Постановление от 13 марта 2019 г. по делу № А41-86589/2017

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-86589/17
14 марта 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2019 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от акционерного общества «Искра-Прибор»: представитель не явился, извещен,

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Эгера» ФИО2: ФИО2, лично,

от ИФНС по г. Клину Московской области: ФИО3, по доверенности от 20.09.18,

от остальных лиц: представители не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Искра-Прибор» на определение Арбитражного суда Московской области от 26 ноября 2018 года по делу №А41-86589/17, принятое судьей Гараевой А.Х.,

по заявлению акционерного общества «Искра-Прибор» о включении требования в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Эгера» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

24 октября 2017 года в Арбитражный суд Московской области поступило заявление Администрации Клинского муниципального района Московской области о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Эгера» (далее по тексту – должник). Определением Арбитражного суда Московской области от 24 ноября 2017 года заявление принято к рассмотрению суда, возбуждено производство по делу № А41- 86589/17.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 января 2018 года в отношении ООО «Эгера» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден член НП «СГАУ» ФИО2.

Решением Арбитражного суда Московской области от 19 июня 2018 года ООО «Эгера» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден член НП «СГАУ» ФИО2.

В рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Эгера» несостоятельным (банкротом) акционерное общество (АО) «Искра-Прибор» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 23 623 699,54 рублей (т.1, л.д. 2-5).

Заявление подано в соответствии со статьями 16, 71 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 26 ноября 2018 года в удовлетворении заявленных требований отказано (т.2, л.д. 114-115).

Вынося оспариваемое определение, суд первой инстанции установил, что требование, основанное на договоре займа, не подлежит удовлетворению, указав на то, что кредитор на дату предоставления займа должнику являлось единственным участником последнего, целесообразность заключения договора не доказана. Относительно требования кредитора о включении в реестр требований должника 10 000 000 рублей на основании договора уступки, суд первой инстанции указал на отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств, подтверждающих возникновения обязательства должника перед ЗАО ГК «Центр», впоследствии уступленных кредитору.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Искра-Прибор» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела (т.2, л.д. 117-118).

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа возражали против удовлетворения апелляционной жалобы АО «Искра-Прибор», просили определение суда оставить без изменения.

Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Арбитражный апелляционный суд соглашается с выводами судами первой инстанции в связи со следующим.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В обоснование заявленных требований в сумме 13 623 699,54 рублей кредитор сослался на то обстоятельство, что между ним и должником был заключен ряд договоров займа (т.1, л.д. 10-65), в соответствии с условиями которых заявитель передал должнику в собственность денежные средства, а должник обязался вернуть их в установленные договорами сроки.

Так, АО «Искра-Прибор» указывает на то, что до настоящего времени должник свои обязательства в полном объеме не исполнил, в результате чего у него образовалась задолженность в сумме 13 623 699,54 рублей.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (п. 1 ст. 810 ГК РФ).

В силу абзаца 8 ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендом, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковым не являются.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Указанная позиция нашла свое отражение в определениях Верховного суда Российской Федерации от 6 июля 2017 г. № 308-ЭС17-1556(1) и № 308-ЭС17-1556(2).

Как следует из материалов дела и установлено судом, на дату предоставления денежных средств ООО «Эгера» АО «Искра-Прибор» являлось его единственным участником.

Кроме того, кредитором не отрицается, что указанные займы были предоставлены должнику с целью его финансовой стабилизации и уплаты образовавшейся задолженности перед контрагентами. В своем письменном отзыве кредитор указывает, что выданные им беспроцентные займы были направлены на оплату аренды земельного участка, а также платежей за теплоснабжение и электроснабжение.

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункте 18 Обзора судебной практики № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 декабря 2017 года, не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом.

Исходя из целей выдачи заемных денежных средств следует, что должник испытывал финансовые трудности при расчетах с его кредиторами.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что перечисление денежных средств в сумме 13 623 699,54 руб. ООО «Эгера» осуществлялось с целью временного компенсирования негативных результатов своего воздействия на хозяйственную деятельность должника и для целей получения контроля над банкротством должника, то есть во вред самому должнику, а также его кредиторам.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с ч. 2 ст. 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных указанным выше пунктом, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно отказал АО «Искра-Прибор» во включении требования в сумме 13 623 699,54 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Также АО «Искра-Прибор» было заявлено требование о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 10 000 000 рублей.

В обоснование заявленного требования кредитор указал, что 28 апреля 2007 года между АО «Искра-Прибор» и ЗАО ГК «Центр» договор об уступке права требования № 14, в соответствии с условиями которого ЗАО ГК «Центр» уступило заявителю права требования к ООО «Эгера», ОАО «ХимВолокно», ООО «Техноткань» и ООО «ВоенВискоза».

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

На основании части 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

В силу положений пункта 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно п.3 договора уступки стороны определили стоимостное выражение Права требования, передаваемого цедентом цессионарию, равным 10 000 000 рублей (т.1, л.д. 8).

В подтверждение обоснованности заявленного требования АО «Искра-Прибор» в материалы дела представлено договор об уступке права требования №14 от 28.04.07г. (копия) и копию соглашения об исполнении обязательств от 02.07.09г.

Каких-либо иных первичных документов, подтверждающих возникновение у должника обязательств перед ЗАО ГК «Центр», впоследствии уступленных кредитору в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая отсутствие в материалах дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование заявленного требования, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований АО «Искра-Прибор» в части включения в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 10 000 000 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы заявителем в материалы деда не представлены надлежащие и допустимые доказательства в обоснование заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения Арбитражного суда Московской области.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26 ноября 2018 года по делу №А41-86589/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

Н.Я. Гараева

Н.Н. Катькина