Постановление от 21 мая 2019 г. по делу № А60-40489/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-4269/2019-АК
г. Пермь
21 мая 2019 года
Дело № А60-40489/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 мая 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Мухаметдиновой Г.Н., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Саранцевой Т.С.,

при отсутствии лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в заседании суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Торговый дом «Арком и К» Гиматдинова Евгения Габдилфаретовича

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 февраля 2019 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО "Торговый Дом «Арком и К" о включении требований в реестр требований кредиторов должника ООО «Мегастрой» в сумме 44 875 519 руб. 80 коп.,

вынесенное в рамках дела № А60-40489/2018

о признании ООО «Мегастрой» несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.08.2018 ликвидируемый должник, ООО «Мегастрой» (далее - должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Басов А.Н.

06.11.2018 в суд поступило заявление ООО «Торговый дом «Арком и К» (далее – заявитель, кредитор) о включении требования в размере 44 875 519 руб. 80 коп. в реестр требований кредиторов должника, в том числе задолженность по договорам займа в сумме 8 708 000 руб. и неосновательное обогащение в сумме 31 805 730 руб. 04 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области 25.02.2019 (резолютивная часть от 19.02.2019) в удовлетворении заявления кредитору отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Торговый дом «Арком и К» в лице конкурсного управляющего обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый об удовлетворении требований, ссылаясь на нарушение судом норм материального права и на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

По мнению апеллянта, суд сделал необоснованный вывод об отсутствии оснований для включения в реестр требования по договорам займа. Отмечает, что все представленные договоры займа заключены в 2013-2014 г.г.; в указанные периоды времени у должника отсутствовали какие-либо признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества; реальность передачи денежных средств подтверждена непосредственно банковским выписками; таким образом, при выдаче займов в действиях должника и кредитора отсутствовала цель причинения вреда кредиторам должника. Также считает, что суд сделал неправомерный вывод об отсутствии неосновательного обогащения, указывая на то, что в ходе рассмотрения спора им представлена совокупность доказательств, подтверждающих неосновательное обогащение.

До начала судебного разбирательства от кредитора (ПАО «Сбербанк России») поступил письменный отзыв, согласно которому позицию апеллянта считает необоснованной, обжалуемое определение – законным.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены апелляционным судом в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов кредитор указал на наличие у должника задолженности перед ООО «Торговый дом «Арком и К», образовавшейся в связи с заключением между сторонами договоров займа в период с 14.03.2013 по 24.04.2015.

По расчету заявителя задолженность составляет 8 708 000 рублей.

В подтверждении факта выдачи займов представлена выписка по счету, а также 13 договоров займа от разных дат со сроком возврата до 15.08.2020.

Кроме того, заявитель указывал, что в период с 14.03.2014 по 25.06.2018 ООО «Торговый дом «Арком и К» перечислило на расчетный счет должника денежные средства в сумме 31 805 730 руб. 04 коп. с указанием разных назначений платежа, в т.ч. за аренду помещений и по другим основаниям. При этом заявитель указывает, что основания для перечисления данных сумм отсутствовали.

Таким образом, общая задолженность, по расчету заявителя, составила 40 513 730,04 рублей, которую он просил включить в реестр требований Кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении требований ООО «Торговый дом «Арком и К», суд первой инстанции исходил из недоказанности кредитором факта образования задолженности в заявленном размере; наличия у заключенных между сторонами договоров займа признаков притворных сделок, прикрывающих собой отношения по увеличению уставного капитала должника (п. 2 ст. 170 ГК РФ), требования из которых не подлежат включению в реестр требовании кредиторов (абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве); из отсутствия неосновательного обогащения на стороне должника.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав нормы материального и процессуального права, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, считает, что оснований для отмены определения суда не имеется по следующим мотивам.

Согласно п. 1 ст. 225 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд принимает решение о признании ликвидируемого должника банкротом и об открытии конкурсного производства и утверждает конкурсного управляющего.

Наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление при банкротстве ликвидируемого должника не применяются.

В соответствии с п. 2.1 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов ликвидируемого должника в деле о банкротстве составляется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Голосование на собрании кредиторов и определение очередности удовлетворения требований кредиторов при введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве к ликвидируемому должнику, осуществляются в соответствии с размером требований, включенных в реестр требований кредиторов, сформированный в соответствии с настоящим Федеральным законом.

При этом в силу ст. 142 Закона о банкротстве проверка обоснованности требований и наличия оснований для их включения в реестр требований кредиторов должника в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке ст. 100 указанного Закона. Требования кредитора направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу п. 3 – 5 ст. 71 и п. 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с п.1 ст.807, п.1 ст.810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, предусмотренные договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (п.2 ст.808 ГК РФ).

В силу ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (п.2 ст. 9 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что первоначально кредитор ссылался на задолженность по 12 договорам займа, фактически представленным в материалы дела, и иным договорам займа, без указания реквизитов договоров и представления самих документов; затем свои требования уточнил, указав на наличие у должника задолженности по 16 договорам займа в общем размере 8 708 000 руб.

Однако, в материалы дела представлены лишь 12 договоров займа, договоры займа № 85 от 08.02.2013. № 86 от 24.05.2013, № 87 от 21.06.2013№ 100 от 21.11.2014 отсутствуют. При этом один из договоров, представленных в материалы дела - № 92 от 09.10.2013 со стороны займодавца не подписан.

В подтверждении факта выдачи займов в материалы дела представлена выписка по счету, где отражены платежи с указанием в их назначении на договоры займа.

При рассмотрении спора суд установил и никем из лиц, участвующих в деле не оспорено, что единоличным исполнительным органом каждого из обществ - директором должника и кредитора является Тренихин Г.А. В период заключения договоров займа и перечислений с указанием в назначении платежей на договоры займа руководителем должника и одним из учредителей являлся Тренихин Г.А., соучредителем – Тренихина О.А.; единственным участником кредитора – ООО «Управляющая компания «АРКОМ», учредителями которого также являлись Тренихины.

Таким образом, по смыслу положений Закона о банкротстве, кредитор и должник являются аффилированными лицами.

Применительно к рассматриваемой ситуации следует руководствоваться правовой позицией, изложенной Верховным Судом РФ в Определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014, где, в частности, указано следующее:

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы, к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 ГК РФ, абзац 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Проанализировав фактические обстоятельства заключения спорных договоров займа, сами договоры займа и обстоятельства их исполнения апелляционный суд установил, что займы предоставлены несколькими платежами, путем перечисления кредитором денежных средств на счет должника в определенной сумме, соответствующей размеру обязательств последнего, срок платежей по которым на эту дату наступил (уплата процентов по кредитным договорам, оплата за аренду, за электроэнергию и т.д.), при этом в день последнего платежа по договору займа заключается следующий договор займа. Из выписки по расчетному счету должника усматривается, что его обязательства погашались за счет привлечения кредитных средств и текущих займов, предоставленных аффилированным лицом.

Изложенное позволяет прийти к выводу, что фактически имело место финансирование деятельности должника.

По условиям договоров займа за пользование заемными средствами установлены проценты в фиксированном размере – 1 000 руб. в год, вне зависимости от предоставленной в заем суммы (от 100 000 руб. до 4 003 000 руб.); срок возврата заемных средств в представленных в материалы дела договорах займа установлен одинаковый – не ранее 15.08.2020, то есть займы предоставлены сроком на 6-7 лет.

При таком положении следует признать, что целью заключения спорных договоров займа не являлось получение экономической выгоды – процентов.

Такое поведение не соответствует критерию разумного поведения обычного разумного участника гражданского оборота, доказательства гражданско-правовой цели заключения сделок по предоставлению займа должнику не представлены.

Доказательства доступности получения займов на указанных льготных условиях для иных лиц, не связанных с группой лиц, подконтрольных семье Терехиных, также не представлены.

То есть в рассматриваемой ситуации договорами займа прикрыты отношения по дофинансированию общества, фактическому увеличению уставного капитала.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно констатировал, что в данном случае кредитор заявил о включении в реестр требований кредиторов должника требования, формально подтвержденного договором займа или иным документом, подтверждающим денежное обязательство, с той целью, чтобы финансовые вложения, необходимые для осуществления деятельности общества, связанные с участием в обществе, но направленные в виде займов, вернулись учредителю в составе реестровой задолженности наряду с требованиями внешних кредиторов должника, в обход правового регулирования, установленного ст.ст. 63, 67 ГК РФ, Законом № 14-ФЗ, ст.ст. 2, 4, 63 Закона о банкротстве.

С учётом изложенного суд правомерно отказал в удовлетворении заявленных кредитором требований о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 8 708 000 руб.

В нарушение ст. 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Соответствующие доводы жалобы подлежат отклонению, как не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Как усматривается из материалов дела, второе требование кредитора было основано на наличии на стороне должника неосновательного обогащения в размере 31 805 730,04 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

В целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося стребованием о взыскании неосновательного обогащения. Данное применение закона изложено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24.12.2014.

При рассмотрении данного требования суд из выписки по счету усмотрел, что между должником и заявителем существовали обязательства по аренде помещений, платежи по которой оплачивалась ежемесячно в течение длительного периода времени с указанием на конкретный договор и месяц, соответственно.

Факт наличия арендных отношений с должником кредитор не опроверг. Регулярность совершения платежей с указанием в их назначении одних и тех же договоров аренды на протяжении значительного количества времени является свидетельством реальности арендных правоотношений, исключает возможность ошибки при отражении сведений о назначении платежей.

С учетом установленного суд пришел к правомерному выводу о совершении спорных платежей во исполнение обязательств заявителя по указанным в назначении платежа основаниям, что не может свидетельствовать об ошибочности перечисления денежных средств заявителем должнику.

Доказательств ошибочного перечисления денежных средств кредитором не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Как верно указал суд, представленная в качестве доказательств обоснованности заявленного требования выписка по счету подтверждает только факт перечисления денежных средств со счета кредитора на счет должника, вместе с тем, при наличии содержащегося в них указания на определенные договоры с конкретными реквизитами как основание платежа, не представление самих договоров или иных доказательств аренды не может служить доказательством отсутствия договорных отношений между сторонами и получения должником неосновательного обогащения.

Отсутствие у сторон документов не свидетельствует об отсутствии реальных оснований для перечисления денежных средств.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии на стороне должника неосновательного обогащения и, как следствие, отсутствии оснований для включения спорного требования в реестр.

Доводов опровергающих выводы суда в апелляционной жалобе не имеется.

Кроме того, часть заявленных платежей документально не подтверждена – в выписке отсутствуют листы за период с 20.04.2017 по 26.10.2017, часть платежей совершены не кредитором, а иными лицами (к примеру, платеж от 15.05.2014 на сумму 17 522,50 руб. совершен ООО «УК «Арком»).

Учитывая, что заявитель в апелляционной жалобе не ссылается на доказательства и не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что спор рассмотрен судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, не имеется правовых оснований для отмены принятого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 февраля 2019 года по делу № А60-40489/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


Г.Н. Мухаметдинова



О.Н. Чепурченко