Постановление от 25 марта 2019 г. по делу № А27-11997/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А27-11997/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2019 года. Постановление изготовлено в полном объеме 25 марта 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Фроловой Н.Н. судей Кудряшевой Е.В.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 ( № 07АП-1722/2018(2)) на определение от 26.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Дорофеева Ю.В.) по делу № А27-11997/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограничен- ной ответственностью «Жилищная компания-1» (г. Киселевск Кемеровской области, ИНН <***> ОГРН <***>) по заявлению конкурсного управляющего ФИО3, город Прокопьевск Кемеровской области к ФИО2, город Киселевск Кемеровской области, к ФИО4, город Киселевск Кемеровской области о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: лично, паспорт, ФИО5, по доверенности от 06.10.2017 (сроком на 10 лет), удостоверение адвоката,

от конкурсного управляющего ФИО3: ФИО3, паспорт; от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением от 15.11.2016 Арбитражного суда Кемеровской области, общество с ог- раниченной ответственностью «Жилищная компания-1» (далее – ООО «Жилищная компания-1», должник), признано банкротом, в отношении него открыто конкурс- ное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждён Курмашев Олег Петрович.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 19.11.2016, раз- мещены на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве 16.11.2016.

Конкурсный управляющий 22.11.2017 обратился в суд с заявлением, уточнен- ным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО2 и ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Заявитель просит в случае, если допущенные контролирующим лицом (несколькими лицами) нарушения явились объективной причиной банкротства, взыскать солидарно с от- ветчиков по 15 579 058, 44 руб. на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Если применению подлежит статья 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности подлежит определению исходя из размера обязательств, возникших в 25.03.2015 по 15.06.2016, и равен для ФИО2 736 109, 76 руб., для ФИО4 – 1 228 383, 01 руб. В случае, если суд признает, что в рассматриваемом деле отсутствуют основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на наличие оснований для взыскания с ФИО2 убытков в размере 15 579 058, 44 руб.

Определением от 26.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области суд признал установленными основания для привлечения ФИО2, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жилищная компания-1» по статье 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Приостановил производство по заявлению в этой части до окончания расчетов с кредиторами. От- казал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к ответственности ФИО4

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что исходя из правоприменительных подходов, изложенных в поста- новлениях Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, в условиях цифровой

прозрачности для кредиторов сведений о размере неисполненных обязательств должника, размере его активов, не подача заявления о своем банкротстве не может умалить их интересы, поскольку цель последующего привлечения к ответственности руководителя, является предотвращение вступления в правоотношения с непла- тежеспособной организацией. Признаки объективного банкротства возникли у должника в марте 2015, следовательно, деятельность Сергеевой И.С. в качестве руководителя должника до марта 2012 года вообще не должна учитываться. Обстоятельства заключения вменяемых сделок не доказывают наличие оснований для привлечения Сергеевой И.С. к ответственности, исполнение данных сделок не привело к банкротству.

Конкурсный управляющий, уполномоченный орган, ФИО4, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пред- ставили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Конкурсный управляющий ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рас- смотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность оп- ределения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, решением от 15.11.2016 Арбитражного суда Кемеровской области, ООО «Жилищная компания-1», признано банкротом, в от- ношении него открыто конкурсное производство.

Дело о банкротстве возбуждено определением от 15.06.2016 по заявлению ООО «Киселевская объединенная тепловая компания».

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц должник создан 06.12.2002 с основным видом деятельности - Управление эксплуа- тацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

В период с 05.08.2011 по 05.10.2015 единственным участником должника и единоличным исполнительным органом являлась ФИО2, с 05.10.2015 по 08.11.2016 – ФИО4

24.02.2015 судебным приставов-исполнителем по особо важным исполни- тельным производствам УФССП России по Кемеровской области возбуждено ис- полнительное производство № 6631/15/42034-ИП на основании исполнительного листа Арбитражного суда Кемеровской области от 20.02.2014 по делу № А27- 17532/2013 на взыскание с должника в пользу ООО «Угольная промышленная компания» 17 696 187, 57 руб. В ходе исполнительных действий счета должника аре- стованы и его деятельность была фактически парализована.

Полагая, что не позднее 24.03.2015, должник обязан был обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, вместе с тем обязанность должником исполнена не была, что привело к наращиванию его обязательств перед ресурсоснабжающими организациями, налоговым органом, кроме того ФИО2 были заключены сделки, приведшие к невозможности восстановления деятельности предприятия и к его банкротству, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с данным заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исхо- дил из доказанности оснований для привлечения ФИО2 к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, и за доведение до банкротства, повлекшее невозможность полного погашения требований кредиторов. При этом оснований для привлечения к ответственности ФИО4 не установлено.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодатель- ству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по прави-

лам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением 22.11.2017, следовательно, при рассмотрении данного спора судом правильно применены процессуальные нормы Закона о банкротстве, в редакции Закона N 266-ФЗ, вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет- портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017.

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершен- ных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Прези- диума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодатель- ные акты Российской Федерации" (далее - Закон № 73-ФЗ), согласно которым по- ложения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73- ФЗ.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально- правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), то есть в рассматриваемом обособленном споре подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ.

Как следует из материалов дела, признак неплатежеспособности должника наступил в связи с предъявлением ООО «Угольная промышленная компания» к исполнению исполнительного листа по делу № А27-17532/2013 - 24.02.2015.

Следовательно, обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании банкротом в силу статьи 9 Закона о банкротстве подлежала исполнению ФИО2 не позднее 25.03.2015.

Вместе с тем, данная обязанность ФИО2 в установленный срок не исполнена.

Ссылки подателя жалобы о том, что ФИО2 узнала о парализации рас- чётов организации к концу марта 2015 года, следовательно, срок, предусмотрен- ный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, истек к концу апреля 2015 года, судом апелляционной инстанции признается несостоятельным.

Согласно представленным в материалы дела пояснениям ФИО6, со- держащихся в отзывах на заявление управляющего, обосновывая необходимость заключения 26.02.2015 с ООО «ЖК «Комфорт-Плюс» договора на оказание услуг по содержанию, обслуживанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов и его исполнения, указала, что в этот период должник уже не располагал трудовым коллективом (т. 25 л.д. 99) и указала, что «Парализация расчетов должника вследствие предъявления к исполнению исполнительного листа по делу № А27- 17532/2013 сделала невозможным выполнение должником своих обязанностей работодателя по регулярной выплате заработной платы работникам ООО «ЖК-1». Поэтому, для недопущения массового увольнения и продолжения содер- жания общедомового имущества в 121м МКД, бывшим руководителем должника ФИО2 было принято безальтернативное социально ответственное решение сохранить рабочие места путем перевода работников должника в ООО «ЖК «Комфорт-Плюс»» (т. 26 л.д. 4).

Следовательно, исходя из мотивов перевода работников должника, изложен- ных ФИО2 в отзыве от 20.06.2018, последняя уже 26.02.2015 знала о предъявлении исполнительного листа по делу № А27-17532/2013 на исполнение в кредитные организации, в связи с чем, счета должника были «парализованы».

Таким образом, уже на 26.02.2015 ФИО2 должна была, очевидно, по- нимать невозможность продолжения должником хозяйственной деятельности соб- ственными силами.

Доказательств обратного в материалах дела ФИО2 не представлено.

В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена не- сколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон свя- зывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают со- лидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Дело о банкротстве должника возбуждено определением от 15.06.2016.

Апелляционный суд, поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что в размер субсидиарной ответственности ФИО2 за неподачу заявления о признании должника банкротом подлежат включению обязательства, возникшие с 25.03.2015 по 15.06.2016.

Как следует из материалов дела, в указанный период у должника возникли обязательства перед:

- ОАО «Кузбассэнергетическая сбытовая компания» за апрель 2015 года, взы- сканная решением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.08.2015 по делу № А27-11587/2015 в размере 74 254, 13 руб. долга и 2 970 руб. государственной по- шлины (требования установлены в реестр требований кредиторов должника определением от 07.03.2017);

- перед ООО «Киселевская объединенная компания» за апрель 2015 года, взы- сканные решениями Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27- 11596/2015 в размере 2 109 723, 91 руб. долга, № А27-5528/2016 в размере 295 625, 98 руб. долга, а также пени (требования включены в реестр требований кредиторов определением от 05.06.2017);

- перед уполномоченным органом по пени по НДС за июль-октябрь 2015 года в размере 74, 20 руб.; НФДЛ за период с декабря 2011 года по декабрь 2013 года в размере 559 486, 21 руб.;

- по УСН за 2 квартал, 9 месяцев, 2015 год в размере 75731 руб. (включены в реестр требований кредиторов определением от 11.10.2016);

- по государственной пошлине по делу № А27-11596/2015 от 17.08.2015 в размере 15322 руб., А27-15974/2015 от 19.10.2015 в размере 2 000 руб.

Доводы заявителя жалобы о том, что судом не учтено, что ресурсоснабжаю- щие организации знали о неплатёжеспособности должника, в связи с чем, неподача заявления в суд в установленный срок не нарушило их права, судом апелляционной инстанции отклоняются, так как основаны на неверном толковании норм права.

Исходя из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, 10 изложен- ных в абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которым по об- щему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполно- моченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по де- ликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 ГК РФ, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Кредиторы управляющей компании, являясь ресурсоснабжающими организа- циями, зная о неисполнении управляющей компанией своих обязательств абонента по оплате потребленной энергии, не могли отказаться от заключенных договоров энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения, поскольку такие действия при- вели бы к отключению жилых многоквартирных домов от энергетических и водных ресурсов, в связи с чем вынуждены были продолжать уже существующие обязательства.

Следовательно, на таких недобровольных кредиторов общее право, установ- ленное пунктом 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве, не распространяется.

Ссылка подателя жалобы на наличие иной судебной практики разрешения данной категории споров, отклоняется судом апелляционной инстанции, так как различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свиде- тельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения су- дами норм материального и процессуального права. Судебные акты приняты суда- ми по конкретным делам, фактические обстоятельства которых могут быть отлич- ны от фактических обстоятельств настоящего дела.

Доводы подателя жалобы о том, что признаки объективного банкротства возникли у должника в марта 2015, следовательно, деятельность ФИО2 в качестве руководителя должника до марта 2012 года вообще не должна учитываться, судом апелляционной инстанции признается несостоятельными.

Ссылки заявителя жалобы о том, что указанные управляющим сделки не до- казывают наличие оснований для привлечения ФИО2 к ответственности, а исполнение данных сделок не привело к банкротству, судом апелляционной инстанции отклоняются за необоснованностью.

Как следует из материалов дела 26.02.2016 между должником и ООО «ЖК «КомфортПлюс» заключен договор на оказание услуг по содержанию, обслужива- нию и ремонту общего имущества многоквартирных домов.

В соответствии с пунктом 1.1 договора от 26.02.2015 должник получает, а ООО «ЖК «Комфорт-Плюс» принимает на себя обязательства по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов в соответствии с реестром, указанным в приложении № 1, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора

Согласно пункту 3.2 договора стоимость услуг по содержанию, обслужива- нию и ремонту общего имущества многоквартирных домов указанных в приложе- нии № 1 на дату заключения договора составляет 1 103 тыс. руб. в месяц.

05.05.2015 между должником и ООО «ЖК «КомфортПлюс» заключен дого- вор об уступке прав (требования) по условиям которого ООО «ЖК «КомфортПлюс» принимает на себя право требования задолженности по квартирной плате в доле услуг по содержанию, техобслуживанию, текущему ремонту, управлению,

вывозу жидких нечистот за период с 01.04.2012 с нанимателей и собственников жилых помещений по состоянию на 01.05.2015 в размере 2 797 357,23 руб.

Оплата по договору составляет 50% от размера уступаемых требований (пункт 3.1 договора цессии) и должна быть уплачена в десятидневный срок с даты фактического получения ООО «ЖК «Комфорт-Плюс» с должников всей суммы задолженности (пункт 3.2).

В соответствии с пунктом 3.3 договора до получения ООО «ЖК «КомфортПлюс» с должников денежных средств, указанных в пункте 1.2 договора, обязанность по уплате суммы, указанной в пункте 3.1 договора не возникает.

Доказательств оплаты договора со стороны ООО «ЖК Комфорт-Плюс» в материалы дела не представлено.

Таким образом, в период очевидной неплатежеспособности должника, ФИО2 заключены сделки повлекшие уменьшение текущих активов должника.

Вместе с тем, судом принимается во внимание, что ООО «ЖК «КомфортПлюс», является заинтересованным по отношению к должнику лицом, в силу статьи 19 Закона о банкротстве, в связи с тем, что единственным участником и руководи- телем ООО «ЖК «КомфортПлюс» является ФИО2

Согласно абзацам первому-третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, действовавшего в 2015 году), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недоста- точности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Аналогичная норма закреплена в абзацах первом, втором пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств причинен существенный вред имуще-

ственным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убы- точной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худ- шую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осущест- влять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В результате действий ФИО2 должник утратил возможность продолжать осуществлять основной и единственный вид деятельности - Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, а также утратил возможность взыскания дебиторской задолженности населения.

При этом, в условиях неизбежности принудительного взыскания в пользу ООО «Угольная производственная компания» денежных средств в размере более 17 млн. руб., ФИО2 предприняты меры по переводу работников должника на другое предприятие, переводу прав и обязанностей управляющей организации на взаимосвязанное лицо, приняв на себя обязательства по ежемесячной оплате услуг этой организации в размере 1 103 тыс. руб., и уступке прав требования дебиторской задолженности в размере 2797357,23 руб., не получая какого-либо встречного исполнения, наращивая, тем самым задолженность перед ресурсоснабжающими орга- низациями, наличие которой (а именно перед ООО «Киселевская объединенная тепловая компания» за период с февраля по апрель 2015 года) явилось основанием для возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что со- вершенные должником в период с февраля по май 2015 года сделки с ООО «ЖК «Комфорт-Плюс», очевидно, осуществлялись не в интересах должника и его кредиторов, поскольку привели не только к прекращению должником уставной деятельности, получения основного дохода и невозможности в дальнейшем исполнить должником имеющиеся обязательства и невозможности формирования конкурсной

массы за счет уступленной дебиторской задолженности, но и к наращиванию обязательств, невозможность исполнения которых для руководителя должника, в такой ситуации, было очевидным.

Апелляционный суд, поддерживает вывод суда первой инстанции, о том, что ФИО2, действуя разумно в интересах должника и кредитора (в данном случае ООО «Угольная промышленная компания»), с целью недопущения в дальней- шем возникновения негативных последствий в виде невозможности погашения задолженности перед ресурсоснабжающей организацией в размере выпадающих до- ходов, подлежащих возмещению муниципальным образованием, в пределах срока давности взыскания могла принять соответствующие меры по истребованию задолженности, в том числе в виде взыскания убытков. Однако кроме письма от 25.05.2012 о предоставлении графика возмещения выпадающих доходов за период с мая по сентябрь 2010 года в адрес администрации Киселевского городского округа (т. 16 л.д. 8) ФИО2 в качестве доказательств не представила.

Учитывая, что на дату судебного заседания формирование конкурсной массы не закончено, определить размер субсидиарной ответственности ФИО2 невозможно.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушени- ях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, пре- дусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Заявление конкурсного управляющего подано 22.11.2017, следовательно, его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований

кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недос- таточности имущества должника.

Аналогичным образом размер субсидиарной ответственности подлежал опре- делению в соответствии с абзацем десятым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ).

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основа- нию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами

Приостановление производства по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности, соответствует вышеприведенным нормам и обстоятельствам дела.

Отказывая в удовлетворении привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности в размере 1 228 383, 01 руб. за неподачу заявления о признании должника банкротом, суд первой инстанции правомерно указал, что о наличии обстоятельств, установленных статьей 9 Закона о банкротстве, ФИО4, назна- ченный 05.10.2015, должен был узнать 05.11.2015 и обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в срок не позднее 05.12.2015. Следовательно, на ФИО4 не может быть возложена ответственность по пени по НДС за ок- тябрь 2015 года и УСН за 2015 год, как со сроком уплаты 26.10.2015 (задолжен- ность образовалась до возникновения обязанности обращения в суд заявлением о банкротстве), так и 31.03.2016, поскольку налог сложился за четвертый квартал целиком, а не за период с 06.12.2015 по 31.12.2016. Наличие и размер УСН за период 06.12.2015 по 31.12.2016 управляющим не указан. Государственная пошлина в размере 2000 руб. взыскана решением суда от 19.10.2015 по делу № А27-15974/2015 за рассмотрение искового заявления согласно Картотеке арбитражных дел в период с 17.08.2015 по 19.10.2015, и вступило в силу 03.11.2015, то есть до даты наступле- ния у ФИО4 обязанности обратиться в суд с заявлением о признании долж-

ника банкротом. Обязанность по уплате государственной 18 пошлины по решению от 23.05.2016 по делу № А27-5528/2016 наступила после возбуждения производства по делу.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на про- изводстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон о социальном страховании), возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установ- ленных данным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплаты расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию, осу- ществляется Фондом социального страхования Российской Федерации в порядке, предусмотренном Законом о социальном страховании. Должник-страхователь, при- знанный банкротом, обязан внести страховщику (Фонду социального страхования Российской Федерации) капитализированные платежи, предназначенные для удовлетворения требований граждан, перед которыми он несет ответственность за при- чинение вреда жизни или здоровью.

Следовательно, размер капитализированных платежей определяется либо на дату ликвидации юридического лица, либо признания его банкротом.

Как следует из материалов дела, должник в процедуру добровольной ликви- дации не вступал.

Решение о признании должника банкротом принято 08.11.2016, размер капи- тализированных платежей определен на 08.11.2016, то есть после прекращения полномочий ФИО4

Судом также не установлено оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника в связи с искажением ими данных бух- галтерского баланса.

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума ВС РФ № 53 заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации иска- женных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В рассматриваемом случае судом установлено, что документация управляющей компании переда- на конкурсному управляющему частично, поскольку часть документов, которые

заполнялись в электронном виде, утрачена в связи с повреждением информацион- ных систем.

В бухгалтерском балансе за 2015 год указаны фактические данные, отражаю- щие деятельность управляющей компании.

Сведения о наличии задолженности населения представлены муниципальным предприятием Киселёвского городского округа «Единый расчётно-кассовый центр» города Киселёвска, аккумулирующим данные городского хозяйства, информацию о состоянии жилищного фонда, о населении, квотах, субсидиях, оказанных услугах.

Не подтверждено наличие задолженности населения в большем размере, чем представлено МУП ЕРКЦ г. Киселевска.

Доказательств наличия затруднений для проведения процедуры банкротства и формирования конкурсной массы должника в результате неполной передачи руководителями управляющей компании документации конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Доводов в этой части определения апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, и за доведение до банкротства, повлекшее невозможность полного погашения требований кредиторов, наличии оснований для приостановления производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами. При этом отсутствии оснований для привлечения к ответственности ФИО4.

Приложенные к дополнениям к апелляционной жалобе копии платежных по- ручений, судом апелляционной инстанции приобщаются к материалам дела в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако, суд не может признать указанные платежные поручения доказатель- ством оплаты в рамках исполнения мирового соглашения, поскольку в назначении платежа нет ссылки на него.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем дока-

зательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 26.10.2018 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-11997/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области .

Председательствующий Н.Н. Фролова

Судьи Е.В. Кудряшева

ФИО1