Постановление от 26 марта 2024 г. по делу № А41-73305/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-1723/2024

Дело № А41-73305/2023
26 марта 2024 года
г. Москва




Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 26 марта 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Пивоваровой Л.В.,

судей Бархатовой Е.А., Семушкиной В.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» на решение Арбитражного суда Московской области от 27.12.2023 по делу № А41-73305/2023.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Фин-Лифт Поволжье» - ФИО2 по доверенности от 19.02.2024;

общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» - ФИО3 по доверенности от 24.07.2023.



Общество с ограниченной ответственностью «Фин-Лифт Поволжье» (далее – истец, ООО «Фин-Лифт Поволжье», общество) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» (далее – ответчик, ООО Корпорация «Дальтехимпорт», корпорация) о расторжении договора поставки № М0138/0026/23-20 от 25.01.2023, взыскании 7 521 174 китайских юаней задолженности за непоставленный товар в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату оплаты и 2 005 646 китайских юаней неустойки в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату оплаты.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично.

Ответчик с решением не согласился, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда первой инстанции отменить в части взыскания неустойки, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неверное применение судом норм материального и процессуального права. По мнению ответчика, неисполнение обязательств вызвано обстоятельствами непреодолимой силы.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указано на законность обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании представитель подателя жалобы на доводах жалобы настаивал. Представитель истца возражал против них.

Также представитель ответчика заявил ходатайство о приостановлении производства по делу до разрешения Районным судом г. Чхонджу (Республика Корея) дела № 2023Га-Дан27826.

Изучив данное ходатайство, коллегия судей не усматривает оснований для его удовлетворения, поскольку констатация наличия/отсутствия обстоятельств непреодолимой силы в правоотношениях между двумя корейскими компаниями не имеет прямого влияния на установление таких обстоятельств при исполнении обязательств ответчиком по спорному в настоящем деле договору поставки.

Законность и обоснованность судебного акта проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 268 названного Кодекса в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение на предмет его законности и обоснованности пересмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции только в обжалуемой подателем жалобы части.

25 января 2023 года между истцом (заказчиком) и ответчиком (исполнителем) был заключен договор поставки № М0138/0026/23-20, по условиям которого исполнитель обязуется поставить пассажирские лифты Hyundai Elevator (оборудование), принадлежащие исполнителю на праве собственности, в соответствии с технической спецификацией (приложение № 2 к договору), в количестве и по цене, указанных в приложении № 1 к договору, на условиях поставки до места проведения монтажных работ поставленного оборудования, расположенного по адресу: Россия, Республика Татарстан, г. Казань, ЖК «UNO», ул. Сибгата Хакима.

Цена договора определяется на основании приложения № 1 к договору, состоит из стоимости оборудования в китайских юанях (CNY) и включает в себя НДС в размере 20%, что составляет стоимость оборудования с доставкой на объект –10 028 232 китайских юаня, в том числе НДС 20% в размере 1 671 372 китайских юаня (п. 2.1 договора).

Согласно п. 2.2 договора оплата поставленного исполнителем оборудования производится в российских по курсу ЦБ РФ (Банка России) на день платежа на расчетный счет исполнителя. Стороны по договору согласовали, что цена договора, указанная в п. 2.1 договора, является твердой и не подлежит изменению в течение срока действия договора, за исключением случаев ее изменения по соглашению сторон либо вступления в силу изменений действующего законодательства РФ, которые влияют на стоимость оборудования.

В соответствии с п. 3.1 договора приобретаемое заказчиком по договору оборудование должно быть передано ему исполнителем согласно графику поставки (приложение № 3), при условии выполнения заказчиком своих обязательств по оплате авансовых платежей, а также при условии своевременного согласования заказчиком надлежащим образом подготовленных исполнителем установочных чертежей на поставляемое оборудование (п. 3.2 договора). Запуск в производство оборудования и начало отсчета срока его поставки (приложение № 4 к договору) производится после подписания договора, получения авансового платежа, согласно п. п. 4.1.1 договора, а также получения исполнителем надлежащим образом согласованных (заверенных печатью и подписью заказчика) установочных чертежей оборудования.

Датой поставки оборудования считается дата доставки оборудования на объект, указанный в транспортной накладной (п. 3.6 договора).

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что платежи за оборудование по договору производятся по курсу ЦБ РФ (Банка России) на день платежа на расчетный счет исполнителя в следующем порядке: первый авансовый платеж – 5 014 116 китайских юаней, что составляет 50% от стоимости оборудования, оплачивается заказчиком на основании выставленного исполнителем счета в течение пяти банковских дней с даты подписания договора; второй авансовый платеж составляет 2 507 058 китайских юаня, что составляет 25% от стоимости оборудования, оплачивается заказчиком на основании выставленного исполнителем счета за 10 календарных дней до даты отгрузки оборудования с завода-изготовителя (при условии своевременного уведомления заказчика о соответствующей дате); третий авансовый платеж составляет 2 507 058 китайских юаня, что составляет 25% от стоимости оборудования, оплачивается заказчиком на основании выставленного исполнителем счета после прибытия контейнеров с оборудованием в один из портов г. Владивостока и предъявлении коносаментов.

Согласно п. 5.1 договора в случае нарушения исполнителем сроков поставки оборудования, установленных в разделе 3 договора, исполнитель уплачивает заказчику неустойку в виде пени в размере 1% от стоимости несвоевременно поставленного оборудования за каждый день просрочки, но не более 20% от цены несвоевременно поставленного оборудования. Исполнитель должен выплатить неустойку по первому требованию заказчика.

В соответствии с п. 7.1 договора в случае наступления форс-мажорных обстоятельств после подписания договора (любые стихийные бедствия, эпидемии, военные действия, забастовка (за исключением забастовки работников заказчика или исполнителя), принятие законодательных либо подзаконных актов, постановлений, других регламентирующих документов государственных органов РФ, КНР или Республики Корея, непосредственно влияющих на сроки и возможность исполнения обязательств по поставке оборудования, и др.) и если эти обстоятельства непосредственно повлияли на возможность либо сроки его исполнения, то ни одна из сторон по договору не несет ответственности за нарушение каких-либо сроков выполнения своих обязательств, предусмотренных настоящим договором. Такие сроки соразмерно отодвигаются на время действия соответствующих обстоятельств.

При возникновении форс-мажорных обстоятельств, препятствующих выполнению стороной обязательств по договору, такая сторона обязана немедленно известить другую сторону письменно о начале и окончании действия соответствующего обстоятельства, препятствующего выполнению договора. Такое сообщение должно быть подтверждено государственным или иным компетентным органом и/или учреждением Российской Федерации либо Торгово-промышленной палатой либо аналогичным учреждением страны, где будет производиться оборудование, поставляемое по настоящему договору (п. 7.2 договора).

Пунктом 7.4 договора предусмотрено, что в том случае, если форс-мажорные обстоятельства длятся более двух месяцев подряд, в течение которых стороны не могут выполнять обязательства по договору, любая из сторон имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего договора полностью или частично без возмещения другой стороне каких-либо расходов или убытков, с письменным уведомлением другой стороны о таком отказе.

Заказчик оплатил подлежащее поставке по договору оборудование в размере 78 755 466 руб. 49 коп., что подтверждается платежными поручениями № 9 от 27.01.2023, № 10 от 30.01.2023, № 63 от 12.05.2023.

Согласно графику поставки оборудования (приложению № 3 к договору) срок поставки оборудования на объект «ЖК UNO» установлен с 20.05.2023 по 24.06.2023.

При этом исполнитель направлял в адрес заказчика письма-уведомления: на дату 04.05.2023 с приложением письма от корпорации Hyundai Elevator с подтверждением готовности к отгрузке лифтов 04.05.2023 и от 25.04.2023 № 101/23 о готовности к отгрузке оборудования на дату 12.05.2023 с приложением письма от корпорации HYUNDAI Elevator с подтверждением готовности к отгрузке лифтов 12.05.2023.

Однако, как указывает истец, ответчик свои обязательства по поставке оборудования в вышеуказанные сроки не исполнил, в связи с чем, учитывая, что договором поставки особый курс иностранной валюты при осуществлении взаиморасчетов не установлен, истец полагает, что с ответчика подлежит взысканию 7 521 174 китайских юаней задолженности за непоставленный товар в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату оплаты.

Ввиду ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору истцом в адрес ответчика 04.08.2023 была направлена претензия от 04.08.2023, содержащая уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке.

Оставление ответчиком без удовлетворения претензии истца о выплате указанной суммы задолженности, а также о расторжении договора послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции отклонил доводы ответчика со ссылкой на обстоятельства непреодолимой силы. Суд указал, что согласно графику поставки оборудования (приложению № 3 к договору) срок поставки оборудования на объект «ЖК UNO» установлен с 20.05.2023 по 24.06.2023, при этом обстоятельства, на которые ответчик ссылается как на непреодолимые, возникли с 18.06.2023, а факт возникновения таких обстоятельств установлен выданным 13.07.2023 Торгово-промышленной палатой Московской области экспертным заключением № 222 от 13.07.2023. Также суд первой инстанции отметил, что обстоятельства (усугубление антироссийской санкционной политики), на которые ссылается ответчик, возникли еще до заключения договора, однако ответчик на свой предпринимательский риск заключил с истцом вышеназванный договор, предусмотрев, в нем соответствующие условия, в том числе короткие сроки поставки. Одновременно суд снизил испрашиваемую неустойку на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

В апелляционной жалобе ответчик не оспаривает взыскание денежных средств, полученных за непоставленный товар, однако указывает на отсутствие оснований для взыскания штрафных санкций, поскольку, по его мнению, неисполнение обязательства вызвано обстоятельством непреодолимой силы.

Пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет общий принцип ответственности за вину при нарушении обязательств. При этом с учетом положений пункта 3 названной статьи принцип виновной ответственности в российском праве действует ограниченно и применяется только в отношении случаев, когда нарушителем обязательства является лицо, для которого заключение договора не являлось элементом предпринимательской деятельности.

Поскольку предпринимательская деятельность ведется на свой риск (то есть объективно невозможно предусмотреть и контролировать все последствия того или иного коммерческого решения), ответственность за нарушение обязательств, связанных с осуществлением должником предпринимательской деятельности, наступает независимо от его вины (то есть носит строгий характер).

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда нарушенное обязательство было связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности, по общему правилу, если иное не следует из закона или договора, должник отвечает даже при отсутствии вины и освобождается от ответственности только в ситуации, когда нарушение спровоцировано обстоятельствами непреодолимой силы. Непреодолимая сила означает возникновение чрезвычайного (не учтенного при принятии обязательства и разумно непредвидимого), не относящегося к сфере контроля должника (разумно непредотвратимого) препятствия, которое должником не могло быть преодолено с приложением разумных усилий.

Непреодолимая сила по существу представляет собой особую подкатегорию невиновного нарушения. Не всякая ситуация отсутствия вины равнозначна непреодолимой силе, но любая непреодолимая сила означает отсутствие вины. Иначе говоря, в силу действующего регулирования при нарушении должником обязательства, связанного с предпринимательской деятельностью, для освобождения от ответственности требуется установление определенного набора признаков невиновного нарушения, которые не являются необходимыми для констатации невиновного нарушения по общему правилу. Такими признаками являются чрезвычайность, непредотвратимость и непреодолимость препятствия, помешавшего должнику исполнить обязательство.

В качестве обстоятельства непреодолимой силы ответчик указывает на введение санкций Правительством Республики Корея, которые затронули, в том числе лифтовое оборудование, что сделало невозможным поставку заказанного товара.

Законодательные и подзаконные акты Российской Федерации, Китая и Республики Корея отнесены пунктом 7.1 спорного договора к обстоятельствам непреодолимой силы.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства, указанные в договоре, должны презюмироваться непреодолимой силой, освобождающей от ответственности, но эта презумпция может быть опровергнута, если кредитор представит доказательства того, что это конкретное обстоятельство не было чрезвычайным, было преодолимым и не отвечало иным объективным признакам непреодолимой силы.

При возникновении форс-мажорных обстоятельств, препятствующих выполнению стороной обязательств по договору, такая сторона обязана немедленно известить другую сторону письменно о начале и окончании действия соответствующего обстоятельства, препятствующего выполнению договора. Такое сообщение должно быть подтверждено государственным или иным компетентным органом и/или учреждением Российской Федерации либо Торгово-промышленной палатой либо аналогичным учреждением страны, где будет производиться оборудование, поставляемое по настоящему договору (пункт 7.2 договора).

Ответчик представил в материалы дела заключение, согласно которому Торгово-промышленная палата Московской области пришла к выводу, что изложенные «обстоятельства являются для ООО Корпорация «Дальтехимпорт» чрезвычайными, непредотвратимыми, непреодолимыми, и не зависели от воли или действий ООО Корпорация «Дальтехимпорт», и могут быть отнесены к обстоятельствам непреодолимой силы, которые не позволяют ООО Корпорация «Дальтехимпорт» в период с 18.06.2023 и до отмены санкций своевременно исполнить свои обязательства по договору № М0138/0026/23-20 от 25.01.2023.

По мнению истца, заключение, на которое ссылается ответчик, не содержит однозначных выводов о том, что сложившиеся обстоятельства в связи с не поставкой оборудования относятся к форс-мажорным обстоятельствам.

Коллегия судей отмечает, что, во-первых, для суда никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а вопрос о квалификации тех или иных обстоятельств в качестве непреодолимой силы – вопрос права – входит в исключительную компетенцию суда и не может предрешаться какими-то иными организациями. Указанная организация, выдавшая справку о форс-мажоре, лишь подтверждает, что некое обстоятельство имело место; правовую квалификацию этого обстоятельства дает суд. Во-вторых, при наличии такого условия в договоре должник не будет лишен возможности представить суду иные доказательства наличия непреодолимой силы.

Применительно к настоящему случаю судебная коллегия полагает, что представленное ответчиком заключение является надлежащим доказательством.

Характер спорного обстоятельства (экспортные ограничения иностранного правительства) является препятствием, которое объективно не относится к сфере контроля должника как рядового субъекта хозяйственных отношений. При этом правительственное ограничение на экспорт является по существу непреодолимым препятствием для исполнения обязательства ответчика по поставке истцу спорного товара.

Судебная коллегия признает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что спорные ограничения были введены еще до заключения договора поставки.

Действительно первые экспортные ограничения были введены Правительством Республики Корея в 2022 года. Однако уведомление об импорте и экспорте стратегических товаров Министерства торговли, промышленности и энергетики № 2023-74, которое ограничило экспорт именно закупаемой по спорному договору поставки продукции, было принято только 28.04.2023, то есть после заключения договора поставки.

Апелляционный суд поставил перед сторонами вопрос о том, была ли у сторон возможность предвидеть введение указанных ограничений.

Ответчик пояснил, что стороны не могли предвидеть полный запрет поставки гражданского оборудования (лифтов), поскольку бизнес-сообщество Республики Корея до весны 2023 года не прерывало контакты с партнерами из России, несмотря на присоединение страны к антироссийским санкциям еще 28.02.2022.

Истец конкретных пояснений относительно данного вопроса не представил.

Судебная коллегия отмечает, что изначально ограничения на экспорт в Россию корейских товаров касались 57 категорий товаров, в том числе полупроводников, сенсоров, компьютеров, приборов связи, авиационной и космической отрасли. Данный перечень оставался неизменным до апреля 2023 года.

При этом рядовые коммерческие организации лишены возможности прогнозировать, какие именно товары могут попасть под экспертные ограничения иностранных государств, следовательно, по мнению судебной коллегии, стороны не могли предвидеть введение санкций в апреле 2023 года.

Квалификация спорного обстоятельства в качестве обычного предпринимательского риска исключена в настоящем случае, поскольку у сторон спорного договора на момент заключения не было никаких объективных фактов, позволяющих спрогнозировать экспортные ограничения именно в отношении спорного товара. Возложение на стороны договора рисков введения санкций в такой ситуации недопустимо.

С учетом изложенного введенные Правительством Республики Корея санкции (уведомление об импорте и экспорте стратегических товаров Министерства торговли, промышленности и энергетики № 2023-74 от 24.04.2023), выраженные в экспертных ограничениях, являются обстоятельством непреодолимой силы, которое стало объективным препятствием для ответчика, помешавшим исполнить обязательство по поставке товара.

В законе не установлено, как должны вести себя стороны при возникновении обстоятельств непреодолимой силы. В силу общей обязанности добросовестного поведения и обмена информацией при исполнении обязательств (пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации) должник обязан немедленно уведомить кредитора о возникновении обстоятельств непреодолимой силы. При нарушении этой обязанности должник будет отвечать за убытки, возникшие у кредитора именно вследствие отсутствия у него сведений об обстоятельствах непреодолимой силы.

Данное требование о необходимости уведомить о наступлении непреодолимой силы закреплено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Стороны могут закрепить в договоре конкретные сроки уведомления о непреодолимой силе, исключить необходимость направления такого уведомления (если это не приводит к поощрению недобросовестного поведения) или установить более жесткие санкции за нарушение обязанности по направлению уведомления (например, запрет ссылаться на обстоятельства непреодолимой силы).

В настоящем случае пунктом 7.2 договора установлено, что сторона договора обязана незамедлительно известить другую сторону письменно о начале и окончании действия обстоятельства, препятствующего выполнению договора. Такое сообщение должно быть подтверждено государственным или иным компетентным органом и/или учреждением Российской Федерации либо Торгово-промышленной палатой либо аналогичным учреждением страны, где будет производиться оборудование, поставляемое по данному договору.

Однако, по мнению апелляционного суда, логично предположить, что такая обязанность по уведомлению отпадает, если обстоятельство непреодолимой силы носит общеизвестный характер и у должника нет и не должно быть сомнений в том, что о данном препятствии кредитор своевременно узнал.

Апелляционный суд ставил перед сторонами вопросы о соблюдении договорного порядка уведомления об обстоятельствах непреодолимой силы, а также о том, является ли спорное обстоятельство общеизвестным.

Истец пояснений по данным вопросам суду не представил.

По мнению же ответчика, введение санкций является общеизвестным обстоятельством. Ответчик пояснил, что в приложении № 4 к отзыву представлены статьи корейских СМИ о ситуации с ужесточением санкционного режима в отношении экспорта в Россию и Белоруссию. Отечественные СМИ и официальный представитель МИД России также комментировали событие. Ответчиком приведены ссылки на источники.

По мнению судебной коллегии, обстоятельство введения ограничений на экспорт в Россию конкретных товаром не может быть признано общеизвестным по смыслу части 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в настоящем случае речь идет об акте правительства иностранного государства, подробное содержание которого не освещается на широкую аудиторию в Российской Федерации.

Однако истец является коммерческой организацией и закупает иностранную продукцию для своих предпринимательских целей, следовательно, при должной осмотрительности истец должен был отслеживать потенциальные ограничения.

То есть ответчик мог разумно предполагать, что о введение санкционных ограничений в отношении спорного товара истцу известно.

Ответчик полагает, что в настоящем случае отсутствуют нарушения порядка уведомления об обстоятельствах непреодолимой силы, указывая на следующее.

Завод-изготовитель письмом от 24.04.2023 сообщил о завершении производства лифтов к 12.05.2023 и выдал гарантии об отправке оборудования в согласованный срок (приложение № 6 к отзыву). До первой недели июня ответчик ожидал от завода сведения об отправке, не дождавшись, обращался за пояснениями. После устного сообщения менеджеров завода о сложностях с отправкой лифтов ответчик сначала в порядке переговоров, а затем и в письменном виде передавал эту информацию истцу.

Как указано ранее, в соответствии с п. 7.2 договора письменное уведомление о начале действия обстоятельств непреодолимой силы должно быть подтверждено государственным или иным компетентным органом и/или учреждением Российской Федерации, либо Торгово-промышленной палатой, либо аналогичным учреждением страны, где будет производиться оборудование.

В целях исполнения указанного условия договора ответчик обратился в Торгово-промышленную палату Московской области. Торгово-промышленная палаты субъектов Российской Федерации в рамках Положения о свидетельствовании уполномоченными ТПП обстоятельств непреодолимой силы по договорам (контрактам), заключенным в рамках внутрироссийской экономической деятельности, утвержденного постановлением Совета ТПП России от 24.06.2021 № 7-2, принимают заявления о выдаче заключения при наличии действительной задержки исполнения. Учитывая невозможность рассмотрения документов ТПП МО ранее 18.06.2023, но готовность организации рассмотреть заявление ответчика, 04.07.2023 ответчик направил в адрес истца по электронной почте уведомление о наступлении обстоятельств непреодолимой силы сначала без подтверждающих документов, дополнительно уведомление было направлено Почтой России с приложением экспертного заключения ТПП МО № 222 от 13.07.2023.

Суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела дополнительно представленные ответчиком доказательства по вопросу об уведомлении истца о наступлении обстоятельств непреодолимой силы, так как суд первой инстанции данное обстоятельство не исследовал.

Учитывая изложенное выше, порядок уведомления по пунктам 7.2-7.3 договора ответчиком соблюден.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, а также пояснения ответчика в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к выводу, что действия ответчика являются разумными и добросовестными с учетом сложившейся ситуации. Истец пояснения ответчика не опроверг.

Ввиду изложенного ранее судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для освобождения ответчика от ответственности за нарушение сроков поставки, поскольку данное нарушение было вызвано обстоятельством непреодолимой силы.

Следовательно, требование о взыскании неустойки не подлежит удовлетворению.

Соответственно, обжалуемое решение суда в части взыскания с ответчика неустойки подлежит отмене.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 27.12.2023 по делу № А41-73305/2023 в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» неустойки отменить, в части распределения расходов по государственной пошлине изменить, изложить абзац второй резолютивной части решения в следующей редакции:

«Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фин-Лифт Поволжье» (ИНН <***>) 7 521 174 китайских юаней задолженности за непоставленный товар в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ РФ на дату оплаты, расходы по государственной пошлине по иску в сумме 157 894 руб., 74 коп., оплаченной платежным поручением от 28.08.2023 № 117».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фин-Лифт Поволжье» (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Корпорация «Дальтехимпорт» (ИНН <***>) расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе в сумме 3000 руб., оплаченной платежным поручением от 17.01.2024 № 1.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Московской области.




Председательствующий судья Л.В. Пивоварова


Судьи: Е.А. Бархатова


В.Н. Семушкина