Постановление от 23 ноября 2020 г. по делу № А67-1997/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А67-1997/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 23 ноября 2020 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зайцевой О.О.,

судей: Фроловой Н.Н.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№07АП-1784/2020(2) на определение от 23.09.2020 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-1997/2019 о банкротстве должника-гражданина ФИО3 (634537, Томская область, Томский район, п. Копылово; ИНН <***>), принятое по заявлению е финансового управляющего ФИО4 о признании недействительным и применении последствий недействительности договора дарения от 26.10.2016 70 АА 0927486, заключенного между ФИО3 и ФИО5,

при участии в судебном заседании:

- от ФИО3 – ФИО6, доверенность от 29.12.2018, паспорт, ФИО7, доверенность от 29.12.2018, паспорт;

- от ПАО «Сбербанк России» - ФИО8, доверенность от 03.06.2019, паспорт,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Томской области от 13.11.2019 (резолютивная часть объявлена 07.11.2019) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

21.05.2019 в Арбитражный суд Томской области поступило заявление финансового управляющего имуществом ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 26.10.2016 70 АА 0927486, заключенного между ФИО3 и ФИО5 (далее – ФИО5) и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 23.09.2020 заявление финансового управляющего удовлетворено, договор дарения от 26.10.2016 70 АА 0927486, заключенный между ФИО3 и ФИО5 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки. Суд возложил обязанность на ФИО5 возвратить ФИО3 недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер 70:21:0200009:2745.

Не согласившись с вынесенным судебным актом ФИО3 (податель апелляционной жалобы, заявитель) обратилась с апелляционной жалобой, по тексту которой просит определение Арбитражного суда Томской области от 23.09.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме.

Обосновывая заявленные требования, податель апелляционной жалобы, ссылаясь на статью 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статью 446 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), статью 128 Гражданского кодекса РФ, статью 14, пункт 6.1 статьи 23, пункт 2 статьи 30 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», Положение Банка России от 28.06.2017 № 590-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности», пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», указывает, что оспариваемое определение вынесено с существенным нарушением норм материального права, вывода суда не обоснованы, противоречат представленным в материалы дела доказательствам и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Судом сделан неправомерный вывод о недостаточности имущества ФИО3 для обеспечения ее обязательств, из состава имущества должника суд необоснованно исключил жилой дом, земельный участок, а также доли в уставных капиталах юридических лиц, принадлежащих ФИО3, что противоречит действующему законодательству. Судом необоснованно не приняты во внимание отчеты об оценке рыночной стоимости долей ФИО3 у уставных капиталах организаций: ООО «Счастье есть» (51%), ООО «Радуга чудес» (70%), ООО «Розница-Маркет» (100%). Суд первой инстанции не учел, что по обязательствам перед ПАО «Сбербанк России» ФИО3 выступала солидарно с ООО «Счастье есть» и ООО «Розница-Маркет», таким образом, у ФИО3 имелись разумные ожидания, что кредитные обязательства будут исполнены основным заемщиком. Вывод суда о том, что кредиторы обоснованно рассчитывали на удовлетворение своих требований за счет отчужденного ФИО3 имущества противоречит фактическим обстоятельствам дела, так как обязательства ФИО3 перед ПАО «Сбербанк России» возникли спустя два года с момента совершения оспариваемой сделки. Выводы суда о сохранении обязательств должника перед Банком, существовавших с 2016 года, о неплатежеспособности основного заемщика на дату совершения спорной сделки, не соответствуют материалам дела.

По тексту отзыва на апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк России» (далее – Банк, кредитор) просит оспариваемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Апеллянтом не принят во внимание общий размер денежных обязательств должника перед Банком на определенную дату, который составил 38 000 000 руб. Суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание представленные должником отчеты об оценке стоимости долей в уставных капиталах юридических лиц. Доводы апеллянта о недоказанности признака недостаточности имущества в целом по группе обязанных по кредитным обязательствам лиц безосновательны. Установление признака недостаточности имущества должника не является обязательным для удовлетворения заявления об оспаривании сделки должника по статье 61.2 Закона о банкротстве. Кредитные обязательства ФИО3 перед Банком по договорам поручительства за ООО «Счастье есть» не прекращались, размер ответственности не уменьшался, имели характер перекредитования.

В судебном заседании, лица, участвующие в деле, свои позиции поддержали в полном объеме.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта Арбитражного суда Томской области в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением суда от 01.04.2019 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о ее несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 19.06.2019 (резолютивная часть объявлена 11.06.2019) заявление о признании ФИО3 несостоятельной (банкротом) признано обоснованным, в отношении неё введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО9.

Решением суда 13.11.2019 (резолютивная часть объявлена 07.11.2019) ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

В период проведения анализа финансового состояния должника финансовым управляющим имуществом ФИО3 выявлена подозрительная сделка должника, направленная на безвозмездное отчуждение имущества должника в пользу заинтересованного лица – матери (ФИО5), а именно: договор дарения квартиры от 26.10.2016 № 70 АА 0927486, по условиям которого даритель (ФИО3) безвозмездно передал в собственность одаряемому, а одаряемый (ФИО5) принял в дар трехкомнатную квартиру, расположенную на четвертом этаже жилого дома по адресу: <...>, кадастровый номер: 70:21:0200009:2745.

Кадастровая стоимость указанного объекта недвижимости составляет 5 567 882,37 руб. (Т.1 л.д. 18).

Право собственности на указанную квартиру зарегистрировано за ФИО5 11.07.2017.

Полагая, что данная сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, повлекшей безвозмездное получение заинтересованным лицом в собственность имущества, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Томской области с заявлением о недействительности договора дарения квартиры.

Суд первой инстанции, установив наличие признаков недействительности сделки, определением от 23.09.2020 удовлетворил заявление финансового управляющего в полном объеме.

Выводы суда первой инстанции являются верными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).

В пункте 8 Постановления № 63 разъяснено, что при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Оспариваемая в рамках настоящего спора сделка от 26.10.2016 совершена менее чем за три года до принятия судом заявления о признании должника банкротом (01.04.2019), в связи с чем она подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 является матерью ФИО3

Указанные фактические обстоятельства не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Таким образом, лицами, участвующими в деле не оспаривается, что сделка была совершена в отношении заинтересованного лица, так как договор дарения заключен с ФИО5 - матерью должника.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно материалам дела, на момент совершения спорной сделки ПАО «Сбербанк» являлся кредитором ФИО3 с размером требований 38 000 000 руб. и фактической суммой требований 29 287 558,31 руб., образовавшейся вследствие заключения ФИО3 договоров поручительства, которыми обеспечивались обязательства ООО «Счастье есть»:

- по договору об овердрафтном кредите № 8616.01-16/040 от 21.06.2016, лимит задолженности 10 000 000 руб., фактический остаток задолженности 9 342 558,31 руб.

- по договору об открытии НКЛ № 8616.01-16/043 от 24.06.2016, лимит задолженности 28 000 000 руб., фактический остаток задолженности 19 945 000 руб.

В дальнейшем, вышеуказанные обязательства перед Банком исполнялись должником за счет выдачи новых кредитов, путем «перекредитования», что свидетельствует о продолжаемом характере обязательственных отношений ФИО3 перед Банком.

По тексту апелляционной жалобы заявитель ссылается на представленные в материалы дела отчеты об оценке рыночной стоимости долей в уставных капиталах юридических лиц: ООО «Счастье есть» (51%), ООО «Радуга чудес» (70%), ООО «Розница-Маркет» (100%), как на подтверждение достаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки – 35 958 600,69 руб.

Относительно данного довода апелляционный суд отмечает следующее.

При оценке представленных в материалы дела доказательств судом первой инстанции был сделан обоснованный вывод о том, что в материалы дела не представлено надлежащих доказательств соответствия реальной стоимости таких долей, в том числе по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки, той стоимости, которую указывает должник.

Согласно части 1 статьи 70 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Пункт 3 данной статьи устанавливает, что доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В ходе оценивая представленных должником отчетов об оценке ООО «АРТ-Мастер» от 14.09.2020 № 86/20 и № 88/20, у суда первой инстанции возникли обоснованные сомнения в достоверности представленных расчетов, так как из самого их содержания следует вывод, что определенная оценщиком рыночная стоимость имеет неточный и вероятностный характер, основана на большом количестве допущений и предположений, в силу чего не могла быть принята судом в качестве установленного фактического обстоятельства.

Апелляционный суд обращает внимание, что представленные отчеты были выполнены по заказу представителя должника, ФИО3 являлась контролирующим лицом (основным участником и руководителем) исследуемых организаций, имея возможность непосредственного влияния на бухгалтерскую отчетность и, как следствие, на результат оценок.

Судом первой инстанции установлено, что все лица, в которых имеется доля участия ФИО3, признаны банкротами, у них нет имущества для погашения неисполненных обязательств, соответственно, действительная стоимость участия в них близка к 0 рублей.

В представленных отчетах об оценке обращено внимание на то, что негативные тенденции в финансовом состоянии всех подконтрольных ФИО3 лиц наблюдались с 2015 года.

Данные обстоятельства вызывают закономерные сомнения в достоверности представленных документов.

С учетом применения повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, судом первой инстанции представленные отчеты об оценке обоснованно не были приняты во внимание.

Довод апеллянта о неправомерном исключении из конкурсной массы должника жилого дома и земельного участка в п. Копылово общей стоимостью 2 135 175 руб. отклоняется судом апелляционной инстанции за необоснованностью.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

При этом частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В соответствии с пунктом 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Таким образом, спорная квартира не является для должника единственным жильем, поскольку ФИО3 является собственником также и жилого дома, расположенного в пос. Копылово Томского района, исключенного судом из состава конкурсной массы.

Учитывая, что в материалы дела иных доказательств, безусловно подтверждающих расчеты стоимости имущества ФИО3 не представлены, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о недостаточности имущества должника для расчетов со всеми кредиторами.

Судом первой инстанции также установлено, что в результате совершения оспариваемой сделки произошло безвозмездное отчуждение недвижимого имущества, принадлежавшего должнику. Таким образом, размер имущества должника, за счет которого возможно было погашение требований кредиторов, уменьшился без какого-либо встречного предоставления, что сторонами не оспаривается.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что отчуждение в преддверии банкротства должника имущества в пользу заинтересованного лица на безвозмездных условиях не соответствует содержанию аналогичных сделок и свидетельствует о ее заключении на невыгодных для должника условиях.

На основании вышеизложенного, учитывая отсутствие доказательств достаточности имущества ФИО3 для расчетов с кредиторами, безвозмездный характер сделки, совершенной в период подозрительности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: имущество безвозмездно отчуждено в пользу заинтересованного лица в условиях недостаточности имущества должника, следовательно, при преследовании должником цели причинения вреда имущественным правам его кредиторов и осведомленности второй стороны по сделке о такой цели; в результате осуществления дарения причинен вред кредиторам.

Кроме того, суд правильно применил последствия недействительности сделки.

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, отзыва на нее апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, п. 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение от 23.09.2020 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-1997/2019 - оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Председательствующий О.О. Зайцева

Судьи Н.Н. Фролова


ФИО1