимой совокупности условий для признания оспариваемого договора недействительной сделкой на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителей апелляционных жалоб с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителя жалобы. Поскольку финансовому управляющему при принятии его апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины, госпошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17 мая 2022 года по делу № А50-9383/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО7 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 (три тысячи) руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


Т.Ю. Плахова


Судьи


О.Н. Чепурченко




М.А. Чухманцев