Постановление от 30 июня 2021 г. по делу № А82-1190/2017

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-1190/2017
г. Киров
30 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 июня 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя конкурсного управляющего АО «Булгар банк» – ФИО3, по доверенности от 28.01.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО4

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.11.2020 по делу № А82-1190/2017, принятое

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче денежных средств ФИО4 22.12.2016 в размере 18 756 000 руб., 26.12.2016 в размере 8 400 000 руб., 30.12.2016 в размере 1 292 783 руб., 10.01.2017 в размере 40 691,40 руб., 10.01.2017 в размере 21 623,92 руб., и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (далее – АО «Булгар банк», Банк, должник) в Арбитражный суд Ярославской области обратился конкурсный управляющий должника – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство, Корпорация) с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче ФИО4 (далее – ответчик, ФИО4) денежных средств: 22.12.2016 в размере 18 756 000 руб., 26.12.2016 в размере 8 400 000 руб., 30.12.2016 в размере 1 292 783 руб., 10.01.2017 в размере 40 691,40 руб., 10.01.2017 в размере 21 623,92 руб., и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 12.03.2019, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 02.07.2019, заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче денежных средств ФИО4 оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 06.11.2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 12.03.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 02.07.2019 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 20.12.2019 заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» вновь принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 27.11.2020 заявленные требования удовлетворены частично:

- признана недействительной банковская операция от 22.12.2016 по выдаче ФИО4 денежных средств в размере 18 756 000 руб. со счета в АО «Булгар банк» № 40817810710002201280;

- признана недействительной банковская операция от 30.12.2016 по выдаче ФИО4 денежных средств в размере 1 292 783 руб. со счета в АО «Булгар банк» № 42306810210080000098;

- применены последствия недействительности сделки: взысканы с ФИО4 в пользу АО «Булгар банк» денежные средства в размере 20 048 783 рублей; восстановлена задолженность АО «Булгар банк» перед ФИО4 в сумме 18 756 000 руб. по счету в АО «Булгар банк» № 40817810710002201280; восстановлена задолженность АО «Булгар банк» перед ФИО4 в сумме 1 292 783 руб. по счету в АО «Булгар банк» № 42306810210080000098;

- взысканы с ФИО4 в пользу АО «Булгар банк» проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму 20 048 783 рублей по ключевой ставке Банка России в размере 4,25 % годовых, с момента вступления в силу настоящего определения до момента фактического исполнения обязательства;

- в остальной части требования заявителя – отказано.

Агентство, ФИО4 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт.

По мнению Агентства, судом первой инстанции не было учтено, что оспаривались взаимосвязанные сделки, которые преследовали единую цель в виде обнуления остатков по всем счетам ответчика в предбанкротный период Банка. Следовательно, оспариваемые сделки должны были быть оценены судом в совокупности, и, учитывая то, что в совокупности сделки значительно превышали максимальный размер страхового возмещения, положения абзаца 10 пункта 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), были ошибочно применимы судом при вынесении обжалуемого судебного акта. Полагает, что судом неправомерно отказано в признании недействительной банковской операции от 26.12.2016 в размере 8 400 000 руб., поскольку ответчиком не доказан факт внесения денежных средств в указанной сумме из средств, снятых со счета №40817810710002201280 в размере 18 756 000 руб. Апеллянт указывает, что судом первой инстанции не дана оценка доводам конкурсного управляющего Банком о недействительности оспариваемых банковских операций на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). ФИО4 было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством о банкротстве. В рассматриваемой ситуации требования ФИО4 фактически были удовлетворены в полном объеме, путем того, что ответчик получил возможность вывести денежные средства незадолго до отзыва лицензии у АО «Булгар Банк». Наличие у АО «Булгар банк» иных кредиторов на момент совершения оспариваемой сделки подтверждается реестром требований кредиторов Банка, согласно которого у АО «Булгар банк» имелись обязательства перед физическими и юридическими лицами по договорам вклада, счета и др., а также обязательным платежам в бюджет. Обстоятельства, установленные судом первой инстанции, подтверждают, что оспариваемые банковские операции были совершены в пользу заинтересованного по отношению к Банку лица, и, следовательно, совершены за рамками обычной хозяйственной деятельности. Агентство отмечает, что ответчик является заинтересованным лицом по отношению к Банку, и, располагая недоступной другим кредиторам информацией вследствие взаимосвязи с сотрудниками Банка, ФИО4 очевидно действовал недобросовестно, получив удовлетворение своих требований в полном объеме незадолго до отзыва лицензии у Банка в обход требований иных кредиторов первой очереди. Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, по мнению Агентства, не соответствует представленным в материалы дела доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что рассматривая настоящий обособленный спор, суд первой инстанции применил ненадлежащие нормы Закона о несостоятельности (банкротстве). Определенный судом первой инстанции момент, с которого подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами, не соответствуют приведенным требованиям законодательства. Поскольку обжалуемым определением установлено, что ФИО4 являлся заинтересованным лицом по отношению к Банку и обладал информацией в отношении финансового состояния Банка на момент совершения оспариваемых сделок, ответчик должен был знать о том, что у сделок имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, с момента их совершения. Таким образом, проценты за пользование чужими денежными средствами, по мнению Корпорации, подлежат начислению с 22.12.2016. Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

ФИО4 в апелляционной жалобе указывает, что согласно нормам законодательства о банкротстве и защите конкуренции он не является ни заинтересованным лицом по отношению к должнику, ни аффилированным с ним лицом. По мнению ответчика, тот факт, что им была внесена крупная сумма денежных средств на свой счет, подтверждает факт его неосведомленности о ближайшем отзыве лицензии. Утверждает, что действовал добросовестно, так как не имел цели получения своих денежных средств в обход очередности. Как полагает ФИО4 факт преимущественного удовлетворения требований кредитора перед иными требованиями кредитора должника одной и той же очереди не доказан.

В отзыве на апелляционную жалобу Агентство также обращает внимание на неприменимость судами по настоящему обособленному спору норм абзаца 10 пункта 35.3 Постановления № 63 ввиду того, что указанный пункт Постановления применим лишь к платежам (перечень безналичной формы которых предусмотрен Положением Банка России от 19.06.2012 № 383-П (ред. от 11.10.2018) «О правилах осуществления перевода денежных средств»), а не к кассовым операциям Банка, оформляемым расходным кассовым ордером.

Отзыва на апелляционную жалобу Агентства не поступало.

Определения Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесены 12.01.2021, 11.02.2021 и размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 13.01.2021, 12.02.2021 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 АПК РФ. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В порядке 158 АПК РФ судебное разбирательство откладывалось до 29.03.2021, 29.04.2021, 17.06.2021.

Определениями от 26.03.2021, от 28.04.2021 в составе суда производилась замена, в связи с чем рассмотрение дела начиналось заново.

В судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 23.06.2021.

В судебном заседании представитель Агентства поддержал доводы жалобы и отзыва на жалобу ФИО4

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, судами установлено, что приказами Банка России от 16.01.2017 № ОД-73, № ОД-74 у кредитной организации – АО «Булгар банк» была отозвана лицензия на осуществление банковских операций, назначена временная администрация по управлению банком.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 01.02.2017 в отношении АО «Булгар банк» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.03.2017 АО «Булгар банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

19.01.2016 между ФИО4 (Клиент) и АО «Булгар банк» (Банк) был заключен договор об открытии и ведении текущего счета № Т000005276, согласно которому банк открывает клиенту текущий счет в валюте Российской Федерации № 40817810710002201280, принимает и зачисляет на счет денежные средства, выполняет распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету, не связанных с осуществлением клиентом предпринимательской деятельности, в соответствии с требованиями Банка России и действующего законодательства Российской Федерации.

Согласно пункту 4.2.4 договора, в случае если сумма снятия денежных средств со счета превышает сумму 100 000 руб., клиент должен уведомить Банк о намерении получить денежную наличность не позднее, чем за 1 банковский день.

По данному договору со счета № 40817810710002201280 была осуществлена банковская операция по выдаче ФИО4 22.12.2016 денежных средств в сумме 18 756 000 руб.

Остаток по счету стал составлять 0,00 руб.

Также, 17.10.2016 между ФИО4 (Вкладчик) и АО «Булгар банк» (Банк) был заключен договор банковского вклада «Срочный для сотрудников» АО «Булгар банк» № ДС1000000077, согласно которому вкладчик передает, а Банк принимает во вклад денежные средства вкладчика на условиях выдачи вклада по первому требованию, обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, определенных договором.

Банк зачисляет переданные во вклад денежные средства на открытый вкладчику лицевой счет № 42306810210080000098 (пункт 1.4 договора).

Пунктом 1.5 договора установлено, Банк принимает вклад на срок 367 дней.

Дата возврата денежных средств: 19 октября 2017 года.

Согласно пунктам 1.2 и 2.1.4 Банк обязуется выдать вклад по первому требованию вкладчика, в случае если сумма снятия денежных средств со вклада превышает сумму 100 000 руб., вкладчик обязуется сделать заказ за сутки до снятия наличных денежных средств по вкладу. Банк ежемесячно начисляет проценты на сумму вклада, начисленные и не выплаченные проценты увеличивают сумму вклада, на которую начисляются проценты (п. 3.1, 3.2 договора).

По данному договору банковского вклада со счета № 42306810210080000098 были осуществлены банковские операции по выдаче ФИО4 денежных средств: 26.12.2016 в размере 8 400 000 руб., 30.12.2016 в размере 1 292 783 руб., 10.01.2017 в размере 40 691,40 руб., 10.01.2017 в размере 21 623,92 руб.

Остаток по счету стал составлять 0,00 руб.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют, что оспариваемые сделки были осуществлены 22.12.2016 – 10.01.2017, то есть менее чем за один месяц до отзыва у АО «Булгар банк» лицензии на осуществление банковских операций и назначения временной администрации приказами Банка России от 16.01.2017.

Конкурсный управляющий АО «Булгар банк» обратился в суд с заявлением об оспаривании данных платежей на основании пункта 2 статьи 61.2, статьи 61.3 и статьи 189.40 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что банковские операции привели к оказанию предпочтения ФИО4, как одному из кредиторов Банка, и направлены на причинение вреда имущественным правам иных кредиторов должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, счел их подлежащими удовлетворению частично.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва Агентства, заслушав представителей явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Как разъяснено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы Ш.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться банковские операции.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 10 Постановления № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо (абзац 5 пункта 10 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, ГК РФ и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1-10 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве в случае оспаривания на основании статьи 61.3 данного закона сделок по выдаче наличных денежных средств со счета клиента бремя доказывания выхода сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации лежит на истце (конкурсном управляющем), что (в отличие от общих правил об оспаривании сделок - пункт 2 статьи 61.4 Закона) по сути означает наличие презумпции совершения кредитной организацией подобного рода сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Следовательно, в дополнение к обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, истец должен доказать выход сделок, совершенных как в месячном, так и в шестимесячном интервале до назначения временной администрации, за пределы обычной хозяйственной деятельности банка.

Как разъяснено в пункте 35.3 Постановления № 63, поскольку указанные в пунктах 35.1 и 35.2 названного постановления сделки (списание и перечисление денежных средств с расчетного счета клиента, выдача средств по вкладам и депозитам и т.д.) в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве при их оспаривании на основании статьи 61.3 конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что соответствующие сделки выходят за пределы такой деятельности.

Предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа (пункт 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2018 № 305-ЭС16-21459 (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019), переводы денежных средств по поручениям клиентов могут быть признаны недействительными в двух случаях:

если конкурсный управляющий доказал совокупность обстоятельств, составляющих любую из презумпций, закрепленных в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а клиент банка данную презумпцию не опроверг;

если конкурсный управляющий по общим правилам о доказывании подтвердил выход оспариваемой банковской операции за пределы обычной хозяйственной деятельности, в том числе подтвердил наличие признаков недобросовестности в поведении клиента банка (например, доказал, что клиент, выдавший распоряжение о перечислении средств, был осведомлен об объективном банкротстве банка) (статья 65 АПК РФ).

В силу изложенного, по смыслу норм пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.11.2015 № 305-ЭС15-5815(8) по делу № А40-184548/2013).

Как следует из материалов дела, Банком России неоднократно были выданы предписания о принятии в отношении АО «Булгар банк» ограничительных мер (Предписания ЦБ РФ от 22.04.2016, от 28.12.2016, от 30.12.2016, от 10.01.2017).

Оспариваемые банковские операции от 22.12.2016, от 26.12.2016, от 30.12.2016 и от 10.01.2017 совершены в отношении ФИО4 в пределах месячного срока до даты отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций и назначения временной администрации приказами Банка России (16.01.2017), то есть в период, установленный пунктом 2 статьи 61.3, пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Также из материалов дела следует, что в период, предшествующий совершению оспариваемых сделок, Банк имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, имеющими счета в банке, и отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.03.2017 по делу № А82-1190/2017 установлено, что стоимость имущества (активов) должника по состоянию на дату отзыва лицензии (16.01.2017) составила 531 369 000 руб., обязательства АО «Булгар банк» составили 1 445 537 000 руб., таким образом, размер обязательств превысил стоимость его имущества (активов), которого недостаточно для исполнения обязательств перед его кредиторами и уплаты обязательных платежей.

С учетом положений пункта 3 статьи 189.92, пункта 9 статьи 189.96 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в случае, если оспариваемые сделки (банковские операции) не были бы совершены, требование ФИО4 подлежало бы включению в реестр требований кредиторов 1 очереди (на момент закрытия реестра были установлены и включены в реестр требований кредиторов АО «Булгар банк» 154 кредитора первой очереди на сумму 1 805 275 000,00 руб.).

Таким образом, ответчик, имея право на получение удовлетворения своих требований, вытекающих из договора банковского счета в порядке, установленном Законом о банкротстве, удовлетворил свои требования путем совершения оспариваемых банковских операций, уменьшив тем самым объем своих обязательств перед Банком, что свидетельствует об оказании предпочтения отдельному кредитору – ФИО4 перед иными кредиторами Банка.

Как указывалось ранее, по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве достаточно только установление факта предпочтения, однако для признания недействительной сделки по списанию кредитной организацией денежных средств со счета клиента также необходимо доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности банка.

В настоящем случае конкурсным управляющим представлены данные доказательства, а именно наличие презумпции, указанной в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве (заинтересованность), доказательства того, что ответчик на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве на момент совершения спорных операций отвечал признакам заинтересованного лица.

Так, на момент совершения спорных операций ФИО4 отвечал признакам заинтересованного лица, поскольку входил в одну группу с ФИО5 и ФИО6, а именно с 22.01.2016 по 06.03.2017 занимал должность генерального директора ООО «Казан Утлары», где ФИО6 (родной брат председателя правления банка ФИО5) являлся совладельцем общества. ФИО5 возглавлял банк в период до 02.06.2016, в том числе, после смены участников банка, состоявшейся 16.03.2016. Одновременно, в соответствии с трудовым договором от 01.12.2010 ФИО4 состоял в трудовых отношениях с Банком, работая в должности начальника административно-хозяйственного отдела АО «Булгар банк».

Таким образом, на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве на момент совершения спорных операций ответчик отвечал признакам заинтересованного лица.

Соответственно, презюмируется, что совершённые ФИО4 оспариваемые сделки вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности.

С учетом указанных обстоятельств в предмет доказывания включён вопрос о характере сделки и вопрос об осведомленности ответчика о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок.

Поскольку на ответчике лежит бремя опровержения названной презумпции, последний в подтверждение типичности сделки заявил об экономической обоснованности и целесообразности оспариваемых операций.

Об осведомленности ответчика о финансовых затруднениях Банка свидетельствует то, что денежные средства были сняты ФИО4 одновременно со снятием крупных сумм денежных средств несколькими членами семьи бывшего Председателя Правления Банка ФИО5 (22.12.2016).

ФИО4 снял денежные средства со своих счетов накануне перечисления Банком 23.12.2013 крупной суммы 179,2 млн. руб. (вывода активов в указанной сумме) на счет компании ООО «Нордгрупп» (ИНН <***>) по договорам цессии от 15.12.2016 и от 22.12.2016 (определение суда об оспаривании сделок от 31.07.2018), после которой у Банка появились трудности с проведением операций клиентов, что свидетельствует об осведомленности заинтересованного лица о предстоящей сделке и предстоящей утрате Банком платежеспособности.

Как подтверждается справкой о выплаченных суммах по вкладам, в преддверии отзыва у Банка лицензии, остаток по счетам составил 0,00 руб., следовательно, ФИО4 произведены действия по выводу всех средств, находящихся на счетах в АО «Булгар банк».

При этом суд первой инстанции справедливо отметил, что надлежащие доказательства факта экономической целесообразности снятия ответчиком денежных средств в материалах дела отсутствуют, к представленному ответчиком договору займа с ФИО7 от 23.12.2016 (том 3 л.д. 3-5) следует отнестись критически.

Отсутствие мотивированных пояснений об экономической целесообразности совершения спорных банковских операций, а также поведение ответчика, направленное на срочный вывод активов из Банка, соответствует поведению лица, осведомленного о наличии у кредитной организации финансовых затруднений.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 35.3 Постановления № 63, не может быть признана совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности должника банковская операция, если клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций; клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин (пункты «г», «д»).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, а также установленные при новом рассмотрении обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на дату совершения оспариваемых платежей ответчик обладал информацией о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, а значит, спорные банковские операции не могут быть отнесены к обычной хозяйственной деятельности согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного, необходимые условия для признания банковских операций от 22.12.2016, от 30.12.2016 недействительными по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве конкурсным управляющим доказаны, суд применил соответствующие последствия недействительности сделки (восстановил задолженность сторон друг перед другом) по правилам статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В признании недействительной операции от 26.12.2016 в размере 8 400 000 руб., совершённой по текущему счету № 42306810210080000098, суд первой инстанции правомерно отказал, поскольку материалами дела подтверждается, что ФИО4 22.12.2016 снял со счета № 40817810710002201280 18 756 000 рублей и в тот же день внес денежные средства в сумме 8 400 000 рублей на счет № 42306810210080000098 (том 2 л.д. 223).

С учетом изложенного денежные средства в размере 8 400 000 рублей входят в состав оспоренной суммы в размере 18 756 000 рублей.

В отношении операций, совершённых 10.01.2017 в размере 40 691,40 руб. и в размере 21 623,92 руб., правовые основания для признания их недействительными отсутствуют с учётом следующего.

Поскольку сумма операций от 10.01.2017 не превышает размеров страхового возмещения (1 400 000 руб.), а сами операции и состояние счета ответчика после её проведения (счет закрыт, денежных средств на нем не осталось), соответствует обстоятельству, указанному в последнем абзаце пункта 35.3 Постановления № 63 - не может быть признан недействительным на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве платеж, произведенный по счету (вкладу) физического лица, на который распространяется страхование вкладов, на сумму, не превышающую максимальный размер возмещения по такому страхованию, если после такого платежа на счете (вкладе) не осталось денежных средств.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что оспариваемые банковские операции являются единой сделкой по списанию денежных средств с банковского счета ответчика, с учетом вышеизложенного отклоняются апелляционным судом.

Оснований для признания недействительной операций по иным основаниям не установлено.

Согласно абзацу 4 пункта 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства, однозначно свидетельствующие о злонамеренности ответчика при совершении операции от 10.01.2017 и причинении совершенной сделкой вреда иным (добросовестным) участникам гражданских правоотношений, что исключает наличие оснований для признания ее недействительной по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Кроме того, конкурсным управляющим оспариваются вышеуказанные банковские операции на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Безденежность внутрибанковской проводки, влекущая за собой неравноценность оспариваемой сделки, и, как следствие, ее недействительность, Банком в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказана.

Само по себе наличие осведомленности заинтересованного лица о финансовых проблемах Банка не дает оснований полагать, что ответчик совершал банковские операции по снятию денежных средств со своих счетов исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, вопреки доводам жалобы конкурсного управляющего, поскольку заявителем не доказана неравноценность встречного исполнения, то оснований для признания сделок от 22.12.2016, от 26.12.2016, от 30.12.2016 и от 10.01.2017 недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не усматривается.

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части признания недействительной сделки от 22.12.2016, от 30.12.2016.

В части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами апелляционным судом установлено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В соответствии с пунктом 29.1 Постановления № 63 если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом. Таким образом, в пункте 29.1 Постановления № 63 прямо предусмотрены возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения.

С учетом изложенного заявление о взыскании процентов, является частью требования, направленного на устранение последствий исполнения недействительной оспоримой сделки (расчетной операции), в силу п. 29.1 Постановления № 63, предусматривающего возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения.

Момент, с которого начисляются данные проценты, зависит от того, когда кредитор узнал или должен был узнать об основаниях недействительности сделки.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции сделан правильный вывод о начислении процентов с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной.

При этом, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в просительной части заявления Банк требует взыскания с ФИО4 в пользу АО «Булгар банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», процентов по ставке 7,75% за пользование чужими денежными средствами без указания конкретных периодов взыскания. Уточнений по требованию о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами с указанием периодов в ходе судебного разбирательства Банком не заявлялось. Данное обстоятельство подтверждено представителем конкурсного управляющего в суде апелляционной инстанции.

С учетом концептуальных правил о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами Арбитражный суд Ярославской области взыскал с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга по ключевой ставке с момента вступления судебного акта в законную силу.

Довод конкурсного управляющего о самостоятельном установлении судом периода начисления процентов не принимается, поскольку институт начисления процентов за пользование чужими денежными средствами является санкцией за допущенное правонарушение и не может расцениваться в качестве применения последствия сделки недействительной. С учетом заявленного требования Банка, статуса ответчика-вкладчика, правовой природы правоотношений между Банком и ответчиком (банковский вклад), оспаривания сделки (возврат вклада) по специальным основаниям Закона о банкротстве, длительностью рассмотрения настоящего обособленного спора, применительно к настоящему спору санкция в форме начисления процентов на сумму, подлежащую возврату в конкурсную массу должника, является правомерной, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с момента вступления в законную силу определения суда первой инстанции.

Ссылка в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку приведенные судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не идентичны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего спора.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что все обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом первой инстанции полностью, выводы, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителей жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.11.2020 по делу № А82-1190/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Судьи

Е.Н. Хорошева

ФИО8

ФИО1