Постановление от 5 июля 2022 г. по делу № А24-6279/2021

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-6279/2021
г. Владивосток
05 июля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 июля 2022 года.


Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.М. Синицыной,

судей Е.А. Грызыхиной, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального унитарного предприятия «Ремжилсервис» Вилючинского городского округа,

апелляционное производство № 05АП-3281/2022

на решение от 11.04.2022 судьи Ю.В. Ищук

по делу № А24-6279/2021 Арбитражного суда Камчатского края

по иску муниципального унитарного предприятия «Ремжилсервис» Вилючинского городского округа (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Вилючинскому городскому округу закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска Камчатского края в лице Администрации Вилючинского городского округа закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска Камчатского края (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третье лицо: Финансовое управление администрации Вилючинского городского округа закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска Камчатского края,

о взыскании 33 356 250,77 рублей,

при участии:

от истца: не явились;

от ответчика: ФИО2, по доверенности от 30.12.2021;

от третьего лица: ФИО2, по доверенности №12-100 от 04.04.2022,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное унитарное предприятие «Ремжилсервис» Вилючинского городского округа (далее – истец, МУП «Ремжилсервис») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к Вилючинскому городскому округу закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска в лице Администрации Вилючинского городского округа закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска Камчатского края (далее – ответчик, Администрация) о взыскании 31 437 284,36 рублей убытков (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 29.03.2021 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечено Финансовое управление администрации Вилючинского городского округа закрытого административно-территориального образования г. Вилючинска Камчатского края.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 11.04.2022 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущен, так как до 01.12.2020 конкурсный управляющий истца не обладал достаточными сведениями о наличии негативных для должника последствиях, вызванных поведением ответчика. По мнению истца, о наличии таких негативных последствий он узнал после получения от Администрации в судебном заседании от 01.12.2020 по делу №А24-1329/2012 сведений, в частности, о том, что спорные дома признаны аварийными и подлежащими сносу. Также полагает, что срок исковой давности по заявленным требованиям не истек ввиду непринятия ответчиком спорного имущества от истца. Считает, что спорное имущество, будучи непринятым его собственником, составляет конкурсную массу истца, в связи с чем в настоящем правовом споре приоритетом обладают специальные нормы законодательства о банкротстве.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.06.2022, заявителю апелляционной жалобы предоставлена отсрочка в уплате государственной пошлины.

До начала судебного заседания через канцелярию суда от ответчика поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ был приобщен к материалам дела. В отзыве ответчик просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседание суда 28.06.2022 истец, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явился, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие указанного лица.

Представитель ответчика на доводы апелляционной жалобы возразил по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, обжалуемое решение счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель третьего лица поддержал правовую позицию представителя ответчика.

Кроме того, представитель ответчика ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительного доказательства – копии Соглашения о взаимодействии сторон по фактическим обстоятельствам от 08.06.2022 с приложениями.

Рассмотрев указанное ходатайство, судебная коллегия, руководствуясь статьей 159, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить указанный документ к материалам дела как представленный в обоснование возражений на доводы апелляционной жалобы.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует их материалов дела, 12.04.2005 между Комитетом по управлению муниципальным имуществом города Вилючинска (собственник) и МУП «Ремжилсервис» (предприятие) был заключен договор № 55 о закреплении (передаче) муниципальной собственности на праве хозяйственного ведения за муниципальным унитарным предприятием.

Предметом данного договора является закрепление муниципального имущества за муниципальным унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения, предназначенного для его деятельности. Передача имущества предприятию производится путем подписания настоящего договора (пункты 1.2 и 1.3 договора).

В соответствии с Перечнем объектов недвижимого имущества, входящего в состав муниципальной казны и переданного МУП «Ремжилсервис» на праве хозяйственного ведения, истцу были переданы жилые помещения (квартиры) в многоквартирных жилых домах, в том числе:

- №№ 8, 37, 59 в МКД №11 по ул. 50 лет ВЛКСМ;

- №№ 8, 21, 43, 52 в МКД №13 по ул. 50 лет ВЛКСМ;

- №№ 7, 11, 12, 35, 36, 38, 41 в МКД №1 по ул. Кобзаря;

- №№ 5, 7, 9, 11, 25, 28, 29, 37, 40, 41, 47 в МКД №3 по ул. Кобзаря,

- №№ 5, 7, 29, 32, 42-47, 58, 62 в МКД №18 по ул. Нахимова (далее – спорные помещения).

Также постановлениями Администрации от 05.10.2012 №1490 и от 05.10.2012№ 1491 МУП «Ремжилсервис» переданы на праве хозяйственного ведения нежилые помещения №35 и №36 в МКД №1 по ул. Кобзаря, поименованные ранее в договоре от 12.04.2005 №55 как жилые помещения.

Постановлениями Администрации от 01.10.2014, от 05.10.2015 №1294, от 01.10.2014 №1249, от 05.10.2015 №1292, 05.10.2015 №1295 вышеуказанные многоквартирные жилые дома признаны аварийными и подлежащими сносу.

Пунктами 2.3 указанных постановлений Администрации Управлению имущественных отношений администрации Вилючинского ГО было предписано в установленный срок осуществить компенсационные выплаты (денежным возмещением) собственникам помещений в многоквартирном доме в связи с утратой помещений.

Постановлениями Администрации от 02.05.2017 №373, №372, №377, №375, №378 в вышеназванные постановления внесены изменения, путем изложения пунктов 2.3 в следующей редакции: «2.3. Осуществить компенсационные выплаты (денежным возмещением) собственникам помещений в многоквартирном доме в связи с утратой помещений, либо по соглашениям с собственниками жилых помещений им могут быть предоставлены взамен изымаемых жилых помещений другие жилые помещения с зачетом их стоимости при определении размера возмещения за изымаемые жилые помещения.».

Постановлениями Администрации от 22.03.2016 №269, от 22.03.2016 №266, от 02.08.2017 №736, от 02.08.2017 №737, от 07.09.2017 №879 спорные многоквартирные жилые дома выведены из эксплуатации.

26.11.2021 истец направил ответчику требование о выплате компенсации в виде стоимости вышеназванных помещений, закрепленных за ним на праве хозяйственного ведения.

Поскольку ответчик компенсационную выплату не произвел, истец обратился в Арбитражный суд Камчатского края с настоящим иском.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьями 16 и 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление №25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно правовой позиции изложенной в пункте 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 №145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» требуя возмещения убытков, истец обязан представить доказательства, обосновывающие противоправность акта, решения или действий (бездействия) органа (должностного лица), которыми истцу причинен вред. При этом бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия такого акта или решения либо для совершения таких действий (бездействия), лежит на ответчике.

Из содержания вышеуказанных положений следует, что основанием для взыскания убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, является наличие состава гражданского правонарушения, включающего в себя следующие условия:

- противоправное деяние органа либо должностного лица публичной власти, то есть издание незаконных актов либо совершение иных незаконных действий (бездействий);

- наличие и размер вреда у потерпевшего;

- причинную связь между противоправным деянием и причиненным вредом,

- вину причинителя вреда.

При этом удовлетворение исковых требований, по общему правилу, возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В обоснование своих требований истец ссылается на несоблюдение Администрацией процедуры изъятия из хозяйственного ведения предприятия спорных помещений ввиду признания МКД, в которых такие помещения расположены, аварийными и подлежащими сносу. По мнению МУП «Ремжилсервис», несоблюдение указанной процедуры лишило его права требовать с муниципального образования компенсации за такие помещения, что повлекло причинение предприятию убытков в размере такой компенсации.

Как следует, из пункта 4 части 2 статьи 56.3 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) решение о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции является основанием для принятия решения об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд.

В свою очередь, в силу статей 235, 239.2 ГК РФ, статьи 32 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд является основанием для отчуждения (изъятия) недвижимого имущества, находящего на изымаемом земельном участке (в том числе, жилого помещения).

В соответствии с частью 2 статьи 32 ЖК РФ изъятие жилого помещения в связи с изъятием земельного участка, на котором расположено такое жилое помещение, для государственных или муниципальных нужд осуществляется в порядке, установленном для изъятия земельного участка для государственных или муниципальных нужд.

Установленный главой VII.1 ЗК РФ порядок изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд, действительно, предусматривает выплату возмещения за изымаемые земельные участки и (или) расположенные на них объекты недвижимого имущества.

В частности, согласно пункту 11 статьи 56.5 ЗК РФ правообладатели изымаемой недвижимости, права которых на земельные участки и (или) объекты недвижимости не были выявлены в порядке, установленном настоящей статьей, имеют право требовать возмещения от лица, которому предоставлены такие земельные участки (за исключением лиц, которым земельные участки предоставлены на праве безвозмездного пользования), либо при отсутствии указанного лица вправе требовать возмещения за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации, казны муниципального образования.

Однако в настоящем случае несоблюдение Администрацией процедуры изъятия из хозяйственного ведения предприятия спорных помещений не повлекло на стороне последнего убытков, так как компенсация за изъятие таких помещений истцу, в любом случае, не предусматривалась, в силу следующего.

Правовая природа института возмещения за изымаемые земельные участки и (или) расположенные на них объекты недвижимого имущества предполагает восполнение их правообладателям тех имущественных потерь, которые они понесли в связи с таким изъятием.

В случае изъятия спорных помещений из хозяйственного ведения предприятия последнее каких-либо имущественных потерь не несет, поскольку какой-либо прибыли от их использования либо распоряжения истец получить не мог ввиду самого факта аварийности таких помещений (доказательств иного в материалах дела не представлено).

Возмещение истцу компенсации за изъятие спорного имущества повлекло бы на стороне муниципального образования двойную имущественную нагрузку, поскольку последнее, наряду с лишением права собственности на принадлежащие ему помещения (в силу их аварийности и сноса), понесло бы дополнительные расходы на возмещение их рыночной стоимости истцу. При такой ситуации был бы нарушен баланс прав и интересов сторон.

Довод апеллянта о правомерности своих требований со ссылкой то, что спорное имущество, будучи непринятым его собственником, составило конкурсную массу истца и подлежало реализации в целях удовлетворения требований кредиторов, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно абзацу 2 пункта 5 статьи 132 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) жилищный фонд социального использования подлежит передаче собственнику такого жилищного фонда.

В силу пункта 6 статьи 132 Закона о банкротстве передача социально значимых объектов, указанных в пункте 5 этой статьи, и жилищного фонда социального использования соответственно в муниципальную собственность и собственнику жилищного фонда социального использования осуществляется без каких-либо дополнительных условий.

В соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 19 ЖК РФ жилищный фонд социального использования – это совокупность предоставляемых гражданам по договорам социального найма жилых помещений в государственном и муниципальном жилищных фондах, а также предоставляемых гражданам по договорам найма жилищного фонда социального использования жилых помещений государственного, муниципального и частного жилищных фондов.

Как видно из материалов дела и не оспаривается сторонами спора, спорные помещения (кроме нежилых помещений №35 и №36 в МКД №1 по ул. Кобзаря) представляют собой жилищный фонд социального использования, в связи с чем на основании статьи 132 Закона о банкротстве в состав конкурсной массы не включаются и подлежат передаче собственнику (ответчику).

В частности, представленным в материалы дела соглашением о взаимодействии сторон по фактическим обстоятельствам от 08.06.2022 стороны договорились о следующем.

В целях урегулирования спора, рассматриваемого в рамках обособленного спора по делу о банкротстве МУП «Ремжилсервис» №А24-1329/2012, Вилючинский городской округ ЗАТО г. Вилючинск Камчатского края, являющийся титульным собственником муниципального имущества, подтверждает, что фактически помещения, указанные в приложении к настоящему соглашению, относились (относятся) к объектам жилищного фонда социального использования и подлежали передаче из хозяйственного ведения МУП «Ремжилсервис» в казну Вилючинского городского округа в порядке пункта 5 статьи 132 Закона о банкротстве.

Настоящим соглашением стороны признают, что фактическое принятие Вилючинским городским округом ЗАТО г. Вилючинск Камчатского края переданного МУП «Ремжилсервис» муниципального жилищного фонда социального использования, указанного в приложении к настоящему Соглашению было осуществлено в период 2015 - 2022 годы.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019, была высказана правовая позиция (со ссылкой на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 №8-П) о том, что заинтересованные лица, в частности арбитражный управляющий, вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, с требованием к собственнику имущества о компенсации уменьшения конкурсной массы в связи с прекращением права хозяйственного ведения с учетом того, что социальное предназначение данных объектов является таким обременением, которое снижает их рыночную стоимость.

Однако такая правовая позиция распространяется исключительно на то имущество, за счет которого кредиторы в отсутствие установленных законом ограничений его оборотоспособности в принципе могли бы получить удовлетворение своих требований к должнику, но ввиду изъятия соответствующих объектов в пользу муниципалитета таковой возможности лишились. То есть в отношении имущества, которое должник мог бы реализовать и получить выручку.

Аналогичный вывод был сделан в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 03.12.2021 №Ф06-10400/2021 по делу №А72-2905/2019.

Спорный жилищный фонд социального использования был передан должнику не в целях его использования для извлечения прибыли, а, напротив, для его содержания, что предполагает несение должником соответствующих издержек. Иного истцом не доказано.

Таким образом, учитывая, что Законом о банкротстве установлен особый порядок в отношении жилищного фонда социального использования, который подлежит передаче тому собственнику, в чьей собственности он находится, и эти помещения не могут включаться в состав конкурсной массы, а также реализации с целью погашения кредиторской задолженности должника, необходимо признать, что их передача муниципальному образованию должна осуществляться в прямом соответствии с пунктом 6 статьи 132 Закона о банкротстве, то есть без каких-либо дополнительных условий.

Кроме того, как было указано выше, какой-либо прибыли от использования и реализации спорных помещений истец получить не мог ввиду их аварийности.

Таким образом, правовые и фактические основания для взыскания истцом компенсации за уменьшение своей конкурсной массы в настоящем деле также отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах, в настоящем споре такое условие наступления деликтной ответственности в виде возмещения убытков как наличие у предприятия самих убытков не были доказаны истцом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о пропуске истцом срока исковой давности в силу следующего.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» (далее – постановление №43), установлено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу статьи 196 АПК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Также в пункте 16 постановления №43 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В силу пункта 5 статьи 4 АПК РФ срок, установленный для проведения обязательной процедуры (претензионный порядок), равен тридцати календарным дням со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019 (далее – Обзор №1 (2019)), из системного толкования пункта 3 статьи 202 ГК РФ и части 5 статьи 4 АПК РФ следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Поскольку 26.11.2021 истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия, ответ на которую не поступил, то с указанной даты течение срока исковой давности было приостановлено на тридцать календарных дней.

Таким образом, поскольку настоящее исковое заявление подано в Арбитражный суд Камчатского края посредством системы «Мой арбитр» 28.12.2021, то с учетом трехлетнего срока исковой давности, который был приостановлен на тридцать календарных дней, истец имеет право требовать взыскания заявленных убытков, только если узнал о нарушении своего права 28.11.2018 или позднее.

Определяя начало течения срока исковой давности, суд апелляционной инстанции установил, что обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование своих убытков (в настоящем случае – несоблюдение Администрацией процедуры изъятия спорных помещений ввиду их аварийности) были известны последнему задолго до 28.11.2018, в силу следующего.

Как было установлено выше, спорные многоквартирные жилые дома были признаны аварийными и подлежащими сносу постановлениями Администрации от 01.10.2014, от 05.10.2015 №1294, от 01.10.2014 №1249, от 05.10.2015 №1292, 05.10.2015 №1295.

Вопреки доводу истца, сведения об официальном опубликовании отсутствуют только в отношении постановлений от 01.10.2014, от 05.10.2015 №1294. В отсутствии доказательств того, что такие постановление надлежащим образом опубликованы не были, суд апелляционной инстанции не принимает позицию истца обратном.

Остальные постановления были опубликованы в официальном печатном издании Администрации газете «Вилючинская газета» №39 (1167) 13.10.2015 и на официальном сайте Администрации в сети Интернет 04.10.2015 и 05.10.2015.

В этой связи данные муниципальные акты презюмируются общеизвестными.

Таким образом, о факте существования тех обстоятельств, которые легли в основу настоящих исковых требований, истец должен был знать с момента опубликования постановлений Администрацией о признании спорных МКД аварийными и подлежащими сносу, то есть не позднее 2016 года.

Кроме того, как было указано выше, постановлениями Администрации от 22.03.2016 №269, от 22.03.2016 №266, от 02.08.2017 №736, от 02.08.2017 №737, от 07.09.2017 №879 спорные многоквартирные жилые дома выведены из эксплуатации, и истец, являясь владельцем спорных помещений, находящихся в этих домах, на основании договора №55 от 12.04.2005 о закреплении (передече) муниципального имущества на праве хозяйственного ведения, не мог не знать об этом обстоятельстве.

При изложенных обстоятельствах, апелляционная коллегия приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности, что в силу статьи 199 ГК РФ, пункта 15 постановление №43, является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях.

Довод истца о том, что началом течения срока исковой давности по настоящим требованиям является дата получения от Администрации сведений в рамках дела №А24-1329/2012, в частности, о том, что спорные дома признаны аварийными и подлежащими сносу (01.12.2020), подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку статья 200 ГК РФ связывает начало течения такого срока не только с моментом фактического осведомления истца о нарушении своего права, но и с моментом, когда истец должен был узнать о таком нарушении.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, установление в законе общего срока исковой давности, то есть срока для защиты интересов лица, право которого нарушено, а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота (определения от 25.02.2010 №266-О-О, от 25.01.2012 №241-О-О, от 24.01.2013 №66-О, от 21.03.2013 №450-О, от 29.03.2016 №548-О, от 28.02.2017 №392-О и др.).

Следовательно, абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ как сам по себе, так и с учетом разъяснения, содержащегося в пункте 15 постановления №43, не может расцениваться как нарушающий какие-либо конституционные права и свободы заявителя.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 07.09.2020 №78-КГ20-25-К3 также изложила правовую позицию, что такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и о защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Апелляционная коллегия считает необходимым отметить, что в настоящем случае отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на объекты недвижимого имущества не имеет правового значения для рассмотрения данного спора, поскольку факт передачи предприятию спорного имущества документально подтвержден, имущество находилось в законном владении предприятия и право хозяйственного ведения на него могло быть зарегистрировано в любое время, в том числе и с использованием механизма, установленного пунктом 3 статьи 551 ГК РФ, поскольку действующее законодательство не устанавливает сроков совершения действий по государственной регистрации права хозяйственного ведения и последствий их несовершения в какой-то определенный срок.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 01.08.2018 N 307-ЭС18-10704 по делу №А05-6914/2014.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Поскольку апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, а заявителю при ее подаче на основании определения Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, то на основании статьи 110 АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход федерального бюджета также подлежат взысканию 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 11.04.2022 по делу №А24-6279/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Ремжилсервис» Вилючинского городского округа в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.


Председательствующий


С.М. Синицына


Судьи

Е.А. Грызыхина


С.Б. Култышев