Постановление от 10 февраля 2020 г. по делу № А40-182674/2019

Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-77375/2019

Дело № А40-182674/19
г. Москва
10 февраля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 февраля 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Лепихина Д.Е.,

судей:

ФИО1, Кочешковой М.В.,

при ведении протокола

секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ПАО «МРСК Центра»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 по делу № А40-182674/19, принятое судьей В.А. Яцевой,

по заявлению ПАО «МРСК Центра» (ИНН <***>)

к Московскому УФАС России (ИНН <***>),

третьи лица: 1.АО «Центр Технического Заказчика», 2.ООО "Северэнергопроект",

о признании незаконным решения и предписания,

при участии:

от заявителя:

ФИО3 по дов. от 22.03.2019, ФИО4 по дов. от 19.04.2019;

от заинтересованного лица:

ФИО5 по дов. от 27.12.2019;

от третьего лица:

1.ФИО6 по дов. от 01.01.2020; 2.не явился, извещен;



У С Т А Н О В И Л:

ПАО «МРСК Центра» (далее также – заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московскому УФАС России о признании незаконными решения и предписания Московского УФАС России (далее также - антимонопольный орган) от 06.06.2019 по делу № 077/07/00-2966/2019.

Решением суда от 05.11.2019 заявление общества оставлено без удовлетворения.

С таким решением суда не согласилось общество и обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя поддержал доводы жалобы, представители антимонопольного органа и АО «Центр Технического Заказчика» поддержали оспариваемое решение суда.

Законность и обоснованность принятого судом решения проверены апелляционной инстанцией в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Апелляционный суд, выслушав представителей участвующих в деле лиц, изучив доводы жалобы, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, считает, что оспариваемое решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в адрес антимонопольного органа поступила жалоба ООО «Северэнергопроект» (далее - ООО «СЭП») на действия заявителя при проведении запроса предложений в электронной форме на право заключения договора на оказание услуг по строительному контролю на объектах (реестровый номер 31907661373).

Так, ООО «СЭП» обратилось в антимонопольной орган с жалобой, содержавшей доводы относительно неправомерного отклонения его заявки от участия в закупочной процедуре.

При этом ООО «СЭП» сослалось на то, что вопреки требованиям закупочной документации, заявителем (заказчиком) была отклонена заявка ООО «СЭП» по мотиву неподтверждения наличия у данного лица материально-технических ресурсов: ноутбука с модулем передачи данных, МФУ, устройства цифрового- и видеодокументирования.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные документы, антимонопольный орган пришел к выводу об обоснованности доводов жалобы и наличии в действиях заявителя нарушений требований действующего законодательства в части несоблюдения положений п. 2 ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках).

В отношении заявителя антимонопольным органом вынесены оспариваемые решение и предписание.

Посчитав указанные решение и предписание незаконными, заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы.

В обоснование заявленных требований ПАО «МРСК Центра» ссылается на то, что жалоба была рассмотрена антимонопольным органом с превышением полномочий (ч. 13 ст. 3 Закона о закупках), поскольку заказчику вменено нарушение, не являвшееся предметом поступившей жалобы. Как настаивает заявитель, антимонопольный орган принял к рассмотрению жалобу, которая не содержала доводов о нарушениях Закона о закупках, поименованных в ч. 10 ст. 3 данного закона.

При этом, по мнению заявителя, рассматривая данный вопрос, антимонопольный орган неправомерно указал на то, что заключенные договоры являются ничтожными, поскольку при их заключении был соблюден соответствующий срок, предусмотренный Законом о закупках и Положением о закупках.

Как указывает заявитель, все договоры были заключены с учетом десятидневного срока, предусмотренного Законом о защите для обращения лица с соответствующей жалобой в антимонопольный орган.

При этом, по мнению заявителя, антимонопольный орган сделал данные выводы без наличия в материалах дела оригиналов или копий заключенных договоров, хотя представители заказчика просили предоставить время на их предоставление.

Кроме того, как указывает заявитель, договоры заключенные между АО «ЦТЗ» и филиалами заявителя - «Воронежэнерго» и «Тверьэнерго» хотя и датированы 25.05.2019 и 26.05.2019, но фактически были заключены 27.05.2019, поскольку 25.05.2019 и 26.05.2019 приходились на выходные дни, и, соответственно, с учетом положений гражданского законодательства дата их заключения приходится на первый рабочий день после них.

Кроме того, заявитель ссылается на необходимость учета положений гражданского законодательства относительно момента заключения договора, то есть в момент совершения акцепта оферты, направленной заказчиком.

При этом заявитель также ссылается на направление уведомления антимонопольным органом о принятии жалобы третьего лица к рассмотрению после окончания рабочего дня, и, как следствие, на невозможность исполнения его требований.

Также, как указывает заявитель, предписание антимонопольного органа нарушает его права при осуществлении предпринимательской и экономической деятельности, т.к. при его выдаче не учитывалось, что договоры по итогам закупки заключены, а сведения о них и они сами были размещены в единой информационной системе в сфере закупок 05.06.2019, что комиссия антимонопольного органа не учла.

При этом, заявитель ссылается на положения ч. 2 ст. 4.1 Закона о закупках, устанавливающие трехдневный срок (в рабочих днях) на размещение заключенных договоров, что, по его мнению, опровергает доводы антимонопольного органа относительно времени заключения договоров в момент размещения сведений о них в Единой информационной системе в сфере закупок (далее — ЕИС).

Кроме того, по мнению заявителя, антимонопольный орган должен был вернуть жалобу ООО «СЭП» ввиду отсутствия документов, подтверждающих полномочия ФИО7 на подписание жалобы в антимонопольный орган.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ, ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействия) госорганов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя, а также соблюдение срока на подачу заявления в суд.

Сроки, предусмотренные ч. 4 ст. 198 АПК РФ, суд первой инстанции обоснованно счел соблюденными.

Принимая оспариваемое решение, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, полно и всесторонне исследовал имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства, правильно применил и истолковал нормы материального и процессуального права и на их основании сделал обоснованный вывод об отсутствии совокупности необходимых условий для удовлетворения заявленных требований.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В силу п. ч. 1 ст. 10 Закона о закупках любой участник закупки вправе обжаловать в антимонопольном органе в порядке, установленном ст. 18.1 Закона о защите конкуренции, с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, действия (бездействие) заказчика, если такие действия (бездействие) нарушают права и законные интересы участника закупки в случаях осуществления заказчиком закупки с нарушением требований настоящего Федерального закона и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика.

В рассматриваемом случае ООО «СЭП» указывало на нарушения положений Закона о закупках, допущенные заказчиком, в том числе по вопросу отклонения его заявки, т.е. фактически на нарушения, с одной стороны, п. 2 ч. ст. 3 Закона о закупках, поскольку действия заказчика по неверному рассмотрению заявок свидетельствуют о нарушении принципов закупочной деятельности.

Отсутствие в тексте жалобы прямой ссылки на какой-либо из поводов для обращения в антимонопольный орган (из поименованных в ч. 10 ст. 3 Закона о закупках) не препятствует рассмотрению жалобы, а обратное лишало бы смысла антимонопольный контроль торгов, поскольку уполномоченный орган отказывал бы в принятии жалобы, по смыслу отвечающей Закону о закупках, но формально не содержащей ссылки на ч. 10 ст. 3 названного закона.

Избранный заявителем правовой подход означал бы нарушение принципа стабильности публичных правоотношений и принципа разделения властей в Российской Федерации (ст. 10 Конституции Российской Федерации), поскольку требование об упоминании ссылки на ч. 10 ст. 3 Закона о закупках накладывает на участников закупки необоснованную обязанность разбираться в юридических тонкостях административной процедуры принятия антимонопольным органом поданной жалобы и ставит таких участников в зависимость от правильности определения им соответствующей нормы права, которая, по их мнению, была нарушена организатором закупки.

При этом, как указано выше, в случае ошибочности такого определения нормы права участник закупки (податель жалобы) лишается возможности получить защиту своих прав и законных интересов в административном порядке (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

Довод заявителя о том, что оспариваемое решение не содержит вывода о нарушении ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, суд отклоняет, поскольку приведенной нормой предусмотрены процессуальные поводы для обращения с жалобой, а не составы нарушений, вменяемых в качестве таковых заказчикам.

На основании изложенного, оценивая содержание поданной третьим лицом в антимонопольный орган жалобы и выявленные названным органом по результатам ее рассмотрения нарушения, суд признает их полностью соотносимыми с положениями п. 1 ч. 10 ст. 3 Закона о закупках.

Оценивая в рассматриваемом случае действия антимонопольного органа по принятию и рассмотрению жалобы названного лица, суд приходит к выводу о том, что комиссия антимонопольного органа правомерно приняла решение о принятии жалобы к рассмотрению, поскольку она содержала в себе, кроме формальных сведений, также доводы о нарушении заказчиком требований Закона о закупках, в частности указывалось на неправомерные действия заявителя на этапе рассмотрения заявок, которые по своей сути противоречат положениям данного закона.

Таким образом, доводы заявителя в указанной части суд признает необоснованными и нормативно не подкрепленными, поскольку законодатель не установил ту форму, в которой должны быть изложены притязания лица, чьи права нарушают действия заказчика или организатора торгов.

Относительно довода заявителя о том, что жалоба ООО «СЭП» была подана неуполномоченным на то лицом, суд отмечает следующее.

Жалоба подписывается заявителем или его представителем. К жалобе, поданной представителем заявителя, должны быть приложены доверенность или иной подтверждающий полномочия представителя заявителя на подписание жалобы документ (ч. 8 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции). При этом если жалоба не подписана или подписана лицом, полномочия которого не подтверждены документами, такая жалоба подлежит возврату (п. 2 ч. 9 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции).

Как следует из материалов дела, в Московское УФАС России из ФАС России поступила жалоба третьего лица (ООО «СЭП»), собственноручно подписанная директором ФИО7; к жалобе были приложены копия приказа от 01.11.2006 № ВН-2, а также копии выписок о постановке на налоговый учет и о регистрации юридического лица.

В этой связи, суд отметил, что жалоба не могла быть возвращена ее подателю, как не содержащая документов, подтверждающих право на ее подписание на основании п. 2 ч. 9 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции.

Доводы заявителя о том, что указанных документов было недостаточно для того, что считать жалобу подписанной уполномоченным лицом, поскольку отсутствуют решения общих собраний и/или их протоколы, суд отклоняет, ввиду следующего.

Данный вопрос отнесен к ведению антимонопольного органа, рассматривающего вопрос о принятии жалобы, но не к компетенции лица, чьи действия оспариваются, и который желает любым способом не являться субъектом какого-либо контроля.

Более того, заявителем не учтено, что поскольку жалоба была подписана директором и в ней был указан индивидуальный идентификационный номер, антимонопольный орган с целью соблюдения прав подателя жалобы на скорейшее восстановление оспариваемых прав в административном порядке и недопустимости отказа в принятии жалобы по формальным основаниям, имел возможность проверить сведения о должностном лице, имеющем право действовать от имени ООО «СЭП» без доверенности, на сайте налоговой службы. При этом, согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СЭП», к числу таких лиц отнесен ФИО7, подписавший жалобу.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 15.01.2015 № 5н утвержден Административный регламент предоставления Федеральной налоговой службой государственной услуги по предоставлению сведений и документов, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц и Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей (далее — регламент № 5н).

Разделом II регламента № 5н утвержден Стандарт предоставления государственной услуги.

В силу п. 17 регламента № 5н результатом предоставления государственной услуги являются, в том числе: выписка из ЕГРЮЛ/ЕГРИП; выписка в электронном виде о конкретном юридическом лице или индивидуальном предпринимателе (в случае предоставления сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде с использованием Интернет-сервиса, размещенного на сайте Федеральной налоговой службы.

Таким образом, заинтересованное лицо вправе получить выписку из ЕГРЮЛ в налоговом органе на бумажном носителе, а также в электронной форме.

В соответствии с п. 92 регламента № 5н предоставление сведений из ЕГРЮЛ/ЕГРИП в электронном виде осуществляется: с использованием Интернет-технологий — посредством установления доступа к разделу официального сайта Федеральной налоговой службы, на котором содержатся сведения из ЕГРЮЛ/ЕГРИП; с использованием Интернет-сервиса — в виде выписки о юридическом лице или индивидуальном предпринимателе.

Согласно п. 107 регламента № 5н в случае, если при проведении проверки, указанной в п. 105 названного регламента, не выявлено оснований, предусмотренных п. 31 регламента, осуществляется формирование выписки в электронном виде с электронной подписью.

В соответствии с п. 108 регламента № 5н предоставление выписки с использованием Интернет-сервиса в электронном виде осуществляется путем предоставления ссылки для скачивания выписки, упомянутой в п. 107 регламента.

Выписка предоставляется заявителю непосредственно при переходе по указанной ссылке. Таким образом, на официальном сайте Федеральной налоговой службы в сети «Интернет» доступно как получение выписки из ЕГРЮЛ, так и ознакомление с данными, содержащимися в указанной выписке, представляемой по гиперссылке в формате «pdf» (онлайн).

Такая информация исходит от уполномоченного государственного органа, что свидетельствует о достоверности и легитимности содержащихся в такой выписке сведений.

Таким образом, суд отмечает, что должностное лицо антимонопольного органа, в чьей компетенции находится вопрос о принятии жалобы к рассмотрению, имеет установленную законом возможность получить сведения о лице, подписавшим жалобу, на официальном сайте налогового органа в режиме «онлайн».

Доказательств того, что в период подачи жалобы в Московское УФАС России ФИО7 не являлся директором организации-подателя жалобы, заявителем суду не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы заявителя об отсутствии оснований к принятию жалобы.

Суд также отметил, что предоставление участниками как гражданских, так и публичных правоотношений сведений из ЕГРЮЛ, полученных путем обращения к официальному сайту Федеральной налоговой службы в сети «Интернет», в полной мере отвечает обычаям делового оборота (ст. 5 ГК РФ). При этом, отказ антимонопольного органа в принятии жалобы на том основании, на котором настаивает заявитель, свидетельствовал бы о самоустранении публичного органа от осуществления возложенных на него полномочий и регулятивной функции.

Таким образом, при наличии у антимонопольного органа возможности самостоятельно проверить полномочия подписанта жалобы путем обращения к официальному ресурсу другого государственного органа, отказ в приятии жалобы, подписанной лицом, имеющим право действовать от имени организации без доверенности, нарушал бы баланс частных и публичных интересов.

С учетом изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о том, что жалоба третьего лица не подлежала возвращению и была правомерно принята антимонопольным органом.

Кроме того, суд отметил, что оспариваемое решение также вынесено в пределах, предоставленных антимонопольному органу полномочий, в частности антимонопольным органом выявлены нарушения Закона о закупках исключительно в той части, в которой податель жалобы указывал: неправомерность отклонения заявки (п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках), следовательно, решение Управления принято в соответствии с требованиями ч. 13 ст. 3 Закона о закутках (рассмотрение дела в пределах доводов жалобы).

При этом рассмотрение вопроса правомерности заключения договора в данной части не является по смыслу ч. 13 ст. 3 Закона о закупках выходом за пределы доводов жалобы общества.

Так, вопрос о правомерности заключения договоров по результатам закупки в данном случае был рассмотрен антимонопольным органом не в качестве выявления самостоятельного нарушения, а, как следует из оспариваемого решения, исключительно в целях оценки возможности выдачи предписания, направленного на восстановление нарушенного права.

При этом, оценивая содержание оспариваемого предписания административного органа, суд пришел к выводу о том, что за пределы предоставленных ему полномочий по его выдаче названный орган не вышел, поскольку выданное им заявителю предписание касается исключительно корректировки хода закупочной процедуры, в которой названный орган выявил нарушения, а сама корректировка направлена исключительно на устранение такого нарушения и восстановление прав и законных интересов подателя жалобы в антимонопольный орган.

Каких-либо требований, необоснованно налагающих на заявителя обязанности и ограничения в сфере именно его хозяйственной деятельности, по мнению суда, оспариваемое предписание не содержит, а приведенные заявителем доводы об обратном представляют собой попытку изыскать любой возможный способ добиться отмены выданного ему предписания.

Оценивая приведенные заявителем в рассматриваемой части доводы не свидетельствуют о незаконности оспариваемого ненормативного правового акта, поскольку фактически заказчик ссылается на незаконность действий антимонопольного органа ввиду наличия заключенных договоров еще до получения соответствующего уведомления о принятии жалобы ООО «СЭП», хотя доказательств реальности совершения данных действий заказчиком представлено не было.

При этом, в контексте ст. 51 Закона о защите конкуренции заявитель не лишен возможности обратиться в антимонопольный орган с ходатайством о продлении срока исполнения этого предписания, либо по правилам названной статьи с заявлением о разъяснении порядка исполнения такого предписания.

Кроме того, при оценке приведенного заявителем довода суд принимает во внимание то обстоятельство, что заведомо неисполнимых сроков, отведенных для исполнения предписания, контрольным органом не устанавливалось, а несогласие заказчика с выданным ему предписанием, обусловлено возможностью понести дополнительные расходы.

Вместе с тем, подобное обоснование требования заявителя правовым не является, возможные неблагоприятные последствия для заказчика обусловлены исключительно его неправомерными действиями по отклонению комплектной заявки участника торгов, который должен был обращаться в антимонопольный орган за защитой своего нарушенного права.

При этом, совершение заказчиком действий по началу заключения договоров до истечения десятидневного срока, установленного для оспаривания действий заказчиков в порядке ст. 18.1 Закона о защите конкуренции (25.05.2019), и завершение данной процедуры уже после получения уведомления антимонопольного органа о принятии жалобы ООО «СЭП» к рассмотрению, т.е. совершение действий обуславливающих ничтожность таких договоров, является риском заказчиком.

Более того, суд отмечает, что доказательств того, что договоры были действительно заключены в период 25.05.2019 – 04.06.2019, заявителем представлено не было. При этом все сведения, в том числе из ЕИС относят момент заключения договоров на 05.06.2019, то есть на момент уже после направления уведомления о принятии жалобы ООО «СЭП» к рассмотрению Московским УФАС России.

Таким образом, суд пришел к обоснованномувыводу о том, что жалоба ООО «СЭП» была рассмотрена в установленных пределах, а вопрос правомерности заключения договоров был рассмотрен исключительно в контексте возможности выдачи предписания, что не противоречит сложившейся судебной практике и соответствует требованиям и Закона о защите конкуренции и Закона о закупках.

Оценивая доводы заявителя относительно правомерности заключения им договоров по результатам закупочной процедуры, суд отмечает следующее.

Как следует из материалов дела, антимонопольным органом установлено, что итоговый протокол опубликован в ЕИС 15.05.2019 в 17:30. Соответственно, договор не мог быть заключен заказчиком до 25.05.2019. При этом, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (ст. 193 ГК РФ).

Такой ближайший первый рабочий день пришелся на 27.05.2019. При этом 26.05.2019 (включительно) договор по результатам конкурентной процедуры не мог быть заключен заказчиком, а должен был быть заключен только с 27.05.2019.

Вместе с тем, заказчик в нарушение требований п. 19 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции заключил договоры от 25.05.2019 и от 26.05.2019 вопреки действующему ограничению, предусмотренному законом. Как верно отмечено в оспариваемом решении антимонопольного органа тот факт, что 10-й день моратория на заключение договора пришелся на 25.05.2019, не свидетельствует о правомерности заключения договора заказчиком 26.05.2019, поскольку установление названного ограничения направлено на предоставление участникам закупки права в административном порядке защитить свои права.

Виду того, что срок возможного обжалования пришелся на нерабочий день, то окончание такого срока должно определяться с учетом положений ст. 193 ГК РФ, поскольку иное толкование исключает возможность восстановления прав участника закупки в административном порядке.

Согласно пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как указал Верховный Суд РФ в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с применением Закона о закупках от 16.05.2018, сама по себе возможность оперативного оспаривания закупки требует от добросовестных заказчика и победителя закупки ожидания истечения срока на обжалование, установленного ч. 4 ст. 18.l Закона о защите конкуренции.

Заключение заказчиком в такой ситуации договора с победителем закупки свидетельствует о заведомо недобросовестном поведении, в силу чего, на основании ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ, заключенный ими договор является ничтожным.

Таким образом, судебная практика, а также действующее законодательство предоставляет участнику закупки безусловное право на обжалование действий заказчика в пределах десятидневного срока с момента опубликования в единой информационной системе закупок соответствующего итогового протокола.

В случае, если такой срок (или часть срока) приходится на нерабочие дни, когда право на обжалование не может быть реализовано по объективным причинам, то срок на возможное заключение договора должен определяться с учетом обеспечения гарантированного права на обжалование результатов закупки.

В соответствии с п. 19 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции в случае принятия жалобы к рассмотрению организатор торгов, которому в порядке, установленном ч. 11 названного закона, направлено уведомление, не вправе заключать договор до принятия антимонопольным органом решения по жалобе. Договор, заключенный с нарушением указанного требования, является ничтожным.

При этом, довод заявителя относительно того, что комиссия антимонопольного органа принимала решение в отсутствие надлежащих доказательств, в частности текстов договоров, суд отмечает, что на обозрение комиссии были представлены отсканированные копии заключенных договоров (что отражено в оспариваемом решении), но доказательств того, что данные договоры были размещены в ЕИС заявителем представлено не было. Доказательств иного суду не представлено.

При этом, как усматривается из ЕИС, сведения о данных договорах были размещены только 05.06.2019, то есть уже после того, как антимонопольным органом было направлено уведомление о рассмотрении жалобы ООО «СЭП», и, как следствие, отсутствуют основания полагать, что договоры по результатам закупки были действительно заключены в период с 27.05.2019 по 29.05.2019, поскольку, как верно указано в оспариваемом решении доказательств данному обстоятельству представлено не было. При этом, в рамках рассмотрения дела в суде таких доказательств также не предоставлено.

Суд отмечает, что к таким доказательствам не могут быть отнесены скриншоты из личного кабинета заказчика из ЕИС, поскольку из них также не следует, что договоры были заключены ранее 05.06.2019, а указание в бумажных вариантах договорах на иные даты заключения договоров не могут быть администрированы.

Суд также отмечает, что простое утверждение о заключении договора в определенную дату без документарного подтверждения данного обстоятельства, не является надлежащим доказательством, подтверждающим фактический момент такого заключения.

Кроме того, Закон о закупках устанавливает специальный порядок размещения сведений о заключаемых договорах, то есть устанавливает определенные правила, соблюдение которых позволяет считать заключение договора по результатам закупки легитимным, чего в рассматриваемом случае не усматривается.

По мнению суда, действия заказчика по размещению договоров в ЕИС после получения соответствующего уведомления антимонопольного органа, указывают на попытку легитимизировать свои действия по заключению договоров с лицом в момент, когда вопрос правомерности избрания победителя (в связи с отклонением заявки одного из участников закупки) рассматривается в антимонопольном органе.

При этом то обстоятельство, что заказчику дается 3 рабочих дня на размещение сведений о договорах в данном случае правового значения не имеет, посколькупо утверждению заказчика договоры были заключены в период с 25.05.2019 по 29.05.2019, то есть данные договоры должны были быть размещены в период с 28.05.2019 по 03.06.2019, чего сделано не было.

Суд отметил, что договоры были размещены 05.06.2019, что также свидетельствует об их заключении именно в эту дату, т.е. уже нарушением требований Закона о защите конкуренции и нарушении требований ч. 2 ст. 4.1 Закона о закупках.

При этом, как следует из материалов дела, в последующем были подтверждены доводы подателя жалобы относительно неправомерности действий заказчика по отклонению заявки ООО «СЭП», в частности было установлено, что отказано в допуске к участию в Закупке, поскольку общая часть заявки не отвечает требованиям закупочной документации в части не предоставления подтверждающих документов, предусмотренных требованиями п. «с» Приложения № 2 к ч. IV Информационной карты закупки, а именно не предоставлено документальное подтверждение наличия следующих материально-технических ресурсов: ноутбука с модулем передачи данных, МФУ, устройства цифрового фото- и видеодокументирования.

Так, в указанном выше пункте Информационной карты установлено требование о документальном подтверждении материально-технических ресурсов, но конкретные подтверждающие документы изложены в п. 4 Приложения к Техническому заданию, где указано, что документы требуются только на контактный термометр, электронный тахеометр, указатель напряжения, прибор измерительный цифрового напряжения, тока, сопротивления; геодезический приемник и автомобиль.

При этом комиссией антимонопольного органа установлено, что требования о предоставлении документов на ноутбук с модулем передачи данных, МФУ, устройства цифрового фото- и видеодокументирования были изложены таким образом, что прямо ввели участников Закупки в заблуждение, поскольку фактически из оценки положений закупочной документации следует, что подтверждение требуется в отношении специального оборудования, но заказчик включил в форму предоставления сведений о ресурсах, имеющихся у участника, также и такое оборудование как ноутбук, МФУ, камеру с модулем GPS.

Таким образом, суд согласился с позицией антимонопольного органа о том, что требования закупочной документации носят противоречивый характер, вводящий в заблуждение участников закупки.

Кроме того, как было установлено антимонопольным органом, объективным подтверждением того обстоятельства, что документации о закупке содержит нечеткие и неконкретные требования в части необходимости предоставления подтверждающих документов ноутбука с модулем передачи данных, МФУ, устройства цифрового фото- и видеодокументирования, которое было предусмотрено п. «с» Приложения № 2 к части IV Информационной карты закупки является то, что по результатам рассмотрения поданных заявок 4 из 6 участников были отклонены по аналогичному основанию.

При этом, довод заявителя о существенных нарушениях, допущенных антимонопольным органом при рассмотрении жалобы ООО «СЭП», суд отклоняет, поскольку материалами дела подтверждено, что действия комиссии антимонопольного органа соответствовали требованиям Закона о защите конкуренции, а доводы заявителя об обратном не находят своего нормативного обоснования.

Так, заявитель ссылается на небольшой срок, предоставленный антимонопольным органом для подготовки к рассмотрению жалобы ООО «СЭП».

Вместе с тем, из материалов дела не усматривается, что изменение сроков рассмотрения дела, в частности его увеличение до 11.06.2019, могло каким-либо образом изменить результаты такого рассмотрения, поскольку, как было установлено антимонопольным органом, фактически нарушение сроков заключения договоров явствовало из представленных документов и сведений, в частности из общедоступной информации в ЕИС.

При этом, как указано в решении антимонопольного органа, и следует из материалов дела, основным мотивом, по которому заказчик заявлял об отложении рассмотрении жалобы являлось необходимость участия в рассмотрении жалобы представителей АО «ЦТЗ» - победителя закупки, а не подготовки возражений как таковых. При этом согласно материалам дела, после перерыва в рассмотрении жалобы от представителей заказчика каких-либо ходатайств не последовало, в том числе связанных с необходимостью предоставления оригиналов договоров, а все необходимые документы были предоставлены.

Ссылки заявителя на то, что АО «ЦТЗ» было ненадлежащим образом уведомлено о рассмотрении жалобы не подтверждаются материалами дела, поскольку заказчик сам указывал на извещение данного лица о времени и месте рассмотрения жалобы.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что существенных нарушений при рассмотрении жалобы, которые могли бы повлиять на исход ее рассмотрения, антимонопольным органом допущено не было.

Ссылка заявителя на приведенную в заявлении судебную практику подлежит отклонению, поскольку указанные в заявлении дела основаны на иных фактически обстоятельствах.

Таким образом, совокупность условий, необходимых для удовлетворения заявленных требований, в данном случае не установлена.

Доводы подателя апелляционной жалобы, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При таких данных, апелляционный суд считает решение суда по настоящему делу законным и обоснованным, принятым с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем, основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 по делу № А40-182674/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Д.Е. Лепихин


Судьи: М.В. Кочешкова


ФИО1

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.