Постановление от 21 февраля 2023 г. по делу № А54-504/2022

9/2023-53111(1)



ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А54-504/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 21.02.2023 Постановление изготовлено в полном объеме 21.02.2023

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Мордасова Е.В. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии представителей заинтересованного лица – управления Федеральной налоговой службы по Рязанской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО2 (доверенность от 11.01.2023 № 2.6-21/00201) и третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Рязанской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО3 (доверенность от 19.05.2022 № 2.4-29/07849), в отсутствие представителей заявителя – ФИО4 (г. Геленджик, Краснодарский край) и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью «Транспортно-экспедиционная компания «Стратегия» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО5 и ФИО6, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом путем использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (веб- конференция), апелляционную жалобу ФИО4 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 23.11.2022 по делу № А54-504/2022 (судья Шишков Ю.И.),

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением к управлению Федеральной налоговой службы по Рязанской области (далее – управление) о признании


недействительным решения от 23.07.2021 № 2.9- 14/10002@ и незаконным действий (бездействия), выразившихся в отказе в предоставлении решения от 23.07.2021

№ 2.9-14/10002@ (третье лиц, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – общество с ограниченной ответственностью «Транспортно-экспедиционная компания «Стратегия» (далее – ООО «ТЭК «Стратегия»).

Определениями от 22.02.2022, 16.06.2022, 24.10.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 2 по Рязанской области (инспекция № 2), ФИО5, ФИО6 и межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 6 по Рязанской области (далее – инспекция № 6).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 23.11.2022 заявленные требования удовлетворены частично. Действия (бездействие) управления, выразившиеся в отказе в предоставлении ФИО4 решения от 23.07.2021

№ 2.9-14/10002@ признаны незаконными. В удовлетворении остальной части заявленного требования отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом в части отказа в удовлетворении заявления, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его в этой части отменить и принять по делу новое решение. В обоснование своей позиции указывает, что выводы суда противоречат фактическим обстоятельствам. Указывает, что в наследственную массу входит именно доля в уставном капитале ООО «ТЭК «Стратегия» как совокупность имущественных прав и обязанностей в отношении данного общества. Обращает внимание, что вопросы, касающиеся принятия наследства физическими лицами и распоряжения соответствующим имуществом, не относятся к установленной сфере деятельности налоговых органов.

От инспекции и управления в суд апелляционной инстанции поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых они, считая принятое решение законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От представителя ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное его болезнью и нахождением на больничном в связи с временной нетрудоспособностью.

Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и


(или) ответчика, а также третьего лица, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине (часть 4 статьи 158 АПК РФ).

В силу части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса.

Из анализа данных норм следует, что отложение судебного разбирательства в судебном заседании по ходатайству лица, участвующего в деле, во-первых, является правом суда, а не его обязанностью, а, во-вторых, подобное отложение возможно (допустимо) в случае, если неявка лица не позволяет рассмотреть дело.

Между тем в заявленных ходатайствах об отложении судебного заседания не указаны факты, свидетельствующие об объективной невозможности рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие представителя ФИО4, позиция которого полностью изложена в апелляционной жалобе, а, значит, его неявка не препятствует рассмотрению дела в данном судебном заседании.

К тому же, во-первых, явка представителей сторон в суд апелляционной инстанции обязательной не признавалась, представления дополнительных документов не требуется, дело может быть рассмотрено по документам и пояснениям, имеющимся в материалах дела, во-вторых, в случае отложения судебного заседания могут быть нарушены разумные сроки рассмотрения настоящего дела.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения ходатайства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзывах возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда в обжалуемой части не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что 24.06.2021 в электронном виде в инспекцию № 2 (регистрирующий орган) был представлен комплект документов, подписанных ЭЦП нотариуса ФИО7, для государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ изменений, касающихся перехода доли в уставном капитале

ООО «ТЭК «Стратегия», принадлежащей ФИО4 (размер доли 49 %), к обществу на основании заявления участника ФИО4 о выходе из общества (т. 1, л. 64–68).

Регистрирующим органом 01.07.2021 было принято решение о государственной


регистрации № 7475А (т. 1, л. 63).

В Единый государственный реестр юридических лиц на основании указанного решения была внесена запись за ГРН 2216200138790 о переходе доли.

Инспекция № 6 обратилась в управление с заявлением об отмене указанного решения.

Управлением по результатам обращения инспекции № 6 было принято решение от 23.07.2022 № 2.9-14/10002@, согласно которому запись в ЕГРЮЛ за номером 2216200138790 отменена (т. 1, л. 69–71).

Основанием для принятия указанного решения послужили следующие выводы: во- первых, в результате выхода ФИО4 из состава участников общества не остается одного участника, поскольку второй участник общества ФИО8 с долей участия

50 % умер 04.09.2020, во-вторых, выход из общества ФИО4 был осуществлен с целью уклонения от исполнения налоговых и иных обязательств, доначисленных по результатам выездной проверки общества, попытке избежания ответственности за фактически содеянное.

Заявлением от 28.07.2021 ФИО4 просил управление предоставить ему решение от 23.07.2022 № 2.9-14/10002@.

Письмом от 26.08.2021 № 2.9-17/11675 управление отказало в предоставлении спорного решения.

Рассматривая заявление и отказывая в его удовлетворении в обжалуемой части, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи

201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, государственной регистрацией физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и государственной регистрацией при прекращении


физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, а также в связи с ведением государственных реестров – ЕГРЮЛ и ЕГРИП, регулируются Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ).

В силу подпункта «д» пункта 1 статьи 5 Закона № 129-ФЗ в ЕГРЮЛ содержатся, в том числе в отношении общества с ограниченной ответственностью – сведения о размерах и номинальной стоимости доли в уставном капитале общества, принадлежащей каждому участнику и обществу, о передаче доли или ее части в залог или об ином их обременении, о передаче доли или ее части (в том числе доли, переходящей в порядке наследования) в доверительное управление и о доверительном управляющем долей или ее частью.

На основании пункта 4 статьи 5 Закона № 129-ФЗ записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Каждой записи присваивается государственный регистрационный номер, и для каждой записи указывается дата внесения ее в соответствующий государственный реестр. При несоответствии указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи сведений государственных реестров сведениям, содержащимся в документах, представленных при государственной регистрации, сведения, указанные в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, считаются достоверными до внесения в них соответствующих изменений.

В пункте 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ установлено, что для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны. В предусмотренных Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» случаях для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся перехода доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, представляются документы, подтверждающие основание перехода доли или части доли.

Согласно подпункту «е» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается в случае выхода участников общества с ограниченной ответственностью из общества, в результате которого в обществе не


остается ни одного участника, а также выхода единственного участника общества с ограниченной ответственностью из общества.

Как установлено судом на основе материалов дела, 24.06.2021 в электронном виде в инспекцию № 2 как в регистрирующий орган был представлен комплект документов, подписанных ЭЦП нотариуса ФИО7, для государственной регистрации внесения в ЕГРЮЛ изменений, касающихся перехода доли в уставном капитале ООО «ТЭК «Стратегия», принадлежащей ФИО4 (размер доли 49 %), к обществу, на основании заявления участника ФИО4 о выходе из общества.

В связи с этим регистрирующим органом 01.07.2021 было принято решение о государственной регистрации № 7475А.

В Единый государственный реестр юридических лиц на основании указанного решения была внесена запись за ГРН 2216200138790 о переходе доли.

Между тем на момент обращения ФИО4 к нотариусу с заявлением о выходе из общества оставшиеся доли в обществе были распределены следующим образом: 1 % – у самого общества (на основании заявления участника ФИО9 о выходе из общества от 29.11.2018), 50 % – у ФИО8 (дата смерти 04.09.2020), 49 % – у ФИО4

В отношении участника ФИО8 регистрирующим органом 08.04.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2126215003407 о недостоверности сведений (на основании сведений органов ЗАГС о смерти).

Следовательно, на момент принятия решения о выходе из участников в

ООО «ТЭК «Стратегия» не оставалось ни одного участника, что является безусловным основанием для отказа в осуществлении государственной регистрации.

Обосновывая свою позицию по делу, ФИО4 сослался на то, что на момент обращения в регистрирующий орган было открыто наследственное дело в отношении ФИО8 и с момента подачи заявления о вступлении в наследство наследники фактически являются участниками общества.

Отклоняя такую позицию, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В состав наследства участника общества с ограниченной ответственностью входит доля этого участника в уставном капитале соответствующего общества (абзац первый пункта 1 статьи 1176 Гражданского кодекса Российской Федерации) (далее – ГК РФ).

Наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной


регистрации прав на наследственное имущество и ее момента, если такая регистрация предусмотрена законом (статья 1152 ГК РФ, пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 9).

Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, право частной собственности не является абсолютным, – в силу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с другими ее нормами, в частности статьями 17 (часть 3) и 19 (части 1 и 2), ограничения права собственности могут вводиться федеральным законом, если они необходимы для защиты других конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, отвечают требованиям справедливости, разумности и соразмерности (постановления от 16.07.2008 № 9-П и от 31.01.2011 № 1-П).

В пункте 1 статьи 1110 ГК РФ закреплено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил названного Кодекса не следует иное.

К иному ГК РФ в пункте 6 статьи 93 относит, в том числе случай перехода доли в уставном капитале общества к наследникам граждан, являвшихся участниками общества.

Действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании, и предоставляет участникам обществ с ограниченной ответственностью дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности, в виде получения согласия участников общества на переход унаследованной доли к наследнику, что отвечает принципу соблюдения баланса интересов юридического лица и наследника.

Исходя из смысла статьи 8.1 ГК РФ, пункта 12 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее –

Закон об ООО), статьи 17 Закона № 129-ФЗ переход доли в уставном капитале общества подлежит государственной регистрации.

В случае, если предусмотренное в соответствии с пунктом 8 статьи 21

Закона об ООО согласие участников общества на переход доли в уставном капитале не получено, эта доля переходит к обществу, что вытекает из положений пункта 5 и подпункта 5 пункта 7 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. При этом регистрация права собственности на долю в уставном капитале общества за


наследником не производится.

Следовательно, наследник не становится участником общества и не может самостоятельно распорядиться долей.

В абзаце втором пункта 1 статьи 1176 ГК РФ предусмотрено, что если в соответствии с поименованным Кодексом, другими законами или учредительными документами хозяйственного товарищества или общества либо производственного кооператива для вступления наследника в хозяйственное товарищество или производственный кооператив либо для перехода к наследнику доли в уставном капитале хозяйственного общества требуется согласие остальных участников товарищества или общества либо членов кооператива и в таком согласии наследнику отказано, он вправе получить от хозяйственного товарищества или общества либо производственного кооператива действительную стоимость унаследованной доли либо соответствующую ей часть имущества в порядке, предусмотренном применительно к указанному случаю правилами данного Кодекса, других законов или учредительными документами соответствующего юридического лица.

Данная норма коррелирует положениям пункта 8 статьи 21 Закона об ООО.

При этом свидетельство о праве на наследство, в состав которого входит доля или часть доли в уставном капитале общества, как разъяснено в пункте 66 Пленума ВС РФ

№ 9, является только основанием для постановки вопроса об участии наследника в соответствующем обществе или о получении наследником от соответствующего общества действительной стоимости унаследованной доли либо соответствующей ей части имущества, который разрешается в соответствии с ГК РФ, другими законами или учредительными документами общества.

Таким образом, из приведенного нормативного регулирования следует, что именно после принятия участниками общества соответствующего решения формируется вид наследуемого имущества и наследник либо становится участником общества, приобретая наряду с неимущественными правами участника общества право по распоряжению долей уставного капитала, либо получает наследственную массу в денежной форме, эквивалентной действительной стоимости доли уставного капитала общества.

Согласно ответу нотариуса ФИО10 (т. 1, л. 151) наследниками по закону, принявшими наследство ФИО8, являются мать – ФИО5 и сын ФИО6, в наследственное имущество доля в уставном капитале ООО «ТЭК «Стратегия» не заявлялась.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно посчитал, что ФИО5 и ФИО6 могли бы стать участниками общества только после получения


свидетельства о праве на наследство доли в ООО «ТЭК «Стратегия» и только после одобрения иными участниками перехода доли к наследникам.

Поскольку на момент обращения ФИО4 в регистрирующий орган свидетельство о праве на наследство доли ФИО8 в обществе не оформлено и фактически в наследственную массу не включено, какого-либо одобрения перехода доли не могло быть, то на момент выхода ФИО4 из состава участников

ООО «ТЭК «Стратегия» фактически не оставалось ни одного участника, а, значит, применительно к положениям пункта 8 статьи 21 Закона об ООО инспекция № 2 не имела правовых оснований для регистрации выхода ФИО4 из общества.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции справедливо указал, что управление правомерно отменило решение регистрирующего органа как принятого с нарушением требований Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При этом, на что верно обратил внимание суд первой инстанции, иные мотивы для принятия оспариваемого решения (выход из общества ФИО4 осуществлен с целью уклонения от исполнения налоговых и иных обязательств, доначисленных по результатам выездной проверки общества, попытке избежания ответственности за фактически содеянное) не могут быть положены в основу для признания регистрации незаконной, поскольку не основаны на положениях Закона № 129-ФЗ и Закона об ООО.

Поскольку при установленных обстоятельствах отсутствует наличие двух необходимых условий для признания недействительным оспариваемого решения управления, суд по праву отказал удовлетворении заявления в указанной части.

Что касается доводов апелляционной жалобы, то они рассмотрены апелляционной инстанцией и отклоняются на основании следующего.

В материалы дела представлено согласие ФИО4 на переход доли в уставном капитале ООО «ТЭК «Стратегия» принадлежащей умершему 04.09.2020 участнику общества ФИО8 к его наследникам, датированное 10.02.2021 (далее – согласие).

Согласно пункту 8 статьи 21 Закона об ООО доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам допускаются только с согласия остальных участников общества.

В пункте 3.4.10 действующего устава ООО «ТЭК «Стратегия» от 14.07.2017 указано, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам требует согласия


остальных участников общества.

Согласие считается полученным, если всеми участниками общества в течение тридцати дней или иного определенного уставом срока со дня получения соответствующего обращения обществом в общество представлены письменные заявления о согласии на переход доли к наследнику (наследникам) либо в течение этого же срока не представлены письменные заявления об отказе от дачи такого согласия. Соответствующее обращение может быть направлено наследником как до истечения срока принятия наследства, так и после (пункт 10 статьи 21 Закона об ООО).

Если в получении согласия отказано, наследник на основании свидетельства о праве на наследство на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью вправе получить действительную стоимость унаследованной доли либо соответствующую ей часть имущества (абзац 2 пункта 1 статьи 1176 ГК РФ).

Апелляционный суд отмечает, что в суд представлено согласие от 10.02.2021, в то время как ФИО4 считает себя вышедшим из состава участников

ООО «ТЭК «Стратегия» с 01.07.2021 и с 01.07.2021 уволенным с должности генерального директора указанного общества (дело № А54-715/2022).

Также отсутствуют доказательства (отметки на самом документе, реестры почтовых отправлений и т.д.) направления и получения указанного согласия как

ООО «ТЭК «Стратегия», так и наследниками ФИО8 ФИО5 и ФИО6

Между тем в силу пункта 1 статьи 50 Закона об ООО общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Как уже указывалось ранее, в наследственное имущество ФИО8 доля в уставном капитале ООО «ТЭК «Стратегия» наследниками не заявлялась.

С учетом того, что наследники ФИО6 и ФИО5 не получали свидетельства о праве на наследство части доли в уставном капитале

ООО «ТЭК «Стратегия» как правоустанавливающий документ, то следует признать, что они и не могли обратиться к обществу либо в регистрирующий орган, как лица имеющие основание претендовать на участие в организации, либо требовать выплаты действительной стоимости доли, без соответствующего подтверждения.

Представленные в суд пояснения наследников ФИО8 о том, что ФИО6 и ФИО5 не заявляют


самостоятельных требований и не претендуют на наследственную часть доли в

ООО «ТЭК «Стратегия» еще раз подтверждают позицию инспекции о невозможности выхода из состава участников общества ФИО4.

Таким образом, выход участников общества из общества, в результате которого в обществе не остается ни одного участника, а также выход единственного участника общества из общества не допускается в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, а, следовательно, позицию ФИО4 в данном вопросе нельзя признать правильной.

Иной подход означал бы безусловное возникновение корпоративных прав и возложение обязанностей участников общества на наследников, вопреки их волеизъявлению, исключительно по воле оставшегося участника ФИО4, что в сложившейся ситуации можно рассматривать как «порок воли» при наличии четкого сформулированного правового механизма (алгоритма) по приобретению именно корпоративных прав, заключающийся в непосредственном обращении наследников на первом этапе в общество за получением согласия от участника, а на втором обращение в Регистрирующий орган с заявлением о внесении соответствующих сведений в ЕГРЮЛ.

Оба из приведенных выше этапа носят заявительный характер и являются правом наследников на приобретение статуса именно участника ООО «ТЭК «Стратегия», а не их обязанностью.

Таким образом, следует признать, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Все доводы, изложенные в апелляционной жалобе, изучены апелляционной инстанцией, они не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а лишь сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При этом иных доводов, способных повлечь за собой отмену судебного акта, в жалобе не приведено, а судом апелляционной инстанции не установлено.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены


принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 23.11.2022 по делу № А54-504/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 (г. Геленджик, Краснодарский край) из федерального бюджета госпошлину в сумме 2850 руб., излишне уплаченную по чеку-ордеру Сбербанка России Рязанское отделение 8606/12 от 19.12.2022.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий Е.Н. Тимашкова Судьи Е.В. Мордасов Е.В. Мосина