Постановление от 24 марта 2021 г. по делу № А40-248865/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-1737/2021


г. Москва Дело № А40-248865/16

24.03.2021


Резолютивная часть постановления объявлена 17.03.2021

Постановление изготовлено в полном объеме 24.03.2021


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей Д.Г. Вигдорчика, Ю.Л. Головачевой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24.12.2020г. о признании недействительной сделки между ФИО2 и ФИО3 по дарению денежных средств в общем размере 8 200 000 руб. от 18.06.2014, 01.08.2014, 11.09.2014 и 23.09.2014, о применении последствий ее недействительности, вынесенное судьей Кантаром М.И. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу,



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2019г. в отношении ФИО2 (далее – ФИО2, должник) введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделки по дарению денежных средств в общем размере 8 200 000 руб. в пользу ФИО3 (далее – ФИО3), применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2020г. недействительной признана сделка между ФИО2 и ФИО3 по дарению денежных средств в общем размере 8 200 000 руб. от 18.06.2014г., 01.08.2014г., 11.09.2014г. и 23.09.2014г.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в размере 8 200 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на то, что спорные сделки не могут быть оспорены на основании статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Кроме того, по мнению заявителя апелляционной жалобы довод финансового управляющего о наличии дарения и соответствующий вывод суда первой инстанции не подтверждены доказательствами. Также ФИО2 обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что спорные платежи являются зачислением денежных средств, вырученных от продажи квартиры по адресу: Москва, Фрунзенская <...>, по договору купли-продажи от 02.06.2014г. Помимо прочего ФИО2 ссылается на то, что он как поручитель обоснованно мог рассчитывать на исполнение обязательств основным должником ОАО «НПО «Промавтоматика», что свидетельствует о недоказанности неплатёжеспособности должника в спорный период.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО3 апелляционную жалобу поддержали по доводам, изложенным в ней, просили определение суда первой инстанции от 24.12.2020г. отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель ООО «РТ-Капитал» и финансового управляющего должника на доводы апелляционной жалобы возражали, просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление финансового управляющего должника основано на положениях статьи 61.2 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что 18.06.2014г., 01.08.2014г., 11.09.2014г. и 23.09.2014г. должником были подарены ФИО3 денежные средства в общем размере 8 200 000 руб. По мнению финансового управляющего указанная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из Выписки ЕГРИП ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 06.12.2005г. по 12.11.2014г., т.е. на момент совершения сделок должник являлся индивидуальным предпринимателем, а значит оспариваемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

С учетом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ФИО2 банкротом принято Арбитражным судом города Москвы определением от 20.01.2017г. Оспариваемая сделка совершена 18.06.2014г., 01.08.2014г., 11.09.2014г. и 23.09.2014г, то есть в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, должник по состоянию на август 2014г. являлся генеральным директором ОАО «НПО «Промавтоматика» (ИНН <***>), а также мажоритарным участником (29,6% в УК) ООО «Газкомплектавтоматика» (ИНН <***>)

Организации занимались строительными работами, в том числе работали по государственным контрактам - на обустройство объектов Ванкорского производственного участка, главный заказчик - АО «Ванкорнефть». Общая сумма контрактов превышала 1 млрд. руб. Права требования денежных средств по договорам подряда с АО «Ванкорнефть» являлись объектом залога по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» перед кредитными организациями.

Организации работали по схеме генподрядчик-подрядчик-субподрядчики, где ОАО «НПО «Промавтоматика» являлось генеральным подрядчиком, а ООО «Газкомплектавтоматика» - подрядчиком.

Вследствие случившегося в апреле 2014 года в группе компаний внутреннего конфликта ОАО «НПО «Промавтоматика» в лице генерального директора ФИО2 в одностороннем порядке 15.04.2014г. расторгло договоры подряда с ООО «Газкомплектавтоматика», что стало одной из причин его несостоятельности и, как следствие, банкротства всей группы компаний-заемщиков

ФИО2 выступал поручителем по обязательствам указанных обществ перед кредитными организациями-кредиторами в настоящем деле: ОАО «НОМОС-БАНК» (ПАО Банк «Траст»), АО АКБ «НОВИКОМБАНК» (ООО «РТ-Капитал»), АО «Райффайзенбанк». Между ОАО «НОМОС-БАНК» и ООО «Газкомплектавтоматика» заключен Договор о возобновляемом кредите № 2544-12/ВК в редакции дополнительных соглашений №1 от 04.09.2012г., №2 от 17.09.2012г, №3 от 31.05.2013г., №4 от 04.07.2014г., №5 от 21.07.2014 г.

Согласно условиям договора кредитная линия (лимит задолженности - 150 000 000 руб.) была предоставлена заемщику на срок до 14.08.2014г.

Обязательства ООО «Газкомплектавтоматика» по Кредитному Договору <***> обеспечиваются поручительством ФИО2 по договору поручительства №2544-12/П4 от 14.08.2012г

Согласно предоставленному ОАО «НОМОС-БАНК» расчету задолженности (в материалы дела №2-36/2016 в Таганском районном суде г. Москве) ООО «Газкомплектавтоматика» прекратило обслуживание долга 30.06.2014г.

Кроме того, 06.06.2014г. в отношении ООО «Газкомплектавтоматика» было возбуждено дело о банкротстве А40-87875/2014 на основании собственного заявления должника, в связи с чем для ФИО2 стала очевидна неспособность заемщика исполнить обязательство на сумму свыше 150 млн. руб.

Кроме того, 24.08.2012г. между ОАО «НОМОС-БАНК» и ОАО «НПО «Промавтоматика» был заключен Договор о возобновляемом кредите № <***> в редакции Дополнительного соглашения №1 от 17.09.2012г. и Дополнительного соглашения №1 от 21.07.2014г. Согласно условиям договора кредитная линия (лимит задолженности - 330 000 000 руб.) была предоставлена заемщику на срок до 22.08.2014г.

Обязательства ОАО «НПО «Промавтоматика» по кредитному договору № <***> обеспечиваются поручительством ФИО2 по договору поручительства №2543-12/П4 от 24.08.2012г.

Согласно предоставленному ОАО «НОМОС-БАНК» расчету задолженности (в материалы дела №2-51/2016 в Таганском районном суде г. Москве) просрочка исполнения обязательств ОАО «НПО «Промавтоматика» началась с 01.08.2014г., заемщик прекратил исполнение обязательств с 06.10.2014г.

Кроме того, 21.12.2011г. между «НОМОС-БАНК» (ОАО) и ОАО «НПО «Промавтоматика» было заключено Соглашение об условиях предоставления банковских гарантий № 1831-11/СБГ в редакции Дополнительного соглашения №1 от 17.08.2012г., Дополнительного соглашения №2 от 30.04.2013 г.

В соответствии с условиями договора подряда № 1710211/1117Д от 24.05.2011г. между ОАО «НПО «Промавтоматика» и АО «Ванкорнефть» окончание производства работ по договору должно быть произведено не позднее 15.06.2014г. ОАО «НПО «Промавтоматика» обязательства перед заказчиком не были исполнены в срок, о чем его генеральный директор ФИО2 не мог не знать.

В связи с чем заказчик 09.09.2014г. направил в «НОМОС-БАНК» (ОАО) требование о перечислении суммы в размере 25 609 208,81 руб. (неотработанный аванс) во исполнение ранее предоставленной банком гарантии.

Таким образом, ФИО2 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщиков и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основными должниками.

Кроме того, о наличии у должника противоправной цели свидетельствует то, что в период с августа 2014г. по октябрь 2016г. должник последовательно отчуждал принадлежащее ему недвижимое имущество, как правило сделки совершались в отношении близких родственников и подконтрольных компаний. Такое поведение нельзя признать добросовестным, поскольку в результате действий должника в конкурсной массе остался только газопровод (объект к/н 50:20:0040902:519, кад.стоимость 302 811,49 руб.), стоимость которого не сопоставима с имеющимся реестром кредиторов - 566 856 017,18 руб.

Тотальную реализацию имущества в преддверии процедуры банкротства нельзя оценить как стандартную, соответствующую обычной хозяйственной деятельности.

При этом ФИО2 и ФИО3 в период с 28.09.1985г. по 28.09.2018г. находились в зарегистрированном браке.

Соответственно ФИО3 в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом, а значит ее осведомленность о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов презюмируется.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении в материалы дела надлежащих доказательств недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод апелляционной жалобы о том, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании статьи 61.2. Закона о банкротстве отклоняется, как основанный на неверном понимании норма материального права. Как указывалось ранее, по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве не могут быть оспорены сделки, совершенные до 1 октября 2015 года гражданами, не являвшимися индивидуальными предпринимателями. Однако ФИО2 на момент совершения оспариваемых сделок был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылался на то, что дарения денежных средств в пользу ФИО3 не производилось, а спорные платежи являются зачислением денежных средств, вырученных от продажи квартиры по адресу: Москва, Фрунзенская <...>, по договору купли-продажи от 02.06.2014г.

Так, по условиям договора купли продажи квартиры от 02.06.2014г. по адресу: Москва, Фрунзенская <...> на стороне продавца выступало 3 физических лица – ФИО2, ФИО3 и ФИО5 В соответствии с условиями договора оплата стоимости квартиры производится наличными денежными средствами в размере 60 000 000 руб.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что денежные средства были им фактически получены, после чего были внесены на собственный счет в банке, а также на счета двух других продавцов по сделке – ФИО3 и ФИО5

В подтверждение указанных обстоятельств в материалы дела была представлена расписка.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает указанные доводы, поскольку из содержания расписки следует, что ФИО3 получила денежные средства. Доказательства того, что условиями договора купли-продажи квартиры от 02.06.2014г. предусматривалась оплата денежных средств в пользу ФИО2 с последующим распределением денежных средств между ФИО3 и ФИО5 в материалы дела не представлены.

В судебном заседании представитель ФИО3 обращала внимание суда апелляционной инстанции на то, что впоследствии денежные средства со счета ФИО3 были выданы наличными в пользу ФИО2 (согласно выписке по счету ФИО3 в АО «Райффайзенбанк», представленной финансовым управляющим, 28.10.2014г. совершена банковская операция с основанием: снятие наличных РКО №11 получатель ФИО2, Москва, сумма 5 млн. руб.).

Однако каких-либо доказательств того, что эти денежные средства, снятые ФИО2 со счета ФИО3 и были теми же самыми денежными средствами, которые он ранее внес на счет суду не представлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что на момент совершения оспариваемой сделки он не отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку обоснованно рассчитывал на исполнение обязательств основным должником ОАО «НПО «Промавтоматика», отклоняется, как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта.

Согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019г. № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

В рассматриваемом случае судом установлено, что должник совершил оспариваемые сделки в период, когда организации, по обязательствам которых он поручился, уже имели существенные финансовые проблемы. При этом в рассматриваемый период ФИО2 совершает значительное количество сделок, направленных на отчуждение своего имущества в пользу заинтересованных лиц, что подтверждает преследование им цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24.12.2020 г. по делу № А40-248865/16 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева


Судьи: Д.Г. Вигдорчик


ФИО6