Постановление от 17 января 2019 г. по делу № А52-2843/2014

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-2843/2014
г. Вологда
17 января 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 января 2019 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Журавлева А.В. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области ФИО2 по доверенности от 27.11.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЕРТ» ФИО3 на определение Арбитражного суда Псковской области от 25 октября 2018 года по делу № А52-2843/2014 (судья Дегтярева Е.Ф.)



у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области от 18.11.2014 (резолютивная часть объявлена 12.11.2014) в отношении общества с ограниченной ответственностью «ЕРТ» (место нахождения: 180530, <...>, ИНН <***>; ОГРН <***>; далее – ООО «ЕРТ», Общество, должник) введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Определением суда от 24.03.2015 (резолютивная часть объявлена 18.03.2015) в отношении должника введено внешнее управление.

Определением суда от 06.04.2015 внешним управляющим ООО «ЕРТ» утвержден ФИО3

Решением суда от 28.04.2016 (резолютивная часть объявлена 21.04.2016) Общество признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Конкурсный управляющий ФИО3 (далее - заявитель) обратился в суд с заявлением в порядке статьи 9, пунктов 2, 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции, действующей на дату обращения в суд, о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей Общества ФИО4, ФИО5 и взыскании с них солидарно в пользу должника 375 102 361 руб. 82 коп.

В ходе судебного разбирательства конкурсный управляющий ФИО3 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнил требования и просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4, взыскать с него в пользу должника 12 833 063 руб. 05 коп., а также заявил об отказе от требований к ФИО5 в полном объеме.

Определением суда от 25.10.2018 производство по заявлению конкурсного управляющего Общества ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя Общества ФИО5 прекращено.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя Общества ФИО4 и взыскании с него 12 833 063 руб. 05 коп. отказано.

Конкурсный управляющий ФИО3 с судебным актом в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 16.10.2018 отменить, принять новый судебный акт, удовлетворить заявление конкурсного управляющего. Доводы жалобы сводятся к следующему. ФИО4 как недобросовестный и неразумный руководитель не мог объективно определить наличие признаков неплатежеспособности Общества, неправильно оценил все активы и будущие перспективы организации, заблуждаясь в её платежеспособности.

В отзыве Федеральная налоговая служба и её представитель в судебном заседании поддержали апелляционную жалобу, просили её удовлетворить.

ФИО4 в отзыве возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте его разбирательства, представителей в суд не направили, в связи с этим апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части проверены в соответствии с пунктом 5 статьи 268 АПК РФ.

Как усматривается в материалах дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица администрацией Псковской области 10.06.1999 постановлением № 288-р. Запись о юридическом лице внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 23.01.2002 за основным государственным номером <***> инспекцией Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по г. Пскову Псковской области.

Основными видами экономической деятельности должника являются распиловка и строгание древесины, добыча и агломерация торфа, оптовая торговля твердым топливом, в том числе торфом.

Учредителем (участником) Общества является компания «Касилия Пропертиз ЛТД» (Кипр).

Решениями единственного участника Общества от 15.11.2010 № 5 генеральным директором Общества назначен ФИО4 с 16.11.2010, от 22.08.2014 № 9 – ФИО5 с 23.08.2014.

По заявлению Федеральной налоговой службы определением суда 02.09.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве Общества.

Решением суда 21.04.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с заявлениями о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на сумму 12 833 063 руб. 05 коп. в виде непогашенных требований, включенных в реестр требований кредиторов, конкурсный управляющий ФИО3 сослался на пункты 1, 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление конкурсного управляющего, пришел к выводу, что заявитель не доказал наличие оснований для его удовлетворения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из нижеследующего.

Положениями Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ) введена Глава III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указано на то, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, которое имело место 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

По аналогии указанные положения подлежат применению и к рассмотрению в рамках дела о несостоятельности заявления о взыскании с контролирующих лиц убытков, причиненных должнику.

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд Псковской области до 01.07.2017, оно подлежит рассмотрению без учета правил Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Основания и порядок привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам определены в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) в указанную статью внесены изменения.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон № 134-ФЗ - 01.07.2013.

Пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином - должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В свою очередь, пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества (абзац шестой пункта 1).

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновения одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момента возникновения данного условия;

- факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности вышеназванных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Указанная правовая позиция приведена в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (далее – Обзор № 2(2016)).

Из содержания приведенных норм Закона о банкротстве прямо следует, что доказыванию подлежат точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника. Кроме того, доказыванию подлежит также точная дата возникновения обязательств, к субсидиарной ответственности по которым привлекается лицо из оснований, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве понимает превышение размера денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве, юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

По мнению подателя жалобы, Общество обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества по состоянию на 31.03.2013, поскольку имело задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью ТЭК «Русторф» (далее – ООО ТЭК «Русторф») по договору поставки от 06.06.2012 № РТЕ-08п на сумму 22 260 000 руб. Конкурсный управляющий считает, что ФИО4 после 30.04.2013 обязан был обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Кроме того, конкурсный управляющий указал, что у должника на данную дату имелись неисполненные обязательства перед кредитором Othonor Commercial Limited на сумму 1 358 718 руб. 50 коп. по договору займа от 26.02.2013 № FE-13L.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности обратиться с заявлением в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как усматривается в материалах дела, 15.06.2011 между администрацией Псковской области в лице губернатора Псковской области ФИО6 и Обществом заключено инвестиционное соглашение, предметом которого являлись совместные действия сторон по реализации на территории Псковской области инвестиционного проекта организации производства торфяных топливных брикетов. По результатам инвестиционного проекта объем реализуемой продукции после выхода вновь созданного производства на проектную мощность (январь 2013 года) должен был составлять 163,3 млн руб.

Согласно инвестиционному проекту Общество обязалось осуществить вложения в проект за счет собственных и привлеченных средств (пункт 3.2), участвовать в реализации областной долгосрочной целевой программы «Развитие использования торфяного и других местных видов топлива в Псковской области до 2015 года» с последующей реализацией котельным региона выпускаемой продукции на условиях, согласованных с администрацией области (пункт 3.12).

Администрация области в свою очередь обязалась оказывать содействие Обществу в решении вопросов, связанных с реализацией проекта, в том числе своевременного получения необходимых согласий и разрешений, консультационную, информационную поддержку. При этом администрация Псковской области имеет право освещать ход реализации инвестиционного проекта в средствах массовой информации (пункт 5.5).

В период как до возбуждения дела о банкротстве Общества, так и после начала процедуры банкротства в средствах массовой информации были размещены сообщения о региональной программе перевода котельных на местные виды топлива, об эффективности работы котельных на торфе, о введении автоматизированных котельных в городах Гдове и Крюки за счет средств Общества.

В спорный период Общество имело в своем пользовании месторождение Ершовское с объемом запасов в 5 376,3 тыс. тонн (лицензия до 31.07.2021), Качевское с объемом запасов в 1 040,8 тыс. тонн (лицензия до 31.12.2021), Нехлюдовское с объемом запасов в 2 989,9 тыс. тонн (лицензия до 31.12.2021). При этом завод по производству торфяных брикетов был запущен на месторождении Ершовское, на двух других добыча торфа не производилась.

Обществом 05.11.2014 заключен меморандум о стратегическом партнерстве и сотрудничестве с закрытым акционерным обществом «ТорфПром», целью которого являлось объединение научно-технического и производственного потенциала сторон в области разработки, производства, маркетинга, продажи удобрений, других продуктов из торфа, срок действия – до 31.12.2020.

Инвестиционное соглашение с администрацией Псковской области, меморандум о сотрудничестве 2014 года, наличие бизнес-плана для исполнения проекта, земельного участка, необходимых лицензий и разрешений, необходимого количества техники и оборудования, активное участие ООО ТЭК «Русторф» в деятельности Общества, как указал ФИО4, не позволяло ему усомниться, что Общество будет неплатежеспособным.

Как усматривается в бухгалтерском балансе Общества за 2013 год, по состоянию на 31.12.2013 стоимость активов должника составляла 342 759 тыс. руб., из них 120 537 тыс. руб. - основные средства, 30 504 тыс. руб. - запасы, 13 951 тыс. руб. – дебиторская задолженность, прочие оборотные активы – 134 210 руб. Кредиторская задолженность составляла 51 969 руб.

По сравнению с 2011-2012 годами стоимость активов должника увеличилась на 88 315 тыс. руб., кредиторская задолженность уменьшилась с 69017 тыс. руб. (31.12.2011), 86 561 тыс. руб. (31.12.2012) до 51 969 тыс. руб. (31.12.2013). Заемные средства должника по состоянию на 31.12.2013 составляли 311 733 тыс. руб. При этом основную часть заемных средств составляла задолженность перед аффилированным лицом - ООО ТЭК «Русторф».

Поскольку деятельность Общества осуществлялась в рамках инвестиционного проекта, суд первой инстанции посчитал, что первоначальное вложение средств, а следовательно и рост убытков по балансу, продолжительность реализации проекта не свидетельствуют о быстром получении прибыли и возврате заемных средств, вложенных в приобретение оборудования, в подготовительные работы по разработке торфа, реализация готовой продукции будущем.

Судом первой инстанции установлено, что хозяйственная деятельность Общества продолжалась и после возбуждения дела о банкротстве, в продукции должника имелась заинтересованность не только на территории Псковской области, но и за ее пределами. В частности, общество с ограниченной ответственностью «Балтийская лесная группа» было заинтересовано в приобретении торфяного брикета в отопительный сезон 2015/2016 года в объеме 10 000 тонн, что подтверждается материалами дела.

Конкурсный управляющий должника в отчете от 10.11.2017 также отразил сведения о своем участии в декабре 2016 года в заседаниях, организованных заместителем губернатора Псковской области, по вопросам поставок на котельную г. Гдова, о возможности восстановления поставок.

В спорный период погашалась задолженность по кредитному договору перед акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк», с которым были заключены дополнительные соглашения о рассрочке ссудной задолженности и изменении срока возврата денежных средств.

Из материалов дела следует, что в соответствии с отчетом временного управляющего должника о результатах своей деятельности, о финансовом состоянии должника временный управляющий пришел к выводу о возможности восстановления платежеспособности Общества, в том числе в случае исполнения администрацией Псковской области инвестиционного соглашения от 15.06.2011. По результатам проведения проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и/или преднамеренного банкротства временным управляющим сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного банкротства.

Первое собрание кредиторов Общества, состоявшееся 06.03.2015, на основании отчета временного управляющего пришло к выводу о наличии у должника возможности восстановить платежеспособность и удовлетворить требования кредиторов.

Определением суда от 24.03.2015 (резолютивная часть определения объявлена 18.03.2015) в отношении Общества введена процедура внешнего управления.

Однако план внешнего управления не был исполнен в ходе процедуры внешнего управления.

При таких обстоятельствах усматривается, что Общество осуществляло активную хозяйственную деятельность не только в I квартале 2013 года, но и в последующие годы, обладая значительными активами.

Вместе с тем сам по себе факт неисполнения должником обязательств перед отдельным кредитором не свидетельствует о наличии оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Принимая изложенное выше, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что наличие задолженности Общества перед ООО ТЭК «Русторф» по договору поставки не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности должника на указанную заявителями дату (31.03.2013) и не могло являться основанием для прекращения хозяйственной деятельности.

То обстоятельство, что в бухгалтерской отчетности усматривается наличие у Общества от своей деятельности в 2013 году убытков, также не свидетельствует о возникновении у руководителя должника именно с 30.04.2013 обязанности подать в суд заявление о банкротстве Общества.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Уменьшение чистых активов общества следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния общества, требующего принятия соответствующих мер.

Условием привлечения руководителя к субсидиарной ответственности является сокрытие им фактов неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в отношении лиц, обязательства перед которыми возникают после истечения месячного срока с момента, когда в силу закона должно быть подано в суд заявление о банкротстве должника. Кроме того, нормы пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве направлены на защиту лиц, вступивших в договорные отношения с должником после даты возникновения у последнего признаков банкротства; лиц, которые в случае своевременного обращения руководителя должника в арбитражный суд с соответствующим заявлением могли бы воздержаться от совершения с должником сделок и, тем самым, избежать возникновения убытков.

Расчет размера субсидиарной ответственности, предложенный заявителем, содержит задолженность не только по основному долгу, но и по пени ям (в части задолженности по обязательным платежам в бюджет). Однако из правовой природы неустойки следует, что обязанность должника уплатить кредитору неустойку в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения основного обязательства представляет собой обязанность, являющуюся дополнительным (акцессорным) денежным обязательством, в связи с этим неустойка, начисленная на задолженность по обязательствам, возникшим до 30.04.2013, не может являться субсидиарной ответственностью применительно к положениям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

При наличии изложенного выше, а также недоказанности совокупности обстоятельств для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований для удовлетворения требований подателя жалобы у суда первой инстанции не имелось.

Предусмотренная абзацем четвертым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность является гражданско-правовой, и при её применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате действий ФИО4, в том числе в результате непредставления документации или неправильного указания в бухгалтерской документации сведений.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно отказал апеллянту в удовлетворении требования по указанному основанию.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд



п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 25 октября 2018 года по делу № А52-2843/2014 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЕРТ» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.


Председательствующий

Л.Ф. Шумилова


Судьи

А.В. Журавлев


О.Г. Писарева