Постановление от 10 августа 2022 г. по делу № А32-12450/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-12450/2017
город Ростов-на-Дону
10 августа 2022 года
15АП-11943/2022

15АП-11945/2022

15АП-12333/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 августа 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 28.01.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО4, ФИО5, ФИО6 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.06.2022 по делу № А32-12450/2017 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО7, ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий ФИО4 с заявлением о признании недействительными договора дарения от 08.08.2014, заключенного между ФИО8 и ФИО7, и договора купли-продажи, зарегистрированного 26.03.2018, заключенного между ФИО7 и ФИО2; и применении последствий недействительности сделок (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.12.2019 в удовлетворении заявления финансовому управляющему ФИО4 отказано. Принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.06.2019 по делу № А32-12450/2017 27/58-БФ-2С обеспечительные меры отменены.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.12.2019 по делу № А32-12450/2017 отменено.

Признан недействительным договор дарения от 08.08.2014, заключенный между ФИО8 и ФИО7.

Признан недействительным договор купли-продажи, заключенный между ФИО7 и ФИО2, зарегистрированный 26.03.2018.

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника ФИО8 жилой дом, с кад. № 23:37:0101024:125, площадью 571,4 кв.м, расположенный по адресу: <...>, земельный участок с кад. № 23:37:0101024:40, площадью 382 кв.м., общая долевая собственность: 1/2, расположенный по адресу: <...>

Взыскана с ФИО7, ФИО2 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000,00 рублей.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2020 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2020 по делу N А32-12450/2017 в части признания недействительным договора дарения от 08.08.2014, заключенного ФИО8 и ФИО7 оставлено в силе. В остальной части определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2020 по данному делу отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.06.2022 договор дарения от 08.08.2014, заключенный между ФИО8 и ФИО7, признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу должника ФИО8 денежных средств в размере 21 700 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.06.2019, отменены. Взыскано с ФИО7 в доход федерального бюджета 9 000 руб. государственной пошлины. Взыскано с ФИО8 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО4, ФИО5, ФИО6 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловали определение от 08.06.2022, в котором просят отменить судебный акт в части отказа в признании недействительным договора купли-продажи, зарегистрированного 26.03.2018, заключенного между ФИО7 и ФИО2, просят признать его недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Апелляционные жалобы мотивированы тем, что договор дарения от 08.08.2014 и договор купли- продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с жилым домом от 24.03.2018 следует рассматривать как цепочку сделок, совершенных с целью вывода активов должника. Суд в оспариваемом судебном акте проигнорировал доказательства, представленные финансовым управляющим, подтверждающие недействительность заключенного договора между ФИО7 (ФИО9) и ФИО2 от 24.03.2018. ФИО2 не представлено доказательств наличия денежных средств на сумму, указанную в оспариваемом договоре, в размере 27 397 134 рублей. После заключения оспариваемой сделки фактически ФИО2 имущество не передавалось, проданное имущество оставалось во владении и пользовании у должника ФИО8, и только после принятия Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом постановления от 18.05.2020, которым были признаны сделки недействительными, должник и ФИО2 стали предпринимать действия по фактической передаче проданного имущества, слаженные действия ФИО8 и ФИО2 свидетельствуют о сговоре. Действия по фактической передаче имущества следует расценивать критически, так как ФИО8 и ФИО2, злоупотребляя правом, в настоящее время пытаются создать видимость действительности оспариваемых сделок с целью избежать ответственности, следовательно, ФИО2 не является добросовестным приобретателем. Судом необоснованно отказано в ходатайстве финансовому управляющему о приобщении Отчета от 20.04.2022 № 042022.01. Судом неверно определена денежная сумма, подлежащая возврату ФИО7 по договору дарения. Обжалуемый судебный акт не содержит ссылки на доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

От ФИО2 поступил отзыв и возражения на апелляционные жалобы, в которых она просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

От ФИО10 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит принять протокол допроса от 19.05.2021 как достоверное доказательство и оценивать его с учетом допущенной оговорки, изложенной ранее в отзыве.

От финансового управляющего ФИО4 поступил документ, подтверждающий уплату государственной пошлины.

Представитель ФИО2 просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФНС России в лице ИФНС по городу-курорту Анапа Краснодарского края обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании гражданина ФИО8 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.11.2017 требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО11.

Согласно сведениям, размещенным в официальном источнике (издательский дом -"КоммерсантЪ"), сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реструктуризация долгов гражданина) опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 09.12.2017 № 230, в ЕФРСБ - 05.12.2017.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.07.2018 ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО11.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.12.2018 арбитражный управляющий ФИО11 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО8.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2019 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

В рамках процедуры банкротства финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, в результате которого установлено, что 08.08.2014 между ФИО8 (даритель) и ФИО7 (одаряемый, ответчик) был заключен договор дарения, по условиям которого в пользу одаряемого безвозмездно передано недвижимое имущество: жилой дом, инвентарный номер 24/49, литер А, этажность 4, кадастровый номер 23-23-26/015/2009-296 (23:37:0101024:125), площадью 571,40 кв.м; земельный участок 1/2 доли - общая долевая собственность, кадастровый номер 23:37:0101024:40, площадью 382 кв.м. Адрес недвижимого имущества: <...> / Ленина, д. 74/42 (пункт 1 договора).

Согласно пункту 2 договора дарения от 08.08.2014 одаряемый принял в дар вышеуказанное недвижимое имущество. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке, переход права собственности зарегистрирован 19.08.2014.

Между ФИО6 и ФИО2 26.03.2018 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества. Указанной договор согласно выписке из ЕГРН явился основанием для перехода права собственности на недвижимое имущество: жилой дом, инвентарный номер 24/49, литер А, этажность 4, кадастровый номер 23-23-26/015/2009-296, площадью 571,40 кв.м; земельный участок/доли - общая долевая собственность, кадастровый номер 23:37:0101024:40, площадью 382 кв.м, расположенное по адресу <...>/Ленина, д. 74/42. Регистрация перехода права собственности произведена - 26.03.2018.

Финансовый управляющий, полагая, что договор дарения от 08.08.2014 и договор купли-продажи от 24.03.2018 являются недействительными сделками, в обоснование чего указывает на действия должника, направленные на вывод имущества в преддверии банкротства, на наличие на момент совершения спорных сделок неисполненных обязательств перед налоговым органом (с 2012 г.), а также заинтересованности стороны договора дарения от 08.08.2014, обратился в суд с настоящим заявлением. В качестве правовых оснований ссылается на мнимость сделок и применение статьи 170 ГК РФ, статьи 10 ГК РФ, а также на применение специальных оснований - пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2020 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2020 по делу N А32-12450/2017 в части признания недействительным договора дарения от 08.08.2014, заключенного ФИО8 и ФИО7 оставлено в силе. В остальной части определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2020 по данному делу отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении суду следует принять надлежащие меры, направленные на получение копии договора купли-продажи, заключенного с ФИО2, оценить его условия и исследовать обстоятельства его исполнения, в том числе: установить финансовую возможность покупателя, запросить доказательства пользования имуществом после его приобретения, доказательства привлечения риелтора при поиске недвижимости и пр. В случае установления обстоятельств, свидетельствующих о формальном переходе права собственности на очередного приобретателя, суду следует рассмотреть вопрос о признании оспариваемых сделок в качестве притворных и о необходимости применения последствий признания недействительной прикрываемой сделки. В обратном случае суду следует применить последствия недействительности только договора дарения от 08.08.2014 с соблюдением соответствующих норм материального права.

В силу абзаца второго пункта 15 части 2 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При указанных обстоятельствах, заявление финансового управляющего рассматривается только в отмененной части.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

Целью конкурсного производства является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 названного Закона может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточностью имущества должника является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью должника Закон понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.07.2017 по делу N А32-12450/2017 возбуждено дело о банкротстве в отношении ФИО6 по заявлению конкурсного кредитора ФНС России.

Полагая, что указанные сделки заключены с целью вывода имущества при наличии неисполненных обязательств перед налоговым органом, управляющий просил признать их недействительными как взаимосвязанные сделки, оформленные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Признавая договор дарения от 08.08.2014 ничтожной сделкой, суд апелляционной инстанции указал следующее.

Учитывая фактические обстоятельства, подтвержденные материалами дела N А32-12450/2017, следует, что должник - ФИО8, имея задолженность перед бюджетом РФ в размере 3 119 935 руб., подтвержденную Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 15.05.2014, после возбуждения Службой судебных приставов исполнительного производства N 24889/14/23/23 от 09.07.2014 по взысканию задолженности по налогам в размере 3 1 19 935 руб. принял решение о заключении безвозмездной сделки (договор дарения от 08.08.2014) со своей дочерью, т.е. заинтересованным лицом, направленной лишь на смену собственника и перерегистрацию своего наиболее дорогостоящего имущества с целью избежать обращения взыскания на это имущество.

На момент совершения сделки у должника ФИО8 кроме имущества, участвующего в сделке, находилось в собственности еще пять земельных участков.

При этом должник как собственник не мог не знать, что эти земельные участки являются проездными (подъездными) дорогами и их невозможно использовать по любому другому назначению, кроме подъездных дорог, поэтому, как самостоятельные объекты недвижимости эти участки имеют очень низкую рыночную стоимость и не имеют инвестиционной привлекательности.

Следовательно, ФИО8 не мог не понимать, что после заключения договора дарения от 08.08.2014, имущества, оставшегося в его собственности, будет недостаточно для погашения задолженности по налогам в размере 3 119 935 руб., и обращение взыскания на оставшиеся в его собственности пять земельных участков не приведет к погашению задолженности, то есть, ФИО8 после заключения договора дарения станет неплатежеспособным, и в результате совершенной сделки бюджету РФ будет причинен ущерб.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что действия ФИО8 фактически направлены на сокрытие имущества от кредиторов путем искусственного создания гражданского оборота применительно к возможности его реализации в целях погашения задолженности перед последними.

Другая сторона сделки (договора дарения от 08,08.2014) - ФИО7, являясь родной дочерью ФИО8, а значит, заинтересованным лицом по отношению к должнику, знала или должна была знать о цели должника к моменту совершения сделки.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что сделка, совершенная между ФИО8 и ФИО7 является мнимой, поскольку совершена с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания в соответствии с Федеральным законом "Об исполнительном производстве". В пользу мнимости сделки свидетельствует тот факт, что ФИО8, зная о том, что в отношении него возбуждено исполнительное производство по взысканию задолженности по налогам, произвел отчуждение недвижимого имущества, за счет которого было возможно погашение задолженности.

Оспариваемый договор от 24.03.2018 (дата регистрации 26.03.2018), заключенный между ФИО7 и ФИО10, действующей от имени ФИО2, был заключен в пределах трех лет до возбуждения в отношении ФИО6 дела о банкротстве.

Во исполнение указаний суда округа, в материалы дела представлен договор купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный участок с жилым домом от 24.03.2018, заключенный между ФИО7 (продавец) и ФИО10, действующей от имени ФИО2 (покупатель).

В соответствии с пунктом 1.1 договора продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять на условиях, указанных в договоре, принадлежащую 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 382 кв.м, с кадастровым номером № 23:37:0101024:40, на землях населенных пунктов, предоставленный для индивидуального жилищного строительства, по адресу: установлено относительно ориентира, расположенный в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <...> и жилой дом, Литеры: Литер: А, над А), общей площадью 571,4 кв.м, этажность (этаж) - 4, с кадастровым номером объекта: 23:37:0101024:125, по адресу: <...>.

Согласно пункту 1.3 договора указанный жилой дом принадлежит ФИО7 на основании договора дарения от 08 августа 2014 года, совершенного в простой письменной форме, право собственности зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 19 августа 2014 года сделана запись регистрации № 23-23-26/086/2014-463, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданным 20 августа 2014 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, бланк 23-АН 158531.

В соответствии с пунктом 2.1 договора кадастровая стоимость земельного участка составляет 4 197 221 (четыре миллиона сто девяносто семь тысяч двести двадцать один) рубль 18 копеек, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, выданной 24 марта 2018 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю. Стоимость отчуждаемой доли в праве общей долевой собственности на земельный участок составляет 2 098 610 (два миллиона девяносто восемь тысяч шестьсот десять) рублей 59 копеек.

Кадастровая стоимость жилого дома составляет 25 298 523 (двадцать пять миллионов двести девяносто восемь тысяч пятьсот двадцать три) рубля 58 копеек, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, выданной 24 марта 2018 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (пункт 2.2 договора).

Пунктом 2.3 договора стороны оценили указанную долю в праве общей долевой собственности на земельный участок в 2 098 610 (два миллиона девяносто восемь тысяч шестьсот десять) рублей 59 копеек, жилой дом - в 25 298 523 (двадцать пять миллионов двести девяносто восемь тысяч пятьсот двадцать три) рубля 58 копеек, общая сумма оценки составляет 27 397 134 (двадцать семь миллионов триста девяносто семь тысяч сто тридцать четыре) рубля 17 копеек.

В соответствии с пунктом 2.4 договора ФИО2, от имени которой действует ФИО10 покупает у ФИО7 указанную долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом за 27 397 134 (двадцать семь миллионов триста девяносто семь тысяч сто тридцать четыре) рубля 17 копеек, из них долю в праве общей долевой собственности на земельный участок за - 2 098 610 (два миллиона девяносто восемь тысяч шестьсот десять) рублей 59 копеек, жилой дом - за 25 298 523 (двадцать пять миллионов двести девяносто восемь тысяч пятьсот двадцать три) рубля 58 копеек.

В силу пункта 2.5 договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. ФИО7 получила от ФИО10, действующей от имени ФИО2 27 397 134 (двадцать семь миллионов триста девяносто семь тысяч сто тридцать четыре) рубля 17 копеек.

Право собственности на указанную долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом возникает у ФИО2 с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (пункт 5.1 договора).

Регистрация перехода права собственности произведена - 26.03.2018.

Определением суда от 12.04.2022 ФИО2 предложено представить доказательства финансовой возможности, как покупателя; доказательства пользования имуществом после его приобретения; доказательства привлечения риелтора при поиске недвижимости, пояснения по вопросу производимых оплат за принадлежащее имущество за услуги ЖКХ должником ФИО8

В представленном отзыве (т. 1, л.д. 48 – 50, т. 3 л.д. 161-168) ФИО2 пояснила суду, что для поиска недвижимого имущества привлекла риелтора, договор купли-продажи заключила с привлечением нотариуса, продавец (ФИО7) представила выписки из ЕГРН о том, что ограничения прав и обременения в отношении объектов недвижимости отсутствуют. Учитывая сведения, содержащиеся в ЕГРН, а также тот факт, что с момента заключения предыдущей сделки (договора дарения от 08.08.2014) прошло более трех лет, ФИО2 указала, что у нее не имелось оснований усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В подтверждение наличия финансовой возможности заключения оспариваемого договора, ФИО2 в материалы дела представлено шесть договоров купли-продажи недвижимого имущества за 2017-2018 года на общую сумму 31 405 497 руб. в оригинале и копии расписок к ним, которые, как правомерно указано судом первой инстанции, подтверждают финансовую с ФИО2 распоряжаться средствами в сумме, указанной в договоре купли-продажи от 24.03.2018, осуществление ФИО2 деятельности по купле-продаже недвижимости на территории Краснодарского края (т. 3 л.д. 108- 120 и 191-197).

Факт передачи денежных средств ФИО7 подтверждается оригиналом расписки, написанной ФИО10 о получении денежных средств в размере 27 397 134 рублей от ФИО2 для передачи их продавцу ФИО7 (т. 3 л.д. 169); нотариально заверенные свидетельские показания ФИО10, с предупреждением ее об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, в которых она подтверждает достоверность сделки (т. 4 л.д. 21).

О фальсификации указанных доказательств сторонами не заявлено.

Исходя из пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

При расчетах между физическими лицами в соответствии с положениями статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения. Гражданский кодекс Российской Федерации особых требований к форме расписки, в частности требования о ее составлении на отдельном листе, не устанавливает.

Следовательно, стороны договора купли-продажи могут включить в текст договора положение о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами произведены полностью или что в момент подписания договора произошла передача денег между покупателем и продавцом.

Запрет на осуществление расчетов между физическими лицами и индивидуальными предпринимателями наличными денежными средствами законодательством Российской Федерации не установлен.

В тексте договора от 24.08.2018 содержится условие (пункт 2.5. договора), согласно которому расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. ФИО7 получила от ФИО10, действующей от имени ФИО2 27 397 134 (двадцать семь миллионов триста девяносто семь тысяч сто тридцать четыре) рубля 17 копеек.

Таким образом, с учетом положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, подписав указанный договор лично, должник подтвердил факт оплаты ему стоимости объектов недвижимости и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательств по договору купли-продажи.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В рассматриваемом случае должник и ответчик не являются аффилированными лицами, а потому у суда не имеется оснований для применения к ответчику повышенного стандарта доказывания факта оплаты приобретенного им имущества.

Обязательства по договору купли-продажи исполнены ответчиком в полном объеме, что подтверждается распиской должника в тексте оспариваемого договора о получении денежных средств от покупателя.

Таким образом, довод финансового управляющего и ФИО7 об отсутствии оплаты по спорному договору противоречит фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что факт оплаты со стороны ответчика по спорному договору купли-продажи является подверженным документально.

Финансовый управляющий в обоснование признания сделок должника недействительными указал, что договор дарения от 08.08.2014 и договор купли- продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с жилым домом от 24.03.2018 следует рассматривать как цепочку сделок, совершенных с целью вывода активов должника, ссылаясь на то, что после заключения оспариваемой сделки фактически ФИО2 имущество не передавалось, проданное имущество оставалось во владении и пользовании у должника ФИО8, и только после вынесения постановления пятнадцатого апелляционного суда от 18.05.2020, которым были признаны сделки недействительными, должник и ФИО2 стали предпринимать действия по фактической передаче проданного имущества, слаженные действия ФИО8 и ФИО2 свидетельствуют о сговоре.

Вместе с тем, в материалы дела ответчиком представлены: оригинал домовой книги для прописки граждан по адресу: <...>, подтверждающий, что К-вы выписались из указанного домовладения при продаже (т. 3 л.д. 177-190); постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.09.2020 и от 26.08.2020, подтверждающие, что ФИО2 предпринимала меры, по выселению К-вых после признания сделки недействительной судом апелляционной инстанции (т. 3, л.д. 171-174); копию договора найма охранного агентства о централизации и наблюдения за объектом, подтверждающего, что ФИО2 предпринимала меры по охране своего дома от незаконного проникновения (т. 3 л.д. 198-200); копии договоров и квитанций об оплате коммунальных платежей от имени ФИО2 (т. 3 л.д. 95-101 и т. 4 л.д. 36-55).

Финансовый управляющий указывает на то, что ФИО12 (сын должника) был прописан по адресу спорного имущества с 2012 по 06.06.2020, что свидетельствует о том, что имущество не было передано ФИО2, однако, из условий договора от 24.08.2018 (пункт 3.3) следует, что в указанном жилом доме зарегистрирован гр. ФИО12, который обязуется сняться с регистрационного учета по месту жительства в указанном жилом доме в срок до 30.03.2018. Таким образом, данный довод подлежит отклонению по причине его необоснованности.

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном этим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

По правилам арбитражного судопроизводства каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 66 АПК РФ).

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что финансовым управляющим не доказан факт совершения должником сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также то обстоятельство, что в результате этой сделки был причинен вред кредиторам или должнику, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего, поскольку заявитель не доказал совокупность всех необходимых обстоятельств для признания оспариваемого договора купли-продажи от 24.08.2018 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовому подходу, изложенному в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 N 306-ЭС17-11031 (6), от 24.01.2022 N 305-ЭС20-16615, имущество должника, находившегося в преддверии банкротства, могло быть отчуждено как по одной, так и по нескольким сделкам, взаимосвязанных между собой или нет. В связи с этим различны способы защиты интересов конкурсной массы и кредиторов этого должника.

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом могла быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

При таком варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

В действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Отчуждаемое имущество все время находится под контролем этого бенефициара.

Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 названного закона.

Если первый приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником, действительно желая создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности, то при отчуждении им спорного имущества на основании последующих сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю.

В случае признания первой сделки недействительной право собственности не переходит к последующим приобретателям имущества в силу отсутствия необходимого на то основания и спорная вещь может быть истребована у ее конечного приобретателя по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации посредством предъявления к нему виндикационного иска.

Виндикационный иск может быть рассмотрен судом в деле о банкротстве совместно с заявлением о недействительности первой сделки (если иск о виндикации подсуден этому суду), либо иным судом, определенным в соответствии с компетенцией судов и подсудностью дел (пункт 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63).

Вместе с тем, сделки признаются взаимосвязанными, если их сторонами являются взаимозависимые лица, объекты сделок объединены в единый производственный комплекс, сделки совершены в короткий промежуток времени, влекут отчуждение основных активов общества и результатом совершения сделок является консолидация имущества в собственности одного лица (группы аффилированных лиц) (постановление Президиума ВАС РФ от 22.09.2009 N 6172/09 по делу N А54-836/2008-С15).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае совершение последующей сделки спустя более четырех лет не может быть расценено как совершение сделки в короткий промежуток времени, в том числе нельзя квалифицировать как единую сделку. Напротив, между данными сделками имеется существенный временной промежуток, в период которого не установлен факт эксплуатации недвижимого имущества в пользу ответчика, в том числе извлечение им доходов от этого.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса и в силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Как правомерно указал суд первой инстанции, в отсутствие доказательств участия ФИО2 в выводе актива должника, последствия недействительности сделки подлежат применению лишь к договору дарения от 08.08.2014, который суд апелляционной инстанции признал недействительной сделкой.

Определением суда от 12.04.2022 лицам, участвующим в деле, предложено при необходимости рассмотреть вопрос о назначении по делу судебной экспертизы с целью установления фактических обстоятельств (рыночная стоимость имущества). Управляющим должника, ФИО7, ходатайства о назначении судебной экспертизы по вопросу установления рыночной стоимости спорного недвижимого имущества по состоянию на дату заключения договора дарения от 08.08.2014 заявлено не было.

12.05.2022 от ФИО2 поступило ходатайство о приобщении отчета от 20.04.2022 № 042022.01 "Об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества: жилой дом, общей площадью 571,4 кв.м, с кадастровым номером: 23:37:0101024:125, расположенный на земельном участке: категория земель: земли населенных пунктов - ИЖС. Площадь: 382 кв.м с кадастровым номером 23:37:0101024:40, по адресу: <...>", выполненного оценщиком ООО "Бюро оценки", согласно которому: рыночная стоимость объекта оценки по состоянию на 08.08.2014 составляет 21 700 000 руб.

Принимая отчет об оценке от 20.04.2022 № 042022.01 в качестве допустимого доказательства в порядке статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции учел, что лица, участвующие в деле, указанную рыночную стоимость недвижимого имущества не оспорили, ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявили.

Применяя последствия недействительности сделки (договор дарения от 08.08.2014), арбитражный суд правомерно взыскал с ФИО7 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 21 700 000 руб. (с учетом отчета от 20.04.2022 № 042022.01.).

Обеспечительные меры, принятые определением суда от 06.06.2019, также правомерно отменены судом первой инстанции.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Повторное указание в резолютивной части судебного акта на признание недействительным договора дарения от 08.08.2014 не привело к вынесению судом первой инстанции неверного решения.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.06.2022 по делу № А32-12450/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.


Председательствующий Я.А. Демина


Судьи Д.В. Николаев

Н.В. Сулименко