Постановление от 15 июня 2022 г. по делу № А67-5409/2018

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск Дело № А67-5409/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июня 2022 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


ФИО1

судей


Дубовика В.С.




ФИО2

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО3, помощником судьи Гребенюк Е.И. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании, апелляционные жалобы ФИО4 (№07АП-11411/2021(1)), ФИО5 (№07АП-11411/2021(2)), Муниципального образования «город Томск» в лице департамента управления муниципальной собственностью администрации города Томска (№07АП-11411/2021(3)) на определение от 03.11.2021 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-5409/2018 (судья Хасанзянов А.И.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное коммерческое объединение «Инвабыль» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 634029, <...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО5: ФИО5, паспорт,

от ФИО7: ФИО8, доверенность от 06.08.20219

конкурсный управляющий ФИО6 (после перерыва)

от иных лиц: не явились (извещены),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное коммерческое объединение «Инвабыль» конкурсный управляющий ФИО6, 06.05.2019 обратился с заявлением о привлечении бывших руководителей, участников должника к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в котором, просит взыскать с ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО10 солидарно в пользу ООО «Научно-производственное коммерческое объединение «Инвабыль» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 4 362 944,11 руб., в том числе солидарно с ФИО11 в размере 5 471,37 руб., в том числе солидарно с ФИО5 9 868,93 руб. (с учетом последнего уточнения, принятого на основании ст. 49 АПК РФ, имеется в электронном виде: 28.07.2021 11:43 МСК).

Определением от 03.11.2021 Арбитражный суд Томской области удовлетворил заявление конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «НПКО «Инвабыль» частично. Взыскал с бывших руководителей должника ФИО4, ФИО5, ФИО11 в конкурсную массу ООО «НПКО «Инвабыль» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно 4 362 944,11 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований, отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом ФИО4, ФИО5, Муниципальное образование «город Томск» в лице Департамента управления муниципальной собственностью администрации города Томска обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

ФИО4 указал, с учетом дополнений, что размер ответственности по части 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве может быть равен только требованиям возникшим после даты с которой руководитель должен был обратиться с заявлением. По итогам 2013 года у должника было хорошее финансовое состояние. ФИО7 стал участником с 28.08.2017, следовательно, также может быть привлечен к ответственности.

ФИО5 указал, что суд вышел за пределы заявленного требования. К спорным отношениям должны быть применены положения Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53. Обязательства, на которые указывает конкурсный управляющий, возникли до 12.07.2014. Судом не изложены мотивы принятия решения. Размер ответственности по части 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве может быть равен только требованиям, возникшим после даты, с которой руководитель должен был обратиться с заявлением.

Департамент указал, что к спорным отношениям должны быть применены положения Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53. Доказаны основания для привлечения к ответственности учредителей.

Конкурсный управляющий, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционные жалобы.

Определением от 25.01.2022 апелляционного суда, судебное разбирательство откладывалось. Конкурсному управляющему судом предложено представить письменные пояснения с указанием размера ответственности, периоды участия и основания привлечения к ответственности в отношении каждого ответчика.

Конкурсный управляющий ФИО6, ФИО5, Департамент, в порядке статьи 81 АПК РФ, представили письменные пояснения по делу.

ФИО7, представил ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании.

В судебном заседании представитель ФИО4, ФИО5, поддержали доводы апелляционных жалоб, просили определение суда отменить, по апелляционной жалобе Департамента возражали.

Представитель Департамента, поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить в части отказа в удовлетворении требования, по доводам апелляционных жалоб ФИО4, ФИО5, возражал.

Конкурсный управляющий ФИО6 поддержал доводы отзыва.

Определением от 25.02.2022 апелляционного суда, судебное разбирательство откладывалось. Судом предложено ФИО7 представить письменные пояснения по основаниям привлечения его к субсидиарной ответственности (заключение инвестиционного договора от 27.08.2013).

ФИО7, представил письменные пояснения.

Определением от 10.03.2022 апелляционного суда, судебное разбирательство откладывалось. Судом предложено ФИО7 ФИО9 представить в суд, до судебного заседания, письменные пояснения с доказательствами оплаты договора от 16.06.2014, финансовую возможность произвести оплату по сделке, ФИО4, ФИО5, ФИО11, представить в суд, до судебного заседания, письменные пояснения с обоснованием причин не оспаривания договора от 16.06.2014, либо не взыскания задолженности, с учетом доводов об отсутствии оплаты по сделке.

ФИО7, ФИО5 представили дополнительные пояснения.

Определением от 13.04.2022 апелляционного суда, судебное разбирательство откладывалось. Судом у Филиала ФГБУ "ФКП Росреестра" по Томской области истребована копия регистрационного дела по объекту недвижимости: <...>.

ФГБУ "ФКП Росреестра" по Томской области представило копию регистрационного дела.

ФИО5 представил письменные пояснения.

Конкурсный управляющий представил итоговые пояснения.

Определением от 12.05.2022 апелляционного суда, судебное разбирательство откладывалось. Конкурсному управляющему, предложено представить пояснения с учетом поступивших документов, с уточнением к кому, по какому основанию и в каком размере заявлено требование. ФИО7 ФИО9 представить письменные пояснения с доказательствами оплаты договора инвестирования строительства от 25.09.2013.

Конкурсный управляющий, ФИО7, ФИО5 представили дополнительные пояснения.

В судебном заседании конкурсный управляющий, представители ФИО7 и ФИО5 подержали ранее высказанные позиции.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Томской области, суд апелляционной инстанции полагает, что оно подлежит отмене в части.

Как следует из материалов дела, ФИО10 являлся директором ООО «НПКО Инвабыль» в период с 10.12.2011 по 30.09.2013 г (660 дней).

ФИО4 являлся директором ООО «Инвабыль» в период с 30.09.2013 по 26.05.2014 г. (238 дней), кроме того, в период с 10.12.2011 по 28.11.2013 являлся единственным участником общества (100% голосов), а с 28.11.2013 по 28.04.2014 50% голосов.

ФИО5 являлся ликвидатором ООО «Инвабыль» в период с 26.05.2014 по 14.01.2015 г. (233 дней).

ФИО11 являлся директором ООО «Инвабыль» в период с 14.01.2015 г. по 06.11.2018 г. (дата введения конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего, 1392 дня).

ФИО7 с 28.11.2013 по настоящее время являлся участником должника, с 50% голосов.

ФИО9 с 28.04.2014 по 28.08.2017 являлся участником должника, с 50% голосов.

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из отсутствия правовых оснований для привлечения ФИО4, ФИО7, ФИО9, как участников Общества, поскольку на момент предполагаемого нарушения, ответственность учредителей за неподачу заявления о несостоятельности отсутствовала; признаки объективного банкротства возникли после прекращения полномочий ФИО10; доказана совокупность обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности директоров общества ФИО4, ФИО5, ФИО11, в размере 4 362 944,11 руб.

Между тем, судом не учтено следующее.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» в Закон о банкротстве была введена глава III.2. Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 указанного закона рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Указанные правила применяются только в части процессуальных правоотношений.

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

С учетом заявленных требований, в данном случае подлежат применению положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

На основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве необходимо исходить из того, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, и, если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, то такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным, при этом необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника.

При этом несостоятельность должника должна быть связана не с объективными рыночными факторами, а исключительно с поведением самого должника, воля которого формируется контролирующими его лицами.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, как и в статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий, указал, что фактически признаки объективного банкротства у должника возникли незадолго до образования задолженности должника перед Департаментом недвижимости Администрации города Томска, взысканной решением от 10.08.2011.

Между тем, предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления ФИО4, ФИО7, ФИО9, как участников должника, суд первой инстанции обосновано указал, что на момент совершения вменяемых деяний статья 9 Закона о банкротстве, не содержала обязанности учредителей о созыве соответствующего собрания.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент предполагаемого нарушения, также не предполагает ответственность учредителей за неподачу заявления о несостоятельности.

Доводы ФИО4 о том, что ФИО7 должен отвечать по обязательствам, возникшим после 28.08.2017 (с учетом вступления в силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, принятого Федеральным законом №266-ФЗ), судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании норм права. ФИО7 являлся участником общества с 28.11.2013.

Ссылка Департамента о том, что привлечение учредителей и руководителей фактически должно осуществляться, при отсутствии правового регулирования, нормами по аналогии привлечения руководителей, судом первой инстанции правомерно отклонены, как не основанная на нормах права.

В части требований к директорам должника, конкурсный управляющий указал, что

- ФИО10 являлся директором ООО «НПКО Инвабыль» в период с 10.12.2011 по 30.09.2013 г (660 дней). Обязанность обратиться в Арбитражный суд возникла у ФИО10 11.01.2012.

В период его нахождения на должности директора, у общества возникла следующая задолженность:

1) решением от 25.12.2012 по делу №А67-7502/2012 взыскана задолженность по арендной плате в размере 1 234 215,17 руб., в том числе основной долг в размере 1 172 196,17 руб., пени в размере 62 019 руб. Задолженность образовалась за период с 01.07.2011 по 30.09.2012 (457 дней). Размер задолженности, образовавшейся с 11.01.2012 по 30.09.2012 (263 дня) равен 710 281,37 рублей. Расчет задолженности – (1 234 215,17 руб/457 дней)* 263 дня.

2) решением от 04.06.20213 по делу №А67-1254/2013 взыскана задолженность по арендной плате в размере 505 432,63 руб., в том числе основной долг в размере 500 098,49 руб., пени в размере 5 334,14 руб.. Задолженность образовалась за период с 01.10.2012 по 31.03.2013.;

3) решением от 10.12.2013 по делу №А67-6069/2013 взыскана задолженность по арендной плате в размере 314 912,59 руб., в том числе основная задолженность в размере 332 435,41 руб., пени в размере 9 477,18 руб.. Задолженность образовалась за период с 01.04.2013 по 22.07.2013.

4) решением от 25.12.2013 по делу № А67-6483/2013 взыскана задолженность по арендной плате в размере 495 839,83 руб., в том числе основная задолженность в размере 459 055,12 руб., по пени в размере 36 784,71 руб. Задолженность образовалась за период с 03.08.2011 по 14.10.2013 (803 дня). Размер задолженности, образовавшейся с 11.01.2012 по 30.09.2013 (628 дней) равен 387 780,09 рублей. Расчет задолженности – (495 839,83 рублей/803 дня)* 628 дней.

5) решением от 26.03.2014 по делу № А67-569/2014 взыскана задолженность по арендной плате в размере 198 663,14 руб., в том числе основная задолженность в размере 189 420,53 руб., пени в размере 9 242,61 руб. Задолженность образовалась за период с 01.04.2012 по 31.12.2013 (639 дней). Размер задолженности, образовавшейся с 01.04.2012 по 30.09.2013 (547 дней) равен 170 060,62 рублей. Расчет задолженности – (198 663,14 рублей/639 дней) * 547 дней.

- ФИО4 являлся директором ООО «Инвабыль» в период с 30.09.2013 по 26.05.2014 г. (238 дней) - обязанность обратиться в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО4 01.12.2013.

В период нахождения ФИО4 на должности директора ООО «Инвабыль», у общества возникла следующая задолженность:

1) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5483/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 216 229,81 руб., в том числе основная задолженность в размере 194 483,2 руб., пени в размере 21 746,61 руб. Задолженность образовалась в период с 01.10.2013 по 05.05.2014 (216 дней). Размер задолженности, образовавшейся в период с 01.12.2013 по 05.05.2014 (155 дней) равен 155 164,91 рублей. Расчет задолженности – (216 229,81 рублей/216 дней)* 155 дней.

2) решением от 26.03.2014 по делу № А67-569/2014 взыскана задолженность по арендной плате в размере 198 663,14 руб., в том числе основная задолженность в размере 189 420,53 руб., пени в размере 9 242,61 руб. Задолженность образовалась в период с 01.04.2012 по 31.12.2013 (639 дней). Размер задолженности, образовавшейся в период с 01.12.2013 г. по 31.12.2013 (30 дней) равен 9 326,90 рублей. Расчет задолженности – (198 663,14 рублей/639 дней)* 30 дней.

3) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5484/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 72 805,53 руб., в том числе основная задолженность в размере 65 679,49 руб., пени в размере 7 126,04 руб. Задолженность образовалась в период с 01.01.2014 по 05.05.2014.

- ФИО5 являлся ликвидатором ООО «Инвабыль» в период с 26.05.2014 по 14.01.2015 (233 дней) - обязанность обратиться в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО5 05.07.2014.

В период нахождения ФИО5 на должности ликвидатора ООО «Инвабыль» у общества не возникло увеличения основной задолженности. Однако, в период нахождения его в качестве ликвидатора возникла задолженность по уплате пени:

1) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5483/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 216 229,81 руб., в том числе основная задолженность в размере 194 483,2 руб., пени в размере 21 746,61 руб. Согласно тексту указанного решения задолженность по уплате пени возникла в период с 16.11.2013 по 30.06.2015 (591 день). Размер задолженности, образовавшийся в период с 05.07.2014 по 14.01.2015 (193 дня) равен 7 101,68 рублей. Расчет указанной задолженности – (21 746 руб/591 день)*193 дня.

2) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5484/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 72 805,53 руб., в том числе основная задолженность в размере 65 679,49 руб., пени в размере 7 126,04 руб. Согласно тексту указанного решения задолженность по уплате пени возникла в период с 18.02.2014 по 30.06.2015 (497 дней). Размер задолженности, образовавшийся в период с 05.07.2014 по 14.01.2015 (193 дня) равен 2 767,25 рублей. Расчет указанной задолженности – (7 126,04 рублей/497 дней)*193 дня.

- ФИО11 являлся директором ООО «Инвабыль» в период с 14.01.2015 г. по 06.11.2018 (1392 дня) - обязанность обратиться в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО11 15.03.2015.

В период нахождения ФИО11 на должности директора ООО «Инвабыль», у общества не возникло увеличения основной задолженности.

Однако, в период нахождения его в качестве директора возникла задолженность по уплате пени:

1) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5483/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 216 229,81 руб., в том числе основная задолженность в размере 194 483,2 руб., пени в размере 21 746,61 руб. Согласно тексту указанного решения задолженность по уплате пени возникла в период с 16.11.2013 по 30.06.2015 (591 день). Размер задолженности, образовавшейся в период с 15.03.2015 по 30.06.2015 (107 дней) равен 3 937,2 рублей. Расчет указанной задолженности – (21 746,61 рублей/591 дней)* 107 дней.

2) решением от 12.10.2015 по делу № А67-5484/2015 взыскана задолженность по арендной плате в размере 72 805,53 руб., в том числе основная задолженность в размере 65 679,49 руб., пени в размере 7 126,04 руб. Согласно тексту указанного решения задолженность по уплате пени возникла в период с 18.02.2014 по 30.06.2015 (497 дней). Размер задолженности, образовавшейся в период с 15.03.2015 по 30.06.2015 (107 дней) равен 1 534,17 рублей. Расчет указанной задолженности – (7 126,04 рублей/497 дней)*107 дней.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Недоказанность хотя бы одного из вышеуказанных обстоятельств влечет отказ от удовлетворения заявленных требований.

Сам факт превышения размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженный в бухгалтерской отчетности должника, не является свидетельством не возможности должника исполнить свои обязательства и не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника.

Наличие неисполненных обязательств перед кредиторами также не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что согласно информации, предоставленной конкурсным управляющим ООО «Промрегионбанк», по состоянию на дату рассмотрения отчета временного управляющего о результатах проведения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, - наблюдение, у должника имелся один расчетный счет, остаток средств на котором составлял 0 руб., последние операции по счету проводились 19.12.2013.

Данное обстоятельство следует из отчета временного управляющего и установлено вступившим в законную силу решением суда по настоящему делу от 13.11.2018 о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Начисление долга, пени, штрафов должнику уполномоченным органом произведено в период с 2013, в том числе по причине непредставления в установленный срок декларации по налогу на прибыль организации, наличия задолженности по уплате НДС на товары (работы, услуги), реализуемые на территории РФ (требование ФНС России установлено в реестре определением суда от 08.10.2018).

Согласно ответам регистрирующих органов, отчетность по форме РСВ-1 представлялась в Управление Пенсионного Фонда в период с 1кв. 2010 г и последний раз за 1 кв. 2014 года (ответ ПФ РФ, стр.115-116 Отчета временного управляющего, в эл. виде размещены документы 02.11.2018 06:44:53 МСК).

По причине отсутствия достаточной информации, в том числе в связи с неисполнением бывшим руководителем обязанности по передачи документов должника, временному управляющему не удалось провести полноценный анализ финансового состояния должника, в том числе проверку наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства (анализируемый период с 01.01.2015 по 31.12.2017, в том числе по состоянию на 19.10.2018).

По состоянию на дату рассмотрения отчета временного управляющего, из ответов регистрирующих органов следовало, что никакого имущества за должником не числиться в анализируемый период, то есть за три года до возбуждения дела о банкротстве сделки, подпадающие под период подозрительности для целей оспаривания их по специальным основаниям, выявлены не были.

Таким образом, с учетом того, что в конце 2013 года движение денежных средств Общества по счету прекратилось, в последующем предоставление в разные органы отчетности для целей контроля деятельности должника, также прекратилось, у Общества возникла задолженность, в том числе перед бюджетом, датой наступления признаков объективного банкротства суд признает 01.01.2014.

Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Следовательно, не позднее 01.02.2014 руководитель должника обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Доводы Департамента о том, что должник отвечал признакам объективного банкротства, с 2010 года, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку до конца 2013 года должником велась уставная деятельность, предоставлялась отчетность, имелись движения по счету.

Вместе с тем, обязанность исполнена не была. 25.03.2018 с таким заявлением обратился Департамент.

Таким образом, с учетом периодов осуществления полномочий руководителей должника, и размером образовавшихся требований кредиторов в соответствующий период, к ответственности по данному основанию подлежит ФИО4 в размере 237 297,34 руб.

В отношении ФИО10 (являлся руководителем до даты объективного банкротства), ФИО5 (отсутствовала вновь образовавшаяся задолженность), ФИО11 (отсутствовала вновь образовавшаяся задолженность), требования судом признаются несостоятельными.

Доводы конкурного управляющего о том, что в период руководства ФИО5 и ФИО11 требования увеличились за счет увеличения размера пени, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку в размер ответственности по данному основанию включаются именно вновь возникшие требования.

Рассматривая основания для привлечения к субсидиарной ответственности за совершение действий повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, в качестве обоснования привлечения к ответственности ответчикам вменяется сделка, направленная на отчуждение объекта незавершенного строительства по адресу: <...>, которая повлекла 14.06.2011 переход права собственности от ООО «Инвабыль» в пользу ГСК «Удача» (ИНН <***>), а также регистрация перехода права собственности объекта незавершенного строительства по адресу: <...> в пользу ФИО9, ФИО7 от 16.06.2014.

Доводы ответчиков о том, что конкурсный управляющий не заявлял такого основания для привлечения к ответственности, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, по сути является коллективным иском, а такое основание было заявлено Департаментом, в связи с чем подлежит рассмотрению судом.

Доказательств того, что сделка от 14.06.2011 привела к невозможности удовлетворения требований кредиторов, с учетом даты объективного банкротства, не представлено.

При этом, судом принимается во внимание, что в период очевидного прекращения деятельности (с конца 2013 года), 16.06.2014 была произведена регистрация перехода права собственности на объект: <...>, в пользу заинтересованных лиц, а именно в пользу ФИО9 и ФИО7, являвшихся учредителями должника. Документы со стороны должника подписаны директором ФИО4

Согласно разрешению на ввод в эксплуатацию от 05.05.2014, объект был построен.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, само по себе заключение сделки с заинтересованным лицом не свидетельствует о ее безусловной порочности.

Между тем, доказательств, подтверждающих, что указанная сделка заключена руководством должника на заведомо выгодных условиях, не связанных с уменьшением активов Общества, не представлено.

Передача денежных средств осуществлена в наличной форме, доказательств, подтверждающих поступления денег в кассу Общества, их расходования предприятием, в ходе рассмотрения спора, не представлено.

Не представлено таких доказательств и в апелляционной инстанции.

Представленные ФИО7 документы, указанные выводы суда не опровергают, а лишь указывает на общее финансовое состояние и подтверждает наличие совместного с супругой дохода в размере 12 млн. рублей. При этом, подтверждения того, что супруга ФИО7 передала ему 6 млн. рублей либо дала согласие на их расходование, также не представлены.

ФИО9 доказательств финансовой возможности предоставления им исполнения по инвестиционным сделкам не представил.

Как указал Департамент, длительное неисполнение обязанности ФИО4, как директором должника обязанности, по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом привело к тому, что сделки, не подпадающие в период подозрительности, не оспорены.

При указанных выше обстоятельствах (отсутствие перечисления денежных средств должнику за отчужденный объект), оспаривание такой сделки могло привести к пополнению конкурсной массы, и, как следствие, соблюдения прав кредиторов на наиболее полное удовлетворение требований, что соответствует цели конкурсного производства.

Более того, после декабря 2013 года в пользу Департамента принято еще несколько судебных актов, устанавливающих задолженность, то есть произошло наращивание долга. Заявлены требования ФНС России.

После отчуждения спорного объекта, а также прекращения уставной деятельности, начались мероприятия по ликвидации Общества, по причине чего назначен ликвидатор.

Таким образом, ФИО9, ФИО7, ФИО4 совершены действия по выводу имущества должника, в период наступлении объективного банкротства, при наличии значительных обязательств перед кредиторами, которые длительное время не исполнялись.

Следовательно, контролирующими должника лицами была создана такая схема хозяйственной деятельности ООО «НПКО Инвабыль» при которой на ООО «НПКО Инвабыль» аккумулировалась задолженность, а ликвидное имущество перешло в собственность ФИО7, ФИО9, ООО «Технология строительства» без возможности обратить на это имущество взыскание по долгам ООО «НПКО Инвабыль».

При этом, в период, когда ООО «НПКО Инвабыль» якобы начало получать исполнение по инвестиционным договорам (2014 г.) – руководство Общества перестало осуществлять бухгалтерский учёт.

Установленные обстоятельства указывают на то, что в Обществе был создан фиктивный документооборот, оформленный инвестиционными сделками с той целью, чтобы конечные бенефициары ФИО7, ФИО9, ООО «Технология строительства» могли приобрести в собственность объект недвижимости, построенный на муниципальной земле, не приобретая задолженность по арендой плате за землю.

Отсутствие бухгалтерского учета, начиная с 2014 г., позволило не представлять в налоговую инспекцию доказательства реальности совершения сделок при камеральных проверках налоговой отчётности.

Положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и положениями пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Данная презумпция ответчиками не опровергнута.

Таким образом, по данному основанию подлежат привлечению к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО9, ФИО7, с установлением размера ответственности в размере суммы требований кредиторов.

Оснований для привлечения по указанному основанию иных ответчиков, судом не установлено, в отсутствии доказательств совершения ими действий приведших к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Ссылки конкурсного управляющего о том, что регистрация перехода права собственности на объект недвижимости совершена в период руководства ФИО5, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку документы, переданные на регистрацию перехода права собственности со стороны должника подписаны ФИО4 Доказательств осведомленности ФИО5 о совершении регистрации перехода права собственности, в материалы дела не представлено.

Оценивая требование конкурсного управляющего относительно привлечения ФИО11 за неисполнение обязанности по передаче всех необходимой документации, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о его обоснованности и документальной подтвержденности.

Заявитель указывает, что в результате не предоставления руководителем должника в полном объеме документов первичного бухгалтерского учета, у конкурсного управляющего отсутствовали сведения о сделках должника, его имущественных правах и активах, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

На основании пункта 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве, ФИО11 не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего обязан был предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем обязанности по передаче временному управляющему документации должника, предусмотренной пунктом 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве, послужило, впоследствии, основанием для обращения временного управляющего с соответствующим ходатайством об истребовании документации у руководителя должника в арбитражный суд.

Принят судебный акт об истребовании документов, который исполнен не был.

Впоследствии конкурсному управляющему документация должника также не была передана.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве определено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Доказательств передачи истребованной документации и имущества, как и доказательств уклонения конкурсного управляющего от их получения в материалы дела в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции, не представлено.

Не представлено таких доказательств и в апелляционной инстанции.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего документов, подтверждающих наличие и местонахождение активов должника, а также документов, отражающих характер правоотношений должника с контрагентами, очевидно, не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника, оценить возможность оспаривания сделок должника с целью пополнения конкурсной массы.

Ссылка ФИО11 о том, что 12.11.2019 по акту приема-передачи документации конкурсному управляющему была передана документация бухгалтерского и налогового учета, заявителем требования не отрицается. Однако, конкурсный управляющий пояснил и ФИО11 в своих возражениях также на это указывает, что такая документация передана за период с 2006 по 2015. В тоже время, документация за последние три года с момента введения процедуры банкротства передана не была.

Доказательств, опровергающих данное обстоятельства, не представлено.

Таким образом, в результате непредставления первичных документов, конкурсный управляющий не смог надлежащим образом сформировать конкурсную массу должника.

Апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о наличии оснований, предусмотренных подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для привлечения ФИО11, к субсидиарной ответственности, в размере требований кредиторов.

По данным конкурсного управляющего размер требований кредиторов составил 4 362 944,11 руб.

При этом, судом принимается во внимание, что ответственность ФИО4 в размере 237 297,34 руб., за неподачу заявления о признании должника банкротом, поглощается субсидиарной ответственностью за совершения действий подведших невозможность полного погашения требований кредиторов.

При этом ни Законом о банкротстве, ни толкованием Верховного Суда Российской Федерации до настоящего времени не предоставлен приоритет уплаты сумм субсидиарной ответственности, возникшей на основании статьи 61.12 (в предыдущей редакции пункт 2 статьи 10) Закона о банкротстве, перед ответственностью, возникшей на основании подпункта статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Следовательно, в отсутствие иного толкования Верховным Судом РФ норм права, содержащихся в Законе о банкротстве и составляющих институт субсидиарной ответственности ФИО4 подлежит привлечению к ответственности в размере требований кредиторов.

Учитывая изложенное, определение суда от 03.11.2021 подлежит отмене в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО9, в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), с принятием нового судебного акта, о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО11, ФИО7, ФИО9, по обязательствам должника в размере реестра требований кредиторов.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение 03.11.2021 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-5409/2018 отменить в части, изложив в следующей редакции.

Удовлетворить заявление конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное коммерческое объединение «Инвабыль» частично.

Взыскать с бывших руководителей должника ФИО4, ФИО11, ФИО7, ФИО9 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное коммерческое объединение «Инвабыль» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности солидарно 4 362 944,11 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований, отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражного суда Томской области



Председательствующий


ФИО1


Судьи



ФИО12


ФИО2