Постановление от 20 ноября 2024 г. по делу № А01-5137/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-5137/2023
город Ростов-на-Дону
21 ноября 2024 года
15АП-15726/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Гамова Д.С., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Левчекно В.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.08.2024 по делу № А01-5137/2023 о завершении реализации имущества гражданина и неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств по рассмотрению отчета финансового управляющего ФИО1 ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) Арбитражным судом Республики Адыгея рассматривался отчет финансового управляющего должника ФИО2 по результатам процедуры реализации имущества и ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника.

Определением от 29.08.2024 суд удовлетворил заявление ПАО «Совкомбанк» о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

Завершил процедуру реализации имущества должника ФИО1, дата рождения: 01.04.1966г., место рождения: с. Карапети Шуахевский район Аджарская Республика, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес регистрации: Республика Адыгея, <...>.

Не применил в отношении ФИО1, дата рождения: 01.04.1966г., место рождения: с. Карапети Шуахевский район Аджарская Республика, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес регистрации: Республика Адыгея, <...>, положения ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств кредитора ПАО «Совкомбанк» в размере 841 691,10 рублей.

Освободил ФИО1, дата рождения: 01.04.1966г., место рождения: с. Карапети Шуахевский район Аджарская Республика, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес регистрации: Республика Адыгея, <...>, от дальнейшего исполнения требований иных кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе процедур банкротства, за исключением требований кредиторов, указанных в п. 5, 6 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Прекратил полномочия финансового управляющего ФИО2.

Перечислил с депозитного счета суда на счет финансового управляющего ФИО2 денежную сумму в размере 25 000 рублей по представленным им реквизитам.

ФИО1 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил изменить судебный акт в части неприменения в отношении должника положений ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств кредитора ПАО «Совкомбанк», принять новый.

Податель жалобы указал, что суд необоснованно не применил в отношении должника правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.08.2024 по делу № А01-5137/2023 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 26.12.2023г. ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реализация имущества гражданина) опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 13.01.2024г. и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве - от 28.12.2023г.

Определением суда от 26.03.2024г. требования Банка ВТБ (ПАО) по кредитным договорам: от 11.05.2023г. № V625/0000-0522601, от 11.05.2023г. № КК-651094594458 в размере 1 849 744,23 рублей включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 29.03.2024г. требования ПАО Сбербанк по кредитным договорам: от 23.05.2019г. № 183693, от 12.05.2023г. № 1013672 в размере 305 152,63 рублей включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 29.03.2024г. требования ПАО «Совкомбанк» по кредитным договорам: от 11.05.2023г. № 8152806238, от 11.05.2023г. № 8153701866 в размере 841 691,10 рублей включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 19.04.2024г. требования ООО «Феникс» на основании договора уступки прав требований (цессии) от 30.01.2024г. право требования задолженности: по кредитному договору с АО «Тинькофф Банк» от 13.05.2023г. № 0106152857 в размере 51 077,61 рублей включены в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 19.04.2024г. требования ООО «Феникс» на основании договора уступки прав требований (цессии) от 30.01.2024г. право требования задолженности: по кредитному договору с АО «Тинькофф Банк» от 13.05.2023г. № 0105592814 в размере 1 097 903,93 рублей включены в реестр требований кредиторов.

Финансовый управляющий представил отчет о результатах реализации имущества гражданина.

Как указывает финансовый управляющий, мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве для процедуры реализации имущества гражданина, им выполнены, в том числе, опубликованы сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина, сформирован реестр требований кредиторов, совершены действия по выявлению имущества должника путем направления запросов в регистрирующие органы.

По результатам проведения мероприятий, предусмотренных процедурой реализации имущества, финансовый управляющий представил в Арбитражный суд Ростовской области отчет, а также заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника и неприменении правил об освобождении должника от исполнения финансовых обязательств.

Ввиду того, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества гражданина, завершены, имущество у должника отсутствует, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет только к увеличению расходов в деле о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении ФИО3 на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В указанной части судебный акт не оспаривается, апелляционная жалоба доводов не содержит.


Не применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения финансовых обязательств, суд исходил из того, что большая часть кредитных обязательств должником получена в короткий промежуток времени:

-  кредитный договор ПАО «Сбербанк России» от 23.05.2019г. № 183693;

-  кредитный договор ПАО «Совкомбанк» от 11.05.2023г. № 8152806238;

-  кредитный договор ПАО «Совкомбанк» от 11.05.2023г. № 8153701866;

-  кредитный договор Банка ВТБ (ПАО) от 11.05.2023г. № V625/0000-0522601;

-  кредитный договор Банка ВТБ (ПАО) от 11.05.2023г. № КК-651094594458;

-  кредитный договор ПАО «Сбербанк России» от 12.05.2023г. № 1013672;

-  договор АО «Тинькофф Банк» от 13.05.2023г. № 0106152857;

-  универсальный договор АО «Тинькофф Банк» от 13.05.2023г. № 0105592814.

Согласно представленным в материалы дела документам, должником за период с 11.05.2023г. по 13.05.2023г. взяты семь кредитов на общую сумму более четырех миллионов рублей, с общим ежемесячным платежом более ста тысяч рублей. На момент подачи должником заявления о банкротстве задолженность по обязательствам составляла 4 046 927,63 рублей. По данным обязательствам, кредиторы включились в реестр требований кредиторов.

Должником представлены пояснения, из которых следует, что денежные средства израсходованы большей частью на безвозмездной основе своим родственникам. Так, часть денежных средств он безвозмездно передал своему родному брату, для возможности восстановления его жилого дома, который был разрушен в результате погодных ненастий. Также он безвозмездно передал денежные средства своей племяннице для возможности получения ею лечения. Кроме того, должник указывает, что на иждивении находится престарелая мать, которой он также безвозмездно передавал денежные средства для поддержания ее здоровья.

Между тем, суд первой инстанции критически отнесся к представленным документам и пояснениям, в связи с чем, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств в рамках заявленных требований ПАО «Совкомбанк».

Суд первой инстанции отметил, что в связи с фактически единовременным получением Должником кредитов в момент обращения Должника в кредитные организации и принятия последними решений о предоставлении Должнику займов сведения о данных кредитах в кредитной истории Должника еще не были отражены, что лишило каждого из кредиторов Должника возможности установить факт единовременного принятия Должником на себя, с учетом их совокупного размера, заведомо не исполнимых кредитных обязательств для целей проверки потенциальной возвратности предполагаемого каждым из кредиторов к выдаче Должнику кредита.

Учитывая, что при одновременном согласовании и выдаче кредитов кредитные учреждения не имеют возможности учесть данные обязательства при расчете платежеспособности Должника и предотвратить выдачу необоснованно крупных сумм, считаем, что поведение Должника, направленное на одновременное получение 2-х кредитов свидетельствует о недобросовестности Должника и предоставлении банкам заведомо ложных сведений при получении.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд, приходя к выводу об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк» пришел к выводу о том, что заключение семи кредитных договоров в короткий период времени (с 11.05.2023г. по 13.05.2023г.) свидетельствует о том, что должник, имея на иждивении престарелую мать, среднемесячный доход с января по май 2023 года - 109 977,86 рублей, принял на себя дополнительные обязательства по получению кредитов, ежемесячные платежи по которым в совокупности несопоставимы с ежемесячным доходом должника.

Принимая во внимание обстоятельства настоящего дела, суд первой инстанции, учитывая стандарт поведения добросовестного и разумного гражданина, который предполагает направление миллионных кредитов на улучшение своего материального состояния и приобретение материальных благ, вложение в развитие своей приносящей доход деятельности и т.п. В таком случае, если гражданин признается банкротом, у кредиторов имеется возможность получения частичного удовлетворения своих требований за счет таких активов, в том числе приобретенных и на предоставленные ими денежные средства. При этом добросовестный должник может представить доказательства расходования денежных средств на заслуживающие внимание и социально одобряемые цели не связанные с материальным потреблением (возникновение непредвиденных расходов на жизнь и поддержание здоровья должника и членов его семьи, получение образования и т.п.).

Суд первой инстанции указал, что доказательств, подтверждающих направление денежных средств, полученных по кредитам на вышеуказанные цели, должником не представлено; доказательства направления полученных денежных средств по кредитам на частичное погашение кредитов не представлено.

Поведение должника, выразившееся в наращивании кредиторской задолженности, нельзя признать добросовестным, напротив, является противоправным (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в рамках рассмотрения настоящего дела судом первой инстанции установлено, что должник заключал кредитные договоры в период трех дней - с 11.05.2023г. по 13.05.2023г., ввиду чего у кредиторов отсутствовала реальная возможность получения достоверных сведений о наличии (отсутствии) иных кредитных обязательств путем запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро, поскольку согласно положениям указанного закона банк обязан передать информацию в бюро кредитных историй в срок, предусмотренный договором о предоставлении информации, но не позднее окончания второго рабочего дня, следующего за днем совершения действия (наступления события), информация о котором входит в состав кредитной истории в соответствии с настоящим Федеральным законом, либо за днем, когда источнику формирования кредитной истории стало известно о совершении такого действия (наступлении такого события). Источники формирования кредитной истории (за исключением источников, указанных в части 5.1 настоящей статьи) представляют информацию в бюро кредитных историй в форме электронного документа.

Суд первой инстанции отметил, что при получении кредита в ПАО «Совкомбанк» надлежащих доказательств того, что реальный среднемесячный доход должника составлял около 165 000 рублей на момент заключения спорных договоров ни в суде не представлено.

Сведений о наличии каких-либо иных доходов в спорный период, которые бы соответствовали сумме, указанной должником в анкете, в материалах дела не имеется, при этом подписывая указанную анкету, ФИО1 принял на себя все последующие риски, связанные с совершением подписи на документах, в том числе риск ответственности за содержание сведений, изложенных в анкетах, заявлениях, доказательства невозможности проверить указанные в анкете сведения при ее подписании, нахождения в тот момент ФИО1 в состоянии, не позволяющем разумно оценивать свои действия при подписании документов, в материалах дела отсутствуют.

Суд первой инстанции указал, что относимых и допустимых доказательств того, что по состоянию на 11.05.2023г. должник располагал доходами, размер которых отражен в заполненной анкете на предоставление кредита, в материалах дела не содержится, следовательно, среднемесячные доходы должника в данном случае не подтверждены и следует признать, что должник предоставил банку недостоверные сведения относительно его размера.

Банк при предоставлении кредита имеет возможность проверить положение заемщика. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, банк должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств, так как последующее ухудшение финансового положения заемщика влечет за собой увеличение риска невозврата им полученного от банка кредита, однако это обычный предпринимательский риск, который банк несет всегда как коммерческая организация, осуществляющая систематическую направленную на получение прибыли деятельность по выдаче кредитов.

Между тем, вопреки позиции должника и управляющего, суд первой инстанции отметил, что банк не имеет возможности проверить достоверность представленных ему сведений о доходах должника, поскольку сведения о произведенных выплатах и отчислениях социальными органами относятся к закрытым сведениям, следовательно, сведения о сумме действительного дохода являются существенными для кредитной организации при принятии решения о выдаче кредита и при наличии осведомленности Банка о действительном финансовом положении заемщика на дату разрешения кредитором вопроса о возможности его финансирования, положительное решение о заключении кредитного договора не было бы принято (завышение размера доходов было осуществлено должником в несколько раз больше), то есть у должника не возникло бы долга перед ПАО «Совкомбанк», в связи с которым должник инициировал настоящее дело о банкротстве и настаивает на его освобождении от данных обязательств.

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что завышение должником размера своих доходов при получении кредита может иметь только одну цель - принятие на себя обязательства без потенциальной возможности расплатиться по нему, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть расценено судом как злоупотребление правом и должно влечь для должника неблагоприятные последствия в виде неприменения правила об освобождении от такого обязательства. К тому же статус кредитных организаций как профессиональных участников кредитного рынка не освобождает должника от необходимости действовать добросовестно, предоставлять достоверные сведения при получении кредита и применение правила о неосвобождении от обязательств, предусмотренное абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не поставлено в зависимость от того, насколько исчерпывающие меры принял банк при выяснении финансового положения должника, так как данное правило применяется при установлении факта недобросовестного поведения самого должника, что в данном случае материалами дела подтверждено.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2018 № 305-ЭС17-13146 (2), суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве только в случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника.

Так, малозначительным является, в частности, такое не предоставление информации, которое не создает угрозы причинения вреда имущественным интересам кредиторов, однако таких доказательств в настоящем деле не имеется, убедительных доказательств, что предоставление недостоверной информации являлось малозначительным или совершено вследствие добросовестного заблуждения должника не представлено, поведение должника не было обусловлено ошибкой, совершенной при добросовестном заблуждении, поскольку пункт анкеты «среднемесячные доходы за последние 4 мес.» исключает какое-либо неоднозначное толкование.

Доводы финансового управляющего и должника о том, что кредитор имел возможность узнать о наличии иных кредитных обязательств из кредитной истории, признаны судом первой инстанции необоснованными, поскольку доказательств того, что у банка имелась возможность получения такой информации должником не представлено, поскольку после оформления двух кредитов в ПАО «Совкомбанк» 11.05.2023г., должником в период с 11.05.2023г. по 13.05.2023г. заключено еще 5 кредитных договоров в Банке ВТБ (ПАО), ПАО Сбербанк, АО «Тинькофф Банк», что не отменяет факт недобросовестности действий со стороны заемщика. Таким образом, суд первой инстанции отметил, что у должника имелась дополнительная финансовая нагрузка, о которой кредиторы не были поставлены в известность.

Суд первой инстанции признал обоснованным довод кредитора, что должником намеренно создана ситуация, при которой у банка отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО1 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду единовременной подачи нескольких заявок и оформления договоров за короткий период времени. При этом само по себе подписание должником в течении трех дней подряд кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что он понимал невозможность одобрения последующего кредита в другом учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки. С даты принятия указанных обязательств, должник прекратил исполнять обязательства по кредитным договорам, заключенными с кредиторами.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваемом споре несообщение должником кредитной организации достоверной информации о своих реальных ежемесячных доходах свидетельствует о недобросовестном поведении должника в отношении банка для возможности получения кредита, что расценено судом как основание для неприменения к должнику правила о не освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором ПАО «Совкомбанк».

При этом доводы о надлежащем поведении должника в ходе процедуры банкротства, не опровергают вывод о недобросовестности ФИО1 при получении кредита в ПАО «Совкомбанк» и не могут являться основанием для освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором, так как не подтверждает реальность указанного должником в анкете размера дохода, а также взятия на себя кредитных обязательств за короткий период времени.

Таким образом, в рассматриваемом случае у суда отсутствуют основания полагать, что нераскрытие сведений о реальном размере дохода перед кредитором является малозначительным или совершено вследствие добросовестного заблуждения должника, анкета банка и изложенные в ней вопросы исключают вероятность двоякого толкования подлежащей раскрытию информации, тогда как раскрытие полной и достоверной информации в соответствии с Законом о банкротстве является безусловной обязанностью должника.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия должника не могут быть признаны добросовестными, что по правилам исключает применение в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

С учетом обозначенного правового регулирования, установленных в деле фактов получения должником денежных средств в размере более 4 млн. руб., не позволяющем обслуживать данные обязательства и взятие кредитов в короткий срок, что не позволило профессиональному участнику - банку провести проверку заемщика и просчитать свои риски, принимая во внимание, что исполнение обязательств по возврату кредита практически должником не производилось, также активное участие в споре кредитора, заявившего возражения относительно освобождения должника от исполнения обязательств перед ним, суд первой инстанции не применил в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора ПАО «Совкомбанк».

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт в указанной части подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

По общему правилу, в силу положений пункта 6 статьи 213.27 и пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Между тем, освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

На основании пункта 5 статьи 213.28 Закон о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, предусмотренные настоящим пунктом и включенные в реестр требований кредиторов, арбитражный суд в установленном законодательством Российской Федерации порядке выдает исполнительные листы.

Правила пункта 5 статьи 213.28 Закон о банкротстве также применяются к требованиям: о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (статья 10 настоящего Федерального закона); о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), умышленно или по грубой неосторожности; о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве; о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности; о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу положений пункта 4 статьи 213.28 Закон о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве, и необходимостью защиты прав кредиторов.

Законом о банкротстве установлены случаи, когда суд не вправе освобождать должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы кредиторов.

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 45).

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Таким образом, обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника. Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 25), при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное. Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение им от исполнения своих обязательств перед кредиторами. Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что именно должник обязан раскрыть суду в полном объеме всю информацию о своем имуществе, имущественных правах, денежных средствах и всех источниках его доходов за три года, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, должен добросовестно сотрудничать с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований кредиторов и принимать все возможные меры по погашению кредиторской задолженности, в связи с чем бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.

Обращаясь с апелляционной жалобой, должник указал на отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий должника, направленных на умышленное сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и тому подобных фактах недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что могло являться основанием для неприменения к ФИО1 правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ПАО «Совкомбанк» в размере 841 691,10 рублей.

Из фактических обстоятельств дела следует, что поведение должника не было недобросовестным и не направлено на причинение ущерба кредиторам, в связи с этим судебная коллегия пришла к выводу, что у суда отсутствовали правовые основания для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Как установлено из материалов дела, должник оказывал содействие с целью скорейшего завершения процедуры банкротства, документы и имущество передавались финансовому управляющему. Финансовый управляющий с заявлением об обязании должника передать документы не обращался.

Доказательств того, что ФИО1 привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве в материалах дела также не имеется.

Обосновывая недобросовестное поведение со стороны должника, Банк ссылается на принятие должником заведомо неисполнимых обязательств.

Вместе с тем, Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ "О кредитных историях" в соответствующих бюро.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Аналогичный правовой подход изложен в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 года N 305-ЭС18-26429, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.12.2020 по делу N А32-8232/2019, от 06.10.2020 по делу N А53-2220/2019, от 09.09.2021 по делу N А51-1167/2020, от 06.04.2020 по делу N А38-8733/2019.

Неисполнение принятых на себя обязательств в отсутствие доказательств предоставления недостоверных сведений может указывать лишь на неверную оценку финансовых возможностей должника как со стороны кредитных организаций, так и со стороны самого должника.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

При этом, по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного и/или фиктивного банкротства не установлено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено.

Доказательств, подтверждающих сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредитору материалы дела не содержат.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 N 310-ЭС20-6956).

В рассматриваемом случае таких обстоятельств суд не установил.

Обращение гражданина в суд с целью освобождения от обязательств само по себе не является безусловным основанием признать действия должника недобросовестными (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013).

Учитывая, что судебные акты о предоставлении должником заведомо недостоверных сведений не выносились; незаконных действий должника при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами не выявлено; фактов, свидетельствующих о недобросовестном и (или) незаконном поведении должника, не установлено; соответствующие судебные акты не выносились, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника, как участника гражданского оборота, от добросовестного поведения; какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличие в его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, отсутствуют.

Таким образом, в результате неправильного применения судом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о наличии оснований для неприменения в отношении должника правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Суд первой инстанции пришел к выводам, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, и принял незаконный судебный акт, что в силу положений пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого определения суда от 29.08.2024 в части неприменения в отношении гражданина ФИО1 правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств и принятия нового судебного акта в отмененной части об освобождении ФИО1 от исполнения обязательств перед кредитором ПАО «Совкомбанк» в размере 841 691,10 рублей.

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), освобождаются от уплаты государственной пошлины по обособленным спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредиторами, формированием конкурсной массы и реестра требований кредиторов, в деле об их несостоятельности (банкротстве).

Государственная пошлина в сумме 10 000 рублей, уплаченная ФИО1 по его апелляционной жалобе, с учетом подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового Кодекса Российской Федерации, подлежит возврату ФИО1 из бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.08.2024 по делу № А01-5137/2023 в обжалуемой части отменить.

Исключить из резолютивной части определения абзацы 1 и 3.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета ошибочно уплаченную государственную пошлину в размере 10 000 рублей по чеку 29.09.2024.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           М.А. Димитриев


Судьи                                                                                             Д.С. Гамов


Д.В. Николаев