Постановление от 19 июля 2024 г. по делу № А32-421/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-421/2021
город Ростов-на-Дону
19 июля 2024 года
15АП-8605/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 июля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Нарышкиной Н.В.,

судей Мельситовой И.Н., Сулименко О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Матиняном С.А.

при участии:

от ИП ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 14.12.2022, удостоверение адвоката №7595, представитель Крайних С.С. по устной доверенности, удостоверение адвоката №6070, ФИО1 лично (паспорт);

от ИП ФИО3: ФИО3 лично (паспорт), представитель ФИО2 по доверенности от 14.12.2022, удостоверение адвоката №7595;

от арбитражного управляющего ФИО4: с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» онлайн-заседание представитель ФИО5 по доверенности от 12.03.2024;

от ООО «Микрокредитная компания «Тополь» и финансовый управляющий Гречко В.В.: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «Тополь», индивидуального предпринимателя ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Краснодарского краяот 22.04.2024 по делу № А32-421/2021 по иску индивидуального предпринимателя ФИО1(ОГРНИП <***>, ИНН <***>), индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)к обществу с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «Тополь» (ОГРН/ИНН <***>/2373004749)

при участии третьего лица: финансовый управляющий ФИО6, при участии арбитражного управляющего ФИО4,

об оспаривании сделок,



УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 и индивидуальный предприниматель ФИО3 обратились в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «Тополь» (далее – общество) о признании недействительными договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.06.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 02.11.2018, N 2 от 01.02.2019 и применении последствий недействительности сделок в виде реституции.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.05.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО6. Исковое заявление оставлено без рассмотрения.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2021 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.05.2021 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2021 судом удовлетворено ходатайство истцов об уточнении исковых требований, согласно которому истцы просят признать недействительными договоры займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.06.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 02.11.2018, N 2 от 01.02.2019, применить последствия недействительности сделок в виде присуждения истцу возврат суммы займа, полученной по договорам, без процентов и неустойки, а также просят взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 1 620 000 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 08.06.2022, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.10.2022 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.03.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. Суд кассационной инстанции указал на необходимость оценки условий договоров с точки зрения их разумности и справедливости, установить, является ли выдача займов и пролонгация сделок самостоятельными услугами, создающими для предпринимателей какое-либо отдельное имущественное благо, за которое общество вправе получать дополнительную плату (комиссию).

При новом рассмотрении истцами заявлено ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому истцы просят признать недействительными договоры займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.06.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 02.11.2018, N 2 от 01.02.2019, применить последствия недействительности сделок в виде присуждения истцу возврат суммы займа, полученной по договорам, без процентов и неустойки, а также просят взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 1 620 000 руб.

Также истцами было заявлено ходатайство об увеличении исковых требований, согласно которому истцы просят признать недействительными договоры займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.06.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 02.11.2018, N 2 от 01.02.2019, N 70 от 30.11.2017, дополнительное соглашение N 1 от 28.11.2018, применить последствия недействительности сделок в виде присуждения истцу возврат суммы займа, полученной по договорам, без процентов и неустойки, а также просят взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 3 737 816,63 руб., а также ходатайство об уточнении предмета исковых требований, согласно которому истцы просят дополнить требования в части взыскания 700 000 руб. неосновательного обогащения за уплату комиссии за выдачу и пролонгацию договора займа от 30.11.2017 N 70.

Судом первой инстанции отказано в принятии уточнений в части требований об оспаривании договора N 70 от 30.11.2017 и дополнительного соглашения N 1 от 28.11.2018, применении последствий недействительности и взыскании неосновательного обогащения, вытекающего, из договора N 70 от 30.11.2017 и дополнительного соглашения N 1 от 28.11.2018, в остальном уточнение требований принято судом.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.04.2024 признаны недействительными (ничтожными) п. 7.2 договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.07.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 21.11.2018, N 2 от 01.02.2019, заключенных между ООО «МРК «Тополь» и ИП ФИО1. Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ООО «МРК «Тополь» возвратить ИП ФИО1 денежные средства в размере 1 620 000 руб. Признать недействительными (ничтожными) п. 5.7 договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.07.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 21.11.2018, N 2 от 01.02.2019, заключенных между ООО «МРК «Тополь» и ИП ФИО1. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истцы и ответчик обжаловали его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционных жалобах ИП ФИО1 и ИП ФИО3 просят решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. Апелляционные жалобы не содержат мотивированных доводов.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы общество указывает на пропуск срока исковый давности по требованию о признании условий договоров о взимании комиссии недействительными. Взимание комиссии за выдачу займа обусловлено созданием для заемщика дополнительного имущественного блага, для удовлетворения будущих заявок заемщика. Общество также ссылается на недобросовестное поведение истцов.

От ИП ФИО1 и ИП ФИО3 поступили дополнения к апелляционным жалобам, как указывают заявители, общество не имеет право на осуществление банковской деятельности без лицензии. Судом не применены положения статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители истцов, ИП ФИО1 и ИП ФИО3 заявили ходатайство об отложении судебного разбирательства в целях изложения дополнений к апелляционным жалобам; поддержали доводы своих апелляционных жалоб, дали пояснения по существу спора.

Представитель арбитражного управляющего ФИО4 против доводов апелляционных жалоб возражал, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в отсутствие их представителей.

Рассмотрев ходатайство истцов об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции не находит правовых основания для его удовлетворения ввиду следующего.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

В силу названных норм отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

В удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства отказано судом апелляционной инстанции, поскольку предусмотренные частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для этого основания отсутствуют. При этом судебная коллегия не усматривает препятствий для рассмотрения жалоб по существу.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы с учетом части 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены принятого по делу решения ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ИП ФИО1 (заемщик) и ответчиком (займодавец) были заключены договоры займа N 2 от 16.01.2018 на сумму 3 000 000 руб., N 22 от 23.03.2018 на сумму 3 150 000 руб., N 31 от 24.04.2018 на сумму 3 150 000 руб., N 43 от 17.07.2018 на сумму 5 000 000 руб., N 56 от 01.10.2018 на сумму 3 700 000 руб., N 66 от 21.11.2018 на сумму 5 000 000 руб., N 2 от 01.02.2019 на сумму 1 000 000 руб., согласно которым займодавец обязуется предоставить заемщику микрозайм (займ), а заемщик обязуется своевременно возвратить полученный займ, оплатить проценты за пользование займом и исполнить иные обязательства по договору.

Согласно разделу 2 договоров займа, в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа, заемщик предоставляет в залог, принадлежащее ему имущество, а также в залог имущество, принадлежащее ФИО3

Между ФИО1 (залогодатель-1), ФИО3 (залогодатель-2) и ответчиком (залогодержатель) были заключены договоры залога недвижимого имущества N 78 от 30.11.2017, N 1 от 16.01.2018, N 29 от 23.03.2018, N 53 от 17.07.2018, N 40 от 24.04.2018.

В тексте искового заявления имеется ссылка на требование о признании договора N 78 от 30.11.2018, заключенного в обеспечение договора займа N 70 от 30.11.2018 по микрозайму в размере 7 000 000 руб. недействительной сделкой.

Истцы, считая договоры займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.06.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 02.11.2018, N 2 от 01.02.2019, подлежащими признанию недействительными, обратились в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно положениям статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьями 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии со статьей 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

В соответствии с п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 25) о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения

Судом первой инстанции исследован вопрос о том, является ли выдача займа и пролонгация соответствующего договора самостоятельными услугами, создающими для заемщика какое-либо отдельное имущественное благо, за которое общество вправе получать от последнего дополнительную плату.

В соответствии с п. 7.2 договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018 заемщик уплачивает заимодавцу единовременно сумму комиссии за выдачу займа в размере 150 000 руб., путем ее перечисления на счет Заимодавца, указанный в п. 10 настоящего договора, в течении 5 (пяти) календарных дней, с момента выдачи суммы займа (транша).

В соответствии с п. 7.2 договора займа N 43 от 17.07.2018 заемщик уплачивает заимодавцу единовременно сумму комиссии за выдачу займа в размере 250 000 руб., путем ее перечисления на счет заимодавца, указанный в п. 10 настоящего договора, в течении 5 (пяти) календарных дней, с момента выдачи суммы займа (транша).

В соответствии с п. 7.2 договора займа N 56 от 01.10.2018 заемщик уплачивает заимодавцу единовременно сумму комиссии за выдачу займа в размере 185 000 руб., путем ее перечисления на счет заимодавца, указанный в п. 10 настоящего договора, в течении 5 (пяти) календарных дней, с момента выдачи суммы займа (транша).

В соответствии с п. 7.2 договора займа N 66 от 21.11.2018 заемщик уплачивает заимодавцу единовременно сумму комиссии за выдачу займа в размере 120 000 руб., путем ее перечисления на счет заимодавца, указанный в п. 10 настоящего договора, в течении 5 (пяти) календарных дней, с момента выдачи суммы займа (транша).

В соответствии с п. 7.2 договора займа N 2 от 01.02.2019 заемщик уплачивает заимодавцу единовременно сумму комиссии за выдачу займа в размере 50 000 руб., путем ее перечисления на счет заимодавца, указанный в п. 10 настоящего договора, в течении 5 (пяти) календарных дней, с момента выдачи суммы займа (транша).

Деятельность ООО «Микрокредитная компания «Тополь» регламентирована ФЗ N 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», а также Федеральным законом «О потребительском кредите (займе)» от 21.12.2013 N 353-ФЗ.

Для обозначения функций кредитора при предоставлении займов законодатель применяет термин «профессиональная деятельность по предоставлению займов». Понятие профессиональной деятельности по предоставлению займов определено в Федеральном законе от 21.12.2013 N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)».

Порядок, размер и условия предоставления микрозаймов предусмотрены Федеральным законом от 02.07.2010 N 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон N 151-ФЗ). Пунктом 4 части 1 статьи 2 названного закона предусмотрено, что договор микрозайма - договор займа, сумма которого не превышает предельный размер обязательств заемщика перед заимодавцем по основному долгу, установленный названным законом.

Исходя из императивных требований к порядку и условиям заключения договора микрозайма, предусмотренных Законом N 151-ФЗ, денежные обязательства заемщика по договору микрозайма имеют срочный характер и ограничены установленными этим законом предельными суммами основного долга, процентов за пользование микрозаймом и ответственности заемщика.

Принцип свободы договора в сочетании с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, с учетом того, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Это положение имеет особое значение, когда возникший спор связан с деятельностью микрофинансовых организаций, которые предоставляют займы на небольшие суммы и на короткий срок, чем и обусловливается возможность установления повышенных процентов за пользование займом. Иное, то есть установление сверхвысоких процентов за длительный срок пользования микрозаймом, выданным на короткий срок, приводило бы к искажению цели деятельности микрофинансовых организаций.

Исходя из приведенных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре» разъяснений, комиссия может быть признана недействительной и истребована у банка, при условии, что она не является самостоятельной банковской услугой, создающей для заемщика какое-либо дополнительное благо или иной полезный эффект.

Те или иные особенности выдачи займа могут привести к возникновению у кредитной организации определенных расходов. При этом такая организация в целях получения в виде комиссий компенсации своих издержек должна доказать несение финансового бремени, каких-либо расходов и потерь в связи с предоставлением займа.

Правовой подход о том, что оказываемые кредитными организациями услуги, условие об оплате которых включаются в соответствующие соглашения, должны иметь непосредственный полезный эффект для заемщиков (должников), изложен в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.10.2013 N 6560/13 по делу N А40-52911/12-42-214.

Выдача кредита (займа) и пролонгация срока его возврата по общему правилу не являются самостоятельной услугой в смысле статьи 779 Гражданского кодекса, без которой кредитная организация не смогла бы заключить или исполнить договор, а операция по выдаче займа и пролонгация срока его возврата входят в предмет договора займа и взимание за них дополнительного вознаграждения (как правило) неправомерно.

Действия банка по предоставлению согласия на изменение срока возврата займа, изменению графика лимита задолженности, также не являются самостоятельной услугой, которая отлична от услуги по предоставлению займа (продление срока, на который он предоставлен). При этом услуга в виде предоставления должнику (заемщику) возможности при пролонгации договора пользоваться заемными средствами оплачена путем получения процентов.

Уплатив комиссию за согласие банка на изменение (продление) срока возврата кредита, должник встречного эквивалентного предоставления (дополнительной услуги) не получил.

Доказательств того, что выдача согласия на изменение срока возврата кредита имела полезный эффект для истца и являлась самостоятельной услугой в рамках соответствующего договора, ответчиком не представлено.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2013 N 16242/12 разъяснено, что в отличие от обычного кредитного договора, договор на открытие кредитной линии предполагает право заемщика в течение определенного срока получить от кредитора денежные средства в согласованных сторонами размере и порядке, а значит, такой договор заключается в специфических экономических условиях и имеет свои юридические особенности.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 12.03.2013 N 16242/12 указал на необходимость исследования судами вопроса несения банками финансового бремени при включении в договор об открытии кредитной линии условий о вознаграждении и компенсации своих издержек. Компенсация этих потерь не может быть расценена как скрытое увеличение процентной ставки, поскольку в период ожидания заявки от заемщика о выдаче кредита не происходит пользования денежными средствами банка со стороны заемщика.

В обоснование заявленных требований истец указал на незаконность взимания микрокредитной организацией комиссии за пролонгацию соответствующих соглашений.

В соответствии с пунктами 1 - 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Следовательно, при доказанности банком несения финансовых издержек при предоставлении заемщику возможности в определенный срок и в определенном размере получить в будущем денежные средства в рамках заключенного договора об открытии кредитной линии соответствующая компенсация может быть предусмотрена сторонами в таком кредитном договоре.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации банк должен доказать несение финансового бремени, каких-либо расходов и потерь в связи с пролонгацией кредита именно в виде открытия кредитной линии в целях получения вознаграждения и компенсации своих издержек.

Между тем доказательств резервирования средств в интересах истца, а также несения финансового бремени либо расходов и потерь в связи с предоставлением истцу кредита в виде открытия кредитной линии, ответчиком не представлено.

С учетом изложенного требование в части признания недействительными (ничтожными) п. 7.2 договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.07.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 21.11.2018, N 2 от 01.02.2019 является обоснованным.

В соответствии с п. 5.7 договоров в случае, если перечисленная заемщиком сумма недостаточна для исполнения всех обязательств заемщика по договору, устанавливается следующая очередность погашения требований займодавца:

в первую очередь погашаются издержки займодавца по получению исполнения обязательств заемщика (в том числе судебные расходы, расходы по исполнительному производству, а также любые иные расходы, которые понесет займодавец в случае принудительного взыскания задолженности);

во вторую очередь - неустойка за просрочку процентов за пользование займом;

в третью очередь - неустойка за просрочку ссудной задолженности;

в четвертую очередь - задолженность по уплате просроченных процентов;

в пятую очередь - задолженность по просроченной ссудной задолженности (или ее части);

в шестую очередь - задолженность по уплате срочных процентов;

в седьмую очередь - задолженность по срочной ссудной задолженности (или ее части).

Микрокредитная компания вправе в одностороннем порядке изменить установленную названным пунктом очередность погашения своих требований.

В ст. 319 ГК РФ установлена очередность погашения требований по денежному обязательству: сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

В соответствии с п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее - Постановление N 54) по смыслу приведенной нормы под упомянутыми в ней процентами понимаются проценты, являющиеся платой за пользование денежными средствами (например, ст. ст. 317.1, 809, 823 ГК РФ). Проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности, например проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, а равно начисляемые на сумму задолженности неустойки, к указанным в ст. 319 ГК РФ процентам не относятся и погашаются после суммы основного долга.

Положения ст. 319 ГК РФ, устанавливающие очередность погашения требований по денежному обязательству, могут быть изменены соглашением сторон. Однако соглашением сторон может быть изменен порядок погашения только тех требований, которые названы в данной норме (абз. 2 п. 37 Постановления N 54).

Аналогичные разъяснения даны в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановления N 7).

В п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 «О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - информационное письмо N 141) разъяснено следующее.

Применяя ст. 319 ГК РФ, суды должны учитывать, что названная норма не регулирует отношения, связанные с привлечением должника к ответственности за нарушение обязательства (гл. 25 ГК РФ), а определяет порядок исполнения денежного обязательства, которое должник принял на себя при заключении договора.

В связи с изложенным судам следует иметь в виду, что соглашением сторон может быть изменен порядок погашения только тех требований, которые названы в ст. 319 ГК РФ (например, стороны вправе установить, что при недостаточности платежа обязательство должника по уплате процентов погашается после основной суммы долга) (абз. 2 п. 2 информационного письма N 141).

Соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, или иные связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных в ст. 319 Кодекса, противоречит смыслу данной ст. и является ничтожным (ст. 168 ГК РФ) (абз. 3 п. 2 информационного письма N 141).

Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2011 N 17859/10.

Исходя из этого соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, или иные связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных в ст. 319 ГК РФ, противоречит существу законодательного регулирования и является ничтожным (п. 27 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021).

С учетом изложенного требование в части признания недействительными (ничтожными) п. 5.7 спорных договоров займа N 2 от 16.01.2018, N 22 от 23.03.2018, N 31 от 24.04.2018, N 43 от 17.07.2018, N 56 от 01.10.2018, N 66 от 21.11.2018, N 2 от 01.02.2019 является обоснованным, поскольку установленная договорами названным пунктом очередность погашения требований противоречит существу законодательного регулирования, что в силу приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции влечет его ничтожность.

При этом следует отметить, что в соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Поскольку п. 5.7 и п. 7.2 договоров займа являются ничтожными, договоры заключены 16.01.2018, 23.03.2018, 24.04.2018, 17.07.2018, 01.10.2018, 21.11.2018, 01.02.2019, исковое заявление подано 11.01.2021, то есть в пределах трех лет с даты заключения договоров, то срок исковой давности истцами не пропущен.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными 3 правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, указанных статьей 1109 данного кодекса пункт 1.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Последствием признания сделки недействительной является двусторонняя реституция - возврат сторон в первоначальное положение.

Поскольку судом признаны недействительными (ничтожными) п. 7.2 договоров об уплате единовременной суммы комиссии за выдачу займа, законность взимания комиссии за пролонгацию не установлена, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что денежные средства в общем размере 1 620 000 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу ИП ФИО1

Отказывая в удовлетворении требований в части, суд первой инстанции, принимая во внимание фактическое исполнение сторонами договора, пришел к выводу о необходимости применения к спорным правоотношениям положений статьи 431.1 и пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. В связи с этим суд указал на то, что поскольку предприниматель принимал от общества исполнение договора, то он не вправе требовать признания этого договора недействительным, за исключением оснований, указанных в статьях 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истцы в обоснование заявленных требований также ссылались на ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, считая, что спорные договоры были заключены под влиянием обмана, поскольку ИП ФИО1 полагал, что получает от ответчика микрозаем, в то время как последний не мог выдавать в силу ограничений, установленных нормами действующего законодательства, ответчик скрыл, что по спорным сделкам займ является целевой.

Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из преамбулы и условий пп. 1.1 - 1.4 спорных договоров однозначно следует, что ответчик обязался предоставить ИП ФИО1 займы по договору займа N 2 от 16.01.2018 в сумме 3 000 000 руб., по договору N 22 от 23.03.2018 в сумме 3 150 000 руб., по договору N 31 от 24.04.2018 в сумме 3 150 000 руб., по договору N 43 от 17.07.2018 в сумму 5 000 000 руб., по договору N 56 от 01.10.2018 в сумме 3 700 000 руб., по договору N 66 от 21.11.2018 в сумму 5 000 000 руб., по договору N 2 от 01.02.2019 в сумме 1 000 000 руб., которые подлежали возврату в установленный договорами срок, при этом ИП ФИО1 обязался оплатить пользование заемными денежными средствами в размере, установленном п. 1.4 договоров, процентной ставки.

Срок и процентная ставка по части оспариваемым договорам в дальнейшем были изменены сторонами в рамках заключенных дополнительных соглашений.

Будучи в здравом уме, ввиду не доказанности со стороны истцов иного, ФИО1, действуя как индивидуальный предприниматель, не мог не понимать содержания заключаемых договоров и дополнительных соглашений к спорным договорам. Условия договоров не содержат в себе противоречий, оговорок, описок, опечаток, посредством которым могло бы передаваться двойственное либо неоднозначное толкование условий заключаемых сделок. ИП ФИО1 осознавал, что он получает заемные денежные средства в размере отраженном в договорах, которые он обязан будет возвратить ответчику в установленный срок и оплатить пользование займом в размере установленной процентной ставке (природа и предмет договора).

Порядок возврата займа и уплаты процентов за пользование займом детализировано установлен положениями раздел 5 договоров.

ИП ФИО1 не мог не понимать, кто выступает кредитором по сделке - ответчик, а также цель, для которой он получает заемные денежные средства, данная цель сформулирована ИП ФИО1 в заявлениях на получение займов, хотя для договоров займа нормы действующего законодательства не устанавливают императивных требований для раскрытия данной информации заемщиком перед займодавцем, как и сформирован размер требуемых ФИО1 сумм займов.

Указанные обстоятельства исключают приведенные истцами доводы о заключении спорных договоров под влиянием обмана, поскольку ФИО1, как дееспособное лицо, действующее в качестве индивидуального предпринимателя, должен осознавать условия заключаемых договоров, а также порождаемые права и обязанности при подписании спорных сделок.

При этом доказательства того, что ответчик применял в отношении ИП ФИО1 насилие или угрозу его применения на момент заключения договоров займа, в материалы дела не представлены.

ИП ФИО1 имел реальную возможность реализовать свою волю на заключение договоров на предложенных ответчиком условиях либо отказаться от их заключения.

Обратного истцами не доказано, что также исключает возможность признания сделок недействительными по мотиву кабальности.

Из переписки с ТКБ БАНК ПАО не следует, что банк дал в установленном порядке согласие на фактическое рефинансирование ИП ФИО1

В материалы дела не представлено доказательств относительно того, что Сбербанк в установленном порядке дал согласие на фактическое рефинансирование ИП ФИО1

Доказательств того, что ответчик чинил истцам препятствия для рефинансирования не представлено.

После заключения оспариваемых договоров ИП ФИО1 фактически получил заемные средства от ответчика, воспользовался ими, осуществлял частичный возврат.

Подобные действия ИП ФИО1 давали другим лицам основания полагаться на действительность договоров.

Обстоятельства, на которые ссылаются истцы в обоснование недействительности договоров, были известны на момент заключения и исполнения договоров.

Судом первой инстанции также установлено, что спорные договоры заключены сторонами 16.01.2018, 23.03.2018, 24.04.2018, 17.07.2018, 01.10.2018, 21.11.2018, 01.02.2019.

Исковое заявление поступило в суд 11.01.2021, то есть за пределами срока исковой давности, установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

На основании изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для переоценки выводов суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, дана правильная оценка доказательствам и доводам участвующих в деле лиц.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При указанных обстоятельствах отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением дела в арбитражном суде апелляционной инстанции, в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя апелляционной жалобы.


На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд





ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.04.2024 по делу№ А32-421/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в двухмесячный срок в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.



Председательствующий Н.В. Нарышкина


Судьи И.Н. Мельситова


О.А. Сулименко