Постановление от 26 декабря 2022 г. по делу № А81-10005/2018

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А81-10005/2018
26 декабря 2022 года
город Омск




Резолютивная часть постановления объявлена 20декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 декабря 2022 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-13528/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11 октября 2022 года по делу № А81-10005/2018 (судья Матвеева Н.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности, о взыскании с ФИО5 убытков в размере 30 487 731,60 руб., взыскании с ФИО2 убытков в размере 34 496 200 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Экострой» (ИНН <***> ОГРН <***>),


при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

представителя конкурсного управляющего «Экострой» ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 02.09.2022;

представителя ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 05.09.2022,

установил:

Управление Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу (далее – ФНС России, заявитель) обратилось 29.11.2018 в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Экострой» (далее – ООО «Экострой», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.12.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу № А81-10005/2018, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 07.07.2020 заявление ФНС России признано обоснованным, в отношении ООО «Экострой» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 11.07.2020.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.11.2020 ООО «Экострой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО3.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 07.11.2020.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.04.2021 конкурсным управляющим ООО «Экострой» утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3, заявитель).

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился 24.05.2021 в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО8 (далее – ФИО4, ФИО8, ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 25.05.2021 заявление принято, назначено к рассмотрению в предварительное судебное заседание.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении ранее заявленных требований, в которых просил суд:

- привлечь ФИО4, ФИО8, ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой»;

- взыскать солидарно с ФИО4, ФИО8, ФИО2 в пользу ООО «Экострой» 27 931 497,28 руб.

Также конкурсный управляющий ФИО3 обратился 13.08.2021 в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик), ФИО2 убытков.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.08.2021 заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 16.09.2021 объединено в одно производство для совместного рассмотрения заявление конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков с ФИО5, ФИО2 и заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В последующем от конкурсного управляющего 12.09.2022 поступило ходатайство об уточнении ранее заявленных требований, согласно которому просил суд:

- взыскать с ФИО5 (в пределах наследственной массы), ФИО2 убытки в пользу ООО «Экострой» в размере 30 487 731, 60 руб. в солидарном порядке;

- взыскать в пользу ООО «Экострой» убытки с ФИО2 в размере 34 496 200 руб.;

- привлечь ФИО4, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой»;

- в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскать солидарно с ФИО4, ФИО8, ФИО2 в пользу ООО «Экострой» денежные средства в размере эквивалентном их ответственности. В части определения размера субсидиарной ответственности приостановить рассмотрение обособленного спора до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11.10.2022 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой».

В части определения размера субсидиарной ответственности рассмотрение обособленного спора приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части требований конкурсного управляющего отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить в части признания доказанными наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой», принять в указанной части новый судебный акт об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой».

В обоснование указано, что суд первой инстанции необоснованно заключил о наличии у ФИО2 статуса контролирующего должника лица; ФИО2 не была вовлечена в процесс управления ООО «Экострой», не имела значительного влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, реальность руководства обществом именно ФИО4 и ФИО8 подтверждается подписанием ими всех договоров и иной первичной документации ООО «Экострой», в то время как ФИО2 не участвовала в заключении и подписании договоров.

Между ООО «Экострой» и ФИО2 заключена единственная сделка, признанная недействительной определением от 14.03.2022, по перечисление заработной платы в размере 2 574 451,08 руб., которая не отвечает критерию существенности и не может быть признана изменившей экономическую и (или) юридическую судьбу должника. Доказательств наличия и сохранения ФИО2 контроля над деятельностью ООО «Экострой» после фактического прекращения трудовых отношений конкурсным управляющим не представлено; у ФИО2 отсутствовала возможность свободного распоряжения активами должника; ФИО2 не распоряжалась имуществом должника ни в какой форме, являлась наемным сотрудников, участия в прибыли ООО «Экострой» не принимала, выполняла указания ФИО4 как директора и учредителя и учредителя ФИО8 (правопреемника создателя общества и его директора и единственного участника ФИО8 вплоть до смерти 03.04.2015).

Относительно оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 отметила, что не является руководителем ООО «Экострой», равно как и лицом, фактически обладающим документацией должника; доказательств совершения ФИО2 действий, приведших к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений, материалы дела не содержат. По мнению апеллянта, именно бездействие конкурсного управляющего является причиной ненадлежащего пополнения конкурсной массы должника.

ФИО2 также отмечает, что не является участником сделки по перечислению 30 000 000 руб. в пользу ФИО8, не является стороной сделки, равно как и лицом, в пользу которого совершена сделка, либо одобрившим данную сделку, как и в отношении иных вменяемых ФИО2 сделок.

Кроме того, апеллянт указывает на отсутствие у ООО «Экострой» признаков объективного банкротства, стоимость проинвентаризованного имущества должника составляет более 45 млн. руб., что превышает размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, непогашение реестровых требований кредиторов в процедуре банкротства обусловлено бездействием конкурсного управляющего, уклоняющегося от поиска и реализации дорогостоящей спецтехники.

По мнению апеллянта, причинами неисполнения обязательств перед кредиторами является ухудшение психического здоровья и смерть основателя и руководителя общества ФИО8, последующий корпоративный конфликт между новым руководителем и участником ФИО4 и вторым участником ФИО8 – вдовой ФИО8 (установлено судебными актами, в том числе, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021 по настоящему делу), вызвавший невозможность полноценного и эффективного управления обществом, а не недобросовестные действия (бездействие) ФИО2

Также из апелляционной жалобы следует, что судом первой инстанции необоснованного отклонено заявление ФИО2 о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании убытков.

Подробнее доводы ФИО2 изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего ФИО3 считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными. Поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведённых в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части доводов апелляционной жалобы, в остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11.10.2022 по настоящему делу в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

В обоснование для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указано на недостоверное отражение сведений, искажение документации должника и неисполнение обязанности по ее передаче конкурсному управляющему, а также совершение сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов и должнику (п.4 ст.10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ).

В соответствии с абзацем 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), а также пп. 2 п. 2 ст. 61.11 в текущей редакции, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно разъяснениям пункта 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В пункте 23 названного Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Таким образом, заявитель обязан доказать совершение контролирующими должника лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции из представленных в материалов дела о несостоятельности ООО «Экострой» и настоящего обособленного спора документов, общедоступных сведений (картотеки арбитражных дел) установил, что в период с января 2015 года на фоне внутреннего корпоративного конфликта в ООО «Экострой» фактическое руководство деятельности должника осуществляли ФИО4, ФИО8, ФИО2 При этом действия названных лиц не являлись согласованными, были направлены на удовлетворение личных корыстных потребностей и осуществлялись вразрез интересам должника и его кредиторов, что и обусловило возникновение у ООО «Экострой» признаков неплатежеспособности, невозможности дальнейшего осуществления хозяйственной деятельности.

В апелляционной жалобе ФИО2 опровергает свой статус как контролировавшего должника лица.

Согласно определению, приведенному в статье 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника. Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно пункту 3 Постановления № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, т.е. осуществлять контроль. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как установлено судом, ФИО2 в период с 02.03.2004 по 31.05.2019 занимала в ООО «Экострой» должность финансового директора - главного бухгалтера, на нее возлагалось ведение бухгалтерского учета с правом первой подписи финансовых документов, что подтверждается приказом № 03-ОК от 02.03.2004.

Наличие у ФИО2 статуса главного бухгалтера также следует из решения налогового органа №12-24/29 от 15.09.2017.

Документами банковского досье, полученными от ПАО «Запсибкомбанк» (письмо от 11.01.2021 №32-3/2-37, письмо от 01.07.2021 № 32-3-1/2-19330) подтверждается, что ФИО2 в отношениях с ПАО «Запсибкомбанк» действовала как руководитель организации; оформила на свое имя сертификат электронного ключа (ЭЦП) для получения электронного доступа к счетам компании № ***828, № ***134; заключила с банком договоры об sms-информировании о состоянии счетов ООО «Экострой»; начиная с 12.03.2004 наравне с ФИО8 обладала правом первой подписи (была внесена в каточку с образцами подписей), в период с 11.06.2015 по 10.06.2018 являлась единственным лицом, обладающим правом первой подписи (карточка с образцами подписей к счётам № ... ***828, № ... ***134), т.е. правом на распоряжении денежными средствами с данных счетов должника, открытых в ПАО «Запсибкомбанк».

Ответом ПАО Сбербанк на запрос конкурсного управляющего подтверждается, что с 11.06.2015 по 10.06.2018 ФИО2 на основании доверенности обладала правом первой подписи, правом распоряжения денежными средствами организации, расположенных на счетах № …***852, №…***974, открытых в ПАО Сбербанк.

Обосновывая затруднения при проведении мероприятий в рамках конкурсного производства, конкурсный управляющий указал следующее.

В соответствии с пунктом 10.2 Устава, ответственность за состояние учета, своевременное преставление бухгалтерской и иной отчетности возлагается на генерального директора и главного бухгалтера.

Согласно последнему сданному обществом бухгалтерскому балансу за 2014 у ООО «Экострой» числились активы на общую сумму 371 432 тыс. руб.: материальные внеоборотные активы на сумму 182 046 тыс. руб., запасы 8 025 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 47 862 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы – 133 499 тыс. руб.

С 2015 ООО «Экострой» бухгалтерскую отчетность не сдавало (подтверждается сведениями из открытых источников данных (система контур.фокус), так и письмом МИФНС России №2 по ЯНАО от 15.01.2021 в ответ на запрос конкурсного управляющего), документов об отчуждении активов не представлено.

В то время как ООО «Экострой» осуществляло деятельность после 2014 года, что следует из факта движения денежных средств по р/с; подтверждается судебными актами об установлении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника; иными общедоступными сведениями.

Конкурсным управляющим выявлено и проинвентаризировано 33 единицы техники.

В тоже время по данным, полученным конкурсным управляющим от кредитора - ООО «ЯмалЭкоСервис», от Новоуренгойской городской инспекции службы технадзора ЯНАО (см. ответ от 02.09.2020, от 09.12.2021) до возбуждения дела о банкротстве за ООО «Экострой» числились единицы техники, не вошедшие в конкурсную массу, судьба которых на сегодняшний день доподлинно не известна: 18 шт. вагонов КЕДР; 1 шт. NISSAN PATROL; 3шт.УРАЛА; 2 шт. Автогрейдера; 2 шт. Бульдозера с тракторным оборудованием; 6 ед. техники Caterpillar.

Обращение конкурсного управляющего в правоохранительные органы также не принесло положительных результатов.

Конкурсным управляющим обнаружено наличие прав требований должника к третьим лицам: ООО «КС-Майнинг», ООО «Нефтегазспецстрой», ООО «Спецгазстрой», ООО «Архитектурно-строительное проектирование».

При этом только в отношении ООО «КС-Майнинг» и ООО «Архитектурно-строительное проектирование» имелись судебные акты о взыскании задолженности, в отношении иных дебиторов решения отсутствовали.

ООО «Нефтегазспецстрой», ООО «Спецгазстрой» в ответных письмах конкурсному управляющему подтвердили наличие долга, однако первичных документов в подтверждение задолженности со стороны данных контрагентов представлено не было, несмотря на обращение конкурсного управляющего в органы прокуратуры, принятие судами решений о привлечении руководителей ООО «Нефтегазспецстрой», ООО «Спецгазстрой» к административной ответственности за непредоставление конкурсному управляющему запрошенных документов.

В свою очередь, отсутствие первичных документов минимизирует перспективность принудительного взыскания такой задолженности.

Наличие иных активов ООО «Экострой» конкурсному управляющим выявить не удалось.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что отсутствие сведений и документации также создавало определенные сложности доказывания в рамках обособленных споров.

Так, в рамках оспаривания сделки должника с ООО «ННГСС» конкурсным управляющим из материалов дела № А81-4052/2016 была получена информация о полном погашении ООО «Экострой» долга перед ООО «ННГСС».

Однако, доказательств такого полного погашения долга конкурсному управляющему собрать не удалось (т.к. выписки по расчетным счетам эти сведения не подтверждают, что создает предположения о возможном совершении платы иными способами (отступное и т.п.)).

Как указал конкурсный управляющий и не опровергли ответчики, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 7 ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В соответствии с пунктами 10.1, 10.2 Устава ООО «Экострой» общество осуществляет учет результатов своей деятельности.

Бухгалтерский, оперативный и статистический учет и отчетность ведутся в порядке, установленном действующим законодательством. Ответственность за состояние учета, своевременное преставление бухгалтерской и иной отчетности возлагается на генерального директора и главного бухгалтера.

Согласно п. 12.1 Устава, Общество обязано хранить, среди прочего: документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, рабочий план счетов бухгалтерского учета, другие документы учетной политики, процедуры кодирования, программы машинной обработки данных и другие бухгалтерские документы; иные документы, предусмотренные законом.

То есть ФИО2 являлась ответственной за ведение бухгалтерского учета и отчетности должника, а также за достоверность и полноту документации ООО «Экострой», на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В настоящем случае конкурсным управляющим доказана затруднительность при проведении мероприятий в рамках конкурсного производства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Заявляя в апелляционной жалобе, что фактическое исполнение трудовых функций прекращено ФИО2 31.07.2017, последняя тем не менее не раскрыла обстоятельств непредставления отчетности по итогам 2015 и 2016 годов, не привела разумного обоснования начисления и выплаты заработной платы в последующий период, доказательств принятия всех необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению бухгалтерского учета и достоверного отражения в нем хозяйственных операций не представила.

Суд первой инстанции также учел, что ФИО2 извлекла существенную выгоду в виде увеличения собственных активов за счет необоснованного получения от Общества денежных средств под видом заработной платы в размере 2 574 451,08 руб., что подтверждается определением от 14.03.2022 по делу № А81-10005/2018.

В период с 12.02.2018 по 11.07.2019 с расчетного счета должника, открытого в ПАО Сбербанк, в пользу ФИО2 (должность в ООО «Экострой»: главный бухгалтер/финансовый директор) были совершены списания денежных средств (назначение платежа - заработная плата) на общую сумму 2 574 451, 08 руб.

Между тем, в указанный временной период ФИО2 не выполняла в ООО «Экострой» трудовую функцию, т.е. не имела право претендовать на получение заработной платы. Помимо этого, размер совершенных перечислений значительно превышал размер заработной платы ФИО2

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.03.2022 сделка признана недействительной по п.1, п.2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, ст.ст.10, 168 ГК РФ.

Вопреки доводам апеллянта указанная сделка свидетельствует не о доведении ООО «Экострой» до объективного банкротства, а о наличии подконтрольности общества ответчику, выраженное в том числе в получении денежных средств без правовых обоснований.

Также конкурсным управляющим указано, что ФИО2 имела возможность свободно распоряжаться иными активами должника, помимо денежных средств. Например, в пользовании организации - ООО «Град Строй» (зарегистрированной на имя ее супруга) находились прицеп-вагоны кедр должника, что подтверждается ответом ООО «Град Строй» от 31.08.2021.

Как уже было указано выше, ответственность за состояние учета, своевременное преставление бухгалтерской и иной отчетности возлагается на генерального директора и главного бухгалтера (п.10.2 Устава).

ФИО2 занимала в ООО «Экострой» должность финансового директора, на нее возлагалось ведение бухгалтерского учета, с правом первой подписи финансовых документов, т.е. в ООО «Экострой» ФИО2 занимала должность главного бухгалтера.

Наличие в штате главного бухгалтера/финансового директора, обладающего специальными познаниями в области ведения бухгалтерского учета, предполагает возложения на лицо, занимающее эту должность, функций по надлежащему хранению, ведению и составлению налоговой отчетности организации и направлению ее в соответствующий административный орган.

Вместе с тем, ООО «Экострой» с 2015 не сдавало в налоговый орган бухгалтерскую (финансовую) отчетность: с 2015 должник не сдавал годовую бухгалтерскую отчетность (бухгалтерский баланс, отчет о финансовых результатах и приложений к ним), что подтверждается ответами из налогового органа и открытыми сведениями, например из системы контур. фокус; с 2017 должник не сдавал налоговые декларации по транспорту (согласно письму МИФНС России №2 по ЯНАО от 01.03.2021 №10-21/02368); с ноября 2017 должник не сдавал отчетность по форме СЗВ-М ( согласно письму ПФ РФ ГУУ ПФ РФ в г.Новом Уренгое ЯНАО от 22.07.2020 № 8298); с 2015 должник не сдавал отчетность по форме СЗВ-СТАЖ (согласно письму ПФ РФ ГУУ ПФ РФ в г.Новом Уренгое ЯНАО от 22.07.2020 № 8298); с 2017 должник не сдавал декларации по налогу на прибыль (согласно письму МИФНС №2 по ЯНАО от 04.02.2021 № 05-03-1201272); с 2017 должник не сдавал расчеты по страховым взносам 6-НДФЛ (согласно письму МИФНС России №2 по ЯНАО от 01.03.2021 №10-21/02368); за период, как минимум, начиная с 2017, должник не предоставлял по сотрудникам справки о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ (согласно письму МИФНС России №2 по ЯНАО от 13.01.2022 №09-18/00200); с 2018 должник не сдавал сведения о среднесписочной численности (согласно письму МИФНС №2 по ЯНАО от 04.02.2021 № 05-03-1201272).

Следовательно, ООО «Экострой» не исполняло предусмотренные НК РФ обязанности по ведению документов бухгалтерской (финансовой) отчетности, ответственность за которые возложена в частности на ФИО2

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.03.2022 установлено, что в период с 01.12.2017 по 31.05.2019 ФИО2 трудовые обязанности главного бухгалтера не исполняла, при этом продолжала начислять и получать заработную плату.

Принимая во внимание, что ФИО2 являлась главным бухгалтером – финансовым директором, суд первой инстанции обоснованно заключил, что данное лицо наравне с генеральным директором – ФИО4 обязано было обеспечить надлежащую организацию ведения бухгалтерского, налогового учета и хранение документации организации, проявлять должную степень заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью общества.

С учетом совокупности вышеизложенного суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что финансовый директор-главный бухгалтер должника ФИО2 осуществляла в том числе фактическое руководство деятельностью общества, имела нотариальную доверенность с полномочиями действовать от имени должника с июня 2015 года, определяла существо обязательств и круг лиц, с которыми должник заключал сделки, в т.ч. с обществами, аффилированными по отношению к ней, в связи с чем и в отсутствие достоверных доказательств обратного, предполагается, что ФИО2 располагала документами по распоряжению имуществом должника, соответственно, обязанность по передаче указанных документов конкурсному управляющему не могла исключаться.

Более того судом учтено, что в отзыве от 08.09.2022 ФИО2 указала, что она нашла файл, содержащий выписку с расчетного счета должника о движении денежных средств за 2016-2017.

Судебная коллегия соглашается с выводом арбитражного суда о том, что конкурсный управляющий в достаточной мере обосновал свою позицию относительно невозможности формирования конкурсной массы в связи с недобросовестным поведением, уклонившимся от передачи документации в полном объеме, в связи с чем, бремя опровержения доводов управляющего в силу статей 9, 65 АПК РФ и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве переходит к лицу, привлекаемому к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае, ФИО2 не опровергнуты как доводы конкурсного управляющего о наличии у нее статуса контролирующего должника лица, так и о том, что неисполнение обязанности надлежащему ведению бухгалтерского учета, а также по передаче документов не привело к существенному затруднению формирования конкурсной массы с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи управляющему документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет осуществлять основные мероприятия процедуры банкротства, в частности, установить всех контролирующих должника лиц, наличие оснований для привлечения их и иных лиц к ответственности, взыскать дебиторскую задолженность, вернуть иное имущество должника, оспаривать сделки и пополнять конкурсную массу иным образом.

Невозможность совершения указанных действия является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 Постановления № 53).

В связи с этим законодателем установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием контролирующего лица в части передачи конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Указанные в данной норме обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Отказ в удовлетворении подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал объективные, рыночные и иные варианты ухудшения финансового положения должника, исключив при этом недобросовестные действия ответчиков.

Доказательств передачи конкурсному управляющему документов, подтверждающих наличие и местонахождение активов должника, а также документов, отражающих характер правоотношений должника с контрагентами в течение трехлетнего периода, предшествующего возбуждению дела о банкротстве, в деле не имеется.

Заявляя в апелляционной жалобе о достаточности у должника имущества для погашения кредиторской задолженности в полном объеме и об отсутствии у ООО «Экострой» признаков несостоятельности, ФИО2 тем не менее документального подтверждения не представила, добросовестность своих действий как лица, ответственного за ведение бухгалтерского учета, не подтвердила.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии вины в том числе ФИО2 в том, что в результате непредставления первичных документов конкурсный управляющий не смог надлежащим образом сформировать конкурсную массу должника, провести работу по инвентаризации и реализации имущества должника с целью формирования конкурсной массы и дальнейшего удовлетворения требований кредиторов.

При этом ФИО2, надлежащим образом не доказавшей в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора факт надлежащего ведения бухгалтерского учета и отражения хозяйственных операций должника в необходимой полноте, не приведено ни в коей степени обоснования того, что фактически выявленное управляющим имущество составляет все имевшиеся у должника активы, подлежащие включению в состав конкурсной массы, а обстоятельства хозяйственной деятельности должника исключают наличие сделок, подлежащих оспариванию, отсутствуют лица, причинившие должнику вред, не объяснены объективные причины образования значительной задолженности перед кредиторами, находящейся в очевидном дисбалансе с обнаруженными активами.

Приводимые конкурсным управляющим доводы об отсутствии документов, определяющих состав и судьбу активов, за счет которых возможно было бы погасить требования кредиторов, в том числе раскрывающих реальность исполнения сделок с участием должника, а также иных документов и подтвержденных сведений об обстоятельствах хозяйственной деятельности должника, иллюстрирующих причины невозможности погашения должником своих долговых обязательств – соответствуют условиям презумпции, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53, переходит на ответчика.

В данном случае ФИО2 с учетом совокупности представленных доказательств и наличия не устраненных противоречий не опровергла указанную презумпцию.

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание фактическое совершение ФИО2 расходной операции по счету должника, а именно: 28.03.2017 с расчетного счета ООО «Экострой» № 40702810400190002828, открытого в ПАО «Запсибкомбанк» в пользу ФИО8 безосновательно было перечислено 30 000 000 руб. 00 коп. с назначением платежа: «возврат временной финансовой помощи от учредителя согл.дог.займа б/н от 15.11.16 без налога (НДС)».

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10.08.2021 по делу № А81-10005/2018 указанная сделка также признана недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, по основаниям ст.ст.10, 168 ГК РФ.

Как указывалось выше, в период с 11.06.2015 по 10.06.2018 ФИО2 являлась единственным лицом, имеющим право распоряжаться денежными средствами должника на счете №40702810400190002828, открытом в ПАО Запсибкомбанк. Следовательно, ФИО2 является участником данной сделки как лицо, осуществившее распоряжение исполнением со стороны должника.

Суд первой инстанции признал ФИО2 контролирующим должника лицом, подлежащим привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экострой» по факту вывода активов должника путем совершения вредоносных сделок.

Кроме того, ООО «Экострой» в период руководства ФИО8 и главного бухгалтера ФИО2 неправомерно применяло схему уклонения от уплаты налогов, путем заключения фиктивных сделок (создание фиктивного документооборота), следовательно, имеется причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчиков и привлечением должника к ответственности в виде начисления сумм налоговых обязательств, штрафов, пени.

При должном исполнении генеральным директором ФИО8 и главным бухгалтером/финансовым директором – ФИО2 своих обязанностей, соответствующие обязательства у ООО «Экострой» не возникли бы; а денежные средства не выбыли бы из имущественной сферы должника в пользу фирм-однодневок.

Так, решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.09.2019 по делу № А81-4030/2019 установлено, что решением МИФНС №2 по ЯНАО №12-24/29 от 15.09.2017 ООО «Экострой» привлечено к ответственности в соответствии с п. 1 ст. 122 НК РФ: за неуплату (неполную уплату) налога на добавленную стоимость за 2-4 кварталы 2014 года в виде штрафа в общем размере 16 675 руб. 48 коп.; за неуплату налога на прибыль организаций за 2015 год в виде штрафа в общем размере 8 495 руб. 15 коп.; а также в соответствии со ст. 123 НК РФ за неперечисление (несвоевременное перечисление) в бюджет налога на доходы физических лиц в виде штрафа в размере 230 149 руб. 75 коп.

Итого налоговых санкций по решению инспекции составил общий размер 255 320 руб. 38 коп.

Кроме того, указанным решением ООО «Экострой» доначислены и предложены к уплате: налог на добавленную стоимость за 2 квартал 2013 года в размере 9 447 120 руб., за 2 квартал 2014 года в размере 485 387 руб., итого 9 932 507 руб.; налог на прибыль организаций за 2015 год в общем размере 300 576 руб.; налог на доходы физических лиц в размере 541311 руб., итого 10 774 394 руб.

Вышеуказанным решением налогового органа Обществу начислены пени: по налогу на добавленную стоимость в общем размере 3 939 087 руб. 41 коп.; по налогу на прибыль организаций в размере 48 666 руб. 58 коп.; по налогу на доходы физических лиц в общем размере 777 521 руб. 22 коп.

Итого 4 765 275 руб. 21 коп.

Суд первой инстанции резюмировал, по результатам выявленных налоговым органом вышеуказанных «схем» по занижению налоговой базы с вовлечением фирм-однодневок, ООО «Экострой» был доначислен налог НДС на сумму 9 932 507 руб., начислены пени – 3 939 087, 41 руб., взыскан штраф – 8 089,8 руб. (стр.21, 46 решения).

При этом взыскание штрафа (НДС) за 3 квартал 2014 обусловлено занижением суммы налога, подлежащей уплате в бюджет (стр.5 решения); взыскание штрафа (НДС) за 4 квартал 2014 – не своевременная оплата пени по сроку уплаты налога 26.01.2015 (стр.6 решения).

Указанное решение инспекции ООО «Экострой» в установленном законом порядке не оспорено, вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23.09.2019 по делу № А81-4030/2019 не установлено оснований для признания вышеуказанной задолженности безнадежной к взысканию. Требования ФНС России установлены в реестр требований должника определениями суда от 07.07.2020, от 10.11.2020.

Кроме того ФИО2 с расчетного счета ООО «Экострой» № 40702810400190002828, открытого в ПАО Запсибкомбанк, по денежным чекам осуществляла снятие денежных средств, указывая в «назначении платежа» на выплату дивидендов.

Согласно банковской выписке, в период 22.05.2014 - 10.12.2014 на общую сумму 20 584 200 руб., в период с 22.05.2014 по 10.12.2014 единственным лицом, уполномоченным на получение дивидендов, являлся ФИО8, который в рассматриваемый период находился на лечении в закрытых медицинских (психиатрических) учреждениях, что подтверждается Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2018 по делу № А81-5059/2017 (абз.4 стр.5).

Следовательно, в обозначенный период решений о распределении чистой прибыли ООО «Экострой» единственный участник, руководитель ФИО8 объективно принимать не мог, равно как и давать ФИО2 какие-либо указания на снятие денежных средств для выплаты ему дивидендов.

Далее, в период с 08.12.2015 по 24.12.2015 ФИО2 сняла со счета ООО «Экострой» под видом выплаты дивидендов за 2011 и 2014 еще 4 306 500 руб.

Согласно ответу МИФНС №2 от 20.08.2021 № 10-21/00098, участниками ООО «Экострой» в 2014 и 2015 принимались решения о распределении чистой прибыли за 2008-2009.

Следовательно, денежные средства были сняты со счета организации по фиктивному основанию, т.к. в 2014-2015 участники ООО «Экострой» не принимали решений о распределении прибыли за 2011 и 2014.

В период с 22.03.2016 по 17.05.2017 ФИО2 по денежным чекам сняла со счета компании 9 605 500 руб., также в счет выплаты неких дивидендов за 2009, 2011, в отношении которых участниками ООО «Экострой» решения не принимались.

Доказательства направления снятых со счета денежных средств на нужды общества ФИО2 не представлено.

Следовательно, снятие денежных средств осуществлено ФИО2 в своем личном интересе, не связанном с какой-либо выплатой дивидендов участника общества, т.е. в ущерб правам и законным интересам ООО «Экострой», его кредиторам.

При этом суд первой инстанции признал обоснованным довод конкурсного управляющего о том, что снятие денежных средств со счета должника осуществлялось ФИО2 в условиях полной осведомленности о неплатежеспособности ООО «Экострой».

Из представленных Банками в материалы настоящего обособленного спора выписок прослеживается совпадение периода поступления на расчетные счета ФИО2 наличных денежных средств с периодом снятия ФИО2 денежных средств с расчетных счетов ООО «Экострой»

Из банковских выписок о движении денежных средств, представленных ПАО Промсвязьбанк следует, что ФИО2 на регулярной основе зачисляла на свой р/с наличные денежные средства в сумме 20 000 руб. – 25 000 руб.

Безосновательное снятие со счета должника денежных средств, очевидно, не отвечало интересам должника, недобросовестны, а потому противоречат требованиям ст.10 ГК РФ, ст. 53 ГК РФ, то есть являются противоправными.

В прямой причинной связи с противоправными действиями ФИО2 находятся неблагоприятные для должника последствия в виде непосредственной утраты 34 496 200 руб. (20 584 200 руб. + 4 306 500 руб. + 9 605 500 руб.).

При этом суд первой инстанции в указанной части, приняв во внимание, что действия ФИО2 были направлены на вывод активов должника в свою пользу и пользу аффилированных с ней и должнику лиц, в результате чего в том числе стало невозможным погашение требований кредиторов и привело предприятие к банкротству, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 20 Постановления № 53, а также разъяснениями, содержащимися в пункте 1, абзаце втором пункта 4, абзаце третьем пункта 17, абзаце десятом пункта 24 данного Постановления, счел возможным переквалифицировать требование конкурсного управляющего к ФИО2 о возмещении убытков на требование о привлечении к субсидиарной ответственности, отклонив при этом доводы ФИО2 об истечении срока исковой давности по следующим основаниям.

Суд апелляционной инстанции выводы арбитражного суда в указанной части также признает обоснованными, срок исковой давности в любом случае не может исчсляться ранее момента утверждения конкурсного управляющего должника (09.11.2020).

Иные доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда в обжалуемой части.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 41 постановления № 53 по смыслу пункта 7 статьи 61.16. Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11. Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против выводов суда о приостановлении производства по спору в части определения размера субсидиарной ответственности. В отсутствие соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание, что согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 19 Постановления № 53, если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11.10.2022 по настоящему делу в обжалуемой части.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11 октября 2022 года по делу № А81-10005/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.



Председательствующий


О.Ю. Брежнева


Судьи


Е.В. Аристова

О.В. Дубок