Постановление от 10 августа 2023 г. по делу № А56-29148/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-29148/2022
10 августа 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей А.Ю.Слоневской, И.Ю.Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


при участии:

от ИП ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 24.01.2023,

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 19.07.2023,

от ФИО4: представитель ФИО6, ордер от 24.07.2023, Л2098112 № 9098112,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-15074/2023) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2023 по обособленному спору № А56-29148/2022/сд.1 (судья Калайджян А.А.), принятое

по заявлению ИП ФИО2

к ФИО4

об оспаривании сделок должника и применении последствий недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,



установил:

ФИО7 (далее – должник, ФИО7) 23.03.2022 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании её несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 28.03.2022 указанное заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 19.05.2022 (резолютивная часть решения объявлена 17.05.2022) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО8.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.05.2022 №93.

От индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – кредитор) 09.11.2022 через систему электронного документооборота «Мой Арбитр» поступило заявление о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 08.06.2019, заключенного между должником и ФИО4 (далее – ответчик), о применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ответчика на отчужденное имущество и признания такого права за должником.

Определением от 31.03.2023 арбитражный суд удовлетворил заявленные требования, применил последствия недействительности сделки, обязав ФИО4 возвратить в конкурсную массу ФИО7 квартиру, расположенную по адресу: <...>,

ФИО4, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 31.03.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что доказанной является оплата ответчиком стоимости спорного имущества, реальная передача ФИО4 должнику денежных средств в счет оплаты цены договора и наличие финансовой состоятельности ответчика на момент приобретения спорного имущества. Также податель апелляционной жалобы отмечает, что приобретенная по оспариваемому договору купли-продажи квартира является единственным жильем ФИО4

Согласно отзыву ИП ФИО2 против удовлетворения жалобы возражает, считает обжалуемое определение суда законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Присутствовавший в судебном заседании представитель ИП ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, 08.06.2019 между ФИО7 (продавец) и ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры (далее договор).

В соответствии с пунктом 1 договора продавец продал, а покупатель купил квартиру, находящуюся по адресу: <...>, общей площадью 37,10 кв.м.

Согласно пункту 4 договора указанная квартира была продана за 2 500 000 руб.

Указывая на совершение данной сделки в период подозрительности, при наличии у ФИО7 признаков неплатежеспособности и при отсутствии какого-либо встречного предоставления, кредитор полагает, что имеются основания для признания договора купли-продажи квартиры недействительным в соответствии с положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, исследовав материалы спора, пришел к выводу о доказанности кредитором наличия у сделки пороков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X названного Закона, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО7 возбуждено 28.03.2022, тогда как договор купли-продажи зарегистрирован в государственном реестре 11.06.2019, следовательно, подпадает под действие положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Как установлено судом, на момент совершения сделки купли-продажи квартиры 08.06.2019 у должника имелись признаки неплатежеспособности, в частности у ФИО7 имелась задолженность по уплате налога, взимаемого с налогоплательщика, выбравшего в качестве объекта налогообложения доходы без расходов, и страховых взносов на обязательное медицинское страхование в ФФ ОМС перед Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №21 по Санкт-Петербургу в размере 3434,04 руб., в том числе 3290,00 руб. основного долга и 144,04 руб. пеней. Требование Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №21 по Санкт-Петербургу в размере 3434,04 руб., в том числе 3290,00 руб. основного долга и 144,04 руб. пеней включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО7

Кроме этого, на момент совершения сделки купли-продажи квартиры 08.06.2019 у должника имелись неисполненные обязательства перед:

- ООО «МВС – АВТО» (ОГРН <***>) в размере 34738 руб., что подтверждается резолютивной частью решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.04.2019 по делу № А56-24201/2019;

- ООО «Евад-Транс» (ОГРН <***>) в размере 4 518 816,46 руб., что следует из текста решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.07.2020 по делу № А56-106739/2019. Так в 07.07.2018 между ФИО7 и ООО «Евад-Транс» была заключена договор-заявка №41-1 на перевозку груза. После того как груз был принят к перевозке ФИО7, груз был утрачен, по факту чего было возбуждено уголовное дело №11801400012001767. Стоимость утраченного ФИО7 груза - 4 518 816,46 руб.;

- ООО «РассПолимер» ОГРН <***> в размере 2 188 000,08 руб., что подтверждается решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.07.2019 года по делу № А56-36658/2019. Задолженность должника перед кредитором возникла 28.02.2019, после утраты груза, принятого ФИО7 к перевозке.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Судом первой инстанции установлено и материалами обособленного спора подтверждается, что ФИО4 (ответчик) является матерью ФИО7 (должник), то есть, является в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом, следовательно, наличие цели причинения вреда кредиторам и осведомленность о такой цели, а также о признаках неплатежеспособности должника в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презюмируется.

В обоснование причинения оспариваемой сделкой имущественного вреда кредиторам, ИП ФИО2 ссылался на отсутствие доказательств перечисления денежных средств во исполнение заключенной между должником и ответчиком сделки, отсутствие доказательств, подтверждающих источник происхождения денежных средств.

В качестве подтверждения реальности сделки и передачи денежных средств, должник ФИО7 представила в материалы дела расписку о получении денежных средств должником ФИО7 от ответчика ФИО4 от 08.06.2019.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Ответчик ФИО4 утверждает, что источником происхождения денежных средств в размере 2 500 000 руб., потраченных на покупку спорной квартиры, являются ее накопления, которые были получены в период работы сиделкой в США. При этом в качестве доказательства обстоятельств, на которые она ссылается, предоставляет письма от граждан США, в которых отсутствует какая-либо информация о сумме заработной платы. Документы, подтверждающие переводы денежных средств на счет ФИО4, также суду не представлены. Часть документов, приложенных ответчиком к отзыву с переводом незначительных сумм в иностранной валюте, как верно указал суд первой инстанции, не подтверждает факт исполнения обязательств в рамках спорного договора и наличия у ответчика столь значительной для физического лица суммы для передачи её в обналиченном виде должнику.

Таким образом, в отсутствие доказательств оплаты ответчиком стоимости спорного имущества, реальной передачи ответчиком должнику денежных средств в счет оплаты цены договора и доказательств финансовой состоятельности ответчика на момент приобретения спорного имущества в материалы дела, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в нарушение статьи 65 АПК РФ ФИО4 не доказано предоставление надлежащего предоставления по оспариваемой сделке.

С учетом приведенных обстоятельств, суд первой инстанции согласился с доводом кредитора о заключении сторонами оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в виде лишения возможности удовлетворения требований за счет выбывшего из актива должника, при этом ответчик в силу своей аффилированности с должником знал о признаках неплатежеспособности последнего и об указанной цели причинения вреда кредитору.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, принимая во внимание, что спорный договор заключен с заинтересованным лицом в целях вывода имущества из конкурсной массы должника, чем был причинен имущественный вред кредиторам, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о недействительности оспариваемой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции, правильно применив положения статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, обязал ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника спорную квартиру.

Довод ответчика со ссылкой на выписку из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 26.07.2023 о том, что спорная квартира, расположенная по адресу: <...>, является единственным жильем ФИО4, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Исполнительский иммунитет, предусмотренный статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в отношении единственного жилья, не распространяется на приобретателя такого имущества по недействительной сделке или по иному незаконному основанию. Лицо, получившее имущество по недействительной сделке (в данном случае, как было указано выше, оспариваемый договор купли-продажи от 08.06.2019 является недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не может признаваться добросовестным приобретателем, а недействительность сделки указывает на отсутствие законного основания владения, пользования и распоряжения вещью. Поэтому довод ФИО4 о том, что спорное недвижимое имущество для ответчика является единственным пригодным для проживания жилым помещением, отклоняется судом апелляционной инстанции и не может служить препятствием для применения последствий недействительности сделки.

Также суд учитывает, что после регистрации договора купли-продажи квартиры от 08.06.2019, ответчик ФИО4 продолжала проживать с должником по адресу: <...>, что подтверждается извещением о получении почтовой корреспонденции ответчиком 14.11.2022, по адресу: <...>. Данный факт подтверждает, что сделка по купле-продаже квартиры осуществлена не с целью дальнейшего проживания ответчика.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 31.03.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


И.Н. Бармина


Судьи


А.Ю. Слоневская


И.Ю.Тойвонен