Постановление от 26 марта 2025 г. по делу № А45-31860/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город  Томск                                                                                         Дело № А45-31860/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 марта 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                              Фаст Е.В.,

судей                                                                         Логачева К.Д.,

Чащиловой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дубаковой А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07АП-11450/22 (12)) на определение от 04.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Перминова О.К.) по делу № А45-31860/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская эколого-сервисная компания» (ИНН <***>, далее – должник, ООО «СЭСК»), принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 (далее – заявитель, управляющий) о привлечении ФИО1, ФИО3 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО4.

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены.

Суд

установил:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.10.2021 (резолютивная часть) ООО «СЭСК» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Управляющий 15.05.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 14.06.2024 к участию в деле (обособленном споре) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён финансовый управляющий имуществом ФИО1 - ФИО4

Определением суда от 04.12.2024 признано доказанным наличие основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 и ФИО3, приостановлено рассмотрение заявления управляющего в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «СЭСК».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в котором просит определение суда от 04.12.2024 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на отсутствие доказательств причинения убытков обществу-должнику во время руководства ФИО1; задолженность была просужена; обстоятельства неисполнения судебных актов о взыскании задолженности в пользу должника не свидетельствует о недобросовестности ответчиков; не доказано, что убытки, причиненные ФИО1, привели к неплатежеспособности общества, все документы и имущество должника переданы в рамках исполнительного производство, поэтому вывод суда первой инстанции о непередаче документов и имущества должника ошибочен.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором управляющий возражает против её удовлетворения.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения.

Из материалов дела, что ФИО1 являлся руководителем и единственным участником должника с 31.01.2019 по дату признания должника банкротом - 05.10.2021 (сведения ЕГРЮЛ, ответ Межрайонной ИФНС России № 16 по Новосибирской области от 03.06.2021).

ФИО3 являлся исполнительным директором с 01.01.2019, назначен на основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу от 01.01.2019 № 1, подписанного директором ФИО1, действовал от имени должника на основании нотариально удостоверенной доверенности от 21.08.2019, выданной на срок три года, фактически осуществлял полное текущее руководство ООО «СЭСК» от подписания хозяйственных договоров до проведения платежных операций.

Ссылаясь на причинение вреда обществу-должнику действиями (бездействием) ответчиков, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что за период руководства ООО «СЭСК», ответчики причинили своими действиями ущерб должнику и имущественным правам кредиторов.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционных жалоб, при этом, исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО1 и ФИО3 подпадают под определение контролирующих должника лица (далее – КДЛ) и являются субъектами субсидиарной ответственности, иного не доказано (статья 65 АПК РФ).

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослалась на положения пунктов 1 и 2 статьи 61. 11 Закон о банкротстве, утверждая, что КДЛ не исполнили обязанность по передаче документов управляющему, причинили существенный ущерб должнику вследствие заключения, исполнения сделок и невзыскания дебиторской задолженности в пользу должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В данном случае, вступившим в законную силу определением суда от 24.02.2022 по настоящему делу у ФИО1 истребованы печати, штампы, материальные, иные ценности, учредительные документы ООО «СЭСК» бухгалтерскую, налоговую отчетность должника, первичные документы, подтверждающие права на имущество ООО «СЭСК», в том числе: основные средства на сумму 31 209 000 руб., а также первичные документы, подтверждающие приобретение и постановку основных средств на баланс ООО «СЭСК»; запасы на сумму 2 596 000 руб., а также первичные документы, подтверждающие приобретение и постановку запасов на баланс ООО «СЭСК»; финансовые вложения на сумму 554 000 руб., а также первичные документы, подтверждающие права требования и иные финансовые вложения ООО «СЭСК» с указанием должников с идентифицирующими признаками, размером задолженности; дебиторскую задолженность на сумму 240 167 000 руб., а также первичные документы, подтверждающие права требования ООО «СЭСК» с указанием должников с идентифицирующими признаками, размером задолженности; прочие оборотные активы на сумму 7 757 000 руб., а также первичные документы, подтверждающие прочие оборотные активы.

Вступившим в законную силу определением суда от 06.07.2022 у ФИО1 истребована бухгалтерская программа ООО «СЭСК» («1С: Бухгалтерия» и т.п.).

Указанные судебные акты не исполнены ни в добровольном порядке, ни в ходе исполнительного производства.

Доказательства исполнения и передачи документов/имущества в материалы дела не представлены со стороны ФИО1, довод апелляционной жалобы ничем не подтвержден.

Тогда как отсутствие первичной документации конкурсному управляющему непереданной руководителем должника, не позволяет установить основания выбытия основных средств, запасов, установления наличия или отсутствия факта принятия должником мер по взысканию дебиторской задолженности и иных мер, свидетельствующих о хозяйственной деятельности и финансового положения должника, а также о том, куда выбыли денежные средства со счетов должника.

При наличии осведомленности о необходимости предоставления документов должника, до настоящего времени ФИО1 не предприняты меры по их передаче в адрес конкурсного управляющего, либо восстановлению.

Доказательства обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника.

Довод апеллянта о передаче документов и имущества в рамках исполнительного производства отклоняется, поскольку не подтвержден надлежащими доказательствами.

Так, ФИО1 должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таких доказательств ФИО1 не представлено ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, данное бездействие руководителя влечет невозможность формирования в полном объеме конкурсной массы должника в объеме, достаточном для расчетов с установленными по делу обязательствами.

В части привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение недействительных сделок, неистребование дебиторской задолженности.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия КДЛ в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 23 Постановления № 53 сформулирована презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок), которая может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Таким образом, квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к КДЛ может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Из разъяснений пунктов 16, 17 Постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В данном случае суд первой инстанции пришел к выводу о том, что за период руководства ООО «Сибэско», ФИО1 и ФИО3, причинили своими действиями ущерб должнику и имущественным правам кредиторов, являясь руководителями предприятия в одно и то же время, соответственно с равными правами при принятии управленческими решений, а также при равной осведомленности о финансово-хозяйственной деятельности как должника, таким образом, ФИО1 и ФИО3 должны отвечать солидарно.

Из представленных документов невозможно установить роль каждого из ответчиков в доведении должника до банкротства и невозможности удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем презумпция совместных и согласованных действий при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности должника, с учетом предоставленных директором ООО «СЭСК» ФИО1 ФИО3 по доверенности от 21.08.2019 неограниченных полномочий, аналогичных полномочиям директора общества, не опровергнута допустимыми и относимыми доказательствами (статья 65 АПК РФ), выводы суда о солидаритете ответственности ФИО1 и ФИО3 являются правильными.

Как следует из материалов дела, определением от 13.04.2023 признаны недействительными сделки должника с ООО «Экофлай», с ответчика взыскано 4 924 650,92 руб.

Оспариваемые платежи, не относящиеся к текущему обязательству, совершены должником в пользу ответчика в период с 10.12.2020 по 12.03.2021, то есть в течение одного месяца до принятия и после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Суд пришел к выводу о наличии всей совокупности признаков, предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве для вывода о недействительности оспариваемых перечислений.

Определением суда от 16.08.2023 признаны недействительными сделки должника с ИП ФИО5, с ответчика взыскано 2 250 000 руб.

При этом, из определения суда следует, что платежи в размере 2 250 000 руб. совершены должником в пользу ответчика в течение одного месяца до принятия и после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом; суд пришел к выводу о наличии всей совокупности признаков, предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве для вывода о недействительности оспариваемых перечислений в размере 2 250 000 руб.

В последующем, были получены и направлены на принудительное исполнение исполнительные листы, однако судебные акты не были исполнены.

Материалами дела подтверждается, КДЛ в период 2019-2021 не взыскивалась дебиторская задолженность ООО «Сибэско» в значительном для должника размере, что повлекло банкротство должника.

Так, решением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.04.2022 по делу № А45-33399/2021 удовлетворены исковые требований к ООО «Экология-Новосибирск», с ответчика взыскано 34 717 006,94 руб.

Поскольку в отношении ООО «Экология-Новосибирск» 27.12.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве № А45-35287/2021 управляющим подано заявление о включении требований в реестр.

Определением суда от 09.06.2022 требования включены в реестр кредиторов по делу № А45-35287/2021 на сумму 34 717 006,94 руб.

Установленные обязательства перед ООО «СЭСК» в размере 12 546 431,78 руб. по договору от 14.01.2021 №08/01/21-2 возникли за период с начала 2021 года.

Установленные обязательства перед ООО «СЭСК» в размере 25 315 931,62 руб. по договору на оказание услуг по транспортированию ТКО от 27.12.2019 № 08/03/19-13 возникли за период январь-март 2020 года.

При этом, в период с 2020 года до возбуждения производства по делу о банкротстве № А45-35287/2021 ООО «Экология-Новосибирск» производило расчеты со своими подрядчиками на сотни миллионов рублей.

Соответственно, со стороны ФИО1 и ФИО3 было допущено бездействие, выразившееся в непринятии мер к взысканию задолженности в период с 2020 года по 05.10.2021.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.03.2022 по делу № А45-32961/2021 удовлетворены исковые требований к ООО «Экология-Новосибирск», с ответчика взыскано 61 849 343,79 руб.

По делу № А45-35287/2021 подано заявление о включении требований в реестр, определением суда от 28.08.2022 требования включены в реестр кредиторов по делу №А45-35287/2021 на сумму 61 849 343,79 руб.

Обязательства перед должником в размере 10 235 858,57 руб. возникли по договору аренды транспортных средств с экипажем от 14.01.2021 № 08/01/21-3 за период с 01.01.2021 по 23.09.2021.

Обязательства перед должником в размере 51 613 485,22 руб. возникли по договору на оказание услуг по транспортированию ТКО от 18.12.2018 № 08/01/18-61 за период 2019 года.

В данной части невозможность взыскания задолженности с ООО «Экология-Новосибирск» явилось бездействие ФИО1 и ФИО3, выразившееся в непринятии мер к взысканию долгов в период с 2019 года по 05.10.2021.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.07.2022 по делу № А45-33279/2021 удовлетворены исковые требования к ООО «Айсберг» на сумму 14 444 983,19 руб., процентов в размере 571 368,34 руб.

Определением от 06.10.2022 по делу № А45-35747/2021 требования в указанном размере включены в реестр требований кредиторов ООО «Айсберг».

Обязательства перед должником по договору № 01/01/2020-36ТКО от 01.01.2020 возникли за период январь - август 2020 года.

Соответственно, бездействие ФИО1 и ФИО3 заключалось в непринятии мер к взысканию задолженности в период с 2019 года по 05.10.2021 ООО «Айсберг».

Вступившими в законную силу определениями суда от 16.05.2022 и от 26.01.2024 установлено причинение убытков должнику со стороны ФИО1 на общую сумму 8 713 036,64 руб.

В определениях суда от 16.05.2022, от 26.01.2024 установлены факты расходования денежных средств должника на личные нужды ФИО1

Расходование денежных средств производилось при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами ООО «Автофлай» и ООО «Экофлай», требования по которым включены в реестр требований кредиторов.

При этом, суд первой инстанции неоднократно предлагал представить письменные правовые позиции, мотивированные документально подтвержденные по каждому доводу, содержащемуся в заявлении конкурсного управляющего, однако  какие-либо возражения, пояснения на заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности не поступили. ФИО1 заявил свои возражения лишь в апелляционном суде, при этом, документально никоим образом не подтвердил свои доводы.

Перечисленные судебные акты в настоящее время не исполнены, общий размер в результате непринятия мер по взысканию вышеуказанной дебиторской задолженности составляет 111 582 702,26 руб.

Соответственно, совокупность наличия оснований для привлечения ФИО1 ФИО3 по пунктам 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве подтверждается материалами дела и не опровергнута допустимыми и относимыми доказательствами (статья 65, 66, 67, 68 АПК РФ).

Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ ответчики не представили доказательства, опровергающие презумпции доведения должника до банкротства и причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов, закрепленные в пунктах 1 и  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

При рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции учтены обстоятельства причинения должнику убытков со стороны ФИО1 на общую сумму 8 713 036,64 руб., установленные определениями суда по настоящему делу от 16.05.2022 на сумму 6 078 907,43 руб. и от 26.01.2024 на сумму 2 634 129, 21 руб.

В связи с невозможностью определения размера субсидиарной ответственности на дату судебного заседания суд первой инстанции правомерно приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего должником.

Доводы апелляционной жалобы изучены апелляционным судом и подлежат отклонению в полном объеме, поскольку  не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

С учетом итогов рассмотрения апелляционной жалобы, расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 04.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-31860/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.


Председательствующий                                                                   Е.В. Фаст

Судьи                                                                                                 К.Д. Логачев 

                                                                                                            Т.С. Чащилова