Постановление от 6 мая 2024 г. по делу № А27-13554/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



город Томск Дело № А27-13554/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 6 мая 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С.,

судей Логачева А.Ю.,

Михайловой А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дубаковой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-9072/2021(4)) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 по делу № А27-13554/2021 (судья Дорофеева Ю.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская Транспортная компания» (ИНН <***>; ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего к ФИО1 об оспаривании сделок,


при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 18.04.2024, паспорт,

от конкурсного управляющего – ФИО3 по доверенности от 19.06.2023, паспорт,



УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская Транспортная компания» (далее – ООО «СТК», должник) конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделками платежи, совершенные ООО «СТК» за ФИО1 (далее – ФИО1, апеллянт) в период с 10.12.2019 по 30.01.2020 в размере 49 242,04 рублей. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 49 242,04 рублей. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 рублей госпошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СТК» в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указано на отсутствие оснований для оспаривания платежей по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Заявитель отмечает, что на момент совершения платежей у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности (в публичных источниках). Ссылается на отсутствие признаков аффилированности с должником, бывшим супругом ФИО4; неосведомленность об ущемлении интересов кредиторов должника/ финансовых проблемах ООО «СТК». ФИО1 указывает, что не возлагала на должника обязанностей по совершению платежей в пользу КУМИ Ленинск-Кузнецкого городского округа; платежи совершались без ее ведома. Считает, что судом не применена статья 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Полагает, что суд необоснованно отклонил заявление о пропуске срока исковой давности.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) конкурсный управляющий ООО «СТК» ФИО5 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего – ФИО3 настаивала на позиции, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 26.01.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

28.04.2023 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными сделками платежей, совершенных должником за ФИО1 в пользу третьих лиц, в период с 10.12.2019 по 30.01.2020 в размере 49 242,04 рублей.

В качестве правовых оснований требований финансового управляющего указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что платежи за аффилированное лицо ФИО1 в размере 49 242,04 рублей являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 Постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания платежей недействительными сделками, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим в процедуре установлено перечисление с расчетных счетов счета должника за ФИО1 в пользу третьих лиц:

- 10.12.2019 с назначением платежа «Оплата по письму № 147 от 30.10.2019 … <...>», «Оплата по письму № 148 от 30.10.2019 … <...>», «Оплата по письму № 149 от 30.10.2019 … <...>» на общую сумму 12 442,01 рублей;

- 10.12.2019 с назначением платежа «….<...>», «….<...>», «….<...>» в общем размере 6 848,51 рублей;

- 30.01.2020 с назначением платежа «….<...>», «<...>», «<...>» на общую сумму 6 848, 51 рублей;

- 30.01.2020 с назначением платежа «Оплата по письму № 148 от 30.10.2019 … <...>», «Оплата по письму № 147 от 30.10.2019 ….г.Ленинский-Кузнецкий, ул. Топкинская, 15/8», «Оплата по письму № 149 от 30.10.2019 … <...>» на общую сумму 17 773,01 рублей.

В дело представлены письма, поименованные «Гарантийное письмо» и адресованные председателю Комитета по управлению муниципальным имуществом Ленинск-Кузнецкого городского округа.

В Гарантийных письмах должник, указывая, что является арендатором нежилых зданий, принадлежащих ФИО1, а именно здание склада по адресу: г.ЛенинскКузнецкий, ул. Топкинская, 15/8 (письмо № 147), здания гаража по адресу: г.ЛенинскКузнецкий, ул. Топкинская, 15/6 (письмо № 148), здания мойки по адресу: г.ЛенинскКузнецкий, 15/7 (письмо № 149), обязуется в добровольном порядке оплатить задолженность ФИО1 по оплате фактического использования земельного участка под этими объектами в размере 71 077, 17 руб., 71 032, 49 руб., 71 166, 51 руб. соответственно согласно приведенным графикам.

Размер произведенных выплат должником за ФИО1 в декабре 2019 и январе 2020 годов соответствует размеру оплат, отраженных в графиках выплат по Гарантийным письмам № 147, № 148, № 149 от 30.11.2019.

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 12.07.2021. Таким образом, оспариваемые платежи совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором, требование которого включено в реестр и не погашено до настоящего момента:

- перед уполномоченным органом. Определением суда от 24.11.2021 установлено начало формирования задолженности по уплате налога на прибыль с 2019 года, требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов должника. Доказательств того, что эта задолженность не оплачена по иным причинам, нежели недостаточность денежных средств, не представлено;

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Доказательств, подтверждающих наличие у должника на момент совершения оспариваемых платежей денежных средств либо иных активов в размере, достаточном для погашения задолженности перед соответствующими кредиторами, не представлено.

Учитывая изложенное, апелляционный суд исходит из того, что должник на момент совершения оспариваемых платежей отвечал признаку неплатежеспособности.

Доводы апелляционной жалобы о неосведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, отклоняются судом апелляционной инстанции, как необоснованные.

Согласно выписке из Единого реестра юридических лиц участниками должника с 27.02.2017 с долей участия 99% является ООО «Профинтерстар», с 09.04.2018 с долей участия 1% ФИО6

Единственным участником ООО «Профинтерстар» в период с 16.04.2014 по дату смерти 18.10.2020 являлся ФИО4.

Решением Центрального районного суда г. Кемерово от 03.08.2021 № 2-2418/2021 установлено, что ФИО4 и ФИО1 (ответчик по настоящему спору) в период с 30.03.1996 по 17.09.2016 находились в зарегистрированном браке, в котором рождены двое детей.

Указанное решение Центрального районного суда г. Кемерово вынесено по исковому заявлению ФИО1 об определении супружеской доли в наследственном имуществе, выделе супружеской доли из наследственного имущества и признании права собственности.

В решении изложены исковые требования, в которых ФИО1 указывала, что: «ФИО4 содержал детей, помогал материально, ФИО1 по мере необходимости оказывала помощь в ведении хозяйства, что подтверждается, в том числе, заключением договора поручительства, заключением договора залога в обеспечении обязательства» (абзац первый третьей страницы решения).

Приведенные обстоятельства в совокупности с тем, что должник, находясь под контролем ФИО4, осуществлял за ФИО1 платежи в 2019, 2020 году, подтверждают доводы конкурсного управляющего относительно наличия фактической аффилированности между должником и ФИО1 в период совершения оспариваемых сделок. Обратного не представлено.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

При заинтересованности сторон сделки к ним должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При оспаривании действий должника по осуществлению платежей, в том числе по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судам, прежде всего, необходимо установить наличие у должника гражданско-правового обязательства, на прекращение которого были направлены совершенные платежи.

С целью реализации повышенного стандарта доказывания суд предложил ответчику представить: документы, на основании которых должник производил перечисление денежных средств по спорным сделкам; дополнительные соглашения к договорам аренды; доказательства передачи помещений в аренду и их возврата; счета, выставленные должнику для оплаты аренды и расшифровку коммунальных платежей к ним; оригиналы документов, а также ответа КУМИ на запрос.

В обоснование возмездности платежей ФИО1 ссылается на договоры аренды № 01/2019 от 01.01.2019, № 02/2019 от 01.01.2019, № 03/19 от 01.01.2019, заключенные с должником (арендатором). По условиям которых, арендодатель (ФИО1) передает должнику во временное владение и пользование: - нежилое здание площадью 1217,9 кв.м., по адресу: <...> (договор аренды № 01/2019 от 01.01.2019); - нежилое здание 552 кв.м., по адресу: <...> (договор аренды № 02/2019 от 01.01.2019); - нежилое здание 838,7 кв.м, по адресу: <...> (договор аренды № 03/2019 от 01.01.2019).

В пункте 1.3 Договоров аренды содержится условие, что за пользование имуществом арендатор уплачивает арендодателю арендную плату, указанную в дополнительном соглашении к договорам.

Копии дополнительных соглашений от 01.01.2019 к договорам аренды № 01/2019, № 03/2019 представлены ФИО1 14.01.2024. Дополнительное соглашение к договору аренды № 02/2019 на протяжении всего срока рассмотрения спора (с 10.05.2023 по 19.02.2024) не представлено.

В пункте 1 Дополнительных соглашений от 01.01.2019 к договорам аренды № 01/2019, № 2/2019 отражено, что арендная плата за пользование имуществом, указанным в Договоре аренды, устанавливается в размере 100 рублей за один квадратный метр в месяц.

Следовательно, применяя установленные пунктом 1 Дополнительных соглашений от 01.01.2019 к договорам аренды ставок, по договору аренды № 01/2019 ежемесячный размер арендной платы для нежилого помещения 1217,9 кв.м. должен составить 121 790 рублей; для нежилого здание 838,7 кв.м.- 83 870 рублей, из которых в соответствии с пунктом 1.6 договоров аренды подлежала оплата за пользование имуществом, земельным участком, услуги ЖКХ (электричество, вода, и т.д.).

Согласно пояснениям ФИО1, коммунальные платежи платились напрямую в коммунальные службы должником либо субарендаторами имущества, счета отдельно не выставлялись. Счета, выставленные на оплату арендных платежей, не сохранились.

Вместе с тем, конкурсному управляющему ни руководителем должника, ни мажоритарным участником ООО «Профинтерстар», в котором участником является сын ФИО1, счетов на оплату арендных платежей не передано, доказательств осуществления должником оплаты коммунальных платежей за ФИО1 в деле нет, равно как и доказательств передачи арендованного имущества в субаренду и получения от субарендаторов платежей.

ФИО1, являясь собственником трех объектов недвижимого имущества, не представила доказательств оплаты за электричество, тепло- и водоснабжение либо наличие задолженности по оплате полученных ресурсов. Доказательств заключения должником как арендатором договоров с ресурсоснабжающими организациями, ФИО1 как собственник этого имущества, также не представила.

ФИО1 в пояснениях от 14.01.2024 указала, что должник за аренду помещений так и не заплатил. После смерти ФИО4 ей стало известно, что должник находится в процедуре банкротства.

Однако в пункте 4.5 договоров аренды отражено, что одностороннее расторжение договора допускается в случае невнесения арендной платы более двух месяцев подряд.

Согласно пункту 4.1 договоров аренды от 01.10.2019 № 01/2019, № 02/2019, №03/2019 срок их действия с 01.01.2019 по 30.06.2019. В соответствии с пунктом 4.2 договоров, если за один месяц до истечения срока действия договоров аренды ни одна из сторон его не заявит о своем намерении не продлевать аренду по договору или заключить новый договор аренды на существенно иных условиях, договор автоматически продлевается (пролонгируется) каждые последующие шесть месяцев. По истечении срока договоров аренды арендатор имеет преимущественное право на возобновление договора (пункт 4.3 договоров).

Исходя из доводов ФИО4 арендная плата должником не уплачивалась, вместе с тем, доказательств того, что в такой ситуации ФИО4 в соответствии с пунктом 4.2 договоров сообщила должнику об отсутствии намерения продления срока договоров на следующие шесть месяцев с 01.07.2019 и далее не представлено, равно как и доказательств истребования по суду имеющейся задолженность.

Кроме того, в ситуации накопления задолженности по арендной плате ФИО1 не сохранила документы, подтверждающие наличие задолженности, что также не соответствует обычному поведению любого другого участника гражданский отношений, имеющего реальные права требования к лицу.

Довод ФИО1 относительно не истребования задолженности от должника исходя из того, что ФИО4 скончался 18.10.2020, а должник вошел в процедуру банкротства сами по себе не состоятельны.

В материалы дела представлен Договор доверительного управления наследственным имуществом от 06.11.2022, согласно которому в доверительное управление ФИО7 (совместного сына ФИО4 и ФИО1, что следует из записи акта гражданского состояния № 278 от 30.30.1996) переданы доли в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью, а также в ООО «Профинтерстар», где единственным участником являлся умерший ФИО8, которое, в свою очередь, является мажоритарным участником должника с долей участия 99% доли в уставном капитале.

В такой ситуации, очевидно, что ФИО1, являясь матерью ФИО7, об этих обстоятельствах знала, следовательно, при наличии реальной задолженности должника по аренде нежилых помещений имела объективную возможность потребовать ее оплаты. Вместе с тем, ни до даты возбуждения дела о банкротстве, ни в ходе процедуры банкротства должника задолженность ФИО1 не истребовалась. Иного не представлено.

Кроме того, ФИО4 скончался 18.10.2020, в то время как дело о банкротстве должника возбуждено 12.07.2021. Обстоятельств, препятствующих взысканию задолженности по договорам аренды в этот период, не представлено.

При этом гарантийные письма датированы 30.10.2019, в то время как в копиях договоров аренды срок их действия указан с даты подписания – 01.01.2019.

ФИО1, указывая на наличие задолженности должника по оплате арендных платежей, не указывает ни период образования задолженности, ни ее размер.

Если в такой ситуации исходить из даты гарантийных писем (30.10.2019) и даты договоров аренды (01.01.2019), предполагая отсутствие задолженности должника по аренде за период с 01.01.2019 по 30.10.2019 в связи с отсутствием доказательств выражения ФИО1 намерения продлевать срок договора аренды на период с 01.07.2019 в связи с отсутствием оплат со стороны должника (срок действия договоров аренды с 01.01.2019 по 30.06.2019 по пункту 4.1 договоров) и при отсутствии доказательств расторжения по этим основаниям договоров аренды, установить оплату аренды должником в пользу ФИО1 хотя бы части стоимости аренды в виде платы за пользование имуществом также не представляется возможным. В выписках по счетам должника отсутствуют такие перечисления в пользу ФИО1, в кассе должника каких-либо выплат ФИО1 также не имеется.

Конкурсный управляющий должником указал, что ему договоры аренды нежилых помещений с ФИО1 в ходе процедуры не передавались, копии этих документов представлены 19.12.2023 спустя семь месяцев с даты начала рассмотрения спора судом. Конкурсный управляющий ставит под сомнение представленные копии документов, указывая, что во всех копиях идентичное расположение и наклон подписей и печатей, печати имеют не ясную прорисовку, идентичное отсутствие заполненного рельефа оттиска.

07.02.2024 ФИО1 представлен ответ КУМИ, в котором отражено поступление от должника гарантийных писем за ФИО1 по оплате фактичекского пользования земельными участками.

Оригиналы договоров займа и дополнительных соглашений к ним не представлены. Также как и доказательства наличия каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, устраняющих все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Проверить в независимых к должнику, ФИО1 источниках реальность взаимоотношений по аренде нежилых помещений не представляется возможным, конкурсному управляющему таких документов не передано, представленные в настоящий спор документы представлены в копиях.

Отражение в Гарантийных письмах от 30.10.2019, адресованных КУМИ Ленинск-Кузнецкого городского округа, самим должником, что он является арендатором нежилых помещений само по себе не является доказательств наличия арендных отношений между должником и ФИО1 Доказательств представления копий договоров аренды нежилых помещений КУМИ не представлено.

При таких обстоятельствах, разумные сомнения в реальности отношений сторон не устранены.

Правоотношения, складывающиеся между добросовестными участниками гражданского оборота, предполагают оформление юридических фактов логически последовательными и непротиворечивыми по содержанию документами, которые не вызывают сомнений в реальности правоотношений.

В рассматриваемом случае, таких документов не представлено.

Оснований, по которым должник производил оплату задолженности за ФИО1 в 2019, 2020 годах в пользу третьих лиц, не установлено. Документы, свидетельствующие о компенсации имущественной массе должника ФИО1 выбывших денежных средств, не представлено.

Указанные выше обстоятельства в совокупности свидетельствуют о недоказанности ответчиком существования договорных правоотношений по аренде нежилых помещений (статья 65 АПК РФ) с учетом возникновения у суда обоснованных сомнений в возмездности оспариваемых платежей.

Доводы апеллянта сводятся лишь к отрицанию данного факта.

Спорными платежами причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку их совершение уменьшило объем конкурсной массы должника, за счет которого возможно погашение задолженности.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии оснований недействительности оспариваемых платежей, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и не усматривает оснований для отмены определения суда от 29.02.2024.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы о пропуске срока исковой давности, с учетом положений пункта 1 статьи 179, статьи 181 ГК РФ, части 1 статей 61.8, 61.9 Закона о банкротстве, пункта 32 Постановления № 63, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Как верно установлено судом первой инстанции, по результатам проведения процедуры наблюдения временным управляющим 17.12.2021 в 05:36 мск в электронном виде представлены материалы по проведению процедуры. В том числе ответы организаций, государственных органов на запросы временного, среди которых отсутствуют выписки по счетам должника (приложение № 15 к документам от 17.12.2021).

В анализе финансового состояния, выполненного временным управляющим (приложение № 11 к документам от 17.12.2021), отражено, что анализ проведен на основании ответов регистрирующих и контролирующих органов, заявлений кредиторов, определения арбитражного суда от 09.08.2021 по настоящему делу (страница 3 анализа). Документация должника в копиях для проведения анализа временному управляющему не передавалась.

Таким образом, при утверждении ФИО5 конкурсным управляющим в деле о банкротстве должника (26.01.2022), он не получал от временного управляющего копии первичных бухгалтерских документов, из которых возможно было установить наличие оспариваемых сделок, которые временному управляющему должником также не передавались.

Конкурсным управляющим затребованы в налоговом органе сведения об открытых, закрытых счетах. После получения необходимых сведений истребованы выписки по счетам в кредитных организациях, в которых у должника имелись расчетные счета – ПАО «Альфа Банк», ПАО «Банк ВТБ». Выписки поступили в адрес конкурсного управляющего 27.06.2022 и 09.09.2022 соответственно.

Спорные выписки содержали операции по перечислению оспариваемых платежей.

При этом наличие выявленных управляющим перечислений сами по себе не свидетельствуют о получении управляющим всей полноты информации для анализа этих сделок и их оспаривания, поскольку руководителем не передана документация, подтверждающая факты хозяйственной деятельности.

В ходе конкурсного производства руководитель должника также не передал конкурсному управляющему всю документацию и имущество, что установлено вступившим в силу определением от 07.09.2022.

Ранее получения первичной документации должника (сентябрь 2022 года) установить безосновательность спорных перечислений невозможно. Более того, как установлено определением суда от 29.01.2024, касса должника за 2018-2020 годы передана конкурсному управляющему в ноябре 2023 года, в базе данных которой также отсутствуют сведения о наличии хозяйственных отношений с ФИО1, в счет которых могли быть произведены спорные платежи.

Договоры аренды, на которые ФИО1 ссылается как основание осуществления должником спорных платежей, представлены в материалы дела 19.12.2023, в то время как извещение о начавшемся процессе ответчица получила лично 18.07.2023, о чем свидетельствует почтовое уведомление № 65097183645316.

Следовательно, срок исковой давности для конкурсного управляющего ФИО5, впервые утвержденного в настоящем деле для проведения процедуры конкурсного производства 26.01.2022, по состоянию на дату подачи рассматриваемого заявления (28.04.2023) не истек при его исчислении как с сентября 2022 года (даты получения документации от ООО «Профинтерстар»), и не начал течь, если исходить из того, что последние документы должника (касса) поступила в ноябре 2023 год, а копии договоров аренды с ФИО1 - 19.12.2023, в том числе и в отношении дополнительно заявленных 29.11.2023 требований, в отношении которых ФИО1 отдельного заявления об истечении срока исковой давности не заявлено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.02.2024 по делу №А27-13554/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


ФИО9




А.П. Михайлова