Постановление от 17 октября 2017 г. по делу № А39-2735/2016

Дело № А39-2735/2016
г.Владимир
17 октября 2017 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10.10.2017.

В полном объеме
постановление изготовлено 17.10.2017.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Протасова Ю.В.,

судей Кириловой Е.А., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЦАНГ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и общества с ограниченной ответственностью «ВКМ – СТАЛЬ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 26.07.2017

по делу № А39-2735/2016,

принятое судьей Мысиной Н.А.

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительное – монтажное управление № 1» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о включении требования в сумме 20 440 437 рублей 16 копеек в реестр требований кредиторов должника,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Строительное – монтажное управление № 1» – ФИО2 по доверенности от 01.08.2017 сроком действия один год.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Трест «Мордовпромстрой» (далее - АО Трест «Мордовпромстрой», должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратилось общество с ограниченной ответственностью «Строительное – монтажное управление № 1» (далее – ООО «СМУ № 1») с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 20 440 437 рублей 16 копеек.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ПАО «Объединенный Кредитный Банк».

Определением от 26.07.2017 Арбитражный суд Республики Мордовия удовлетворил заявленные требования, включив задолженность в сумме 20 440 437 рублей 16 копеек - как требования кредиторов третьей очереди, обеспеченным залогом имущества должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «ЦАНГ» (далее - ООО «ЦАНГ») обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции по основаниям, изложенным в жалобе, и принять по делу новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что обжалуемое определение суда первой инстанции было вынесено без учета всех обстоятельств дела и представленных доказательств. Указал, что кредитор и должник входят в одну группу лиц. Полагает, что заявление требования ООО«СМУ-1» о включении в реестр требований кредиторов АО Трест«Мордовпромстрой» является злоупотреблением правом. Считает, что приобретение ООО «СМУ-1» прав требования к АО Трест «Мордовпромстрой» не имело целью извлечение прибыли и совершено исключительно для создания кредиторской задолженности подконтрольной должнику. ООО «СМУ-1» не располагало денежными средствами достаточными для оплаты по договорам цессии.

Общество с ограниченной ответственностью «ВКМ – СТАЛЬ» (далее - ООО «ВКМ – СТАЛЬ») также не согласилось с принятым судебным актом и обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой и дополнением к ней, в которых просит отменить определение суда первой инстанции в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, и принять по делу новый судебный акт.

ООО «ВКМ – СТАЛЬ» полагает, что все указанные сделки АО «Трест «Мордовпромстрой» (Должника), ПАО «Объединенный кредитный банк» и ООО «СМУ-1» фактически направлены, в том числе, на вывод и уменьшение ликвидного имущественного комплекса АО «Трест «Мордовпромстрой». Подробно доводы ООО «ВКМ – СТАЛЬ» изложены в его апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Представитель ООО «СМУ-1» в судебном заседании указал на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта и несостоятельность доводов заявителя жалобы, просил оставить определение суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Временный управляющий ФИО3 представив отзыв на апелляционную жалобу, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, указывая на законность и обоснованность принятого арбитражным судом первой инстанции определения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 01.06.2016 Арбитражным судом Республики Мордовия возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника - АО Трест «Мордовпромстрой».

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 14 февраля 2017 года в отношении должника - АО Трест «Мордовпромстрой» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 04.03.2017 №38.

ООО «СМУ-1» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции в обжалуемой части.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьей 71 и статьей 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором уступки права требования №СМУТ/311016 от 31.10.2016, ПАО «Объединенный Кредитный Банк» (цедент) уступило ООО «Строительно-монтажное управление №1» (цессионарию) в полном объеме свои права (включая права (требования) по обязательствам, срок исполнения которых наступит в будущем) на получение с АО Трест «Мордовпромстрой» задолженности в размере 20000000 рублей по кредитному договору <***> от 02.09.2015 на открытие возобновляемой кредитной линии с лимитом задолженности, заключенному между ПАО «Объединенный Кредитный Банк» и АО Трест «Мордовпромстрой», включая права (требования), обеспечивающие исполнение обязательств должника по кредитному договору, а именно:

- поручительство ФИО4 (условия такого обеспечения регулируются отдельным договором поручительства от 02.09.2015 <***>/ПФ);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/1);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/2);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/3);

- залога движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/4);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/5);

залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/6);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/7);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/8);

- залог движимого имущества, принадлежащего АО Трест «Мордовпромстрой» на праве собственности (в виде отдельного договора залога движимого имущества от 01.08.2016 <***>/ЗЮ/9).

Согласно пункту 1.2 договора уступки права требования от 31.10.2016 №СМУТ/311016 передаваемые права (требования) по кредитным договорам включают в себя: основной долг в размере 20 000 000 рублей; проценты за пользование денежными средствами за период с 01.10.2016 по 31.10.2016 года в размере 440 437 рублей 16 копеек.

Во исполнение принятых на себя обязательств, ООО «СМУ №1» перечислило на счет АО Трест «Мордовпромстрой» денежные средства в сумме 20440 437 рублей 16 копеек, что подтверждается платежным поручением от 31.10.2016 № 28427, выпиской по расчетному счету ООО «СМУ №1» за 31.10.2016, а также письменными пояснениями первоначального кредитора - ПАО «Объединенный кредитный банк» от 19.07.2017, подтверждающего оплату ООО «СМУ №1» по договору уступки.

О состоявшейся уступке прав требования свидетельствует представленный в материалы дела акт от 31.10.2016 приема-передачи документов к договору уступки права требования №СМУТ/311016 от 31.10.2016.

Должник о состоявшейся уступке права требования уведомлен надлежащим образом (в материалы дела представлено уведомление должника об уступке от 31.10.2016).

К заявлению ООО «СМУ №1» приложены копии документов, подтверждающих договорные обязательства сторон, а также документов, подтверждающих наличие и размер задолженности по обязательствам, положенным в основу уступленных прав, доказательства оснований возникновения такой задолженности (кредитный договор <***> от 02.09.2015 на открытие возобновляемой кредитной линии с лимитом задолженности), с дополнительными соглашениями к нему).

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами, установлена документальная обоснованность заявленных требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Правоотношения в рамках договора цессии регулируются параграфом 1 главы 24 ГК РФ.

Согласно абзацу 1 пункта 2 статьи 382 ГК РФ, для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Договор уступки права требования предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Поскольку ни законом, ни иными правовыми актами не предусмотрен безвозмездный характер уступки требования, договор уступки права (требования) в любом случае носит возмездный характер, только если в самом договоре не предусмотрено условие о безвозмездности передачи требования.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Информационного письма от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ» соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора, в том числе и в части условий, касающихся порядка определения и уплаты цены за уступаемое право требования проблемной задолженности.

Проверив договор уступки прав (требований) от 31.10.2016 №СМУТ/311016 на предмет соответствия требованиям статей 382-389 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что условия данного договора не противоречат нормам действующего законодательства.

Суд первой инстанции, рассмотрев доводы возражающих кредиторов относительно недействительности (ничтожности в силу притворности) договора уступки прав (требований), заинтересованности первоначального и нового кредиторов по цессии, искусственного увеличении кредиторской задолженности должника и отсутствия достаточных оснований о возможности кредитора оплатить цессию, приведенные в возражениях против удовлетворения требования заявителя, справедливо отклонил их на основании нижеследующего.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Проанализировав условия договора уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016 на предмет соответствия его правовым нормам, применяемым к рассмотрению споров о недействительности мнимых и притворных сделок, суд пришел к праовмерному выводу о наличии оснований для отклонения доводов возражающих кредиторов в данной части, поскольку материалы дела, касающиеся обстоятельств заключения и исполнения договора уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016, свидетельствуют о том, что стороны имели в виду заключить именно договор цессии уступки прав (требований), а не какой-либо иной договор. Относительно же установления фактической возможности/невозможности у цедента осуществить оплату цессии в связи с его неблагоприятным, по мнению возражающих лиц, финансовым положением на момент заключения сделки по цессии, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что финансовое положение кредитора не является обстоятельством, влияющим на оценку воли сторон в отношении вида заключенной ими сделки. Поэтому в силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, связанные с оценкой состояния активов кредитора, не имеют отношения к рассматриваемому делу. Тем не менее, кредитором в опровержение данного довода возражений, представлена выписка о движении денежных средств на 31.10.2016 - дату совершения платежа по договору уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016 в подтверждение финансовой устойчивости в хозяйственном обороте предприятия, более того, факт получения денежных средств подтвержден и первоначальным кредитором ПАО «Объединенный кредитный банк».

Кроме того, судом первой инстанции сделан верный вывод об отсутствии оснований полагать, что ООО «СМУ №1» заключило договор уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016, действуя без экономического интереса к получению прибыли, поскольку обстоятельство получения (принятия по договору цессии) в залог ликвидных активов предприятия-должника, за счет которых имеется возможность получить исполнение, само по себе исключает неразумный экономический смысл сделки (на что ссылаются возражающие кредиторы), а также иные злонамеренные причины под прикрытием целями делового характера.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает верной позицию суда о том, что утверждения возражающих кредиторов о совершении договора уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016 в сговоре, при заинтересованности (аффилированности) с целью воспрепятствования законному распределению конкурсной массы между добросовестными кредиторами, и в целом для возможности принять участие в определении судьбы должника и его имущества, также не состоятельно в силу следующего.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке обстоятельств по настоящему обособленному спору, суд не выявил доказательств, подтверждающих злоупотребление гражданскими правами сторонами договора уступки права требования №СМУТ/311016 от 31.10.2016 при его совершении.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

При этом, договор уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016 представляет собой один из способов приобретения имущественных прав, предусмотренных действующим гражданским законодательством, являющийся распространенным в экономическом обороте.

В соответствии с частью 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (часть 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе, лица, если такое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания; лица, которые входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Понятие группы лиц дано в части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (в редакции от 03.07.2016).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным

2) партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

4) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

5) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

6) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

7) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

8) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Понятия заинтересованности, контролирующих и подконтрольных лиц даны также в статье 81 ФЗ Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ (редакция от 03.07.2016) «Об акционерных обществах».

Согласно пункту 1 статьи 81 вышеуказанного Закона, контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

ООО «ЦАНГ» указал, что ООО «СМУ №1» является подконтрольной должнику - АО Трест «Мордовпромстрой» организацией. В качестве доводов в подтверждении своей позиции конкурсный кредитор указывает, что ФИО5 (единственный участник ООО «Строительно-монтажное управление №1») до 2015 года являлся директором АО Трест «Мордовпромстрой» по правовым вопросам. Кроме того, с 2010 года ФИО5 является членом ревизионной комиссии АО Трест «Мордовпромстрой» (на основании протокола от 18.06.2010), а также представлял интересы должника в рамках дел №А32-4870/2015 и №А32-37440/2015; ФИО6 (директор ООО «Строительно-монтажное управление №1») ранее являлся коммерческим директором АО Трест «Мордовпромстрой».

Между тем, как следует из представленных материалов и устных пояснений к ним, ни ФИО5, ни ФИО6 никогда не являлись ни руководителями должника, ни лицами, входящими в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, никогда не являлись владельцем акций должника, а также никогда прямо или косвенно не участвовали в управлении деятельностью должника.

Доказательства, подтверждающие доводы заявителя жалобы о том, что АО Трест «Мордовпромстрой» непосредственно (прямо) либо через аффилированных лиц может оказать влияние на приятие решений ООО «Строительно-монтажное управление №1» либо иным образом участвовать в управлении обществом, в материалы дела не представлены.

Таким образом, довод возражений против включения в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Строительно-монтажное управление №1» ввиду аффилированности сторон договора, правомерно отклонен судом первой инстанции.

Довод о том, что ФИО5 ранее представлял интересы АО Трест «Мордовпромстрой» в судебных заседаниях, не влекут правовых оснований для отнесения указанного лица в состав лиц, имеющих право давать обязательные распоряжения как ООО «Строительно-монтажное управление №1», так и АО Трест «Мордовпромстрой».

То обстоятельство, что ФИО5, являющийся единственным учредителем ООО «Строительно-монтажное управление №1», являлся директором АО Трест «Мордовпромстрой» по правовым вопросам, нарушений баланса интересов конкурсных кредиторов не влечет.

В связи с чем, доводы конкурсного кредитора о том, что ООО «Строительно-монтажное управление №1» является подконтрольной должнику - АО Трест «Мордовпромстрой» организацией, подлежит отклонению, как не подтвержденный доказательственной базой.

Более того, данным доводам была дана оценка судом апелляционной инстанции в постановлении Первого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2017, принятого по итогам рассмотрения апелляционных жалоб ООО «Торговый дом «Арвел» и ООО «ВКМ-СТАЛЬ» на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 14.02.2017 по настоящему делу №А39-2735/2016 по заявлению ООО «СМУ №1» о признании АО Трест «Мордовпромстрой» несостоятельным (банкротом).

Доводы об искусственном увеличении задолженности, также правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку удовлетворение требования ООО «Строительно-монтажное управление №1», по сути, не влияет на общую сумму обязательств должника и, следовательно, не влечет причинения ущерба интересам его кредиторов, поскольку, даже в отсутствие заключенного договора уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016, должник - АО Трест «Мордовпромстрой» оставался бы обязанным лицом перед ПАО «Объединенный Кредитный Банк» на спорную сумму 20440437 рублей 16 копеек. Обстоятельств (свидетельства) фальсификации доказательств по делу с целью искусственного увеличения задолженности в материалы дела не представлено.

Проанализировав вышеперечисленные нормы права в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об обоснованности требования заявителя и наличия оснований для включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника - АО Трест «Мордовпромстрой» требования ООО «Строительно-монтажное управление №1» в размере 20 440 437 рублей 16 копеек, как обеспеченного залогом имущества должника.

В пункте 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» указано, что для установления требований залогодержателя судом, рассматривающим дело о банкротстве залогодателя, решение суда о взыскании долга с основного должника не требуется.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 351 ГК РФ залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства, а если его требование не будет удовлетворено, обратить взыскание на предмет залога, в частности, в случае невыполнения залогодателем обязанностей, предусмотренных подпунктами 1 и 2 пункта 1 и пунктом 2 статьи ГК РФ.

В рассматриваемом случае, имеются обстоятельства, подпадающие под положения подпункта 2 пункта 1 статьи 343 ГК РФ: заложенное движимое имущество АО Трест «Мордовпромстрой» (перечень которого подробно отражен в соответствующих договорах залога) является предметом притязаний кредитора - ООО «Строительно-монтажное управление №1». Следовательно, в рамках дела о банкротстве сохранность этого имущества для залогодержателя уже не обеспечивается залогодателем в полной мере, что обуславливает необходимость своевременного предъявления залогодержателем требования для включения его в реестр требований кредиторов должника как обеспеченного залогом имущества должника. Основанием для предъявления такого требования (об обеспечении залогом имущества должника) является возбуждение дела о банкротстве залогодателя - АО Трест «Мордовпромстрой». Для реализации указанного права, вытекающего из вышеприведенных норм, залогодержатель вправе предъявить требование залогодателю, в отношении которого введена процедура банкротства, учитывая возможность удовлетворить свои требования за счет предмета залога, подлежащего включению в конкурсную массу залогодателя.

Согласно статье 334 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №58 от 23.07.2009 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» указано, что при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, судам необходимо учитывать следующее. Если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

Заявителем в материалы дела представлены акты проведенной проверки залогового имущества должника (с участием представителей кредитора, должника и временного управляющего), подтверждающие фактическое наличие у должника имущества, переданного в обеспечение кредитных обязательств АО Трест «Мордовпромстрой» перед ПАО «Объединенный Кредитный Банк», впоследствии уступленных последним ООО «Строительно-монтажное управление №1» по договору уступки прав (требований) №СМУТ/311016 от 31.10.2016.

Возражений относительно требования кредитора в части его обеспечения залогом имущества должника в суд не поступало.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, оценив указанные выше обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об обоснованности требования заявителя и наличия оснований для включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника - АО Трест «Мордовпромстрой» требования ООО «Строительно-монтажное управление №1» в размере 20 440 437 рублей 16 копеек, как обеспеченного залогом имущества должника. Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В нарушении части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие доводы апелляционных жалоб.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены судебного акта.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в них выводы, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

В силу статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение об установлении размера требования в деле о банкротстве не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 26.07.2017 по делу № А39-2735/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЦАНГ» и общества с ограниченной ответственностью «ВКМ – СТАЛЬ» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Ю.В. Протасов

Судьи

Е.А. Кирилова

Е.А. Рубис