Постановление от 21 ноября 2023 г. по делу № А43-19418/2021

Дело № А43-19418/2021
21 ноября 2023 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 09 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2023 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Устиновой Н.В., судей Мальковой Д.Г., Ковбасюка А.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РУСПАК ПОЛИМЕР» на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 18.04.2022 по делу № А43-19418/2021, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «БИНОВИ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «РУСПАК ПОЛИМЕР» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 5 231 400 руб., третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «ТАКОНИКМИЛЛЕН», общество с ограниченной ответственностью «Медикосм», общество с ограниченной ответственностью «Белый север», при участии в судебном заседании: от заявителя (ответчика) - общества с ограниченной ответственностью «РУСПАК ПОЛИМЕР» - ФИО2 (адвоката, по доверенности от 01.08.2023 сроком действия 1 год); от истца - общества с ограниченной ответственностью «БИНОВИ» - ФИО3 (по доверенности от 01.01.2023 сроком действия до 31.12.2023 и диплому).

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.

Общество с ограниченной ответственностью «БИНОВИ» (далее – ООО «Бинови») обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РУСПАК ПОЛИМЕР» (далее – ООО «Руспак Полимер») о запрете использования товарного знака по свидетельству № 432714, принадлежащего истцу, взыскании 5 231 400 руб. компенсации в двукратном размере стоимости товаров (с учетом уточнений), об обязании ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет всю контрафактную продукцию, на которой размещен товарный знак ООО «Бинови».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ТАКОНИКМИЛЛЕН» (далее – ООО «Таконикмиллен»), общество с ограниченной ответственностью «Медикосм» (далее – ООО «Медикосм»), общество с ограниченной ответственностью «Белый север» (далее – ООО «Белый север»).

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 18.04.2022, оставленным без изменения
постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022, исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взысканы компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714 в сумме 5 060 600 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 53 552 руб. ООО «Руспак Полимер» запрещено использовать товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714. Ответчик также обязан изъять из оборота и уничтожить за свой счет контрафактную продукцию, на которой незаконно размещен товарный знак истца. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанными решением и постановлением, ООО «Руспак Полимер» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 27.07.2023 постановление Первого арбитражного апелляционного суда 01.12.2022 отменено на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело направлено на новое рассмотрение. Судом по интеллектуальным правам указано, что при новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции необходимо правильно установить наличие либо отсутствие факта нарушения исключительного права истца ответчиком и в случае его установления произвести верный расчет компенсации.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2023 дело принято на новое рассмотрение.

Определениями суда от 28.09.2023 и от 12.10.2023 судебное разбирательство откладывалось на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалуя судебный акт, заявитель полагает, что доказательств реализации товаров в заявленном истцом объеме в материалы дела не представлено. Ссылается на то, что суд первой инстанции не дал оценки доводам ответчика о необходимости снижения размера компенсации и в обжалуемом судебном акте это не отразил. Считает, что суд первой инстанции неправомерно удовлетворил требование истца в части обязания ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет всю контрафактную продукцию, поскольку не указано конкретное имущество, подлежащее изъятию, и его местонахождение, что может привести к нарушению прав иных лиц, не являющихся участниками судебного процесса. Кроме того, отметил, что 17.10.2021 истец в судебном заседании отказался, а суд принял отказ от исковых требований в названной части, в связи с чем по правилам статьи 49, 150, 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был обязан прекратить производство по делу в соответствующей части, а не рассматривать его по существу. В качестве дополнительного довода заявитель указал на то, что ООО «Бинови» является ненадлежащим истцом по делу, поскольку на товаре ответчика присутствует иной товарный знак, который не может ассоциироваться с зарегистрированным за истцом товарным знаком. Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и в письменной позиции к ней.

В судебном заседании от 09.11.2023 представитель заявителя (ответчика) поддержал апелляционную жалобу.

Представитель истца в отзыве на апелляционную жалобу с дополнениями к нему и в заседании суда возразил по доводам заявителя, считая их несостоятельными, и просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, отзывы на апелляционную жалобу не представили. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по имеющимся материалам.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец обладает исключительным правом на товарный знак «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 432714.

По пояснениям истца, 10.04.2021 ему стало известно о том, что ответчик незаконно использует товарный знак. В частности, ответчик реализует продукцию (перчатки нитриловые неопудренные с регистрационным удостоверением BENOVY) с незаконным размещением на упаковке товарного знака «BENOVY».

17.04.2021 и 25.05.2021 истцом в адрес ответчика были направлены претензии с требованиями прекратить незаконное использование товарного знака и уничтожить контрафактную продукцию, которые оставлены ООО «Руспак Полимер» без удовлетворения. Более того, истец отметил, что ответчик, зная о нарушении закона, не приостановил поставку контрафактного товара.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив собранные по делу доказательства и установив факт нарушения ООО «Руспак Полимер» исключительного права ООО «Бинови» на товарный знак «BENOVY» путем предложения к продаже и реализации продукции - медицинских перчаток, с использованием обозначения, сходного с названным товарным знаком, на общую сумму 2 530 300 руб., признал требование истца о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак обоснованным и подлежащим удовлетворению в размере 5 060 600 руб., отказав в остальной части данного требования. Кроме того, судом удовлетворены требования о запрете ответчику использовать товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714 и об обязании последнего изъять из оборота и уничтожить за свой счет контрафактную продукцию, на которой незаконно размещен товарный знак истца.

Суд апелляционной инстанции при новом рассмотрении, исследовав материалы дела, изучив доводы заявителя апелляционной жалобы и возражения на них, заслушав пояснения представителей сторон, не нашел оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки являются приравненными к результатам интеллектуальной деятельности средствами индивидуализации, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие) (статья 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Исходя из приведенных выше норм права и положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака либо сходного с ним до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиком, истец являлся правообладателем товарного знака «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 432714 (дата приоритета 27.04.2010, дата регистрации 21.03.2011, срок действия регистрации 27.04.2030), зарегистрированного в отношении товаров 10 класса Международной классификации товаров и услуг (далее – МКТУ), включающего в числе прочего перчатки для медицинских целей.

25.06.2021 зарегистрирован переход исключительных прав на данный товарный знак от ООО «Бинови» к обществу с ограниченной ответственностью «Би-Трейд» (далее – ООО «Би-Трейд»).

В пункте 70 Постановления № 10 разъяснено, что требование о возмещении убытков или выплате компенсации может быть заявлено и после прекращения правовой охраны соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицом, являвшимся правообладателем на момент совершения правонарушения. При предоставлении третьему лицу права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору или при передаче третьему лицу исключительного права по договору о его отчуждении право требования возмещения убытков, причиненных допущенным до заключения указанного договора нарушением, или выплаты компенсации за такое нарушение не переходит к новому правообладателю. Соответствующее требование может быть заявлено лицом, которое являлось правообладателем на момент совершения нарушения.

Исходя из указанных разъяснений и того обстоятельства, что вменяемые ответчику нарушения совершены в период, когда правообладателем товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 432714 являлось ООО «Бинови», суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для вывода о том, что обжалуемый судебный акт принят о правах и об обязанностях ООО «Би-Трейд», не привлеченного к участию в деле.

В подтверждение факта предложения ответчиком к продаже и реализации продукции – медицинских перчаток, в материалы дела истцом представлены договор поставки от 21.01.2021 № 08/01/2021 с протоколом разногласий и спецификацией к нему (т. 1 л.д. 131-132), счета на оплату от 02.04.2021 № 4679 на сумму 12 000 руб. (т. 1 л.д. 28), от 20.05.2021 № 5009 на сумму 975 000 руб. (т. 1 л.д. 31), от 17.06.2021 № 5225 на сумму 15 000 руб. (т. 1 л.д. 76), универсальные передаточные документы от 07.04.2021 № УТ-148 на сумму 12 000 руб. (т. 1 л.д. 30), от 09.02.2021 № УТ-39 на сумму 1 543 300 руб. (т. 1 л.д. 134), от 24.06.2021 № УТ-493 на сумму 15 000 руб. (т. 1 л.д. 75), электронное письмо ООО «Руспак Полимер» (находится в материалах электронного дела (размещено 31.03.2022)), переписку по электронной почте с фотоматериалами (т. 1 л.д. 101-108).

Из имеющихся в деле документов следует, что ООО «Белый Север» с ответчиком заключен договор поставки от 21.01.2021 № 08/01/2021 (с протоколом разногласий к нему), в рамках которого последнее на основании выставленного счета произвело оплату платежным поручением от 22.01.2021 № 51 суммы в размере 1 628 700 руб. и ООО «Руспак Полимер» осуществило поставку перчаток нитриловых по универсальному передаточному документу от 09.02.2021 № УТ-39 на сумму 1 543 300 руб.

ООО «Белый Север» письмом от 23.12.2021 № 809 (т. 1 л.д. 130) обратилось к истцу с просьбой предоставить информацию о том, является ли ответчик дистрибьютором-партнером ООО «Бинови», имеющим право поставок оригинальной продукции (перчаток) «BENOVY», указав, что приобрело у ООО «Руспак Полимер» закупку перчаток «BENOVY» на общую сумму 1 543 300 руб. по счету-фактуре от 09.02.2021 № УТ-39, при получении которых возникли вопросы о соответствии поставленного товара оригинальной продукции торговой марки «BENOVY» (перчаткам) и ее регистрационному удовлетворению.

В письменных пояснениях по делу (т. 1 л.д. 148, т. 2 л.д. 8) ООО «Белый Север» сообщило, что ООО «Руспак Полимер» выставило счет на оплату перчаток нитриловых без указания торговой марки. Пояснило, что были запрошены перчатки марки «benovy», чей сертификат был приложен. Указало, что в его адрес от ответчика посредством электронной почты поступили проект договора, спецификация, счет, накладная, регистрационное удовлетворение на медицинское изделие от 22.05.2017 № РЗН 2017/5747.

Как усматривается из имеющегося в деле регистрационного удостоверения на медицинское изделие от 22.05.2017 № РЗН 2017/5747 (т. 1 л.д. 26-27), оно выдано ООО «Бинови» на медицинское изделие «перчатки медицинские диагностические (смотровые) одноразовые нестерильные «BENOVY».

Кроме того, ответчиком были выставлены счета от 02.04.2021 № 4679 и от 20.05.2021 № 5009 на оплату товара – перчаток нитриловых неопудренных с РУ BENOVY Малайзия. ООО «Таконикмиллен» платежным поручением от 02.04.2021 № 244 оплатило счет от 02.04.2021 № 4679 и ООО «Руспак Полимер» произвело ему поставку перчаток нитриловых на сумму 12 000 руб.

Счетом на оплату от 20.05.2021 № 5009 подтверждается предложение ответчиком к продаже перчаток нитриловых неопудренных с РУ BENOVY Малайзия.

ООО «Таконикмиллен» письмом без даты и номера (т. 1 л.д. 25) обратилось к истцу с просьбой предоставить информацию о том, является ли ООО «Руспак Полимер» лицом, имеющим право поставок оригинальной продукции (перчаток) «BENOVY», указав, что у ООО «Руспак Полимер» были приобретены перчатки «BENOVY» нитриловые, неопудренные на сумму 12 000 руб. по счету-фактуре от 07.04.2021 № УТ-148, при получении которых возникли вопросы о соответствии поставленного товара оригинальной продукции (перчаткам) торговой марки «BENOVY» и ее регистрационным удовлетворениям.

Также ООО «Руспак Полимер» был выставлен счет от 17.06.2021 № 5225 на оплату товара – перчаток нитриловых Benovy, и осуществлена поставка перчаток нитриловых в адрес ООО «ДЖИ-ЭЛ», которое обратилось к ООО «Медикосм» с просьбой о предоставлении информации о том, является ли ООО «Руспак Полимер» лицом, имеющим право поставок оригинальной продукции (перчаток) «BENOVY», указав на наличие вопросов к соответствию поставленных перчаток заявленным характеристикам оригинальной продукции «BENOVY».

Исходя из имеющихся в деле фотоматериалов, на упаковках реализуемой ответчиком продукции размещено обозначение «».

Ответчик также подтвердил, в том числе в кассационной жалобе, размещение на реализованных им товарах названного обозначения.

Таким образом, по результатам исследования и оценки представленных в дело доказательств в их совокупности и взаимосвязи усматривается, что ответчик предлагал к продаже и реализовывал продукцию – медицинские перчатки, с использованием обозначений «BENOVY» (указано в счетах) и «» (размещено на упаковке реализуемой ответчиком продукции). Данное обстоятельство ООО «Руспак Полимер» не опровергнуто.

Довод ООО «Руспак Полимер» относительно того, что за иным лицом - ООО «Би-Трейд» по заявке № 2021752022 зарегистрировано обозначение «» (товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 857573), судом апелляционной инстанции проверен и отклонен.

Согласно пункту 6 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени смешения с:

- товарными знаками других лиц, заявленными на регистрацию (статья 1492) в отношении однородных товаров и имеющими более ранний приоритет, если заявка на государственную регистрацию товарного знака не отозвана, не признана отозванной или по ней не принято решение об отказе в государственной регистрации (подпункт 1);

- товарными знаками других лиц, охраняемыми в Российской Федерации, в том числе в соответствии с международным договором Российской Федерации, в отношении однородных товаров и имеющими более ранний приоритет (подпункт 2).

Регистрация в качестве товарного знака в отношении однородных товаров обозначения, сходного до степени смешения с каким-либо из товарных знаков, указанных в подпунктах 1 и 2 настоящего пункта, допускается с согласия правообладателя при условии, что такая регистрация не может явиться причиной введения в заблуждение потребителя. Согласие не может быть отозвано правообладателем.

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиком, товарный знак «» по свидетельству Российской Федерации № 857573, правообладателем которого является ООО «Би-Трейд», зарегистрирован 16.03.2022 по заявке от 17.08.2021 № 2021752022 (дат приоритета 17.08.2021) в отношении в числе прочего товаров 10 класса МКТУ, включающего также перчатки для медицинских целей (т. 2 л.д. 87).

Из материалов дела следует, что вменяемые ответчику в рамках настоящего дела нарушения (22.01.2021, 07.04.2021, 20.05.2021, 17.06.2021) совершены до подачи ООО «Би-Трейд» заявки на регистрацию товарного знака.

При этом, 25.06.2021, то есть до подачи заявки № 2021752022, был зарегистрирован переход исключительных прав от ООО «Бинови» к ООО «Би-Трейд» на ряд товарных знаков, содержащих словесный элемент «benovy», а именно: «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 432714, «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 547414, «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 565429, «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 587898, «BENOVY» по свидетельству Российской Федерации № 667444, «BENOVY PLUS» по свидетельству Российской Федерации № 670784, «» по свидетельству Российской Федерации № 561699.

Подача ООО «Би-Трейд» заявки на регистрацию товарного знака № 2021752022 и регистрация товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 857573 осуществлены уже после обращения истца в суд с настоящим иском в защиту исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 432714 и после перехода ООО «Би-Трейд» исключительных прав как на названный товарный знак, так и на иные товарные знаки, содержащие словесный элемент «benovy».

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сам по себе факт регистрации товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 857573 при приведенных выше фактических обстоятельствах его регистрации и с учетом положений пункта 6 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации не может свидетельствовать о том, что обозначения «BENOVY» (товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714) и «» (товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 857573) в отношении соответствующих товаров являются несходными.

В пункте 75 Постановления № 10 разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Методология определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте определена Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), и пунктом 162 Постановления Пленума № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 Правил № 482.

Пунктом 42 Правил № 482 предусмотрено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В силу пункта 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 Постановления Пленума № 10, согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при выявлении сходства до степени смешения обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Не может быть признано полное отсутствие сходства обозначений при наличии одного полностью совпадающего (обладающего высокой степенью сходства) словесного элемента (постановления президиума Суда по интеллектуальным правам от 21.05.2018 по делу № СИП-210/2017, от 26.11.2018 по делу № СИП-147/2018, от 30.03.2023 по делу № СИП-582/2022).

Проведя сравнительный анализ товарного знака истца и использованного ответчиком при предложении к продаже и реализации товаров обозначения, суд установил следующее.

Товарный знак «» по свидетельству Российской Федерации № 432714, зарегистрированный в отношении товаров 10 класса МКТУ, включающего в числе прочего перчатки для медицинских целей, представляет собой словесное обозначение, состоящее из 6 печатных заглавных букв и выполненное в латинице стандартным шрифтом.

Материалами дела подтверждается, что ответчиком предлагалась к продаже и реализовывалась продукция – медицинские перчатки, с использованием обозначений «BENOVY» (указано в счетах) и «» (размещено на упаковке реализуемой ответчиком продукции).

Используемое ответчиком обозначение «BENOVY» представляет собой словесный элемент из 6 печатных заглавных букв в латинице стандартным шрифтом, тождественный словесному обозначению товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 432714.

Обозначение «», размещаемое на упаковках реализуемых ответчиком медицинских перчаток, содержит словесный элемент из 6 строчных букв в латинице с добавлением символа «®».

Судом установлено, что сравниваемые обозначения имеют фонетическое сходство ввиду тождества словесного элемента «benovy» (в обозначениях совпадают звукосочетания, слоги, их количество и расположение, они имеют одинаковое произношение по правилам транскрипции).

Шрифт, которым выполнено обозначение, используемое ответчиком, отличается от шрифта написания словесного элемента спорного товарного знака, что свидетельствует о наличии графического отличия, которое вместе с тем не является существенным и не исключает одинаковое восприятие рядовых потребителей товарного знака истца и словесного обозначения на товаре, как и включение в обозначение «» изображения латинской буквы «R» в окружности.

Сравниваемые обозначения имеют высокую степень визуального сходства.

С учетом того, что ответчик использует названное обозначение на упаковке товара - медицинских перчаток, в отношении которого зарегистрирован товарный знак истца, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о правомерности вывода суда первой инстанции о вероятности смешения товарного знака и спорного обозначения.

Следует также отметить, что лица, которые приобретали у ответчика продукцию – медицинские перчатки, в частности, ООО «Белый Север» и ООО «Таконикмиллен», обратились с запросами на предмет проверки у ООО «Руспак Полимер» права на реализацию оригинальной продукции (перчаток) «BENOVY» именно к истцу, что дополнительно свидетельствует о фактическом смешении обозначения, размещенного на спорном товаре, и товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 432714 для обычных потребителей соответствующего товара.

Доказательства, подтверждающие правомерность использования ответчиком соответствующих обозначений, последним не представлены.

В опровержение заявленных требований ответчик представил счет-фактуру от 26.05.2020 № 6135 (т. 2 л.д. 6). Согласно доводам последнего товар приобретался у официального дистрибьютера в 2020 году - ООО «Медикосм».

Вместе с тем, суд первой инстанции верно установил, что данный документ не опровергает доводов истца и не подтверждает легальности товара.

По пояснениям ООО «Медикосм», в 2020 году производитель не ввозил спорный товар на территорию Российской Федерации, о чем в дело представлены письма от 07.07.2021 и от 08.07.2021.

В материалах дела отсутствуют доказательства того обстоятельства, что именно товар, приобретенный у ООО «Медикосм», реализован ответчиком третьим лицам.

При этом, судом первой инстанции учтено, что общий объем продукции, предложенной ответчиком к реализации значительно превышает объем продукции, приобретенной у ООО «Медикосм».

Также судом отклонена ссылка ответчика на приобщенный к материалам дела УПД от 23.09.2020 № 4588 (т. 2 л.д. 5), поскольку он не свидетельствует о легальном характере продукции, предложенной ответчиком к реализации.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно признал ответчика нарушившим исключительные права истца на спорный товарный знак.

Как установлено частью 3 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Положениями статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Учитывая, что факт нарушения исключительных прав на спорный товарный знак подтвержден документально, требование о взыскании компенсации предъявлено истцом правомерно.

В рассматриваемом случае истец, заявляя требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, избрал вид компенсации, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, - в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем. Аналогичное разъяснение содержится в пункте 59 Постановления № 10.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 указанного Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В соответствии с имеющимся в деле расчетом, произведенным ООО «Бинови» исходя из сумм по счетам на оплату от 02.04.2021 № 4679 (12 000 руб.), от 20.05.2021 № 5009 (975 000 руб.), универсальные передаточные документы от 07.04.2021 № УТ-148 на сумму 12 000 руб. (т. 1 л.д. 30), счета-фактуры от 09.02.2021 № УТ-39 (1 628 700 руб.), размер компенсации составляет 5 231 400 руб.

Из материалов дела следует, что с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 432714, ответчиком осуществлена поставка продукции в адрес ООО «Белый Север» и ООО «Таконикмиллен» по универсальным передаточным документам от 09.02.2021 № УТ-39 на сумму 1 543 300 руб. и от 07.04.2021 № УТ-148 на сумму 12 000 руб. соответственно и предлагалась к продаже продукция ООО «Таконикмиллен» по счету от 20.05.2021 № 5009 на сумму 975 000 руб.

Судом верно отмечено, что сам факт реализации при доказанности факта предложения к продаже необязателен для доказывания нарушения права и расчета размера компенсации, исходя из двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак (обозначение, сходное с ним до степени смешения).

Таким образом, совокупностью имеющихся в деле доказательств подтверждается предложение ответчиком к продаже и реализации контрафактной продукции на общую сумму 2 530 300 руб., что ответчиком не опровергнуто.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции по результатам исследования и оценки собранных по делу доказательств правомерно признал требование истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714 обоснованным и подлежащим удовлетворению в сумме 5 060 600 руб., отказав в остальной части названного требования.

Доводы заявителя жалобы о необходимости снижения размера компенсации судом апелляционной инстанции проверены и отклонены на основании следующего.

Как отмечено в пункте 62 Постановления № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Согласно абзацу шестому пункта 61 Постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих товаров, по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимости контрафактных товаров, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Из обжалуемого судебного акта следует, что суд первой инстанции по результатам исследования материалов дела и проверки произведенного истцом расчет компенсации признал доказанным факт предложения к продаже и реализации ответчиком контрафактной продукции на общую сумму 2 530 300 руб., в связи с чем счел обоснованной компенсацию в размере 5 060 600 руб.

Произведенный судом расчет ответчиком арифметически не опровергнут.

Установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, ниже установленных законом пределов (в том числе двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 24.07.2020 № 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака).

Таким образом, снижение судом размера компенсации ниже низшего размера возможно при соблюдении критериев, приведенных в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П, при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 25.04.2017, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-2988.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что ответчик в отзыве на иск в числе прочего указал, что даже при наличии доказательств нарушения компенсация подлежит снижению, сославшись на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П.

Однако какого-либо обоснования соблюдения критериев, приведенных в данном Постановлении, ответчиком не приведено, как и не представлено в материалы дела доказательств, свидетельствующие о наличии фактических обстоятельств, соответствующих обозначенным в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П критериям снижения размера компенсации ниже низшего предела.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необоснованности позиции заявителя жалобы относительно наличия оснований для снижения размера компенсации и правомерности удовлетворения судом первой инстанции применительно к рассматриваемому случаю с учетом фактических обстоятельств спора и допущенных ответчиком нарушений исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 432714 требования о взыскании компенсации в сумме 5 060 600 руб.

Само по себе неотражение судом первой инстанции результата рассмотрения вышеназванного ходатайства ответчика не привело к принятию незаконного решения в части разрешения требования о взыскании компенсации.

Вывод суда первой инстанции о размере компенсации, подлежащей взысканию с ответчика, сделан при установлении всех обстоятельств, имеющих существенное значения для разрешения данного вопроса, и с учетом правовых позиций высших судебных инстанций.

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

С учетом приведенных выше обстоятельств и на основании указанной нормы права суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца в части обязания ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет всю контрафактную продукцию.

Доводы ООО «Руспак Полимер» о неправомерности рассмотрения судом первой инстанции требования об обязании ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет всю контрафактную продукцию в связи с отказом истца от иска в данной части несостоятельны, поскольку ООО «Бинови» не заявляло отказ от названного требования, что следует из аудиозаписи судебного заедания от 07.10.2021. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства.

Разрешая спор, суд полно, всесторонне и объективно исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований истца, не допустил неправильного применения норм материального и процессуального права.

Каких-либо аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции по существу исковых требований, заявителем не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта по доводам заявителя, отклоненным по названным выше мотивам, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 18.04.2022 по делу № А43-19418/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «РУСПАК ПОЛИМЕР» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья

Н.В. Устинова

Судьи

Д.Г. Малькова

А.Н. Ковбасюк