Решение от 11 марта 2021 г. по делу № А78-271/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-271/21
г.Чита
11 марта 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 марта 2021 года

Решение изготовлено в полном объёме 11 марта 2021 года

Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Переваловой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по заявлению открытого акционерного общества «Ингода» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Региональной службе по тарифам и ценообразованию Забайкальского края (ОГРН <***>, ИНН <***>)

об изменении в части назначения наказания постановления Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края №168-Н-А/П-20 от 17.12.2020

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 – представителя по доверенности от 25.12.2020 года, диплом бакалавра по направлению «Юриспруденция» №107505 0092946 от 30.06.2014;

от заинтересованного лица: ФИО3 – представителя по доверенности от 11.01.2021 года, диплом бакалавра по направлению «Юриспруденция» №107505 0159257 от 13.11.2015.

Открытое акционерное общество «Ингода» (далее – ОАО «Ингода», заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с требованием об изменения в части назначения наказания постановления Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края (далее – РСТ, Служба) № 168-Н-А/П-20 от 17.12.2020.

В судебном заседании представитель заявителя выявленное Службой правонарушение по существу не оспорил, указав на возможность снижения санкции ниже низшего с учетом тяжелого финансового положения общества.

Представитель РСТ требование не признал по основаниям, изложенным в отзыве (л.д.34-38).

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

На основании служебного задания руководителя Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края от 10 сентября 2020 года № 3 (л.д.135-136) на проведение мероприятий по контролю без взаимодействия с субъектами государственного контроля уполномоченными должностными лицами РСТ при осуществлении регионального государственного контроля (надзора) в области розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции на территории Забайкальского края проводились мероприятия по наблюдению за соблюдением обязательных требований, посредствам анализа данных сформированных в Единой государственной автоматизированной системе (далее ЕГАИС), в части соблюдения ограничений розничной продажи алкогольной продукции на территории г. Читы и Забайкальского края в день запрета 11 сентября (Всероссийский день трезвости) в ходе которых установлено следующее.

Согласно данным, сформированным в системе ЕГАИС «Журнал учета объема розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции за период с 11 сентября 2020 года по 11 сентября 2020 года» установлено, что 11 сентября 2020 года в 08 часов 25 минуты местного времени в магазине расположенном по адресу: <...>, в котором деятельность по розничной продаже алкогольной продукции осуществляет ОАО «Ингода» (лицензия на осуществление розничной продажи алкогольной продукции от 17.06.2019 года № 75РПА0001964) осуществлена продажа алкогольной продукции: - водка «Хортиця Классическая», изготовитель: ООО «Тульский винокуренный завод 1911», объем 0,25 литра, крепость 40 % об., в количестве 1 бутылки, чек № 805341.

Тем самым, проверяющий орган пришел к выводу, что ОАО «Ингода» совершило нарушение запрета розничной продажи алкогольной продукции в день запрета 11 сентября (Всероссийский день трезвости), установленных пунктом 2 части 1 статьи 3 Закона Забайкальского края от 26 декабря 2011 года № 616-ЗЗК «Об отдельных вопросах реализации Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» на территории Забайкальского края», то есть нарушило особые требования и правила розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции.

По выявленному правонарушению РСТ в отношении ОАО «Ингода» составлен протокол об административном правонарушении от 04 декабря 2020 с квалификацией его по ч.3 ст.14.16 КоАП РФ - нарушение особых требований и правил розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.17.1 настоящего Кодекса.

По результатам рассмотрения дела об административном правонарушении административным органом вынесено постановление от 17 декабря 2020 г. №168-Н-А/П-20 (л.д.15-19, 44-49) о привлечении заявителя к административной ответственности по ч.3 ст.14.16 КоАП РФ в виде штрафа в размере 300 000 руб.

Заявитель, полагая, что вынесенное административным органом постановление подлежит отмене ввиду несоразмерности штрафа, обратился в арбитражный суд.

Согласно части 4 статьи 210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

Частью 6 статьи 210 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Объективная сторона правонарушения заключается в нарушении особых требований и правил розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Цели государственного регулирования производства и оборота алкогольной продукции закреплены в пункте 1 статьи 1 Федерального Закона № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее - Закон № 171 -ФЗ).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2003 года N 17-П, от 30 марта 2016 года N 9-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Учитывая это, действующее законодательство предъявляет повышенные требования к обороту алкогольной продукции, включая ряд ограничений и запретов.

В соответствии с абз.2 п.9 Федерального закона № 171-ФЗ органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные ограничения времени, условий и мест розничной продажи алкогольной продукции, за исключением розничной продажи алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания, в том числе полный запрет на розничную продажу алкогольной продукции, за исключением розничной продажи алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания.

Согласно п.2 ч.1 ст.3 Закона Забайкальского края от 26.12.2011 № 616-ЗЗК «Об отдельных вопросах реализации Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» на территории Забайкальского края» не допускается розничная продажа алкогольной продукции в день запрета, а именно во Всероссийский день трезвости (11 сентября).

Частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП Российской Федерации формы вины не выделяет.

Следовательно, и в тех случаях, когда в соответствующих статьях Особенной части КоАП Российской Федерации возможность привлечения к административной ответственности за административное правонарушение ставится в зависимость от формы вины, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации).

Обстоятельства, указанные в части 1 или части 2 статьи 2.2 КоАП Российской Федерации, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

Вместе с тем, как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 апреля 2020 года № 17-П, определяя пределы, в которых несет административную ответственность юридическое лицо, законодатель хотя и не считает вину юридического лица тождественной вине лица физического или совокупной виновности нескольких физических лиц, тем не менее признает наличие связи между привлечением к административной ответственности юридического лица и виновными действиями (бездействием) физического лица, тем более что конечной целью наказания юридического лица со всей очевидностью является воздействие на волю и сознание связанных с ним физических лиц, с тем чтобы добиться частной превенции административных правонарушений.

При этом, поскольку совершение административного правонарушения юридическим лицом - это всегда действие (бездействие) действующих от его имени физических лиц, нельзя отрицать возможность учесть, привлекая юридическое лицо к административной ответственности, обстоятельства, характеризующие форму вины соответствующих физических лиц. Административное правонарушение как факт реальной действительности - это всегда единство субъективных и объективных элементов, что находит отражение как в его легальной дефиниции, так и в юридических конструкциях составов административных правонарушений, предусмотренных Особенной частью КоАП Российской Федерации, а равно проявляется в том, что по объективным элементам можно судить и о субъективных. В частности, по фактическим обстоятельствам, установленным на основе исследования и оценки доказательств и отражающим характер и степень опасности нарушения, его последствия, можно определить и характеристики вины нарушителя, в том числе юридического лица.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, несмотря на то обстоятельство, что вина юридического лица в совершении административного правонарушения не тождественна вине соответствующего физического лица, виновность юридического лица так или иначе является следствием виновности его должностных лиц (работников), привлечение которых к административной или уголовной ответственности не освобождает - в силу прямого указания части 3 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации - от административной ответственности само юридическое лицо. Вина юридического лица проявляется в виновном действии (бездействии) соответствующих физических лиц, действующих от его имени и допустивших правонарушение (Постановления от 17 января 2013 года № 1-П, от 25 февраля 2014 года № 4-П и от 14 апреля 2020 года № 17-П, Определения от 14 декабря 2000 года № 244-О и от 26 ноября 2018 года № 3062-О).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 13 июля 2015 года № 304-АД15-7137, организация как хозяйствующий субъект обязана обеспечить должный контроль как за выполнением требований законодательства в сфере розничной продажи алкогольной продукции, так и за выполнением таких требований своими работниками (представителями).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суд полагает, что Общество, являющееся обладателем лицензии на розничную продажу алкогольной продукции, то есть лицом, осуществляющим на профессиональной основе деятельность, связанную с оборотом такой продукции, обязано было принять все необходимые меры по соблюдению соответствующих требований Закона № 171-ФЗ.

ОАО «Ингода», являясь участником правоотношений в сфере оборота алкогольной продукции, знало об установленном законодательством запрете розничной продажи алкогольной продукции.

Однако ОАО «Ингода», равно как и его руководство, достаточных мер не приняло, что указывает на наличие его вины в совершении вменяемого административного правонарушения.

Каких-либо объективных причин невозможности соблюдения установленного законом запрета Обществом не приведено, более того, как указывалось выше, ОАО «Ингода» вину в совершенном правонарушении признает в полном объеме.

С учетом изложенного, оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе протокол об административном правонарушении от 04 декабря 2020 года № 168-Н-А/П-20, журнал учета объема розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции, суд приходит к выводу о доказанности наличия в действиях ОАО «Ингода» состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

Каких-либо существенных нарушений процедуры привлечения Общества к административной ответственности судом не установлено.

В частности, о времени и месте составления протокола об административном правонарушении и рассмотрении административного дела ОАО «Ингода» извещалось заблаговременно и надлежащим образом (л.д.114, 120), законный представитель общества директор ФИО4 участвовал при составлении протокола и рассмотрении материалов административного производства.

Протокол об административном правонарушении составлен, а оспариваемое постановление вынесено уполномоченными должностными лицами РСТ Забайкальского края.

Согласно статье 23.50 КоАП Российской Федерации органы, осуществляющие государственный контроль (надзор) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, рассматривают дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.16 настоящего Кодекса.

Рассматривать дела об административных правонарушениях от имени органов, указанных в части 1 настоящей статьи, в пределах своих полномочий вправе руководители органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющих государственный контроль (надзор) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции в части розничной продажи алкогольной продукции, их заместители (пункт 3 части 2).

В соответствии с пунктом 1 Положения о Региональной службе по тарифам и ценообразованию Забайкальского края, утвержденного постановлением Правительства Забайкальского края от 16.05.2017 № 196, Служба является исполнительным органом государственной власти Забайкальского края, осуществляющим, в том числе, региональный государственный контроль (надзор) в области розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Приказом Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края от 12.02.2020 № 23-НПА, утвержден Перечень должностных лиц Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.16 КоАП Российской Федерации, в 2 которого указан заместитель начальника отдела.

Следовательно, протокол об административном правонарушении составлен, а оспариваемое постановление вынесено уполномоченными должностными лицами РСТ Забайкальского края (соответственно заместителем начальника отдела ФИО5 и руководителем Службы ФИО6).

Поддерживая изложенные в оспариваемом постановлении выводы административного органа об отсутствии в рассматриваемом конкретном случае правовых оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП Российской Федерации (о малозначительности допущенного правонарушения, выразившего в нарушении особых требований и правил розничной продажи алкогольной продукции) и статьи 4.1.1 (о замене административного штрафа предупреждением, поскольку Общество ранее уже совершало аналогичное правонарушение), арбитражный суд, тем не менее, не может согласиться с примененной Службой мерой административной ответственности.

Санкция на юридических лиц предусматривает наказание от ста тысяч до трехсот тысяч рублей с конфискацией алкогольной и спиртосодержащей продукции или без таковой.

Как следует из оспариваемого постановления, Служба учитывая наличие обстоятельств, отягчающих административную ответственность, предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 4.3 КоАП Российской Федерации назначила обществу штраф в максимальном размере 300 000 руб., определенной санкции части 3 статьи 14.16 КоАП РФ.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП Российской Федерации).

По мнению суда, иные положения КоАП Российской Федерации, в том числе связанные с вопросами назначения административного наказания (глава 4), должны применяться с учетом приведенной нормы, что подтверждается приведенной ниже правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2020 года № 49-П.

Однако в нарушение требований статьи 24.1 КоАП Российской Федерации Службой ни в оспариваемом постановлении, ни в представленном отзыве, ни в ходе судебного разбирательства не представлено какого-либо аргументированного обоснования назначения наказания в виде штрафа в максимальном размере, а не в определенных санкцией указанной нормы пределах (от 100 000 до 300 000 рублей).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2020 года № 49-П указано, что меры административной ответственности и правила их применения, устанавливаемые законодательством об административных правонарушениях, должны не только соответствовать характеру административного правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к административной ответственности, тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений. Применение одинаковых мер ответственности за различные по степени опасности административные правонарушения без надлежащего учета характеризующих виновное лицо обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование, противоречит конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации идеям справедливости и гуманизма и несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения.

Ранее аналогичные правовые подходы были высказаны Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года № 3-П, от 13 июля 2010 года № 15-П и от 17 января 2013 года № 1-П.

Опираясь на эти правовые позиции, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что наложение предусмотренного законом административного наказания при определенных обстоятельствах может противоречить целям административной ответственности и приводить к чрезмерному ограничению конституционных прав и свобод (Постановления от 14 февраля 2013 года № 4-П и от 25 февраля 2014 года № 4-П).

Соответственно, КоАП Российской Федерации, основываясь на вытекающих из Конституции Российской Федерации принципах справедливости и пропорциональности, предполагает, что органы административной юрисдикции обязаны избегать формального подхода к решению вопроса об административном наказании. В частности, необходимо учитывать требования КоАП Российской Федерации, направленные на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств, связанных с привлечением к административной ответственности, и справедливого разрешения дела об административном правонарушении (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2020 года № 49-П).

Исходя из правовой позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 апреля 2014 года № 10-П административный штраф в максимальном размере назначается, только если его наложение в меньшем размере не позволит надлежащим образом обеспечить предупреждение совершения новых нарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Поскольку административное наказание, как следует из части 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации, является средством государственного реагирования на совершенное административное правонарушение и как таковое применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, установленные данным Кодексом размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административного наказания не будет отвечать предназначению государственного принуждения, которое, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 18 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств для защиты прав и свобод человека и гражданина, а также иных конституционно признанных ценностей.

Учитывая, что РСТ Забайкальского края ни в оспариваемом постановлении, ни в представленном отзыве и пояснениях, ни в ходе судебного разбирательства не представлено какого-либо аргументированного обоснования назначения наказания в виде штрафа в максимальном размере (300 000 рублей), а не в определенных санкцией указанной статьи пределах от 100 000 до 300 000 рублей, суд считает назначение ОАО «Ингода» наказания в виде штрафа в размере 300 000 рублей не обоснованным и неправомерным.

В пункте 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что при рассмотрении заявления об оспаривании постановления административного органа о привлечении к административной ответственности судам необходимо исходить из того, что оспариваемое постановление не может быть признано законным, если при назначении наказания не были учтены обстоятельства, указанные в частях 2 и 3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации. Суд, установив отсутствие оснований для применения конкретной меры ответственности и руководствуясь частью 2 статьи 211 АПК Российской Федерации, принимает решение о признании незаконным и об изменении оспариваемого постановления в части назначения наказания. В данном случае в резолютивной части решения указывается мера ответственности, назначенная судом с учетом названных обстоятельств.

С учетом изложенного, суд считает необходимым оспариваемое постановление Службы от 17.12.2020 года № 168-Н-А/П-20 признать незаконным и изменить в части назначения основного административного наказания в виде штрафа в размере 300 000 рублей, определив размер административного штрафа в 110 000 рублей.

При определении указанного размера штрафа суд исходит из наличия обстоятельства, отягчающего административную ответственность, предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации (постановление РСТ Забайкальского края о назначении административного наказания № 623-Н-А/П-29, штраф уплачен 14.09.2020 которым ОАО «Ингода» привлекалось к ответственности за аналогичное нарушение), а также необходимости соблюдения требований справедливости и соразмерности административного наказания.

Кроме того, заявитель заявил о применении положений части 3.2 статьи 4.1 КоАП РФ и с учетом финансового положения лица снизить штраф ниже низшего предела.

В подтверждение доводов о неудовлетворительном положении лица обществом представлены бухгалтерский баланс на 31 декабря 2020 года, справка о финансовом состоянии за 2020г., акты сверки взаиморасчетом с контрагентами ОАО «Ингода».

Анализируя Бухгалтерский баланс по состоянию на 31 декабря 2020, суд приходит к выводу, что непокрытый убыток и чистая прибыль составляют минусовые значения, у предприятия в 2020 году значительно увеличилась кредиторская задолженность.

При разрешении вопроса о соразмерности назначенного заявителю административного наказания тяжести совершенного административного правонарушения, суд полагает необходимым отметить, что общие цели административной ответственности в правовом государстве установлены статьям 1.2, 3.1 КоАП. Согласно названным положениям, административная ответственность как сложное правовое явление характеризуется не только своей карательной функцией, но и функцией стимулирования позитивного развития охраняемых отношений, раскрывающей социальную ценность административной ответственности как средства, обеспечивающего становление правопорядка и дисциплины. В силу части 1 статьи 3.1 КоАП административное наказание как мера административной ответственности применяется в целях предупреждения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами. Назначение наказания должно обеспечить указанную цель превенции в правовом государстве.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в вышеупомянутом Постановлении от 25 февраля 2014 года N 4-П, КоАП, будучи федеральным законом, входящим в систему отечественного права, ориентирован на обеспечение конституционных принципов равенства, пропорциональности и соразмерности наказаний, направленных на обеспечение индивидуализации наказания юридических лиц, виновных в совершении административных правонарушений, что предполагает недопущение при применении мер административной ответственности избыточного ограничения имущественных прав и интересов правонарушителей - юридических лиц. Между тем в условиях, когда нижняя граница административных штрафов для юридических лиц за совершение административных правонарушений составляет как минимум сто тысяч рублей, обеспечение индивидуального подхода к наложению административного штрафа становится крайне затруднительным, а в некоторых случаях и просто невозможным. Более того, формальные требования части 1 статьи 1.4 КоАП, согласно которой юридические лица подлежат административной ответственности независимо от места нахождения, организационно-правовых форм, подчиненности, а также других обстоятельств, не проводят каких-либо различий между юридическими лицами. В результате для отдельных организаций, привлечение к административной ответственности сопровождается такими существенными обременениями, которые могут оказаться для них непосильными и привести к самым серьезным, вплоть до вынужденной ликвидации, последствиям. В таких случаях, административное наказание утрачивает свой правовой смысл превенции и перерождается в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного ограничения свободы предпринимательства и права собственности, что недопустимо в силу статей 17, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1, 2 и 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и противоречит общеправовому принципу справедливости.

Заявителем указано что, правонарушение не носит намеренный характер. Организация не в состоянии оплатить столь значительный штраф, ввиду тяжелого финансового положения, о чем свидетельствует налоговая и бухгалтерская документация, наличие задолженности перед контрагентами.

Административный штраф, равно как любое другое административное наказание согласно части 1 статьи 3.1 КоАП РФ является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. В этой связи Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении N 4-П от 25.02.2014 указано, что устанавливаемые КоАП РФ размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью 13 общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административной ответственности не будет отвечать предназначению государственного принуждения, которое, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 18 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств для защиты прав и свобод человека и гражданина, иных конституционно признаваемых ценностей гражданского общества и правового государства.

Привлечение к административной ответственности не должно сопровождаться такими существенными обременениями, которые могут оказаться непосильными для лиц, совершивших правонарушение, и привести к самым серьезным последствиям, вплоть до вынужденной ликвидации.

В соответствии с частью 3.2 статьи 4.1 КоАП РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, имущественным и финансовым положением привлекаемого к административной ответственности юридического лица, судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дела об административных правонарушениях либо жалобы, протесты на постановления и (или) решения по делам об административных правонарушениях, могут назначить наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса, в случае, если минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет не менее ста тысяч рублей.

Учитывая, что административное правонарушение совершено организацией, находящимся в тяжелом финансовом положении, значительной кредиторской задолженностью, суд полагает, имеются основания для применения частей 3.2 и 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ.

Суд считает, что в рассматриваемом случае наличествуют обстоятельства, позволяющие назначить обществу наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, определенного судом (110 000 руб.) и назначает обществу административное наказание в виде административного штрафа, снизив его в два раза, то есть в размере 55 000 рублей.

Согласно части 2 статьи 211 АПК Российской Федерации в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что отсутствуют основания для применения конкретной меры ответственности, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным и изменить постановление Региональной службы по тарифам и ценообразованию Забайкальского края от 17.12.2020 №168-Н-А/П-20 в части назначения открытому акционерному обществу «Ингода» административного штрафа в размере 300 000 рублей.

Назначить открытому акционерному обществу «Ингода» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождение: 672000, <...>, зарегистрированного 18.11.2002, административное наказание по постановлению от 17.12.2020 №168-П-А/П-20 в размере 55 000 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня принятия.

Судья Е.А. Перевалова