Постановление от 20 мая 2019 г. по делу № А10-78/2017

Четвертый арбитражный апелляционный суд

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,

http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А10-78/2017
20 мая 2019 года
г. Чита


Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 мая 2019 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Монаковой О.В., судей Даровских К.Н., Мациборы А.Е. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 28 января 2019 года по делу №А10-78/2017 по заявлению финансового управляющего должника – ФИО3 ФИО4 к Шмелевой (ранее – ФИО9) Анжелике Андреевне о признании сделки недействительной, по делу по заявлению ФИО3 (дата и место рождения: 08.10.1971, п. Каменск Кабанского района Бурятской АССР, ИНН <***>, СНИЛС №035-603-591-40, зарегистрированного по адресу: Республика Бурятия, Кабанский район, с. Оймур) о признании его несостоятельным (банкротом) (суд первой инстанции: Гиргушкина Н.А.)

с объявлением перерыва в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с 13.05.2019 г. до 09 час. 45 мн. 20.05.2019 г. , о чем размещено публичное объявление на официальном сайте суда в сети Интернет,

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

до перерыва:

от ФИО2 – ФИО6 представителя по доверенности от 07.05.2019 г.

от ФИО3 - ФИО7 представителя по доверенности от 18.04.2019 г.

после перерыва в отсутствие представителей лиц

установил:

Конкурсный управляющий должника ФИО3 ФИО4 обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением о признании договора займа от 14.04.2015, совершенного между должником и ФИО8, недействительным.

Определением суда от 08 июня 2018 года к участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 28 января 2019 года признана недействительной сделка - договор займа от 14 апреля 2015 года, заключенный между ФИО3 и Шмелевой (ранее – ФИО9) Анжеликой Андреевной. Взыскана с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000 рублей – государственная пошлина.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО3 обжаловал его в апелляционном порядке. Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что заявление финансового управляющего ФИО4 было подано в суд 11.05.2018, то есть с пропуском срока исковой давности, однако данный довод был оставлен судом первой инстанции без внимания.

Ссылка на ч. 3 ст. 19 ФЗ «О банкротстве» в данном случае является несостоятельной, закон не содержит понятия фактической заинтересованности, так как ФИО9 на момент совершения сделки не являлась ни родственником самого должника, ни родственником его сына. Ссылка на заинтересованность через юридическое лицо, руководителем которого выступал сын должника, не имеет под собой никаких оснований, поскольку регламентируется другими частями ст. 19 ФЗ «О банкротстве.

Вывод о злоупотреблении правом со стороны должника не основывается на фактических обстоятельствах дела, а сделан из предположений и оценочных суждений, что не допускается арбитражным процессуальным законодательством.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обжаловала его в апелляционном порядке.

Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что не являлась и не является заинтересованным к должнику лицом по смыслу определения, содержащегося в пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку не является лицом, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЭ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником, а также лицом, которое является аффилированным лицом должника. Трудовые отношения в должности юрисконсульта не могут расцениваться как форма аффилированности.

При заключении договора займа ей не было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Доказательства обратного в материалы дела финансовым управляющим не были представлены, как и не представлены доказательства, подтверждающие, что при заключении оспариваемого договора преследовались цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также доказательства подтверждающие наличие у должника на момент заключения договора займа (на 14 апреля 2015 г.) признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у неё финансовой возможности предоставить заем должнику и по этому основанию признал сделку мнимой по ст. 170 ГК РФ. При этом ею были представлены доказательства, подтверждающие наличие денежных средств, достаточных для предоставления займа должнику.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционные жалобы, указывает на несостоятельность их доводов, просит определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Конкурсный кредитор в письменном виде изложил правовую позицию по делу, просит судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции по делу.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдение норм процессуального права в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 14 апреля 2015 года между ФИО9 и ФИО3 подписан договор займа, согласно которому ФИО9 (займодавец) передала 1 200 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу указанную сумму денег в срок до 14.07.2015 под проценты из расчета 18% годовых. Проценты могут уплачиваться ежемесячно либо единовременно с возвратом суммы займа.

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по возврату займа ФИО9 обратилась в Кабанский районный суд Республики Бурятия с заявлением о взыскании задолженности со ФИО3 задолженности по указанному выше договору займа.

Решением Кабанского районного суда Республики Бурятия от 16.09.2015 со ФИО3 взыскано 1 254 443 рублей, в том числе 1 200 000 рублей - сумма долга, 54 443 рублей - проценты, а также взысканы 14 472,22 рубля - судебные расходы. На принудительное исполнение решения выдан исполнительный лист №ФС007656594.

Впоследствии определением от 15.09.2017 требования ФИО8, основанные на решении Кабанского районного суда Республики Бурятия от 16.09.2015, включены в реестр требований кредиторов должника.

Конкурсный управляющий должника - ФИО3 ФИО4 обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением о признании договора займа от 14.04.2015, совершенного между должником и ФИО8, недействительным, мотивируя тем, что данная сделка мнимая, поскольку финансовое положение кредитора не позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства, является подозрительной в силу п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, признавая договор займа безденежным, совершенным при злоупотреблении правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, заявление конкурсного управляющего удовлетворил.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу положений статьи 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно статье 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как установлено судом, оспариваемый договор займа был подписан 14 апреля 2015 года. ФИО3 на дату совершения сделки был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, соответствующая регистрация прекращена им 09.07.2015.

На дату совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Сбербанк России», основанные на решении Октябрьского районного суда г. Иркутска от 25.02.2014. Правопреемником ПАО «Сбербанк России» является ООО «Контроль инвестиций», требований которого включены в реестр требований кредиторов должника ФИО3

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно свидетельству о заключении брака №578151 от 10.12.2016 ФИО9 заключила брак со ФИО10 (сыном должника) 03 июня 2016 года.

Следовательно, можно сделать вывод, что договор займа от 14.04.2015 был заключен с формально незаинтересованным лицом. Однако, как следует из трудовой книжки ответчика, ФИО9 в 2014 году работала в ООО «Сибирская санитарная бумага», руководителем которой являлся ФИО10 (сын должника).

При установленных обстоятельствах, в совокупности с последующим заключением брака со ФИО10 суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии фактической заинтересованности ФИО8 по отношению к должнику.

Поскольку на дату совершения оспариваемой сделки должник не имел достаточных денежных средств и имущества для расчетов с ПАО «Сбербанк России», заключение оспариваемой сделки привело к наращиванию кредиторской задолженности, введению в дело о банкротстве заинтересованного конкурсного кредитора, действующего в интересах должника.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред кредиторам.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Изложенная правовая позиция сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12 и последовательно приводится в определениях Верховного Суда Российской Федерации, в частности N 305- ЭС16-2411 от 25.07.2016.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора, суд не должен ограничиваться только проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 86 Постановления N 25 от 23.06.2015, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль управления за ним соответственно продавца или учредителя. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд, рассматривая дело об оспаривании сделок, послуживших основанием для возникновения обязательств должника, исходя из доводов о том, что сделки имеют признаки мнимых, направлены на создание искусственной задолженности кредитора, и обстоятельств дела, должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения впоследствии в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о несостоятельности (банкротстве)" при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В целях защиты прав и законных интересов кредиторов и предотвращения злоупотребления правом судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

Как следует из материалов дела, судом неоднократно было предложено ФИО9 представить в материалы дела доказательства, подтверждающие финансовую возможность выдачи суммы займа в заявленном размере.

В материалы дела представлены справки о доходах ФИО9 (л.д. 109-110 т.2), которые с учетом необходимости обеспечения прожиточного минимума для займодавца и членов его семьи свидетельствуют о наличии дохода, размер которого не позволяет произвести передачу 1 200 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой суда первой инстанции доводов ответчика о накоплениях за счет денежных средств, полученных по договору купли-продажи квартиры от 19.04.2013, поскольку между совершенной сделкой купли-продажи и договором займа прошел длительный промежуток времени. Кроме того согласно выпискам о зарегистрированных правах ответчика, ФИО8 после продажи квартиры по договору от 19.04.2013 приобрела несколько объектов недвижимости по возмездным сделкам (л.д.75-77 т.2). Источники денежных средств для приобретения данной недвижимости ответчиком не раскрыты.

В связи, с чем суд первой инстанции сделал правильный вывод, что представленные в материалы дела документы не подтверждают наличия финансовой возможности займодавца по передаче 1 200 000 рублей наличными.

Также в материалы дела не представлены доказательства расходования займа должником, представленные платежные документы об уплате обязательных платежей по дате их совершения не имеют отношения к договору займа от 14.04.2015, составлены на иную сумму.

Следовательно, оснований полагать, что займ являлся денежным (реальным) в материалах дела отсутствуют.

Поскольку договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денежных средств, в отсутствие таких доказательств договор займа считается незаключенным (пункт 3 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не принял расписку от 14.04.2015 в качестве доказательств получения займа от ФИО9

Кроме того судом установлено, что решение Кабанского районного суда Республики Бурятия от 16.09.2015 о взыскании денежных средств основано на признании иска ФИО2 ФИО8 на протяжении длительного времени не предпринимала каких-либо действий по принудительному взысканию задолженности, предъявлению исполнительного листа в службу приставов.

Учитывая, что договор займа от 14.04.2015 является безденежным, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка совершена при злоупотреблении правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, что является основанием для признания ее недействительными.

Поскольку стороны по оспариваемой сделки не осуществляли какое-либо предоставление по ней, последствия недействительности сделки в порядке статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.6 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" применению не подлежат.

Доводы апелляционной жалобы заявление финансового управляющего ФИО4 было подано в суд 11.05.2018, то есть с пропуском срока исковой давности, подлежат отклонению на основании следующего.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой

давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении

срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску

лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такие сроки, в частности, установлены по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, который согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия

или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года; течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Применительно к оспариванию сделок должника в деле о банкротстве следует учитывать пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, в соответствии с которым заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от

имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пунктом 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3

Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по

себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Право на подачу заявления об оспаривания сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 24.04.2017 г. в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризация долгов гражданина.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 12.03.2018 г. финансовым управляющим ФИО3 утвержден ФИО4

Как указывает финансовый управляющий требование ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 согласно картотеке арбитражных дел поступило в суд 27.06.2017, то есть о наличии сделки, на основании которой основано требование он должен был узнать не ранее данной даты. Как следует из материалов дела заявление о признании недействительным договора поступило в суд 11.05.2018 г., следовательно заявление о признании недействительным договора заявлено финансовым управляющим в пределах срока исковой давности.

Остальные доводы апелляционных жалоб не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Руководствуясь статьями 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 28 января 2019 года по делу №А10-78/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий О.В. Монакова


Судьи К.Н. Даровских


А.Е. Мацибора