Постановление от 23 сентября 2024 г. по делу № А54-8497/2019

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: i№fo@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А54-8497/2019

24.09.2024

20АП-4486/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 10.09.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 24.09.2024

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макосеева И.Н., судей Девониной И.В. и Волковой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шамыриной Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном путем использования системы веб-конференции, апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ряжский молочный завод» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее – ООО «Ряжский молочный завод») ФИО1 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 17.06.2024 по делу № А54-8497/2019 (судья Грачева А.О.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

1) финансовый управляющий имуществом ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС <***>, ОГРНИП <***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Чехов Московской области, адрес: 109444, Москва, ул. Ташкентская д.4 корп.2 кв. 83) ФИО3 (дело о банкротстве № А40-211015/2020),

2) финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО4,

в рамках дела о банкротстве ООО «Ряжский молочный завод»,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ООО «Ряжский молочный завод» ФИО1 (в режиме веб-конференции паспорт),

от ФИО2: ФИО5 (паспорт, доверенность от 01.02.2021),

в отсутствие других участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Ряжский молочный завод» обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 10.10.2019 заявление принято к производству.

Определением суда от 13.11.2019 (резолютивная часть объявлена 06.11.2019) в отношении ООО «Ряжский молочный завод» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО6.

Сообщение о введении наблюдения в отношении должника размещено на сайте ЕФРСБ 20.11.2019, опубликовано в газете «Коммерсантъ» 23.11.2019.

Решением суда от 16.09.2020 (резолютивная часть объявлена 09.09.2020) ООО «Ряжский молочный завод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Сообщение об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» 26.09.2020.

Конкурсный управляющий 16.02.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 22.02.2022 заявление принято к производству. В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО3

Определением суда 28.02.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО4

Определением суда от 26.07.2023 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Ряжский молочный завод».

Определением суда от 18.08.2023 конкурсным управляющим ООО «Ряжский молочный завод» утвержден ФИО1.

Определением суда от 17.06.2024 заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО2 осуществлялись сделки по выводу денежных средств в сумме 4 428 999 руб. 03 коп., за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов. После принятия заявления о признании должника банкротом ФИО2 совершены сделки, повлекших оказание предпочтения кредитору, а именно – зачеты взаимных обязательств между ФИО2 и должником.

От ФИО2 в суд 28.08.2024 поступил отзыв на апелляционную жалобу, против ее удовлетворения возражает.

Конкурсный управляющий в судебном заседании апелляционную жалобу поддержал, настаивал на ее удовлетворении.

Представитель ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Другие участвующие в деле лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 и 272 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что он вступает в силу со дня его официального опубликования (с 30.07.2017), за исключением положений, для которых указанной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В абзаце третьем пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» даны рекомендации о том, что предусмотренные обновленным законом нормы, применяются только в части обоснованности подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на положения статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, соответствующее заявление поступило в суд 17.02.2022, т.е. после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, как правильно указано судом области, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ.

Пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Обращаясь с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Ряжский молочный завод» ФИО2, конкурсный управляющий ссылается на нарушение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а также на совершение ответчиком действий в виде сделки по получению наличных денежных средств, ухудшивших финансовое положение должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

ООО «Ряжский молочный завод» зарегистрировано 08.10.2014 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 2 по Рязанской области в качестве юридического лица и внесено в Единый государственный реестр юридических лиц. Основным видом деятельности общества является: 10.51 «Производство молока (кроме сырого) и молочной продукции». 15.11.2018 между бывшими супругами ФИО7 и ФИО2 произведен раздел имущества, нажитого во время брака, согласно которому доля в уставном капитале ООО «Ряжский молочный завод» приобретенная на совместно нажитые деньги в период брака на имя ФИО7 перешла в собственность ФИО2 Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Ряжский молочный завод» его единственным участником с 04.12.2018 и руководителем должника с 28.12.2018 являлась ФИО2

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности в соответствии с названным пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 названной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе, в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Поскольку субсидиарная ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу положений п. 2 статьи 401 и п. 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО2 должна была обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом 01.01.2019, поскольку с указанной даты происходило ухудшением финансовых показателей.

В соответствии с данными бухгалтерского баланса ООО «Ряжский молочный завод» за 2018 год: основные средства - 37 650 тыс. руб., финансовые вложения - 1 025 тыс.руб., прочие внеоборотные активы - 7 274 тыс.руб., запасы - 7 896 тыс.руб., налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям - 1 117 тыс.руб., дебиторская задолженность 43 852 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 40 тыс.руб., 52 905 тыс.руб. - прочие оборотные активы, 65 733 тыс.руб. - заемные средства (долгосрочные обязательства), 2 000 тыс.руб. - заемные средства (краткосрочные обязательства), 35 716 тыс.руб. - кредиторская задолженность.

Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность – это информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными настоящим Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом (пункт 3 статьи 6 и пункт 1 статьи 9 названного Закона).

Из пункта 2 статьи 18 вышеуказанного закона следует, что обязательный экземпляр составленной годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности представляется не позднее трех месяцев после окончания отчетного периода.

Учитывая, что единственным участником ФИО2 стала с 04.12.2018, а руководителем должника – с 28.12.2018, о текущем финансовом состоянии должника ФИО2 могла узнать не ранее 29.03.2019 в момент утверждения отчетности за 2018 год.

Документальных доказательств, что ФИО8 имела право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, была осведомлена об имущественном состоянии должника в период руководства ФИО7, в материалах дела не имеется.

Из содержания статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя и участников должника к ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

В силу положений статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» финансовый результат деятельности организации (наличие прибыли или убытка) определяется на основании данных бухгалтерской отчетности по состоянию на конец соответствующего отчетного периода, каковым является финансовый год и квартал, в случае наличия обязательства организации по составлению промежуточной бухгалтерской отчетности.

В отдельные периоды в пределах одного финансового года у организации может возникать прибыль или убыток от текущей хозяйственной деятельности, но эти показатели сами по себе не могут считаться безусловным доказательством недостаточности ее имущества и являться основанием для возникновения обязанности руководителя организации по подаче заявления о банкротстве в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П сформулирована правовая позиция, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Установление признака недостаточности имущества или наличие иных признаков банкротства подлежит определению по состоянию на дату, предшествующую дате совершения какого-либо конкретного действия лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (на дату совершения сделки, на дату исполнения конкретной обязанности или совершения иного юридически значимого действия). В этой связи, для установления признака недостаточности имущества, как основания для обращения руководителя должника с соответствующим заявлением в суд необходимо анализировать не только показатели бухгалтерской отчетности, но и сроки возникновения тех или иных обязательств должника, а также то, насколько объективно мог оценивать руководитель должника финансовое положение организации, исходя из структуры ее активов и обязательств по состоянию на конкретную дату.

Таким образом, наличие кредиторской задолженности перед конкретными кредиторами (в том числе уполномоченным органом) само по себе не может однозначно свидетельствовать о том, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества на указанные заявителями даты.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, недостаточно.

При этом, текущая просрочка платежа, как и текущий отрицательный баланс сами по себе не требуют подачи заявления должника. Такое заявление должно быть направлено в суд, когда активы должника не имеют потенциальных тенденций к росту, а пассивы, напротив, увеличиваются и такой разрыв не может быть восстановлен за счет реабилитационных мероприятий или внешних источников. Осознание руководителем этой диспропорции и ее фатального (для должника) характера носит субъективный характер - определяется в каждом конкретном случае, исходя из информированности руководителя о состоянии собственных активов, конъюнктуры рынка, возможности привлечения внешнего финансирования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801; от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670).

Из материалов дела следует, что должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность вплоть до введения процедуры конкурсного производства. Доказательств того, что после возникновения обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд о банкротстве, должник продолжил принимать на себя обязательства перед кредиторами, скрывая свое реальное финансовое состояние, конкурсным управляющим в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Оценив заявленные конкурсным управляющим доводы по названному основанию в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, судом первой инстанции правильно указано, что в приведенных условиях подача руководителем должника заявления о признании должника банкротом, начиная с 01.01.2019 была бы преждевременной, так как ФИО2 предпринимались попытки по стабилизации положения должника, нормализации работы, восстановлению нормальной хозяйственной деятельности предприятия. Для этих целей ФИО2 предоставлялись денежные средства, предпринимались действия, направленные на заключение договоров, платежами по которым можно было бы погасить просроченную задолженность и исполнить текущие обязательства.

При таких обстоятельствах суд области пришел к правомерному выводу о недоказанности того, что в спорный период у должника сложилось критическое финансовое положение, при котором у руководителя возникала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица, а ФИО2 осознавала фатальность сложившейся экономической ситуации, напротив, несмотря на временные финансовые затруднения, рассчитывала на их преодоление в разумный срок, прикладывая максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

При этом судом области принято во внимание, что ФИО2, установив признаки неплатежеспособности должника, проанализировав материальное положение должника, 16.09.2019 обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

На основании изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда области о недоказанности наличия условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленному конкурсным управляющим основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что ответчиком причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В пункте 16 Постановления № 53 даны разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию совершения (одобрения) им сделок должника является не только сам факт недействительности сделки, но и, прежде всего, ее убыточность и существенная значимость в хозяйственной деятельности должника – что означает, что в масштабе деятельности и оборотов общества сознательное совершение директором такой сделки (или последовательности сделок) неминуемо повлечет необратимые финансовые последствия и банкротство должника.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на заявителе, обратившемся суд с требованием о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Однако, факт совершения сделки, в том числе сделки, приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления.

В пункте 18 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 и ООО «Ряжский молочный завод» были заключены договоры займа, по которым ФИО2 на счет должника, в кассу организации внесены денежные средства.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 25.08.2020 по настоящему делу требование ФИО2 в сумме 6 352 800 руб. учтено как подлежащее удовлетворению за счет имущества ООО «Ряжский молочный завод», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 31.01.2022 по настоящему делу признаны недействительными сделки по получению ФИО2 наличных денежных средств по расходным кассовым ордерам в общей сумме 4 428 999 руб. 03 коп.

Как правильно указано судом области, поскольку сумма указанных сделок не превышает порога, установленного в отношении крупных сделок, согласно статье 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в 25 % и более от балансовой стоимости активов предприятия, указанные сделки не могут являться причиной невозможности полного погашения требований кредиторов.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора ФИО2 в материалы дела представлены документальные доказательства, подтверждающие предоставление займов должнику путем внесения денежных средств на счета должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2022 по делу № А40-211015/2020 индивидуальный предприниматель ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2022 по делу № А40-211015/2020 в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО2 включена задолженность ООО «Ряжский молочный завод» в размере 4 428 999 руб. 03 коп. – основной долг.

В реестр требований кредиторов ИП ФИО2 включены требования в сумме 44 030 304 руб. 51 коп., расходы на проведение процедуры реализации имущества составили 533 033 руб. 17 коп.

В ходе процедуры банкротства ФИО2 реализовано имущество должника на сумму 47 187 500 руб.

Таким образом, взысканная в результате оспаривании сделки должника задолженность будет погашена в ходе расчетов с кредиторами.

Заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества (совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Одновременно с этим в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на подачу заявлений о признании сделок недействительными (статьи 61.1, 61.2, 61.3, 61.9 Закона о банкротстве), целью которых является возврат имущества в конкурсную массу для пропорционального погашения требований кредиторов. Последствия недействительности сделок применяются в соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве.

По существу указанные требования направлены на удовлетворение одного экономического интереса – возмещение ущерба обществу.

Данная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4).

Следовательно, как правильно указано судом области, имущественная сфера ООО «Ряжский молочный завод» и его кредиторов будет восстановлена путем распределения сформированной в деле о банкротстве ФИО2 конкурсной массы и погашения соответствующих требований ООО «Ряжский молочный завод» в результате названных конкурсным управляющим признанных недействительными сделок и примененных последствий их недействительности.

В связи с изложенным судом области сделан правомерный вывод об отсутствии оснований для взыскания со ФИО2 ущерба в соответствующей части в порядке привлечения к субсидиарной ответственности не имеется.

Иного противоправного поведения в действиях ФИО2, которое бы привело к банкротству должника или причинению убытков, судом не установлено и конкурсным управляющим не доказано (статья 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В связи с изложенным судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку фактически повторяют изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции позицию, которой дана надлежащая оценка.

Несогласие с выводами суда, сделанными с учетом установленных фактических обстоятельств, не является основанием для удовлетворения апелляционной жалобы.

Суд первой инстанции полно установил фактические обстоятельства дела, всесторонне исследовал доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, дал им правильную правовую оценку и принял обоснованный судебный акт, соответствующий требованиям норм материального и процессуального права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда.

Руководствуясь статьями 266 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 17.06.2024 по делу № А54-8497/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

И.Н. Макосеев

И.В. Девонина

Ю.А. Волкова