Постановление от 17 марта 2023 г. по делу № А40-107704/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-87872/2022, № 09АП-87873/2022,

№ 09АП-87874/2022, № 09АП-87875/2022



г. Москва Дело № А40-107704/18

«17» марта 2023г.



Резолютивная часть постановления объявлена «06» марта 2023г.

Постановление изготовлено в полном объеме «17» марта 2023г



Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Нагаева Р.Г.,

судей Гажур О.В., Скворцовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего КБ «Русский Торговый Дом» в лице ГК АСВ, ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда города Москвы от 15 ноября 2022 года по делу № А40-107704/18 о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ "РТБК" ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО2, ФИО3, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) КБ "РТБК" (ООО) (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от ГК АСВ: ФИО7 по дов. от 23.04.2021

от ФИО2: ФИО8 по дов. от 19.05.2021

от ФИО2: ФИО9, по дов. от 31.05.2021

от ГК «АСВ»: ФИО10 по дов. от 06.08.2020

от ФИО11: ФИО12 по дов. от 22.06.2021

от ФИО13: ФИО12 по дов. от 22.06.2021

от ФИО3: ФИО14 по дов. от 01.06.2021

от ФИО15: ФИО16 по дов. от 16.01.2021

от ФИО17: ФИО18 по дов. от 31.08.2021

Иные лица не явились, извещены




УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2018 в отношении КБ «РТБК» (ООО) (далее - Банк, Должник) открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Конкурсный управляющий, ГК «АСВ»). Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 153 от 25.08.2018. В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление Конкурсного управляющего о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО17, ФИО13 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам КБ «РТБК» (ООО) в размере 6 648 142 000 руб. солидарно с учетом заявленных уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ.


Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части. ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО19 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, производство по заявлению приостановлено в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания формирования конкурсной массы и завершения расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления Конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17, ФИО13 и ФИО11 отказано.


Конкурсный управляющий КБ «РТБК» (ООО), ФИО4, ФИО19, ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на указанное определение Арбитражного суда города Москвы, в которых просят определение отменить в части, Конкурсный управляющий просит дополнительно привлечь к субсидиарной ответственности ФИО17, ФИО13. и ФИО11, а ФИО4, ФИО19, и ФИО3 просят отказать в удовлетворении заявления в части привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка. Представители Конкурсного управляющего КБ «РТБК» (ООО), ФИО4, ФИО19 и ФИО3 доводы своих апелляционных жалоб поддержали по мотивам, изложенным в них. Представитель Конкурсного управляющего КБ «РТБК» (ООО) возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО4, ФИО19 и ФИО3 на основании доводов, изложенных в отзыве на данные апелляционные жалобы. Представители ФИО17, ФИО13. и ФИО11 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы Конкурсного управляющего КБ «РТБК» (ООО), просили оставить обжалуемое определение суда без изменения.


Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.


В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции представителями ФИО19 и ФИО3 заявлено ходатайство об истребовании в Хамовническом районном суде г. Москвы копии приговора от 23.01.2023 по делу № 01-0028/2023. В удовлетворении данного ходатайства отказано, поскольку суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть настоящий обособленный спор по представленным в него доказательствам.


Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей лиц участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности доводов апелляционной жалобы, в связи с чем обжалуемое определение суда подлежит отмене в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО КБ «РТБК» в лице ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ «РТБК» ФИО13, ФИО11 ФИО17, поскольку в указанной части обжалуемый судебный акт не отвечает требованиям пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по следующим основаниям.


Как следует из материалов дела, основанием для обращения конкурсного управляющего Банком с заявлением о привлечении упомянутых должностных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка послужил вывод о том, что в ходе конкурсного производства в отношении КБ «РТБК» (ООО) конкурсным управляющим ГК «АСВ» установлено, что в ФИО5, ФИО6, ФИО19, ФИО17., ФИО3, ФИО20, ФИО13, ФИО11 в период с 01.01.2018 по 20.04.2018 совершили действия, которыми банку причинен ущерб в размере 4 922 536 512, 21 руб.


По мнению суда апелляционной инстанции, обжалуемое определение в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО4, ФИО19 и ФИО3 является правомерным и обоснованным, в связи с чем доводы, изложенными в апелляционных жалобах ФИО19, ФИО4 и ФИО3 подлежат отклонению по следующим основаниям.


В своей апелляционной жалобе ФИО19 утверждает, что суд первой инстанции неправомерно посчитал доказанным его участие в одобрении выдачи кредита ООО «Инсайт». Также ФИО19 ссылается на то, что члены кредитного комитета, одобряя заключение кредитных договоров с ООО «Инсайт», действовали добросовестно и разумно», признавая тем самым факт своего участия в заседаниях Кредитного комитета Банка, на которых были одобрены решения о выдаче кредитов ООО «Инсайт». Данный довод отклоняется по следующим основаниям.


Вопреки доводам ФИО19 выписка из протокола заседания Кредитного комитета Банка от 05.07.2017 (далее - Выписка) подтверждает факт того, что члены Кредитного комитета Банка, в том числе ФИО19 одобрили предоставление ООО «Инсайт» кредитов так как:


- указанная выписка подписана секретарем Кредитного комитета Банка ФИО21 Подлинность подписи ФИО21 не оспорена ответчиками в установленном Законом порядке;

- в выписке указано, что на заседании Кредитного комитета Банка присутствовали члены Кредитного комитета ФИО6, ФИО19, ФИО22 и ФИО23


Копия заключения о финансовом состоянии ООО «Инсайт», подготовленного специалистом ФИО24 (далее - копия Заключения), на которую ссылается ФИО19 в своей апелляционной жалобе, не является надлежащим доказательством по делу, поскольку:


- указанная копия Заключения не представлена (не направлена) ФИО19 Конкурсному управляющему;

- данная копия Заключения специалиста не является надлежащим доказательством по делу, так как оценка финансового состояния заемщика осуществляется судом на основе имеющихся в деле доказательств;

- в материалах дела Конкурсным управляющим представлены документы, подтверждающие обоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии у ООО «Инсайт» реальной деятельности (карточка ООО «Инсайт» из информационной системы «Спарк», ответы из ПФР РФ, ФНС РФ и пр. (т.д. 5-8).


Таким образом, выводы суда первой инстанции о наличии признаков, свидетельствующих об отсутствии у ООО «Инсайт» реальной деятельности, основаны на всестороннем и полном исследовании представленных Конкурсным управляющим доказательств.


Также отклоняются доводы о том, что судом первой инстанции необоснованно сделан вывод о получении ФИО19 выгоды от сделки Банка с ФИО25, а также довод о том, что ФИО19 не являлся контролировавшим Банк лицом, по следующим основаниям.


На протяжении длительного периода с 15.02.2010 по 26.03.2018 ФИО19 занимал должность Члена Наблюдательного совета Банка и являлся членом Кредитного комитета Банка. Также ФИО19 являлся участником и руководителем участника Банка (19,32 % ООО «ГазонСити Агро». Доля ФИО19 в уставном капитале ООО «ГазонСити Агро» ДО 07.06.2021 составляла 100 %, с 07.06.2021 - 90,5 %, при этом еще 9,5 % принадлежат ФИО26 (предполагаемый родственник председателя Правления Банка ФИО5). ФИО19 ранее являлся участником и генеральным директором технического заемщика Банка ООО «КТП-Сервис», руководитель и предыдущий владелец ООО «КТП-Сервис» (ФИО27) являлся руководителем участника Банка (ООО «Центр столицы»). Также ФИО19 ранее являлся руководителем заемщика Банка ООО «Магистр», ликвидные права требования к которому были уступлены Банком ФИО25


В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в абз. 4 п. 7 Постановления от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом, в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами».


Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС 16-20056(6) по делу N А12-45751/2015, определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компании через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.


Таким образом, являются необоснованными доводы ФИО19 о том, что он не являлся контролирующим Банк лицом, поскольку в период с 01.04.2016 по 20.04.2018 как член Наблюдательного совета Банка и член Кредитного комитета Банка, являясь взаимосвязанным (фактически аффилированным) с участниками и заемщиками Банка лицом, он обладал всеми полномочиями и фактической возможностью определять действия Банка, в том числе одобрять сделки, несущие кредитный риск, следовательно, являлся контролирующим Банк лицом.


В этой связи ФИО19, как член Наблюдательного совета Банка и генеральный директор ООО «Магистр», являлся одним из выгодоприобретателей по сделкам, связанным с уступкой ФИО25 ликвидных прав требования, в том числе прав требований к ООО «Магистр», в связи с чем подлежит привлечению к ответственности за причинение Банку ущерба вследствие перераспределения совокупного дохода, получаемого от совместной деятельности лиц, объединенных общим интересом (Банк, ФИО19, ООО «Магистр» и др.), в пользу ряда этих лиц (ООО «Магистр» и/или его участники, ФИО25, иные лица) с одновременным аккумулированием на стороне должника (в данном случае - Банка) основной долговой нагрузки».


Таким образом, учитывая сформулированную в определении от 26.05.2017 N 306-ЭС16- 20056(6) по делу N А12-45751/2015 и определении от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу № А53- 885/2014 Верховным Судом РФ позицию, при принятии решения Суд правомерно и обоснованно руководствовался фактической, а не юридической аффилированностью ФИО19 с Банком и заемщиками Банка.


Из изложенного следует, что содержащиеся в обжалуемом Определении выводы, согласно которым, конечные бенефициары Банка извлекли существенную выгоду в виде увеличения собственных активов за счет незаконного или недобросовестного поведения лиц, уполномоченных выступать от имени Банка, а именно: - ФИО19 - путем вывода из собственности Банка ссудной задолженности по совокупности сделок, заключенных с ФИО25», являются законными, обоснованными и соответствующими сформированной Верховным Судом РФ судебной практике, а содержащиеся в апелляционной жалобы ФИО19 доводы - необоснованными.


В апелляционной жалобе ФИО19 также указывает на то, что в период его нахождения в должности члена наблюдательного совета у банка отсутствовали признаки неплатежеспособности. При этом в качестве обоснования данного довода ФИО19 ссылается на содержание Предписания ЦБ РФ от 11.05.2016 и Предписания ЦБ РФ от 10.11.2017. Данный довод также отклоняется по следующим основаниям. Указанные Предписания ЦБ РФ содержат выводы, касающиеся отдельных периодов деятельности Банка и не являются доказательствами, опровергающими вывод суда, согласно которому, с 01.04.2016 по 20.04.2018 в Банке имелся признак несостоятельности-банкротства). Сам по себе факт не выявления Банком России в рамках проверочных мероприятий нарушений при выдаче Банком технических кредитов не имеет определяющего правового значения, так как осуществляемые Центральным Банком России проверки деятельности кредитных организаций, как правило, имеют выборочный или тематический характер, проверка осуществляется в условиях ограниченного времени. При этом Банк России руководствуется в первую очередь, документацией и сведениями, которые ему предоставляют контролирующие Банк лица. Указанная позиция неоднократно находила свое отражение во вступивших в законную силу судебных актах.


Вопреки изложенным ФИО19 в апелляционной жалобе доводам, содержащийся в Определении вывод о том, что с 01.04.2016 по 20.04.2018 в Банке имелся признак несостоятельности (банкротства), явился следствием всестороннего и полного исследования представленных Конкурсным управляющим доказательств. В результате в Определении Судом установлено следующее:


- на 01.04.2016, 01.01.2018 и 20.04.2018 учитывалась задолженность 28 технических заемщиков юридических лиц, 15 технических заемщиков индивидуальных предпринимателей, и 6 технических заемщиков физических лиц;

- недвижимое имущество учитывалось по завышенной стоимости, превышение балансовой стоимости над рыночной составляло 29 736 тыс. руб.;

- превышение балансовой стоимости портфеля ценных бумаг над их рыночной равно 2 488 851 тыс. руб.


С учетом изложенных обстоятельств содержащиеся в апелляционной жалобе ФИО19 доводы являются необоснованными, в связи с чем отсутствуют основания для отмены обжалуемого Определения Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 в части привлечения ФИО19 к субсидиарной ответственности.


Также не подлежат удовлетворению доводы апелляционной жалобы ФИО4 об отсутствии в материалах дела приказа/распоряжения Председателя Правления Банка о реализации решений Правления по итогам заседаний, по следующим основаниям.


25.12.2017 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 25.12.2017) ссуды ИП ФИО28 в размере 82 000 000 руб. и ссуд, планируемых к предоставлению ИП ФИО28, в размере 50 000 000 руб. и 90 000 000 руб., в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 25.12.2017).


23.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 23.03.2018) ссуды ИП ФИО28 в размере 60 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 23.03.2018).


Совокупный размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи ИП ФИО28 указанных выше четырех кредитов, составляет 238 753 641,09 руб.


06.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 06.03.2018) ссуды ИП ФИО29 в размере 220 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 06.03.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 218 914 000 руб.


27.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 27.03.2018) ссуды ИП ФИО30 в размере 200 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 27.03.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 199 780 000 руб.


27.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации планируемой к предоставлению ссуды ИП ФИО31 в размере 230 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 27.03.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 227 978 000 руб.


27.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5., Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации планируемой к предоставлению ссуды ИП ФИО32 в размере 200 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 27.03.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 198 241 575,34 руб.


29.03.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 29.03.2018) ссуды ИП ФИО33 в размере 185 000 000 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 29.03.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 183 373 082, 19 руб.


02.04.2018 Правлением Банка в составе Председателя Правления ФИО5, Заместителя Председателя Правления Банка ФИО3 и члена Правления Банка ФИО20 принято единогласное решение о классификации выданной Банком в тот же день (кредитный договор № <***> от 02.04.2018) ссуды ИП ФИО34 в размере 150 000 00 руб. в более высокую категорию качества (протокол заседания Правления Банка от 02.04.2018). Размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи данного кредита, составляет 150 000 000 руб.


Совокупный размер ущерба, причиненного Банку в результате выдачи вышеперечисленных кредитов, составляет 1 417 040 298,62 руб.


Таким образом, до выдачи Банком указанных выше кредитов либо непосредственно в дни их выдачи Председатель Правления ФИО5, Заместитель Председателя Правления Банка ФИО3 и член Правления Банка ФИО20 единогласно принимали решения о классификации соответствующих ссуд в более высокую категорию.


При таких обстоятельствах суд первой инстанции при шел к обоснованному выводу о том, что действия ФИО5, ФИО3 и ФИО4 в условиях неплатежеспособности Банка и установленных Предписанием Банка России от 10.11.2017 № 36-10-4-1/10603ДСП и Предписанием Банка России от 29.03.2018 № 36-10-4-1/5802ДСП ограничений на размещение Банком денежных средств путем выдачи кредитов, повлекли причинение Банку существенного ущерба на сумму свыше 1 417 040 тыс. руб., в связи с чем Председатель Правления ФИО5, Заместитель Председателя Правления Банка ФИО3 и член Правление Банка ФИО20 правомерно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.


Ссылка ФИО4 на отсутствие в материалах дела приказа/распоряжения Председателя Правления Банка о реализации решений Правления по итогам заседаний Правления Банка, по мнению суда апелляционной инстанции. является попыткой переложить ответственность за выдачу Банком технических кредитов на сумму 1 417 040 298,62 руб. на Председателя Правления Банка. Более того, действуя в интересах Банка, ФИО4 имела возможность воспрепятствовать выдаче упомянутых кредитов, однако не предприняла для этого никаких мер. Следствием данного недобросовестного бездействия ФИО4 является выдача Банком кредитов перечисленным лицам, в результате чего Должнику был причинен существенный ущерб.


Вопреки изложенным в апелляционной жалобе Ответчицы доводам, в обжалуемом Определении суд первой инстанции отсутствует вывод об участии ФИО4 в совершении сделок между Банком и ФИО25 Более того, в своем заявлении о привлечении Заинтересованных лиц к субсидиарной ответственности Конкурсный управляющий не ссылался на виновность ФИО4 в совершении Банком сделок с ФИО25 ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка за решения, принятые ею совместно с ФИО5 и ФИО3 в результате совершения которых Банку был причинен ущерб на общую сумму 1417 040 298, 62 руб. Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе ФИО4 доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела являются необоснованными.


В апелляционной жалобе ФИО4 ссылается на то, что она была назначена членом Правления в нарушение требований Устава, в связи с чем не могла нести права и обязанности как член Правления, принимать участие в установленном порядке в голосовании при проведении заседаний правлений Банка. Также ФИО4 утверждает, что в заседаниях Правления Банка участвовала в качестве секретаря и вела протокол, то есть фактически не принимала участие в голосовании. Указанные доводы ФИО4 отклоняются по следующим основаниям. В соответствии с п. 11.3.1. Устава Банка членами Правления являются Председатель Правления Банка и его заместители. Формальное несоблюдение положений Устава Банка при назначении/избрании ФИО4 членом Правления не является основанием для вывода о том, что членом Правления Банка ФИО4 не была в принципе, с учетом того, что данный факт она не отрицает. Изложенные обстоятельства не освобождают от ответственности за совершенные Сучковой (ФИО20) О.В как членом Правления Банка совместно с другими членами Правления действий, в результате совершения которых Банку был причинен существенный ущерб.


Кроме того, во всех представленных в материалы дела протоколах заседаний Правления Банка указано, что член Правления Банка ФИО20 совместно с ФИО5 и ФИО35 присутствовала на заседаниях Правления Банка. Точно так же во всех протоколах указано, что все 3 голоса (ФИО20, ФИО5 и ФИО35) отданы «за» решения, осуществление которых причинило Банку ущерб на общую сумму 1 417 040 298, 62 руб.


Факт того, что ФИО4 исполняла обязанности секретаря заседаний Правления Банка не подтверждает ее довод о том, что как член Правления Банка она участия в данных заседаниях не принимала. То обстоятельство, что она присутствовала на всех заседаниях в качестве члена Правления Банка, голосовала «за» решения, вынесенные на повестку дня заседаний Правления Банка, была ознакомлена с протоколами Правления Банка, подтверждается ее подписью на всех представленных в материалы дела протоколах заседаний Правления Банка, подлинность которых ФИО4 не оспаривает.


Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств доводы ФИО4 являются необоснованными и подлежат отклонению, поскольку не содержат оснований для отмены обжалуемого Определения Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.


Что касается доводов апелляционной жалобы ФИО3, то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. В указанной жалобе ФИО3 ссылается на то, что к ней не применима презумпция контроля, указанная в абз. 31 ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку замещение должности члена Правления Банка не свидетельствует о наличии у такого лица функций контроля. При этом заявитель ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют сведения и доказательства, свидетельствующие о причастности ФИО3. к действиям, в результате совершения которых Банку был причинен ущерб в размере 4 922 536 512,21 руб. Между тем, согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 07.10.2021 N 305-ЭС18-13210(2) по делу N А40-252160/2015, при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, в том числе, критерий – являлся ли ответчик инициатором (соучастником) такого поведения. В данном случае ФИО3 является соучастником (равно как и ФИО5, ФИО36 (ФИО20) противоправного поведения, в результате которого Банку был причинен значительный ущерб. Данный вывод подтвержден представленными в дело доказательствами, в частности, протоколами заседаний Правления Банка, на которых ФИО3, ФИО5 и ФИО4 приняты решения о классификации ссуд, выданных Банком заемщикам вскоре после принятия членами Правления Банка данных решений, в результате чего Банку причинен ущерб на сумму 1417 040 298, 62 руб.


Вопреки доводам ФИО3, в обжалуемом определении отсутствуют выводы, из которых следует, что ею совершены действия по приобретению ценных бумаг и уступке прав требования по ссудной и дебиторской задолженности (сделки с ФИО25), а также снятию залогов, предоставленных в обеспечение возврата ссудной задолженности ООО «ИДК-регион» и ООО «КТП-Сервис». Конкурсным управляющим подобные доводы не заявлялись. ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка в связи с принятыми ею совместно с ФИО5 и ФИО4 решениями, в результате совершения которых Банку причинен ущерб на общую сумму 1417 040 298,62 руб. Таким образом, в апелляционной жалобе ФИО3 ошибочно истолковала изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 07.10.2021 N 305-ЭС18-13210(2) по делу N А40-252160/2015 позицию, а доводы о принятии судом первой инстанции решения в части совершения ФИО3 сделок с ФИО25 и снятию залогов, являются необоснованными.


В своей апелляционной жалобы ФИО3 также ссылается на выводы суда первой инстанции, относительно отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13, ФИО11 и ФИО17 Ссылка на данные выводы является необоснованной, поскольку не опровергает правильность выводы суда первой инстанции о необходимости привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка в связи с тем, что в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности Заинтересованных лиц Конкурсный управляющий указывал, что ФИО3 должна быть привлечена к субсидиарной ответственности за совершение Банком сделок, нанесших ущерб банку на сумму ущерба 1 417 040 298,62 руб. При этом ФИО13, ФИО11 и ФИО17 никакого отношения к осуществлению данных сделкам не имели.


Таким образом, в апелляционной жалобе ФИО3 ссылается на выводы суда первой инстанции, касающиеся причастности ФИО13, ФИО11 и ФИО17 к совершению иных сделок. Следовательно, выводы суда первой инстанции, касающиеся непривлечения к субсидиарной ответственности ФИО13., ФИО11 и ФИО17 не опровергают выводы о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3


С учетом изложенных обстоятельств отсутствуют основания для отмены обжалуемого Определения Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.


При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционных жалобах ФИО19, ФИО3 и ФИО4 являются необоснованными, в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемого Определения Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 в указанной в данных апелляционных жалобах части.


Что касается доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО КБ «РТБК» в лице ГК «АСВ», то суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности выводов, изложенных в ней, в связи с чем определение суда в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО КБ «РТБК» в лице ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ «РТБК» ФИО13, ФИО11 ФИО17 следует отменить. Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ «РТБК» ФИО13, ФИО11 ФИО17, по следующим основаниям.


Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом РФ в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 и определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, которая в свою очередь может быть доказана и в случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.


Вместе с тем, отказывая в удовлетворении заявленных Банком требований о привлечении ФИО13 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, суд первой инстанции вышеуказанные разъяснения Верховного Суда РФ и не дал надлежащей правовой оценки доводам Конкурсного управляющего о фактической аффилированности ФИО13 и ФИО11 с Банком, а также доводам о получении ими выгоды по сделкам, связанным со снятием залогов, предоставленных в обеспечение возврата задолженности ООО «КТП-Сервис», а также операциям по ненадлежащему погашению ссудной задолженности заемщиков ООО «НАДЕЖДА+Н», ООО «Ист Бридж Напта» и АО «Геоинвест».


Между тем указанные выше обстоятельства подтверждаются представленными в материалах дела доказательствами, свидетельствующими о том, в частности, что в период с 11.11.2009 до 28.01.2021 ФИО13. являлся владельцем 80 % долей в уставном капитале участника Банка ООО «М-корпорация» (25,54 % долей в уставном капитале Банка). Оставшиеся 20 % долей в уставном капитале ООО «М-корпорация» принадлежали супруге ФИО13. ФИО11. Таким образом, супруги ФИО37 полностью контролировали участника Банка ООО «М-корпорация». С 28.01.2021 по 18.05.2021 ФИО13. принадлежало 100 % долей в уставном капитале ООО «М-Корпорация».


Статус ФИО13. и ФИО38 как контролировавших Банк лиц дополнительно подтверждается, помимо прочего, связью с Банком и его заемщиками:


- в период с 05.06.2007 по 08.12.2016 совладельцем ООО «НАДЕЖДА+ Н» являлся председатель Наблюдательного совета Банка ФИО17. (33,33 %), 08.12.2016 он передал свою долю в ООО «НАДЕЖДА +Н» ФИО13., который являлся совладельцем данного заемщика Банка в период соответственно с 08.12.2016 по 2018 год;

- ФИО11 является совладельцем ООО «ИНТЕРСИТИ БИЗНЕС-ЦЕНТР» совместно с председателем Наблюдательного совета ФИО17, а также ФИО39 и ФИО40, которые в свою очередь являлись совладельцами заемщиков Банка ООО «НАДЕЖДА+Н», ООО «Ист Бридж Напта», и ОАО «Роскомплект»;

- задолженность заемщика Банка ООО «Универсал-константа» была обеспечена залогом векселей Банка (К-343 и К-313), предоставленных в залог ФИО13, что подтверждается выпиской из АБС Банка;

- совладелец заемщика Банка ООО «ПФ ДОМНА» ФИО41 является руководителем ООО «Жилстройинвест», участниками которого выступают ФИО39 и ФИО40, указанные в качестве владельцев заемщиков Банка ООО «НАДЕЖДА+Н» (участниками которого являлись ФИО13 и ФИО17), ООО «Ист Бридж Напта» и ОАО «Роскомплект»;

- в Банке работали дочери супругов ФИО37: ФИО42 (с 14.08.2012 - в должности начальника Управления маркетинговых коммуникаций) и ФИО43 (с 27.04.2015 по 24.04.2018 - в должности заместителя начальника Управления ликвидности и конверсионных операций Казначейства);

- руководителем (с 13.09.2010), а также владельцем (с 09.12.2010 по 08.04.2014) заемщика Банка ООО «КТП-Сервис» являлся член Наблюдательного совета Банка, единственный участник и руководитель участника Банка (ООО «ГазонСити Агро») ФИО19 Также руководителем (с 18.04.2014) и владельцем (с 08.04.2014 по 17.04.2018) данного заемщика Банка являлся ФИО27 - работник Банка (в период с 01.01.2013 по 11.07.2017 - в должности специалиста Управления недвижимости), который в период с 21.04.2010 по 14.02.2018 одновременно являлся руководителем участника Банка ООО «Центр Столицы», единственным участником которого в период с 23.05.2011 по 16.02.2018 являлась Надворная И.В. - работник Банка (в период с 26.01.2011 по 30.03.2018-в должности финансового директора), а с 17.12.2010 до 23.05.2011 - бенефициар Банка ФИО11;

- исполнение кредитных обязательств заемщиков Банка ООО «КТП-Сервис» и ООО «СЕМЕНОВСКОЕ» обеспечивалось залогом недвижимого имущества и векселей. Залогодателем векселей являлся ФИО13 В материалах дела (л. д. 102 т. 76) имеется распоряжение бухгалтерии от 22.09.2014, в котором указано, что кредитный договор № <***> от 22.09.2014, заключенный между Банком с ООО «КТП- Сервис», обеспечен простым векселем К-197 (стоимость обеспечения - 10 000 000 руб.), простым векселем К-196 (стоимость обеспечения - 10 000 000 руб.) и простым векселем К-198 (стоимость обеспечения- 10 000 000 руб.). Залогодателем указанных векселей является ФИО13. Данное обстоятельство подтверждается выпиской из АБС Банка, протоколом Кредитного комитета Банка от 18.09.2014 (л. д. 100 т. 76), где прямо указано, что кредит обеспечен залогом собственных векселей Банка, принадлежащих ФИО13, а также выпиской по операциям по счету (специальному банковскому счету) ФИО13, из которой следует, что 09.06.2015 векселя К-196, К-197, К-198 погашены путем перевода Банком на счет ФИО13 денежных средств;

- из протоколов допросов свидетелей ФИО44, ФИО45, ФИО17 по уголовному делу № 11801450001000826 следует, что ФИО13 и ФИО17 являлись владельцами Банка.


Изложенные обстоятельства в своей совокупности подтверждают фактическую аффилированность ФИО13 и ФИО11 с Банком/его заемщиками.


Согласно абз. 4 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», «предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).


Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом, в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.


Учитывая данные разъяснения, а также изложенные фактические обстоятельства дела суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО13 и ФИО11 к субсидиарной ответственности, так как данные лица как бенефициары Банка и лица, связанные с его заемщиками (в том числе ООО «КТП-Сервис»), очевидно являлись контролирующими Банк лицами, в связи с чем подлежат привлечению к ответственности за причинение Банку ущерба, обусловленного снятием залогов, предоставленных в обеспечение возврата задолженности ООО «КТП-Сервис», а также операциями по ненадлежащему погашению ссудной задолженности заемщиков ООО «НАДЕЖДА+Н», ООО «Ист Бридж Напта» и АО «Геоинвест», повлекшими перераспределение совокупного дохода, получаемого от совместной деятельности лиц, объединенных общим интересом (Банк, ФИО13, ФИО11, ООО «КТП-Сервис» и др.), в пользу ряда этих лиц (ООО «КТП-Сервис» и/или его участники и др.) с одновременным аккумулированием на стороне должника (в данном случае - Банка) основной долговой нагрузки».


Отказывая в удовлетворении заявленных Банком требований о привлечении ФИО17. к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, суд первой инстанции также необоснованно не учел доводы Конкурсного управляющего, согласно которым, ФИО17 являлся выгодоприобретателем по сделкам, заключенным Банком с ФИО25, что подтверждается следующими обстоятельствами.


ФИО17 являлся единственным акционером участника Банка АО «РУСИНВЕСТАКТИВ» (19 % долей в уставном капитале Банка) и вышел из состава акционеров данного общества незадолго (л. д. 73 - 74 т. 112) до совершения Банком сделок по уступке ликвидных прав требования ФИО25 без оплаты, в результате чего Банку был причинен ущерб в размере 1 109 265 449,27 руб.


В соответствии с п. 11.3.2 Устава Банка именно Наблюдательный совет Банка назначает на должность председателя Правления Банка. Таким образом, ФИО5, являвшийся председателем Правления Банка в период с 03.10.2017 по 20.04.2018 и подписавший все договоры и соглашения с ФИО25, был назначен на должность Наблюдательным советом Банка, председателем которого являлся ФИО17


В период с 16.02.2010 по 26.03.2018 ФИО17 занимал должность председателя Наблюдательного совета Банка и знал (должен был знать) о финансовом положении Банка, в частности о наличии у Банка с 01.04.2016 признаков недостаточности имущества и установленных в отношении Банка предписаниями Банка России в 2017 и 2018 годах ограничениях и запретах.


В период с 05.06.2007 по 08.12.2016 председатель Наблюдательного совета Банка ФИО17 являлся совладельцем (33,33 %) заемщика Банка ООО «НАДЕЖДА+ Н», 08.12.2016 он передал свою долю в уставном капитале ООО «НАДЕЖДА +Н» бенефициару Банка ФИО13 ФИО17 является совладельцем ООО «ИНТЕРСИТИ БИЗНЕС-ЦЕНТР» совместно с бенефициаром Банка ФИО11, а также ФИО39 и ФИО40, которые в свою очередь являлись совладельцами заемщиков Банка ООО «ИСТ БРИДЖ НАПТА» и ОАО «Роскомплект». Исполнение обязательств заемщиков Банка ООО «КТП-СЕРВИС» и ООО «СЕМЕНОВСКОЕ» обеспечивалось залогом недвижимого имущества и векселей. Залогодателем векселей являлся ФИО17, что подтверждается выпиской из АБС Банка.


Совладелец заемщика Банка ООО «ПФ ДОМНА» ФИО41 является руководителем ООО «Жилстройинвест», участниками которого выступают ФИО39 и ФИО40 - совладельцы заемщиков Банка ООО «НАДЕЖДА+Н» (участниками которого являлись бенефициары Банка ФИО13. и ФИО17), ОАО «Роскомплект» и ООО «Ист Бридж Напта».


Из протоколов допросов свидетелей ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО17 по уголовному делу № 11801450001000826 следует, что ФИО13. и ФИО17 являлись владельцами Банка. Указанные обстоятельства подтверждают наличие тесной взаимосвязи ФИО17 с Банком и его заемщиками.


Очевидно также хронологическое совпадение момента прекращения взаимоотношений ФИО17 с Банком с датой совершения убыточных для Банка сделок с ФИО25 (полномочия председателя Наблюдательного совета Банка ФИО17 прекращены 26.03.2018, убыточные для Банка сделки с ФИО25 совершены 18.04.2018).


Учитывая указанные фактические обстоятельства дела, а также разъяснения, содержащиеся вабз. 4 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО17 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, так как будучи бенефициаром Банка и лицом, связанным с его заемщиками, он являлся контролирующим Банк лицом, в связи с чем подлежит привлечению к ответственности за причинение Банку ущерба, обусловленного замещением ликвидных активов (прав требования к платежеспособным заемщикам и наличных денежных средств) неликвидными (ценные бумаги), повлекшим «перераспределение совокупного дохода», получаемого от совместной деятельности лиц, «объединенных общим интересом» (в т.ч. ООО «СЕМЕНОВСКОЕ») «в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника (в данном случае - Банка) основной долговой нагрузки».


Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание тот факт, что, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17, суд первой инстанции в своем определении пришел к противоположным выводам в отношении ФИО19, указав, что именно конечные бенефициары Банка извлекли существенную выгоду в виде увеличения собственных активов за счет незаконного или недобросовестного поведения лиц, уполномоченных выступать от имени Банка, в частности, путем вывода из собственности Банка ликвидных прав требования по совокупности сделок, заключенных с ФИО25


С учетом изложенного позиция суда первой инстанции в части не привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка ФИО17 является ошибочной и непоследовательной, тогда как выводы, касающиеся необходимости привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка ФИО19 - в связи с тем, что он являлся выгодоприобретателем по сделке, заключенной Банком с ФИО25, являются правомерными и соответствующими разъяснениям, изложенным в абз. 4 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».


С учетом изложенного и руководствуясь статьями 266 - 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2022 по делу № А40-107704/18 изменить.


Отменить определение суда в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО КБ «РТБК» в лице ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ «РТБК» ФИО13, ФИО11 ФИО17


Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО) КБ «РТБК» ФИО13, ФИО11 ФИО17


Приостановить производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности в отношении ФИО13, ФИО11 ФИО17 до окончания формирования конкурсной массы и завершения расчетов с кредиторами.


В остальной части определение суда оставить без изменения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Председательствующий судья Р.Г. Нагаев

Судьи: О.В. Гажур

Е.А. Скворцова








Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.