Постановление от 22 октября 2019 г. по делу № А40-137682/2015

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-50813/2019

Дело № А40-137682/15
г. Москва
23 октября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2019 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  С.А.Назаровой,

судей Д.Г.Вигдорчика, А.А.Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ЗАО" НИПИПР"

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.07.2019

по делу № А40-137682/15, принятое судьей Н.Л. Бубновой

об отказе конкурсному управляющему ЗАО «НИПИПР» в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НИПИПР» и взыскании с него 9 609 029,25 руб.,в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Научно-исследовательский институт промышленного развития»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1-Щипова И.И. по дов.от 26.06.2018,

Иные лица не явились, извещены. 



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2016 ЗАО «Научно-исследовательский институт промышленного развития» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство сроком на три месяца, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Указанные сведения опубликованы в газета "Коммерсантъ" №88 от 21.05.2016.

В Арбитражный суд города Москвы 02.04.2019 поступило заявление конкурсного управляющего ЗАО «НИПИПР» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица должника – ФИО1, взыскании с него в пользу   ЗАО «НИПИПР» 9 609 029,25 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.07.2019 отказано  конкурсному управляющему ЗАО «НИПИПР» в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НИПИПР» и взыскании с него 9 609 029,25 руб.



Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в суд с апелляционной жалобой в Девятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить обжалуемое определение, указав на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушения  норм материального и процессуального права.

  Определением от 21.08.2019 жалоба принята к производству.

В приобщении к материалам дела документов, приложенных арбитражным управляющим  апелляционный суд  не усматривает, поскольку дополнительные доказательства подлежат представлению в суд апелляционной инстанции с соблюдением требований, установленных частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 г. N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", тогда как апелляционный суд не установил обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у заявителя в силу объективных причин возможности представить названные документы в суд первой инстанции. А заявленные апеллянтом  обстоятельства, к таковым не могут  быть отнесены.

Представитель ФИО1 в судебном заседании возражал против  удовлетворения жалобы, в материалы дела  представлен отзыв.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований к отмене определения суда первой инстанции, в силу следующего.

В силу п. 3 ст.4 Федерального закона от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального     закона     от     26     октября     2002     г.     №     127-ФЗ     «О     несостоятельности банкротстве)" в редакции настоящего Федерального закона (далее – Закон о банкротстве).

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника".

Судом  первой инстанции установлено, что ФИО1 являлся с 09.07.2013 директором ЗАО «НИПИ ПР».

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего руководитель должника обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему; в случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством РФ.

Согласно  объяснениям ФИО1 им в адрес конкурсного управляющего  ФИО3 направлено письмо от 28.07.2016 исх.№01-07 с предложением получить документы.

В отсутствие ответа, ФИО1 подана жалоба, в том числе в СРО «Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления», членом которой является ФИО3, сославшись на наличие у должника лицензии на осуществление работ, связанных с использованием сведений, составляющих государственную тайну.

ФИО1 в адрес конкурсного управляющего направлены предложения представить доказательства наличия у него соответствующих допусков и получить документы (27.02.2018, почтовая квитанция от 27.02.2018; 19.03.2018 почтовая квитанция от 19.03.2018, уведомление о вручении от 26.03.2018; 29.03.2018, почтовая квитанция от 29.03.2018), на которые  ответа  не получил.

В связи с тем, что ФИО1 из определения суда по настоящему делу от 03.05.2018 узнал о наличии у управляющего соответствующего допуска (№ 59/16854 от 23 ноября 2016 года, распоряжение от 30 ноября 2016 года), 30.07.2018 в адрес конкурсного управляющего направлено предложение о получении документов.

Не получив ответа, ответчиком в адрес конкурсного управляющего направлены две посылки с документами должника согласно описи (почтовые квитанции от 09.10.2018 и  две описи).

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Судом первой инстанции установлена передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, печати (почтовые квитанции от 09.10.2018 и две описи).

Суд  первой инстанции учел что передача документации ЗАО «НИПИ ПР» соответствуют условиям п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, правильно   указал на то, что бремя их опровержения в силу ст. 65 АПК РФ, разъяснений п. 24 Постановления Пленума      Верховного     Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), перешло на конкурсного управляющего.

Из материалов  дела  следует, что конкурсный управляющий не представил объяснений, какая конкретно документация ФИО1 не передана, и в результате чего у  управляющего отсутствовала возможность сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов должника, и  затруднено  проведение процедуры банкротства.

Доказательств того, что ФИО1 уклоняется от передачи всей необходимойдокументации, конкурсным управляющим  в  материалы  дела  также не представлено.

Субсидиарная ответственность применяется как дополнительнаяответственность: если  имущества юридического лица недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, то долги могут быть взысканы из личного имущества руководителя этого юридического лица.

Однако в  материалах отсутствуют доказательств  того, ответчиком совершались сделки, приведшие к банкротству должника.

Согласно п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 1)         заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 2)            заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; 3)          судом было отказано в признании сделки недействительной в связи систечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, чтодругая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершениясделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с разъяснениями п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена     сделка,     или     контролирующим     выгодоприобретателем     по     сделке,     для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

В силу  положений пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Согласно подпункту 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как следует из материалов дела, к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности управляющим не приложены какие-либо документы, подтверждающие, что сделки должника, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве признаны недействительными, в  результате  которых действиями ФИО1 был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ссылается на подачу им заявлений об оспаривании сделок, тогда как в удовлетворении требований судом отказано.

Исходя из п. 1 ст. 61.10, п. 1 ст.61.11 Закона о банкротстве, субсидиарную ответственность по обязательствам должника несет лицо, вследствие действий которого невозможно полное погашение требований кредиторов, – контролирующее должника лицо, - физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как разъяснено при этом в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Материалами дела подтверждено, что управляющий не представил доказательств, подтверждающих наличие действий и бездействий ФИО1 как контролирующего лица, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Доводы  апеллянта  о том, что ФИО1 является единственным участником ЗАО «НИПИ ПР» отклоняется апелляционным судом, поскольку не подтвержден материалами дела.

Доводы  апеллянта не могут быть признаны  обоснованными, поскольку имеются  вступившие в силу судебные  акты  о взыскании в пользу  должника  дебиторской задолженности, по которым принимаются меры по принудительному взысканию.

Доводы конкурсного управляющего отклоняются апелляционным судом, поскольку  надлежащих доказательств того,  что он обращался  к  ответчику о передаче документов должника, и в суд с  ходатайством об истребовании документов,  материалы  дела  не содержат.

Доводы управляющего, направлены на переоценку доказательств, представленных в материалы обособленного спора, которым суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, основания не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

 Принимая  во внимание  возможность разрешения спора по заявленным основаниям и представленным доказательствам, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.


Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.07.2019по делу № А40-137682/15 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ЗАО" НИПИПР" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                                    С.А.Назарова

Судьи:                                                                                                                          Д.Г.Вигдорчик 


                                                                                                                    А.А.Комаров