Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А40-219690/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-47063/2025

Дело № А40-219690/23
г. Москва
25 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Лапшиной В.В.,

судей Веретенниковой С.Н., Шведко О.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 июня 2025,

о признании недействительными сделками платежей, совершенных должником ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» в пользу ответчика ФИО1

по делу № А40-219690/23 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ»

при участии в  судебном заседании:

согласно протоколу судебного заседания.

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 28.09.2023 поступило заявление ФНС России в лице ИФНС России № 36 по г. Москве о признании должника ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» несостоятельным (банкротом); определением суда от 04.10.2023 заявление принято и возбуждено производство по делу № А40-219690/23-123-482Б.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2024 заявление ФНС России в лице ИФНС № 36 по г. Москве о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» признано обоснованным. В отношении ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2, член Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2024 в отношении ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» ведена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

В Арбитражный суд города Москвы 12.02.2025 поступило заявление конкурсного управляющего о признании сделок должника недействительными, в котором заявитель просит признать недействительными произведенные перечисления с расчетного счета должника № 40702810404110000067, открытого в АО «Альфа-Банк» в период с 18.01.2019 года по 24.12.2020 года на расчетный счет ФИО1, средства в общем размере 10 292 235 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24 июня 2025 удовлетворено заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделками платежей, совершенных должником ООО «ДРЕВО ЖИЗНИ» в пользу ответчика ФИО1 и применении последствий их недействительности.

Не согласившись с вышеуказанным определением, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований.

От конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа поступили письменные отзывы, в котором просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в обособленном споре, озвучили свои позиции.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 АПК РФ, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

Дело о банкротстве должника возбуждено 04.10.2023г.

Обращаясь в суд с заявлением, конкурсный управляющий ссылался на то, что оспариваемые сделки - платежи в общем размере 10.292.235 руб. назначением платежа – выдача займа и предоставление подотчетных сумм совершены с расчетного счета должника № 40702810404110000067, открытого в АО «Альфа-Банк», платежи с 05.10.2020 по 24.12.2020 – в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, платежи в период с 18.01.2019 по 04.10.2020г. – за пределами периода подозрительности, совершенны со злоупотреблением правом при наличии признаков неплатежеспособности должника (наличии иных кредиторов), в пользу заинтересованного лица (фактически аффилированного лица, сына учредителя должника), и к ним применимы положения ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии условий, предусмотренных в данной норме.

Как разъяснено в п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как усматривается из материалов дела, в период совершения оспариваемых сделок по перечислению ФИО1 денежных средств, Общество отвечало признакам неплатежеспособности, у должника имелись просроченные денежные обязательства (согласно акту сверки с кредитором по состоянию на 01.11.2019г. уже имелась задолженность в размере 26.935.856 руб. 23 коп.), которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника (определению Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2022 по настоящему делу).

При этом, в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2019 N 305-ЭС19-924(1,2) содержится правовая позиция о том, что недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Отсутствие просроченной задолженности на дату заключения оспариваемого договора не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Кроме того, требование уполномоченного органа в настоящем деле о банкротстве возникло на основании Решения № 15/2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного 29.08.2022. В рамках проведения налоговой проверки исследовалась хозяйственная деятельность Должника за период c 01.01.2018 по 31.12.2020. Инспекцией была выявлена недоимка по налогу на добавленную стоимость с 4 квартала 2018 года по 3 квартал 2019 года, по налогу на прибыль с 2018 года по 2020 год. Указанная недоимка, начисленные штрафы и пени не были погашены, что послужило основанием для обращения Инспекции с заявлением о признании Должника банкротом.

Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что участником должника с долей участия 26 % является ФИО3, которая является матерью ФИО1, соответственно, должник и ответчик являются аффилированными лицами.

Таким образом, в период подозрительности (в преддверии банкротства) с расчётного счета должника осуществлены платежи в пользу аффилированного с ним лица без достаточных правовых оснований с целью вывода активов и уменьшения конкурсной массы, за счет которой возможно погашения требований кредиторов.

Довод апелляционной жалобы о том, что на момент спорных перечислений ФИО3 не являлась участником должника и вошла в состав участников только 30.06.2020г. подлежит отклонению по результатам оценки доказательств по обособленному спору в совокупности. Так, часть платежей охватывается периодом участия матери ответчика в Обществе (с 30.06.2020г. по 24.12.2020г.)

Кроме того, уполномоченный орган указывал в суде первой инстанции, что в соответствии с п.п. 12 п. 1 ст. 31, ст. 90 НК РФ Инспекцией ФНС России №36 по г. Москве составлен протокол № 1/2025 допроса свидетеля ФИО4, бывшего руководителя ООО «Древо Жизни», которая указана на ФИО1 как на одного из бенефициаров должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Кроме того, согласно представленным уполномоченным органом справкам по форме 2-НДФЛ за период с 2018г. по 2021г., ФИО1 получал заработную плату в ООО «Древо Жизни»и являлся исполнительным директором Общества.

Вместе с тем, оспариваемые перечисления содержат назначение платежа «перечисление займа» и «перечисление подотчетной суммы».

Однако, ни договор займа, ни авансовые отчеты в материалы обособленного спора представлены не были, каких-либо пояснений относительно трудовой деятельности в Обществе, обстоятельствах получения и расходования указанных денежных сумм ответчиком не представлено.

При установлении факта аффилированности сторон спорных сделок знание контрагента о противоправной цели должника (субъективная недобросовестность) презюмируется. Соответственно, в рамках настоящего дела именно должник и его контрагент должны опровергнуть соответствующие обстоятельства.

Судом принято во внимание, что согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305-ЭС20-12206, в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр.

Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует о наличии у суда первой инстанции правовых оснований для признания оспариваемых сделок за период с 05.10.2020 по 24.12.2020 недействительными по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы о том, что не установлено наличие пороков, выходящих за пределы квалификации сделки в качестве подозрительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, подлежат отклонению.

Денежные переводы выполнены в период с 18.01.2019 по 04.10.2020г., а заявление о возбуждении дела о банкротстве в отношении должника принято судом 04.10.2023. Таким образом, данные сделки совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, которые могут быть оспорены по общим основаниям ГК РФ. При этом сделки, совершенные за пределами периода подозрительности и оспариваемые на основании статей 10 и 168 ГК РФ, могут быть признаны недействительными, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы квалификации сделки в качестве подозрительной.

Сокрытие имущества от обращения на него взыскания, направленное на причинение вреда кредитору, является недобросовестным поведением (пункт 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд первой инстанции установил незаконную цель обеих сторон сделки, поскольку ФИО1 осведомлен о намерении должника причинить вред имущественным правам кредиторов и сам преследовал аналогичную цель, путем вывода актива (денежных средств) с целью предотвращения обращения на их взыскания, соответственно обе стороны действовали недобросовестно, это свидетельствует о злоупотреблении правами со стороны должника и ФИО1

С учетом всех этих обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии недобросовестного поведения участников сделки (аффилированных между собой лиц должника и ФИО1).

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

В силу положений ст. 61.6 Закона о банкротстве, а также ввиду отсутствия доказательств встречного исполнения со стороны ответчика, суд первой инстанции верно определил, что последствием недействительности оспариваемой сделки, предусмотренным Законом о банкротстве, является односторонняя реституция в виде обязания ответчика возвратить имущество (денежные средства) в конкурсную массу.

Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 июня 2025 по делу № А40-219690/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                     В.В. Лапшина

Судьи:                                                                                             С.Н. Веретенникова

О.И. Шведко