Постановление от 13 октября 2023 г. по делу № А50-14786/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-17894/2019(55,56)-АК

Дело № А50-14786/2019
13 октября 2023 года
г. Пермь
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 октября 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С., судей Темерешевой С.В., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии:

от уполномоченного органа: ФИО2, удостоверение, доверенность от 19.10.2022;

от конкурсного управляющего ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 01.12.2022,

(иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО3, арбитражного управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края от 30 июня 2023 года о разрешении разногласий, возникших между конкурсным управляющим

ФИО3 и уполномоченным органом,

вынесенное в рамках дела № А50-14786/2019 о признании акционерного общества «Новые Фитинговые Технологии» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо: ФИО5, установил:

Определением суда от 12.09.2019 к производству арбитражного суда принято заявление ООО «Дока» о признании АО «Новые Фитинговые технологии» (далее – АО «НФТ», должник) несостоятельным (банкротом).


Определением суда от 23.10.2019 заявление ООО «Дока» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Ярков А.А.

Решением суда от 03.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Определением суда от 12.10.2022 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 определение суда от 12.10.2022 отменено. Дополнительным постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий 04.04.2023 обратился в суд с заявлением о разрешении разногласий между конкурсным управляющим и уполномоченным органом, просит разрешить и признать отсутствующей необходимость дополнительного страхования ответственности конкурсного управляющего ФИО3 в настоящем деле о банкротстве.

Определением суда от 24.05.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен арбитражный управляющий ФИО5

Определением суда от 30.06.2023 (резолютивная часть от 26.06.2023) суд определил: разрешить разногласия, возникшие между конкурсным управляющим АО «НФТ» ФИО3 и уполномоченным органом, установив обязанность конкурсного управляющего дополнительно заключать договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит определение суда отменить, признать отсутствие необходимости дополнительного страхования ответственности конкурсного управляющего в рамках настоящего дела.

По мнению конкурсного управляющего, с учетом конкретных обстоятельств у него отсутствует обязанность по заключению договора дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего. Отмечает, что на момент его утверждения конкурсным управляющим должника реальная стоимость имущества должника составляет менее 100 000 тыс. руб. При этом оборудование для изготовления соединительных деталей трубопроводов и товарно-материальные ценности в количестве 11 231 позиций реализовано на торгах по цене 13 113 113 руб., с победителем заключен договор купли-продажи, на момент утверждения конкурсным управляющим ФИО3 предыдущим конкурсным управляющим данное имущество не было передано покупателю. Указывает, что на момент его утверждения конкурсным управляющим должника единственным активом должника, не реализованным в ходе конкурсного производства, являлась дебиторская задолженность, которая


была обнаружена им самостоятельно, ее рыночная стоимость определена в заключении от 11.01.2023. Ссылается на низкую ликвидность выявленной дебиторской задолженности, оспаривает выводы суда об обратном.

От уполномоченного органа и кредитора ООО «БАКС-Технология» проступили письменные отзывы на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

От арбитражного управляющего ФИО5 поступило ходатайство о совместном рассмотрении апелляционных жалоб, мотивированное тем, что ФИО5 также подана апелляционная жалоба на определение суда от 30.06.2023, которая принята судом апелляционной инстанции к производству и ее рассмотрение назначено на 10.10.2023.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство об отложении судебного заседания до 10.10.2023.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2023, вынесенным в составе председательствующего Шаркевич М.С., судей Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н., судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 на определение суда от 30.06.2023 по делу № А50-14786/2019 отложено до 12.10.2023.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2023 в порядке ст. 18 АПК РФ произведена замена судей Плаховой Т.Ю. и Чепурченко О.Н. на судей Темерешеву С.В. и Чухманцева М.А.

Апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО3, арбитражного управляющего ФИО5 на определение суда от 30.06.2023 рассматриваются совместно.

Арбитражный управляющий ФИО5 в своей апелляционной жалобе просит изменить определение суда от 30.06.2023, исключив из мотивировочной части определения следующий вывод суда: «Кроме того, в настоящее время в рамках настоящего дела рассматривается заявление о взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 убытков, соответственно, установление наличия (отсутствия) актива на сумму 1,2 млрд. рублей не представляется возможным».

ФИО5 ссылается на то, что вывод суда о том, что в рамках настоящего дела рассматривается заявление о взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 убытков, не соответствует фактическим обстоятельствам. Ответчиками по требованию о взыскании убытков являются также руководители, акционеры, главный бухгалтер и заместитель главного бухгалтера (всего 4 человека, помимо ФИО5). Указание лишь на одного из ответчиков при упоминании данного обособленного спора не соответствует факту. Также отмечает, что вступившим в законную силу судебным актом – постановлением апелляционного суда от 20.02.2023 установлен факт отсутствия дебиторской задолженности на сумму 1, 2 млрд. руб., а также принятие арбитражным управляющим ФИО5 мер по поиску документации о такой дебиторской задолженности. Фактическое отсутствие


указанного актива, по мнению апеллянта, также подтверждается документами, возникшими в результате соответствующих действий конкурсного управляющего Яркова А.А. Указывает, что обжалуемое определение не содержит в себе указания на то, из какой стоимости активов при страховании своей ответственности следует исходить конкурсному управляющему Гусеву И.М. При этом, сделанное судом в мотивировочной части определения указание на возможное существование актива в виде дебиторской задолженности в размере на 1,2 млрд. руб. создает неопределенность в вопросе стоимости активов должника, из которой должен исходить конкурсный управляющий Гусев И.М. при выполнении обязанности по дополнительному страхованию своей ответственности.

От ООО «БАКС-Технология» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО5 об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционных жалоб поддержал, представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 03.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Дополнительным постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023 конкурсным управляющим утвержден

ФИО3

Обращаясь с заявлением о разрешении разногласий между конкурсным управляющим и уполномоченным органом, конкурсный управляющий указывал на возникновение разногласий относительно необходимости дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего в деле о банкротстве АО «НФТ». В связи с фактической стоимостью активов менее 100 млн.руб. просил признать отсутствующей необходимость дополнительного страхования ответственности конкурсного управляющего. Настаивал на том, что исходя из стоимости активов должника на данный момент у него отсутствует обязанность дополнительного страхования ответственности конкурсного управляющего в деле о банкротстве АО «НФТ». Отмечает, что в настоящее время все имущество, принадлежащее должнику, в


результате выполнения мероприятий конкурсным управляющим Ярковым А.А. в процедуре конкурсного производства, реализовано, какое-либо иное имущество на текущую дату у должника отсутствует, реальная стоимость дебиторской задолженности, исходя из заключения № 23-01 от 11.01.2023, составляет 13 535 000 руб., что не превышает сумму, установленную в п.2 ст. 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, поскольку документы, подтверждающие наличие в настоящее время в конкурсной массе активов, действительная стоимость которых превышает 100 млн. руб. отсутствуют, соответственно отсутствует риск утраты такого имущества вследствие неправомерных действий конкурсного управляющего, влекущий необходимость дополнительного страхования.

В свою очередь представитель уполномоченного органа возражает в отношении заявленных требований, считает необходимым осуществить дополнительное страхование ответственности арбитражного управляющего в соответствии с нормами Закона о банкротстве.

Разрешая возникшие разногласия, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у конкурсного управляющего ФИО3 имеется обязанность по дополнительному заключению договора обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков.

Исследовав материалы настоящего спора в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве, заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве конкурсный управляющий - это арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных Законом о банкротстве полномочий, или государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», осуществляющая указанные полномочия в случаях, установленных Законом о банкротстве.


На основании п. 1 ст. 20 Закона о банкротстве арбитражным управляющим признается гражданин Российской Федерации, являющийся членом одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. Условиями членства в саморегулируемой организации арбитражных управляющих являются также наличие у члена саморегулируемой организации договора обязательного страхования ответственности, отвечающего установленным ст. 24.1 Закона о банкротстве требованиям, внесение членом саморегулируемой организации установленных ею взносов, в том числе взносов в компенсационный фонд саморегулируемой организации (п. 3 ст. 20 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 24.1 Закона о банкротстве, договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве должен быть заключен со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

В силу п. 2 ст. 24.1 Закона о банкротстве, минимальный размер страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего составляет десять миллионов рублей в год.

В течение десяти дней с даты утверждения арбитражным судом в процедурах, применяемых в деле о банкротстве (за исключением дела о банкротстве отсутствующего должника, а также должника, балансовая стоимость активов которого не превышает сто миллионов рублей), внешнего управляющего и конкурсного управляющего они дополнительно должны заключить договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих. Размер страховой суммы по указанному договору определяется в зависимости от балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и не может быть менее чем:

- три процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над ста миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от ста миллионов рублей до трехсот миллионов рублей;

- шесть миллионов рублей и два процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над тремястами миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от трехсот миллионов рублей до одного миллиарда рублей;


- двадцать миллионов рублей и один процент размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над одним миллиардом рублей при балансовой стоимости активов должника свыше одного миллиарда рублей.

Таким образом, законодательство о банкротстве регламентирует порядок расчета страховой суммы по указанному договору, аналогия права в данном случае не применима.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В силу п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

Как следует из положений ст. 24.1 Закона о банкротстве, вопросы обязательного страхования своей ответственности, в том числе дополнительного относятся к полномочиям и обязанностям арбитражного управляющего и разрешаются арбитражным управляющим самостоятельно во внесудебном порядке. В частности, реализуя соответствующие полномочия, арбитражный управляющий должен установить балансовую стоимость активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и с учетом указанной информации совершить действия, связанные с заключением договора страхования.

При наличии разногласий между арбитражным управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, относительно указанных обстоятельств любое из названных лиц вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением о разрешении возникших разногласий. По результатам рассмотрения соответствующих разногласий суд выносит определение (п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве).

Применительно к указанному, а также к положениям ст. 60 Закона о банкротстве, соответствующие разногласия могут быть переданы на разрешение суда при наличии спора между арбитражным управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве. В отсутствие такого спора соответствующие обстоятельства не должны устанавливаться в соответствии со ст. 60 Закона о банкротстве.

Рассматриваемое заявление арбитражного управляющего по своей природе фактически представляет собой заявление об установлении имеющего юридическое значение факта, тогда как суждение о нем находится в данном


случае в компетенции самого арбитражного управляющего и может быть передано на разрешение суда лишь при фактическом наличии спора, в частности, при рассмотрении жалобы на действия арбитражного управляющего в связи с несоблюдением требований ст. 24.1 Закона о банкротстве, либо, напротив, заявления арбитражного управляющего об установлении процентов по его вознаграждению, размер которых также поставлен в зависимость от балансовой стоимости активов должника.

Предложенный управляющим способ защиты права в целях решения вопроса о необходимости договора дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего действительно прямо Законом о банкротстве не предусмотрен.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 306-ЭС21-10251, арбитражный управляющий не лишен возможности заявить возражения об отсутствии необходимости заключения договора дополнительного страхования ответственности ввиду явного несоответствия балансовой стоимости активов должника реальному положению дел (об отсутствии у управляющего соответствующей обязанности исходя из реальной стоимости активов, которая значительно ниже балансовой). Такой подход согласуется со смыслом разъяснений, приведенных в п. 12.6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» и касающихся порядка исчисления размера вознаграждения управляющего в случаях, когда этот размер в силу закона зависит от балансовой стоимости активов.

Указанная правовая позиция подлежит применению при наличии конкретизированного спора управляющего с другими лицами.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, обращаясь с рассматриваемым заявлением, ссылается на то, что балансовая стоимость активов должника на момент назначения конкурсным управляющим ФИО3 составляла 460 999 тыс. руб., однако реальная стоимость имущества должника составляет менее 100 000 руб. Конкурсный управляющий указывает, что конкурсная масса состоит только из денежных средств в размере 62 724 176 руб. и из дебиторской задолженности, по которой частично проведены торги, иных активов у должника нет.

В свою очередь уполномоченный орган указывает, что поскольку ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должника 12.10.2022, то применительно к ст. 24.1 Закона о банкротстве необходимо руководствоваться балансовой стоимостью активов должника по состоянию на 31.12.2021, которая составляла 327 170 000 руб., соответственно, конкурсный управляющий обязан заключить договор дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего.


В данном случае между конкурсным управляющим и уполномоченным органом возникли разногласия относительно необходимости дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего, подлежащие рассмотрению в порядке ст. 60 Закона о банкротстве.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что 13.03.2023 между АО «НФТ» и ООО «ТАРП-консалтинг» заключен договор на оказание услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета в объеме и условиях, предусмотренных договором. С целью определения состояния бухгалтерского учета (частично за период с 01.01.2019 по 31.12.2019) проведен контроль баланса бухгалтерских счетов и выявление технологических ошибок учета в предоставленной для анализа состояния бухгалтерского учета базы 1С УПП. В результате проведения вышеуказанных работ был сделан вывод о том, что бухгалтерский учет в программе УПП, полученный от конкурсного управляющего ФИО5 не соответствует составленной и представленной в ГИРБО бухгалтерской отчетности.

Как указывает конкурсный управляющий ФИО3 ошибки в бухгалтерской отчетности за 2021 год очевидны и без привлечения специалистов по бухгалтерскому учету (полное отсутствие дебиторской задолженности, которая в действительности имеется и реализуется на торгах. Основной размер балансовой стоимости активов за 2021 складывался из размера «Запасов» (382 318 000 руб.) (реальная стоимость – 13 113 113 руб.), «Основные средства» (7 068 000 руб.) (по состоянию на дату назначения49 000 руб.), «Денежные средства и денежные эквиваленты» 71 571 000 руб., (по состоянию на дату назначения – 62 724,176 тыс. руб.).

Как следует из бухгалтерского баланса по состоянию на 2021 год стоимость запасов общества указана в размере 382 318 тыс. руб.

Конкурсный управляющий указывает, что в составе лота № 2 предыдущим конкурсным управляющим реализованы товарно-материальные ценности с номинальной стоимостью 211 923,134 тыс. руб. по цене 13 113,113 тыс. руб.

В обоснование отсутствия остальной части данного актива, отраженного в бухгалтерской отчетности, конкурсный управляющий ссылается на полученные им от предыдущего конкурсного управляющего пояснения, согласно которым входящие в строку баланса должника 1210 «Запасы» расходы, числящиеся на счете 20 «Основное производство» и счете 23 «Полуфабрикаты собственного производства» расходы, связанные с изготовлением полуфабрикатов, в инвентаризацию не вошли, поскольку не имеют овеществленной формы, а представляют собой затраты общества, возникающие в процессе производства.

Между тем, соответствующие доводы конкурсного управляющего обоснованно не приняты судом первой инстанции и не могут быть приняты судом апелляционной инстанции в отсутствие их документального обоснования соответствующей первичной документацией должника.

Также в бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2021 отражена дебиторская задолженность в размере 252 117 тыс. руб.


Конкурсный управляющий указывает, что действительная стоимость дебиторской задолженности составляет 13 353 000 руб., установлена конкурсным управляющим на основании заключения № 23-01 от 11.01.2023.

Суд первой инстанции правомерно отнесся к представленному оценочному заключению № 23-01 от 11.01.2023, подготовленному конкурсным управляющим ФИО3, критически. Суд установил, что расчет итоговой рыночной стоимости объекта оценки в рамках сравнительного подхода (л.д.70 заключения) приведен в отношении девяти дебиторов с размером задолженности от 31 818,66 руб. (ООО «ГУЛЗ ГЦ») до 211 923 134,49 руб. (ООО «НФТ») одинаково, как 5,31 % от номинала, отметив, что по части требований указаны недостоверные сведения по взысканию дебиторской задолженности, и указав, что конкурсный управляющий, не имея специальных познаний в оценочной деятельности, фактически обесценил реальную стоимость дебиторской задолженности, что является недопустимым. С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что представленное заключение не может являться безусловным доказательством того, что рыночная стоимость дебиторской задолженности составляет 13 353 000 руб.

Оснований для переоценки соответствующих выводов суда первой инстанции у апелляционной коллегии не имеется.

Вопреки доводам апеллянта ФИО5 в настоящее время однозначный вывод об отсутствии активов в размере 1 200 000 тыс. руб. вступившими в законную силу судебными актами не установлен, рассмотрение обособленного спора о взыскании убытков, в том числе с ФИО5, не завершено

Вопреки доводам апеллянтов, установив несоответствие бухгалтерской отчетности и фактического наличия активов должника, конкурсный управляющий не предпринял всех возможных мер, предусмотренных Законом о банкротстве и Законом о бухгалтерском учете, для приведения баланса в соответствие с действительной стоимостью активов. Иного не доказано (ст. 65 АПК РФ).

В настоящее время не завершены мероприятия по формированию конкурсной массы и выявлению реальной стоимости имущества должника, в связи с чем, доводы апеллянтов о явном несоответствии балансовой и реальной стоимости активов должника нельзя признать обоснованными.

Следовательно, судом первой инстанции верно указано на наличие в данном случае у конкурсного управляющего обязанности по дополнительному страхованию ответственности арбитражного управляющего, исходя из балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, как того требует норма п. 2 ст. 24.1 Закона о банкротстве

Разрешая спор, суд первой инстанции верно руководствовался положениями ст.ст. 20.4, 60 Закона о банкротстве и исходил из императивности положений о дополнительном страховании ответственности арбитражного управляющего, направленных на защиту имущественных прав лиц, вовлеченных в процесс банкротства должника, а также возможности


арбитражного управляющего оценить предстоящие затраты, в том числе, на страхование ответственности, при решении вопроса о даче согласия на его утверждение в деле о банкротстве.

Изложенные конкурсным управляющим ФИО3 в апелляционной жалобе доводы фактически дублируют доводы, заявленные им ранее при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции. Все они были известны суду первой инстанции и учтены при принятии обжалуемого определения, следовательно, они не могут служить основанием для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку оснований для переоценки фактических обстоятельств дела апелляционным судом не установлено.

Оснований для отмены (изменения) судебного акта по доводам, изложенным ФИО5 в своей апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

С учетом изложенного основания для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены (изменения) обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Согласно положениям пп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционной жалобы на определения, не указанные в приведенном подпункте ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена, в связи с чем, ошибочно уплаченная АО «НФТ» государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит возврату ему из федерального бюджета

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 30 июня 2023 года по делу № А50-14786/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить акционерному обществу «Новые фитинговые технологии» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб., уплаченную по платежному поручению от 06.07.2023 № 4.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий М.С. Шаркевич

Судьи С.В. Темерешева

М.А. Чухманцев